Часть 15 "Друг, который видит больше, чем кажется" (2/2)

Она тихонько хихикнула, представляя это.

— Тогда точно есть мир, — задумчиво сказала Гермиона, — где вы с Гарри стали профессиональными игроками в квиддич.

Драко довольно кивнул.

— И разбивали множество женских сердец.

— Конечно! — театрально подыграла ему она.

Но тут её улыбка чуть угасла, а голос стал тише.

— Думаю… есть мир, где у Гарри остались живы родители. Где ему не пришлось проходить через весь этот кошмар в одиночку.

Разговор вдруг обрёл новую глубину, и лёгкость мгновения начала исчезать. Драко посмотрел в сторону, нахмурившись.

— Знаешь… — его голос вдруг стал серьёзным, спокойным, без привычной насмешки. — Я надеюсь, что есть мир, где я не… ну, не был тем, кем был. Где я не носил метку, не… издевался над тобой. Где эта война закончилась, так и не начавшись.

Он помолчал, а затем с едва заметной тенью улыбки добавил:

— И, возможно, там Того-Кто-Всех-Достал просто переехало такси. Представь: вышел он в маггловский Лондон… и фьюх — мокрый асфальт.

Гермиона закрыла рот рукой, сдерживая смех. Она настолько увлеклась диалогом, но не обратила внимание на то, что Драко рассказывал вещи, которых по идее знать не должен.

— Малфой!

— Что? Очень поэтично, если честно.

Она покачала головой, всё ещё улыбаясь.

— Или мир, где кто-то из нас — сказочное существо?

— Ты имеешь в виду оборотней? Или вейл? — Драко чуть склонил голову, внимательно разглядывая её, словно всерьёз представляя этот вариант. — Грейнджер, я ещё могу подойти под вейлу, у меня волосы подходят… но ты… ты…

Он замолчал, его взгляд стал изучающим.

— Ты была бы интересной вейлой, наверное. Или странной, вместо похоти у мужчин ты вызывала бы жажду знаний.

Гермиона затаила дыхание.

— Почему?

Он усмехнулся, но в этой усмешке не было обычной насмешки, только лёгкий оттенок чего-то… особенного.

— Ты бы точно довела всех до безумия, — он хмыкнул, — но при этом… тебя было бы невозможно не слушать.

Она почувствовала, как её щёки начали гореть.

— А может… — Гермиона опустила взгляд, улыбаясь уголком губ. — Может, есть мир, где ты и я… друзья?

Драко замер. Его лицо стало серьёзным, взгляд — задумчивым. А потом он вдруг слегка склонил голову и с тихой усмешкой спросил:

— А разве в этом измерении это невозможно?

Гермиона моргнула, сердце вдруг сбилось с привычного ритма.

— Всё возможно, — прошептала она, и в этот момент её охватило странное, почти неуловимое чувство. Как будто они уже говорили об этом. Где-то. Когда-то.

— Если бы существовали параллельные миры… — Гермиона решила разрядить атмосферу и наклонилась к нему. — Уверена, в одном из них ты стал бы самым лучшим зельеваром.

Малфой вскинул бровь, притворно польщённо стряхнул невидимые пылинки с пиджака.

— О, спасибо за доверие, Грейнджер. Хотя я, конечно, больше вижу себя грозным Аврором.

— Но талант к зельям у тебя всё же есть, - Гермиона откинулась на спинку стула.

— Эх, возможно. Может, стоит перестать его закапывать? — он наклонился чуть ближе и с лёгкой улыбкой добавил: — Раз ты так веришь в меня, Грейнджер… я подумаю.

И вдруг она поняла, что тепло его слов окутало её, словно мягкий шарф. Может быть, на секунду, в этой заброшенной, тёплой тишине они оба поняли, что между ними в этом настоящем что-то уже безвозвратно изменилось.

Драко снова провел ладонью по рукаву пиджака, будто стирая следы невидимых размышлений, и усмехнулся:

— Интересно, если бы был мир, где ты и я — друзья… что бы это значило? Мы бы вместе готовились к СОВ, обсуждали книги, ссорились на почве теорий трансфигурации?

Гермиона чуть склонила голову набок, наблюдая за ним с любопытством.

— Почему нет? Думаю, ты был бы отличным собеседником.

— Это ты намекаешь, что я слишком умен, чтобы просто быть твоим врагом? — с прищуром спросил он.

— Скорее, что ты слишком умен, чтобы быть просто Малфоем.

Она не знала, откуда взялись эти слова. Но как только они слетели с её губ, то повисли в воздухе, наполняя его каким-то странным, почти электрическим напряжением.

Драко молчал, глядя на неё чуть дольше, чем, возможно, следовало бы. А потом, будто рассеяв этот момент лёгким вздохом, хмыкнул:

— Ну, раз уж ты решила, что я в каком-то мире стану зельеваром, то давай развивать эту мысль. Представь: профессор Малфой, строгий, но справедливый, вся школа боится моего гнева, а Поттеру младшему я намеренно ставлю колы, потому что могу.

Гермиона хихикнула.

— И ты правда думаешь, что смог бы выдержать планку учителя?

— Почему нет? Если бы у меня была достойная ассистентка… — он лениво скользнул взглядом по ней.

Гермиона вспыхнула.

— Вот уж нет! Скорее, в каком-то мире я бы стала твоим соперником.

— О, то есть ты не прочь поспорить со мной даже в альтернативных реальностях? Приятно знать, что стабильность — твоя главная черта.

Она улыбнулась, но не ответила.

Драко вдруг тоже откинулся на спинку стула и взглянул в потолок.

— А если представить… что есть мир, где ты — чистокровная, а я… нет?

Гермиона замерла. Она никогда об этом не думала.

— Вряд ли что-то изменилось бы, — медленно сказала она. — Я всё равно бы спорила с тобой, всё равно бы отстаивала свои взгляды… Разве только... ты бы оказался на моём месте.

— И тогда мы бы стали врагами? — в его голосе прозвучало что-то трудноуловимое.

Гермиона на секунду задумалась, а потом, неожиданно даже для себя, покачала головой:

— Не думаю. Мне кажется, в каком бы мире мы ни оказались, рано или поздно нам всё равно пришлось бы поговорить.

Драко хмыкнул и склонил голову набок, изучая её взглядом.

— Ты правда в это веришь?

— Да, — уверенно сказала Гермиона. — Потому что… несмотря на всё, ты умеешь слушать.

Он слегка удивлённо моргнул, но ничего не сказал.

Тишина снова повисла между ними. Гермиона посмотрела на их чашки — чай уже успел остыть.

— Знаешь, Малфой… если бы в каком-то мире всё было иначе, я бы хотела его увидеть.

Драко с лёгкой улыбкой покачал головой.

— Может, он уже здесь?

Гермиона взглянула на него. Что-то теплое и необъяснимое коснулось её груди, и, впервые за долгое время, она не стала искать этому объяснения.

∼∽ ∼∽

Ноябрь медленно завладевал Хогвартсом, опускаясь на школу густыми тенями сумерек. Небо пылало последними отблесками заката, индиго сливалось с пурпуром, а воздух был наполнен терпким ароматом сырой листвы. С озера тянуло прохладой — не резкой, но настойчивой, пробирающейся сквозь мантию, заставляющей поёжиться. Осень пока держала зиму на границе горизонта, но холод уже просачивался в кости, предупреждая: скоро.

Астория шагала по влажной земле бесшумно, как тень, поправляя меховой подбой мантии и натягивая капюшон глубже, так, чтобы свет фонарей не выхватывал её лица. Её дыхание растворялось в прохладном воздухе лёгким облачком.

Он ждал её у самой кромки воды. Высокий силуэт выделялся на фоне чёрной глади озера. Напряжённые плечи, руки спрятаны в карманы мантии — замкнутый жест, почти защитный. Но стоило ему услышать её шаги, как он тут же повернулся, и его лицо озарилось улыбкой — тёплой, искренней, чуть смущённой, как будто именно сейчас он позволил себе выдохнуть.

— Ты пришла, — выдохнул он, голос его был тихим, почти осторожным, как если бы это мгновение можно было спугнуть.

Астория кивнула, чувствуя, как её сердце вдруг сделало странный, непонятный скачок.

— Конечно.

Дан — именно так она позволила себе его называть — внимательно вгляделся в её лицо, словно пытался прочесть в тенях под капюшоном что-то невидимое.

— Ты несколько дней не появлялась, — заметил он, и в его голосе проскользнула едва уловимая тревога. — Я начал беспокоиться. А потом увидел Малфоя… злого, мрачного, как грозовое облако.

Он сделал едва заметное движение в её сторону, но тут же остановился, сохраняя приличную дистанцию.

— Всё хорошо, Стори?

Астория улыбнулась уголками губ, хотя в глазах мелькнуло что-то большее.

— Да, — прошептала она. — К счастью, Гриффит вовремя меня отвлёк. Кто бы мог подумать, да? Если бы Драко не успел...

Она не договорила, но Дан понял. В уголках его глаз появилось напряжение.

— Это было бы ужасно, — глухо произнёс он. В его голосе слышалось не просто беспокойство — едва сдерживаемая ярость. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

Астория опустила взгляд, задержав его на тёмной воде, которая двигалась едва заметными волнами, словно что-то прятала в глубине.

— Я в порядке.

Между ними повисло молчание. Не неловкое, но наполненное чем-то невысказанным. В воздухе витало напряжение, тонкое, но ощутимое, словно они стояли на границе чего-то важного, но пока не решались сделать шаг.

— Я хочу видеться с тобой чаще, — вдруг сказал он, и в его голосе звучала осторожность. — Но... не знаю, как Малфой к этому отнесётся.

Астория рассмеялась — тихо, мягко, и этот звук растворился в прохладном вечернем воздухе.

— Драко… он как курица-наседка. Всегда был таким, ещё с детства. Заботится обо мне, даже если не всегда это показывает.

— Это очевидно, - Дан усмехнулся, склонив голову набок.

— Но знаешь, мне бы хотелось, чтобы вы подружились, — добавила она мягко, вглядываясь в его лицо.

Он задумчиво прикусил губу, словно прикидывая, возможно ли это вообще.

— Думаю, это… сложно.

Астория пожала плечами.

— Посмотрим.

Дан хмыкнул, но в его глазах появилось что-то более мягкое.

— Кстати… — он слегка смутился, но в уголках его губ мелькнуло довольство. — Я рад, что тебе понравились цветы.

Астория улыбнулась шире, теплее.

— Каллы — мои любимые. Это было очень приятно. Я даже наложила на них чары стазиса, чтобы сохранить их дольше.

Дан довольно приподнял бровь и закусил губу.

— Значит, я не ошибся в выборе.

— Нет, — призналась она.

Он чуть наклонился вперёд, но всё ещё держался на почтительном расстоянии, не переходя невидимую черту.

— Малфой, если узнает, вызовет меня на дуэль?

Астория снова пожала плечами, но теперь в её движении появилась едва уловимая лукавость.

— Скорее всего, да.

Дан прищурился.

— Но… не по той причине, о которой я подумал?

Она лишь тихо рассмеялась, но ничего не ответила. Опять молчание. На этот раз оно было другим — не просто насыщенным невысказанным, а тёплым, спокойным. Они стояли рядом, но не касались друг друга, соблюдая границы. И всё же что-то в их взглядах, в голосах, в каждом чуть более долгом вдохе говорило: то, что было между ними было бесценно для обоих.

— Стори, — позвал он негромко.

Она подняла на него глаза.

— Да?

Он не ответил сразу, только чуть прищурился, словно запоминая её в этот момент — лицо, полутень капюшона, слабый свет фонарей, отражающийся в глазах.

— Ничего, — выдохнул он наконец, с лёгкой улыбкой.

Астория кивнула. Она понимала его без слов.

∼∽ ∼∽

Драко Малфой наблюдал за ними, стоя неподалеку под деллюминационными чарами. Он должен был подтвердить свои догадки окончательно и теперь с уверенностью мог сказать, что его шестое чувство его не подвело.

В этот день за завтраком он сидел в ближе к концу стола, не привлекая к себе лишнего внимания, не проявляя никаких эмоций, кроме лёгкой рассеянности, идеально вписываясь в общую атмосферу сонного слизеринского утра. Но его взгляд был выверенным, цепким, внимательным.

Астория думала, что её никто не видит.

Она бросала скользящие, почти неуловимые взгляды в сторону Когтевранского стола, словно пыталась убедиться, что он всё ещё там. Иногда её ресницы чуть подрагивали, когда в поле зрения появлялся Айдан Риверс, капитан квиддичной команды воронов, и тогда она быстро отводила глаза, будто испугавшись собственной реакции. Но уже в следующую секунду на её губах появлялась та самая улыбка — светлая, нежная, немного смущённая, но искренняя до невозможности.

Улыбка человека, который влюблён.

Драко видел, как её глаза начинали сиять, когда она рассказывала Пэнси о занятиях по Древним рунам. Видел, как она перебирала кончиками пальцев край манжета, когда невзначай упоминала, что они с Айданом разбирали очередной сложный текст. Слышал еле уловимую мягкость в голосе, когда она невзначай произносила его имя.

Он видел её привязанность повсюду.

Как её взгляд задерживался на его силуэте чуть дольше, чем нужно.

Как она едва заметно вздрагивала, если случайно сталкивалась с ним в коридорах.

Как она замирала, когда он что-то говорил в компании своих друзей, оказываясь неподалеку от нее, прислушиваясь и что-то запоминая.

Как тянулась к нему — неосознанно, по наитию, невидимой нитью, которую даже самые опытные заклинатели не смогли бы разорвать.

Драко вздохнул и убрал с глаз волосы, делая вид, что просто задумался о чём-то своём.

Она даже не пыталась скрывать это. Ну, или пыталась, но опытный аврорский глаз давно всё увидел и сделал выводы. Просто Драко играл в её игру, позволяя ей думать, что он ничего не замечает.

Иногда он подшучивал, невзначай роняя фразы, от которых Тори смущённо морщила нос и начинала говорить быстрее, оправдываясь в том, в чём никто её не обвинял. Иногда подтрунивал, улыбаясь в уголках губ, когда она с излишним рвением начинала рассказывать, что они с Риверсом просто учились и ничего более. Иногда делал вид, что забыл, как после того самого матча она обещала рассказать ему нечто важное.

Но он помнил.

И он был искренне рад тому, что сердце его милого воробушка наконец-то нашло того, к кому стремится.

Драко стал внимательно наблюдать за Айданом Риверсом. Он не доверял людям сразу — не после всего, через что прошёл. Он анализировал, присматривался, искал детали. Стоит ли этот человек его маленькой подруги? Достаточно ли честен, благороден, силён, чтобы носить её сердце в руках и не разбить?

Один раз он чуть не вызвал его на разговор. Слова уже были наготове, он уже представил, как загонит его в угол, сведёт глаза в тонкую щёлочку и ровным голосом скажет: „Если ты хоть раз заставишь её плакать, я закопаю тебя в землю заживо.“

Но в самый неподходящий момент появилась Тори. Она что-то весело рассказывала, её глаза светились тёплым огнём, и Драко понял — это был бы лишний разговор.

Она уже выбрала.

Так что он продолжил наблюдать издалека, позволяя своему маленькому воробушку лететь туда, куда зовёт её сердце.