Space (1/2)

Сонмин закрыл дверь, развернулся к Тэхену и медленно подошёл ближе. В его движениях скользила грация, а во взгляде — нечто игривое, но абсолютно пустое.

— Ты сегодня напряжённый, — пробормотал он, присаживаясь на край стола.

Тэхен не ответил. Он затушил сигарету в пепельнице, сделал глоток виски и только тогда удостоил Сонмина взглядом.

Сонмин был красив. Высокие скулы, губы, которые могли быть и нежными, и хищными, взгляд, которым он привык очаровывать. Он знал, как играть роль идеального любовника, но Тэхену это было безразлично.

— У тебя есть две минуты, чтобы сказать, зачем ты пришёл, — лениво бросил Тэхен, откидываясь в кресле.

Сонмин улыбнулся, явно не впечатлённый его холодностью.

— Неужели я должен приходить с поводом? — он наклонился ближе, кончиками пальцев касаясь лацкана его пиджака. — Может, я просто соскучился?

Тэхен тихо усмехнулся.

— Не ври.

Сонмин чуть поджал губы, но продолжил играть свою роль.

— Хорошо. Тогда скажу прямо. Я хотел бы немного… внимания.

Тэхен молчал, наблюдая за ним, прежде чем сухо спросить:

— И сколько оно будет стоить на этот раз?

Глаза Сонмина вспыхнули на секунду, но тут же вернулись к привычной лени.

— О, ты так жесток. Разве я похож на того, кто считает каждую купюру?

— Ты всегда считаешь, — парировал Тэхен, беря новую сигарету.

Сонмин на секунду сжал челюсти, но быстро вернул свою расслабленную улыбку.

— Значит, ты меня хорошо знаешь.

Тэхен медленно затянулся, затем кивнул ему на диван.

— Раздевайся, если уж так хочется внимания.

Сонмин довольно улыбнулся.

Ему не нужны были чувства. Только деньги и удобство.

Тэхену не нужен был он. Только способ ненадолго заглушить шум в голове.

Сонмин улыбнулся — лениво, самодовольно, будто это он здесь главный, а не Тэхен.

— Как прикажешь, — протянул он, вытягивая руку к верхней пуговице своей рубашки.

Тэхен не сводил с него взгляда, но в нём не было ни капли желания. Только скука и лёгкая раздражённость. Сонмин знал это, но его это не волновало.

Он знал, что Тэхену плевать, но плевать ли было ему?

Сонмин медленно расстегнул рубашку, обнажая стройное тело, а затем сбросил её на пол. Прошёлся пальцами по своей ключице, будто невзначай, но так, чтобы привлечь внимание.

Тэхен наблюдал.

Когда Сонмин склонился к нему, Тэхен чуть приподнял подбородок, позволяя ему приблизиться. Не с жаждой, не с интересом — просто с принятием неизбежного.

— Давай, — невозмутимо бросил он. — Делай свою работу.

Сонмин привык к этому.

Привык, что Тэхен не гладит его, не говорит тёплых слов, не вникает в эмоции. Но ему это было не нужно.

Ему нужны были только деньги и внимание.

Он опустился перед ним, его губы скользнули к коже, пальцы легко коснулись лацкана пиджака, но Тэхен не ответил даже движением.

Его тело откликалось, но разум оставался холодным.

Сонмин не останавливался, провёл языком по его коже, лёгкими укусами оставляя следы на ключице, спускаясь ниже.

Он знал, что Тэхен не поцелует его в ответ.

Знал, что в этих встречах нет ничего, кроме физической разрядки.

Но, возможно, так было даже проще.

Он принял обычное положение для себя пред свои господином перевел взгляд с лица старшего на полностью твердый член перед своими глазами. Он взял одной рукой член у основания и слизал с головки каплю выделившегося предэякулята. Сонмин взял в рот головку, пососав ее и толкнув в щеку как сладкий чупа-чупс, а затем медленно вытащил изо рта и поцеловал в самый кончик. Тебе нужно срочно принять лекарство от безразличия , — зашептал Сонмин прямо в уздечку, задевая ее кончиком языка и пуская горячий воздух по чувствительной коже.

Усмехнулся он и снова насадился на член, беря сразу половину длины.

Старший резко стиснул зубы, чтобы громко не застонать, и вплел пальцы одной руки в волосы Сонмина на макушке.

Он запрокинул голову и шумно выдохнул через нос, продолжая сдерживаться, чтобы не сорваться на стон. Горловой минет, с которым Сонмин быстро толкнулся на всю длину, зажимая глоткой дергающийся от напряжения член, определенно нравился ему .

Сонмин начал умело быстро двигаться вдоль члена, скользя от обильной слюны и выделяющегося предэякулята, так еще и время от времени насаживался на всю длину и замирал, утыкаясь носом в пах.

Парень продолжил быстро двигать головой, временами останавливаясь, чтобы облизать каждую выделяющуюся венку, и снова погружал член в рот,нагревая его своим горячим языком.

Сонмин снова насадился на всю длину, уткнувшись носом в полностью выбритый пах, и с трудом сглотнул, сильнее утягивая член, чтобы довести Кима до пика. И на этом проникновении старший не смог больше сдерживаться, так как движения, которые совершал младший, не просто сводили с ума, а доводили до той точки, при которой он мог бы только упасть замертво от испытываемого наслаждения.  Он кончал долго и протяжно в глотку парня .

Сонмин медленно поднялся, поправляя волосы и лениво улыбаясь. Он знал, что выглядел чертовски хорошо даже сейчас — растрёпанный, чуть вспотевший, с лёгкой тенью самодовольства на лице.

— Ну, как тебе? — он наклонился вперёд, положив руки на подлокотники кресла, заключая Тэхена в полукольцо своего тела.

Тэхен спокойно вытащил сигарету из пачки, прикурил, выпустил дым вверх и только потом посмотрел на него.

— Удовлетворительно.

Сонмин чуть прищурился.

— Всего лишь?

Тэхен медленно выдохнул дым.

— А ты ждал аплодисментов?

— Нет, но немного страсти не помешало бы, — хмыкнул Сонмин, отстраняясь и подбирая с пола разбросанную одежду.

Тэхен не ответил. Он просто продолжил курить, наблюдая, как тот натягивает рубашку, небрежно застёгивая пуговицы.

Сонмин уже привык к такому отношению.

Он знал, что после близости Тэхен не обнимет его, не скажет ничего тёплого, не задержит взгляд дольше, чем нужно.

— Знаешь, ты бы мог быть немного… человечнее, — заметил он, встряхивая волосы.

— Зачем? — равнодушно спросил Тэхен, делая ещё одну затяжку.

Сонмин усмехнулся, глядя на него исподлобья.

— Иногда мне кажется, что ты просто машина без эмоций.

Тэхен чуть приподнял бровь.

— Машины не платят за внимание.

Губы Сонмина дрогнули, но он быстро взял себя в руки.

— Ну да. Напомни мне, когда поступит следующий платёж, — бросил он с лёгкой усмешкой, направляясь к выходу.

— Закрой за собой дверь.

Сонмин не ответил, просто вышел, оставив после себя только запах дорогого парфюма и лёгкое раздражение.

Тэхен выпустил последний клуб дыма и раздавил окурок в пепельнице.

Ничего не изменилось.

И не изменится.

Тэхен не спешил. Он лениво потянулся за телефоном, набрал номер и поднёс трубку к уху. Сигнал пошёл, и спустя несколько секунд на том конце раздался раздражённый голос.

— Чего тебе, Тэхен?

— Как там наш хакер? — невозмутимо поинтересовался Тэхен, снова прикуривая сигарету.

Сначала в трубке повисла пауза, а потом послышался тяжёлый вздох.

— Да как тебе сказать… — голос Юнги был пропитан раздражением. — Он устроил целый чёртов список требований, и мне пришлось бегать по городу, чтобы всё достать. Три компьютера, ноутбук, сервер, кофе, сигареты, конфеты! Да он что, ребёнок, которому нужна сладкая подачка, чтобы работать?

Тэхен усмехнулся.

— Он работает?

Юнги громко фыркнул.

— Сейчас? Да, сидит перед экранами и что-то строчит, но, поверь, я бы с большим удовольствием наблюдал, как кто-нибудь выбивает из него информацию, а не таскал ему жрачку и сигареты!

— Ты справишься, — спокойно ответил Тэхен.

— Да чтоб тебя, Тэхен! Я не нянька в конце концов! — возмутился Юнги.

— Теперь нянька, — бесстрастно заключил Тэхен, выпуская дым.

На том конце связи повисла напряжённая тишина.

— Ты невыносимый ублюдок, — наконец произнёс Юнги.

— Знаю, — спокойно согласился Тэхен.

— И почему я до сих пор работаю на тебя?

— Потому что ты лучший, — невозмутимо напомнил Тэхен.

Юнги снова громко вздохнул.

— Ладно. Но если этот сопляк меня выбесит, я не ручаюсь за его безопасность.

— Делай свою работу, Юнги.

— Чёрт бы тебя побрал, — пробормотал Юнги и сбросил вызов.

Тэхен усмехнулся, снова затянулся и откинулся в кресле.

Хакер работал. Значит, пока что всё шло по плану.

Чёрный кортеж двигался по ночному городу, отражая в глянцевых поверхностях уличные огни. Несколько машин следовали друг за другом, чётко выдерживая дистанцию. Тэхен никогда не ездил без охраны. Это было правилом, которое не нарушалось.

Внутри одной из машин он сидел в полной тишине, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику. Встреча с конкурентами — нечто, что он не любил, но не мог игнорировать. В бизнесе, где сила значила больше, чем слова, любая слабость могла стать смертельной ошибкой.

— Подъезжаем, — раздался голос охранника спереди.

Тэхен медленно кивнул, убирая телефон в карман.

Они остановились перед роскошным рестораном, занятым сегодня только для одной цели — переговоров. Двери машины тут же распахнулись, и один из людей Тэхена первым вышел наружу, внимательно осматривая территорию.

Тэхен выбрался из салона неторопливо, без лишней суеты. Он никогда не показывал спешки — лишь уверенность.

Внутри их уже ждали.

За большим столом сидели несколько человек — влиятельные фигуры в преступном мире. Один из них, седеющий мужчина в дорогом костюме, медленно поднялся.

— Ким Тэхен, — с улыбкой произнёс он, жестом приглашая его занять место. — Рад, что ты пришёл.

Тэхен сел, не удостоив улыбку ответом.

— Давай к делу, — произнёс он ровным голосом, беря со стола бокал с виски.

Переговоры начались.

Мужчина в дорогом костюме, которого все здесь знали как Пак До Хвана, слегка подался вперёд, скрестив пальцы в замке.

— У нас есть предложение, которое может тебя заинтересовать, Тэхен.

Тэхен медленно крутил бокал с виски в пальцах, не торопясь отвечать. Он не любил пустых прелюдий, а Пак До Хван, судя по всему, собирался именно к ним.

— Конкретнее, — произнёс он ровным голосом.

— Мы налаживаем новые каналы поставки за границу. Европа, Америка, кое-что в Юго-Восточной Азии, — мужчина говорил с лёгкой улыбкой, будто предлагал нечто абсолютно легальное. — Товар идёт чистый, прибыль — огромная. Мы предлагаем тебе вступить в долю.

Тэхен чуть прищурился, взглядом скользнув по собравшимся за столом.

— Наркотики, значит?

Некоторые из присутствующих переглянулись, но Пак До Хван не смутился.

— Назови это как хочешь. Но ты же понимаешь, Тэхен, — он снова улыбнулся, — такой бизнес даёт власть. Гораздо больше, чем оружие или казино.

Тэхен отставил бокал и, сложив пальцы вместе, наконец удостоил собеседника пристального взгляда.

— Я не торгую дрянью.

В зале повисла тяжёлая пауза.

Кто-то нервно хмыкнул, кто-то сделал вид, что разглядывает свой бокал, но Пак До Хван продолжал улыбаться, хотя в глазах мелькнуло напряжение.

— Тэхен, ты не глупый человек. Мы говорим о деньгах, которые тебе и не снились. Ты можешь расширить влияние, уничтожить конкурентов…

— У меня уже есть деньги, власть и влияние, — оборвал его Тэхен.

Пак До Хван сжал челюсти, но продолжал держать себя в руках.

— Думаешь, ты можешь вечно оставаться в стороне?

Тэхен медленно наклонился вперёд, и его голос прозвучал хладнокровно:

— Думаю, что могу делать то, что считаю нужным.

Пак До Хван сжал пальцы в кулак.

— Ты совершаешь ошибку.

Тэхен усмехнулся и поднялся из-за стола.

— Ошибку совершаете вы, если считаете, что сможете меня заставить.

Он бросил на них последний взгляд, затем развернулся и вышел.

Люди из его охраны тут же окружили его, сопровождая к машине.

Тэхен уже направлялся к выходу, когда за спиной раздался громкий голос Пак До Хвана:

— Подожди, Ким!

Он не стал останавливаться.

— Ты даже не выслушал до конца, — поспешно добавил Пак, поднимаясь из-за стола. — Твои пути идеально подходят. Оружие, наркотики — в чём разница?

Тэхен всё же остановился. Медленно повернулся, лениво вскинув бровь.

— Разница в том, что я не торгую дрянью, — холодно произнёс он.

— Но это просто товар! — с нажимом сказал Пак. — Тот же бизнес, только с другой прибылью.

Тэхен усмехнулся, и в этой усмешке читалось скрытое презрение.

— Я не заливаю яд в вены людям, Пак.

— Но ты продаёшь оружие, из которого убивают! Какая разница?!

Молчание. Напряжённое, тяжёлое.

Тэхен медленно подошёл к нему, не отводя взгляда.

— Разница в том, что оружие — это выбор, — его голос звучал ровно, но в нём читалась угроза. — Те, кто берёт его в руки, знают, что делают. А наркотики делают из людей мразь. Они ломают их.

Пак До Хван нахмурился, пытаясь сохранить самообладание.

— Ты не сможешь вечно от этого отворачиваться.

— Посмотрим, — спокойно бросил Тэхен и снова повернулся к выходу.

— Ты совершаешь ошибку, Ким, — донеслось ему вслед.

Но Тэхен больше не слушал.

Его слово было окончательным.

Когда он сел в салон, охранник спереди осторожно спросил:

— Как всё прошло, босс?

Тэхен закурил и, выпуская дым, спокойно ответил:

— Они обречены.

— Домой, — коротко бросил Тэхен, садясь в машину.

Часы на приборной панели показывали 2:17 ночи. Город уже погрузился в относительную тишину, но его день ещё не был окончен.

Кортеж двигался по пустым улицам, а Тэхен молчал, глядя в окно. Сегодняшняя встреча была предсказуемой, но неприятной. Ему не привыкать к угрозам, но каждый раз это было напоминанием — он живёт в мире, где любая ошибка может стоить жизни.

Когда машины остановились у высотного здания, один из охранников вышел первым, осмотрел территорию и лишь затем открыл для него дверь.

Тэхен молча поднялся на 25-й этаж. Пентхаус встречал его тишиной.

Он провёл рукой по сенсорной панели у входа, включив приглушённый свет.

Квартира была просторной, выдержанной в минималистичном стиле.

Просторная гостиная с панорамными окнами, выходящими на ночной город, отделялась от столовой широкими стеклянными перегородками. В углу стоял кожаный диван и массивный журнальный стол. На стене — огромный экран, который Тэхен включал редко.

Он прошёл мимо кухни, выполненной в строгом стиле: чёрный мрамор, встроенная техника, полное отсутствие лишних деталей. Здесь почти не пахло едой — Тэхен редко готовил сам.

Длинный коридор вёл к его спальне. Большая кровать с тёмным постельным бельём, лаконичный гардероб, небольшой стол с папками и ноутбуком. Из спальни был выход на террасу — её Тэхен любил больше всего.

Он остановился в дверях и устало провёл рукой по лицу.

— Дерьмовая ночь, — пробормотал он, снимая пиджак и бросая его на кресло.

Но день ещё не закончился.

Он достал телефон и набрал номер.

Тэхен прошёл на террасу и закурил. Город внизу жил своей жизнью — мерцал огнями, шумел далёкими сигналами машин, но здесь, на 25-м этаже, всё казалось приглушённым.

Телефон на секунду загорелся синим светом, пока шёл вызов.

— Чего тебе ещё? — недовольно пробормотал Юнги на другом конце.

— Как там наш хакер? — спросил Тэхен, делая затяжку.

— Как и раньше. Копается в коде, курит как паровоз, жрёт конфеты, — раздражённо ответил Юнги. — Спит мало, разговаривает ещё меньше.

Тэхен молчал, слушая.

— Но ты знаешь, что самое забавное? — усмехнулся Юнги. — Он реально хорош. Серьёзно, Тэхен. Если кто и может взломать то, что тебе нужно, так это этот чёртов пацан.

Тэхен медленно выдохнул дым.

— Пусть работает.

— О, спасибо, босс, за такое разрешение! — саркастично бросил Юнги.

— И проследи, чтобы он не сдох от переутомления, — добавил Тэхен, игнорируя его тон.

— Да чтоб тебя… — пробормотал Юнги, но связь уже оборвалась.

Тэхен убрал телефон в карман и снова посмотрел на ночной город.

Чон Чонгук.

Этот хакер уже начинал его раздражать. Чертовски умный. Чертовски упрямый.

И, возможно, именно он сможет изменить ход всей игры.

Чонгук сидел в окружении экранов, на каждом из которых мелькали строчки кода, схемы защиты и графики, понятные только ему. Мягкое голубоватое свечение от мониторов отбрасывало на его лицо холодные тени.

На столе беспорядочно валялись бумажки от конфет, рядом стояла уже третья кружка остывшего кофе. Полная пепельница с окурками говорила о том, что он давно потерял счёт выкуренным сигаретам.

Он провёл ладонями по лицу, потёр уставшие глаза и снова уставился в экран.

— Дерьмо… — выдохнул он, постукивая пальцами по клавиатуре.

Система была сложной, но он видел в ней брешь. Маленькую, почти незаметную, но если копать глубже…

Чонгук щёлкнул языком, быстро печатая очередной код.

В этот момент дверь открылась.

— Ты хоть спал? — послышался раздражённый голос Юнги.

Чонгук даже не обернулся.

— Позже.

Юнги фыркнул, скрестил руки на груди и оглядел комнату.

— Срач, как в логове крысы.

Чонгук усмехнулся, не отрываясь от работы.

— Не ной, “нянька”.

Юнги раздражённо закатил глаза, но ничего не ответил.

Чонгук снова ушёл в код.

Ведь он был слишком близко.

Юнги не церемонился. Он ввалился в комнату, даже не постучав, и сразу заговорил раздражённым тоном:

— Так, хорош. Закругляйся. Босс приказал, чтобы ты работал не больше десяти часов в сутки.

Чонгук даже не поднял головы, продолжая стучать по клавиатуре.

— Ну, скажи своему боссу, что я работаю, сколько считаю нужным.

Юнги скрестил руки на груди, наблюдая за тем, как хакер опять затягивается сигаретой.

— Слушай, мне плевать, считаешь ты это нужным или нет. Если ты сейчас не оторвёшь свою задницу от этого кресла и не пойдёшь отдыхать, по шапке получу я. А мне этого вообще не хочется.

Чонгук хмыкнул.

— Вот уж не думал, что ты такой послушный пёсик, Мин.

Юнги прищурился.

— Ты, кажется, совсем страх потерял, да?

Чонгук, наконец, повернул голову и посмотрел на него.

— Нет. Просто мне плевать.

Юнги выдохнул и хлопнул ладонями по столу, заставив Чонгука дёрнуться.

— Всё. Достал. Закрывай эту хрень и марш спать.

Чонгук закатил глаза.

— Уймись, Мин. Я почти закончил.

— Ты так говоришь уже пять часов, — раздражённо бросил Юнги.

Хакер раздражённо потёр лицо, выпуская облако дыма.

— Ты хоть понимаешь, насколько это сложно? Это не игрушки, Юнги. Я не могу просто выключить всё к чёрту и завтра продолжить, как ни в чём не бывало.

— А я тебе о чём говорю?! — повысил голос Юнги. — Если ты свалишься, то никто этот грёбаный код не закончит.

Чонгук прикусил язык, но в глазах плясало упрямство.

— Дай мне ещё пару часов.

Юнги устало потёр переносицу.

— Чон, блядь…

— Один час.

Юнги тяжело вздохнул, понимая, что спорить дальше бесполезно.

— Ладно, час. И потом спать. Я серьёзно.

Чонгук лишь ухмыльнулся и снова уткнулся в экран.

Юнги фыркнул. Этот пацан доведёт его до инфаркта.

Тэхен не спешил ложиться. Виски в бокале почти закончился, сигарета дымилась в пепельнице, а мысли никак не хотели затихнуть.

Предложение Пака всё ещё звучало в голове.

“Какая разница?”

Разница была. Оружие — это выбор. Наркотики — это рабство.

Он видел слишком много примеров. Тех, кто начинал с малого, а заканчивал сломанной жизнью, потерянными семьями, истерзанными телами. Видел зависимых, которые за дозу были готовы продать всё — себя, друзей, родных. Видел, как люди превращаются в пустые оболочки.

В этом не было бизнеса. Было только разрушение.

Но Пак был прав в одном: этот рынок приносил огромные деньги. Любой другой на его месте ухватился бы за возможность.

Только вот Тэхен не был «любым другим».

Он строил свою империю иначе. Чисто. Настолько, насколько это возможно в этом мире.

И сейчас, лежа в постели, он знал: он не изменит своему принципу.

Наркотиков в его деле не будет. Ни при каких обстоятельствах.

Чонгук выключил монитор, но свет экрана ещё стоял перед глазами, оставляя в воздухе тонкие нити кода. Голова гудела от усталости, но остановиться было сложнее, чем продолжать.

Он откинулся на спинку кресла, устало потёр лицо и прикрыл глаза.

Какого чёрта он вообще здесь?

Он дал себе обещание больше не лезть в этот мир, но вот он снова по уши в дерьме. Снова среди людей, для которых жизнь — это просто ресурс.

И Тэхен… Этот чертов Ким Тэхен.

Холодный, уверенный в себе, держащий всё под контролем. Он заставил Чонгука согласиться, взял его в клетку, даже если та и была позолоченной.

Но, чёрт возьми, было бы враньём сказать, что Чонгуку неинтересно.

Он любил такие вызовы. Чем сложнее система, тем слаще момент, когда она рушится под его пальцами.

А ещё он любил опасность.

Он ругал себя за это. Но внутри что-то дрожало от предвкушения.

Чонгук глубоко вдохнул, бросил сигарету в переполненную пепельницу и лёг на кровать, закинув руки за голову.

Осталось шесть дней.

И за эти шесть дней он либо взломает систему…

…либо его похоронят.

Юнги не любил ранние подъемы. Он был ночным существом, поэтому утро для него всегда начиналось с раздражения.

Но сегодня он даже не успел разозлиться, потому что его ждал… сюрприз.

На кухонном столе была аккуратно разложена стопка листов.

Сонный, он машинально взял один и начал читать.

— Мин Юнги, дата рождения, рост, вес… — его голос осекся, а глаза широко распахнулись.

Он схватил ещё один лист.

— Все места, где я работал?! Сука… — Юнги резко обернулся.

В дверях кухни стоял Чонгук, ухмыляясь, как кот, который только что перевернул цветочный горшок.

— Доброе утро, «нянька». Как спалось?

Юнги медленно положил листы на стол и сдвинул брови.

— Это что, блядь, такое?

Чонгук, потянувшись, зевнул.

— О, это? Просто небольшой утренний квест. Я подумал, что мы так мало общаемся, а ты обо мне уже всё знаешь. Вот я и решил восстановить баланс.

— Ты… — Юнги выдохнул, сжав челюсти. — Ты что, взломал мои данные?!

Чонгук весело уселся на стул, выхватил лист с самыми компрометирующими сведениями и сделал вид, что внимательно перечитывает.

— Ну, технически это не взлом, а… глубокий анализ.

Юнги сощурился.

— Ты нарочно нарываешься?

— А ты нарочно такой смешной, когда злишься?

Юнги шумно выдохнул и бросил распечатку на стол.

— Всё. Тебе конец.

Чонгук расхохотался и, подмигнув, потянулся за чашкой кофе.

Он знал, что Юнги его не убьёт. Но утро, определённо, удалось.

Чонгук ухмыльнулся и взял один из листков со стола.

— Давай посмотрим… Мин Юнги, возраст, рост… О, увлечения! — он прищурился и начал читать вслух. — «Музыка, автомобили, кулинария, видеоигры…»

Чонгук замолчал, его брови удивлённо поползли вверх.

— Подожди-ка. — Он моргнул, а затем внезапно захохотал. — Юнги, ты… Ты играешь в “Звёздного кролика”?!

Юнги резко поднял голову, его лицо мгновенно исказилось от раздражения.

— Закрой рот.

Но Чонгук уже трясся от смеха.

— Боже, ты же убийца! — он прижал руку к груди, едва сдерживая приступ хохота. — Ты работаешь на мафию! И играешь в… детскую игру про милого кролика, который спасает галактику?!

Юнги громко вдохнул и бросил лист на стол, опасно сощурившись.

— Если ты ещё раз заикнёшься об этом, я размажу тебя по стене.

— Ой-ой, как страшно! — Чонгук вытер слёзы со смеха. — А ты что, ещё и донатишь в эту игру?

Юнги сжал кулаки.

— Чонгук.

— А ты кролика какого выбрал? С ушками или с лазерной пушкой?

— Чон. Гук.

Чонгук пытался остановиться, но не мог.

— Прости, но это просто… охрененно. Ты такой серьёзный, всегда с пистолетом, весь из себя мафиози… А потом заходишь домой и спасаешь мультяшных кроликов от злого космического волка!

— ВСЁ.

Юнги сделал шаг вперёд, но Чонгук тут же вскинул руки, всё ещё ухмыляясь.

— Ладно, ладно, я молчу. — Он всё-таки не удержался и добавил: — Но теперь я всегда буду видеть тебя с ушами кролика.

Юнги закатил глаза и схватил чашку с кофе.

— Ты – труп.

На кухне пахло свежесваренным кофе и чем-то жареным. Юнги стоял у плиты, переворачивая на сковороде кимчи-чиге, а Чонгук лениво устроился за столом, наблюдая за ним.

— Даже не думай, — пробормотал Юнги, не оборачиваясь.

— О чём?

— О том, чтобы снова начать язвить.

Чонгук усмехнулся, но промолчал. Вскоре перед ним оказалась тарелка с кимчи-чиге, парой свежих кусков панчхан и рисом. Юнги поставил перед собой такую же, сел напротив и молча принялся есть.

Минуты две за столом царила тишина. Чонгук ел, обдумывая слова, потом всё-таки заговорил:

— Слушай, Юнги… А зачем тебе это всё?

Юнги даже бровью не повёл.

— «Это» — это что?

— Ну, вот это. — Чонгук сделал неопределённый жест рукой. — Оружие, мафия, работа на Тэхена… Ты же не родился таким, верно? Неужели никогда не хотелось жить спокойно?

Юнги продолжил есть, как ни в чём не бывало, но по тому, как он чуть замедлил движения, Чонгук понял — попал в точку.

— Ну, ты и любопытный, — буркнул он, откусывая от листа кимчи.

— Просто интересно. Ты вроде не похож на тех, кто с детства мечтал о криминале.

Юнги молчал, потом всё-таки отложил палочки и посмотрел на Чонгука.

— А ты думаешь, у всех есть выбор?

Чонгук не ответил сразу.

— Иногда — да.

— А иногда — нет, — ровно сказал Юнги.

Он сделал глоток кофе и отвернулся к окну.

— У кого-то есть родители, которые могут заплатить за хорошее образование. У кого-то есть связи. А у кого-то есть только собственные кулаки и улица, которая тебя учит. И если ты на ней не выживаешь, то тебя просто забывают.

Чонгук смотрел на него внимательно.

— Значит, у тебя выбора не было?

Юнги хмыкнул.

— Был. Либо стать жертвой, либо стать тем, кого боятся. Я выбрал второе.

— Но сейчас ты мог бы уйти.

Юнги резко повернулся к нему.

— Ты правда так думаешь?

Чонгук замер, поймав его взгляд.