Благосклонность (2/2)

Мало того, что методы и практики, описанные в нём, сильно отличались от тех, что были в его, так ещё и почти на каждой странице были пометки, сделанные изящным почерком: мелким и аккуратным. Которые к тому же не были праздным хулиганством. Каждое слово было точной аннотацией, в которой методы, описанные в книге разбирались и пояснялись, сопровождаясь советами по внесению мельчайших корректировок для улучшения результатов.

Ло Бинхэ недолго терялся в догадках, какой же благодетель мог подарить ему такое сокровище. Вариант был всего один. Единственным человеком, который знал, что он теперь живет в этой комнате, был Шэнь Цинцю.

Мальчик едва не выронил учебник.

Он снова открыл книгу, вглядываясь в стройные ряды иероглифов, проводя пальцами по аккуратным, ровным штрихам. Чернила были старые: очевидно, годы и годы кропотливой и напряжённой работы. Это руководство могло принадлежать только человеку намного старше его, фанатично преданному своему делу - его шицзуню.

В глазах вдруг защипало, а в груди запекло. Чувство шока вытеснило накрывшее, точно лавина, восхищение. Слухи о том, что Шэнь Цинцю нечестным путём получил свой высокий пост, развеялись в прах теперь, когда в его руках было доказательство нечеловеческих многолетних усилий его учителя. Тихих усилий. Ло Бинхэ прижал книгу к груди и обнял, чувствуя растекающееся от неё по телу тепло. Его шицзунь доверил это усовершенствованное руководство ученику, которого раньше презирал. Невозможно было не увидеть искренности, стоящей за этим жестом.

Ло Бинхэ, вдохновлённый неожиданным и столь ценным подарком, наконец отбросил все сомнения по поводу странного поведения Шэнь Цинцю. Он даже не стал задаваться вопросом, почему его шицзунь решил тайком подменить руководство, - растущее воодушевление захлёстывало его с головой. В этот же миг в окнах бамбукового домика вспыхнул свет, возвещая о возвращении хозяина. Набравшись смелости, мальчик бросился к входной двери домика учителя и постучал.

- Шицзунь, можно этому ученику войти?

Шэнь Цинцю ещё даже присесть не успел. Он промолчал, встревоженный и раздраженный тем, что мало того, что ему приходится воспитывать талантливого ребёнка, которому он завидовал, он что - теперь ещё и развлекать этого паршивца должен?! Стук раздался снова, и нерешительный, дрожащий голос вновь позвал: - ...Шицзунь?

Шэнь Цинцю хотел было опять проигнорировать его из вредности, но, подумав о том, что этот репей может вообще не отстать, смирился.

- Входи.

Ло Бинхэ - сама кротость - без колебаний вошёл в бамбуковый домик. Шэнь Цинцю сразу заметил в его руках знакомую потёртую обложку и сделал вид, что разглядывает свой веер. Не для того же зверёныш пришел нарушить его покой, чтобы расспрашивать о руководстве?

-Ш-шицзунь сказал, что был занят все эти годы, так что, возможно, он не знал о ситуации на пике и о том, что некоторые ученики бесчинствовали, обижая других и прикрываясь его именем. Шицзунь не должен позволять им порочить его репутацию!

Бровь Шэнь Цинцю взлетела. Ло Бинхэ теперь заделался стукачом? Что за игру он вёл? Ладно бы Мин Фань, но этот?.. Пиковый владыка прикрыл нижнюю половину лица веером, внимательно разглядывая своего ученика.

- ...Что, если они в самом деле следовали приказу этого мастера? - резко парировал он, не в силах поверить, что Ло Бинхэ туп как пробка: он ведь неоднократно прилюдно лупил мальчишку, и не заметить этого мог только слепой.

- Но ведь шицзунь не стал бы это делать так часто. А они даже устраивали драки с адептами Байчжань и гонялись за ученицами Сяньшу, прикрываясь именем шицзуня, чтобы уйти от ответственности, - настаивал Ло Бинхэ. Он понимал, что Шэнь Цинцю кажется странным его донос, ведь он прекрасно знал, что за издевательствами над ним стоял его шицзунь.

Возможно, нынешнее необъяснимое поведение учителя - своего рода извинение или попытка искупления, Ло Бинхэ пока не мог сказать наверняка. Поэтому он и придумал этот план: с первого взгляда он был дурацким, но если Шэнь Цинцю действительно хотел загладить свою вину перед ним, то должен был серьёзно отнестись к его словам и принять меры, чтобы подобное больше никогда не повторялось. Ло Бинхэ твёрдо решил копать под своих обидчиков.

В глазах учителя мелькнула эмоция, которую Бинхэ не знал, как истолковать. Репутацию шицзуня нельзя было назвать безупречной, и он никогда не отмахивался от ответственности. Но тирания Шэнь Цинцю ограничивалась только пиком Цинцзин, и ему вовсе не нужны были драки там, где это не имело значения. Он нечасто видел учеников других пиков, не говоря уже об общении с ними. Драка с гориллами с Байчжань от его имени его не волновала, но вот приставания к ученицам были для лорда Цинцзин абсолютным табу.

- Может ли этот ученик назвать всех виновных поимённо?

При слове ”ученик”, сердце Ло Бинхэ учащенно забилось, но он быстро взял себя в руки, выдав шицзуню нужные имена. Мин Фаня среди них не было. Как ни подмывало его доставить неприятности вредному шисюну, тот, надо отдать ему должное, прекрасно справлялся со своими обязанностями, поддерживая репутацию Тихого пика за его пределами. Да и, учитывая его статус главного ученика Шэнь Цинцю, у Ло Бинхэ пока не хватало уверенности, чтобы убедить учителя наказать Мин Фаня.

Он прекрасно знал, что некоторые из названных им имён не имели никакого отношения к Мин Фаню и его ватаге. Но Ло Бинхэ решил, что равнодушие к бедам другого - не менее тяжкое преступление, чем непосредственная обида. Он хорошо усвоил совет учителя. И он устроил драку без свидетелей, воспользовавшись авторитетом пикового лорда, чтобы разобраться со своими врагами.

Шэнь Цинцю саркастически улыбнулся.

А парень-то, оказывается, обучаем!

Вот и прекрасно, мастер должен вознаградить ученика, который хорошо запоминает уроки и применяет их на практике. Коллективное наказание с участием невиновных будет также способом профилактики на будущее. Пусть знают, что этот лорд скорее накажет невиновного, чем позволит виновному уйти от ответственности. Накопленные обиды невиновных также обеспечили бы круговую поруку среди учеников, заставляя их воздерживаться от неблаговидных поступков, стремясь избежать наказания скопом. Убить двух зайцев одним выстрелом. В чём в чём, а в эффективности Шэнь Цинцю знал толк.

- Возвращайся в свою комнату, этот мастер всё уладит.

Яркие глаза Ло Бинхэ засияли ещё ярче, и он с волнением прижал к груди руководство.

- Ш-шицзунь может вместе с этим учеником проштудировать руководство по совершенствованию?

- Сколько тебе лет, что ты не в состоянии самостоятельно разобраться в базовом руководстве? Кыш отсюда! - зарычал Шэнь Цинцю, выставляя Ло Бинхэ из домика за шкирку. Ему показалось, или паршивый зверёныш улыбался?

- Вот поганец! Нахалёнок! - пробормотал пиковый владыка, когда за мальчишкой захлопнулась дверь.

Дай ему палец, так он руку целиком оттяпает!

Жадное отродье.

Шэнь Цинцю всю ночь провертелся в своей кровати, как чжунши као чуань<span class="footnote" id="fn_38506626_0"></span>, чувствуя себя оскорбленным до глубины души тем, что и без того талантливый маленький мерзавец заполучил его драгоценное руководство. Издевательство чистой воды!

Ло Бинхэ тоже не мог уснуть всю ночь, наслаждаясь тем, что его шицзунь в кои-то веки - наконец на его стороне.