Ему нравится лаборатория? (2/2)

— Эй! Я вообще-то миротворец будущий. В следующий раз привлеку тебя за оскорбления в мою сторону, Джейс Талис.

— Ну, попробуй, хах.

— Так и что было в ресторане?

— Виктор чуть-чуть переборщил с алкоголем, так что мне пришлось нести его на спине до дома и уложить его спать. Ну и сам там же остался, у него нога болела.

— То есть… Ты спал там? С ним? — Чуть понизив тон, размышляла Кирамман, строя у себя в голове логические цепочки.

— Ага. — Этот ответ стал точкой в ее умозаключениях, которые привели к одному единственному возможному (как ей казалось) варианту.

— Вы с ним переспали?! — Шокировано прокричала Кейтлин чуть ли не на всю Академию, чем перепугала проходящего мимо студента. Талис мигом попытался закрыть ей рот рукой, и от смущения его лицо приняло розоватые оттенки.

— Ш-ш-ш! Черт побери, нет! И не кричи так! Мы с ним просто спали в одной кровати. — Приглушённо шипел на нее Джейс.

— А разве это не одно и то же? — Ехидно ухмылялась девушка, убрав чужую руку со своего лица.

— Нет! И не поднимай больше эту тему, мы не переспали. — Говорил Талис, открывая ручку двери, ведущую внутрь самой лаборатории. — Все, не смущай Виктора тоже, пожалуйста.

— Ой, ну, было и было, что бубнеть-то? — Пробурчала себе под нос Кирамман, проходя вслед за другом.

Она попала в большую и очень просторную лабораторию с высоким потолком и длинным столом во всю переднюю стену. Внутри было пустовато, хотя уже и нашлись кое-какие шкафы, стулья, меловая доска и даже, на удивление, диван. Небольшой, не особо удобный, судя по тому, как выглядел, но он хотя бы был.

Рядом со столом стоял ранее знакомый ей силуэт Виктора, перебирающего бумаги. Она запомнила его ещё с той вечеринки, когда Джейс в него врезался. И пускай Кейтлин видела его практически лишь мимолетом, но память у нее была достаточно хороша, чтобы запомнить, что из себя тот представлял.

— Привет! Я — Кейтлин Кирамман, очень приятно познакомиться! — обратилась она к Виктору, когда тот повернулся в сторону друзей.

— Здравствуй. Я — Виктор. Рад встрече. — спокойным тоном, без толики эмоций, в отличие от пытающейся произвести дружелюбное впечатление Кейтлин, поприветствовал ее в ответ учёный.

— Да, я в курсе, что ты Виктор. Джейс мне уже про тебя все уши протрещал! — Весело говорила девушка, шутливо ткнув локтем Талиса.

— Что?! Когда это я трещал тебе на уши хоть о ком-либо? — Возмутился Джейс, недовольно уставившись на подругу. Его взгляд метался с нее на Виктора, и обратно, стараясь уследить за эмоциями обоих, чтобы предугадать дальнейший исход шуточек Кейтлин.

— Да хоть сейчас, когда мы только шли сюда! — Продолжала Кирамман, будто бы и не замечая как с каждой миллисекундой лицо Джейса менят цвета с зелёного на ярко-бордовый и выражения со смущения на раздражение, с попытками мимически указать ей, что про бы заткнуться.

Виктор, наблюдавший за этой сценой шуточной ссоры двух друзей, лишь чуть улыбнулся, пристально взглянув на Талиса, и вернулся к изучению бумаг, от которых его отвлекла девушка. Та же не собиралась так просто отпускать свою победу в шутках над старшим, поэтому встала на цыпочки и наклонилась к его уху.

— Я даже могу предположить, что снизу был скорее ты, чем он. — Прошептала она, от чего по телу Джейса пробежал леденящий заряд, и он весь выпрямился, как осина.

— Кейт! — Прикрикнул он на нее, слабо оттолкнув, пресекая дальнейшие попытки его подколоть. Кейтлин же зашлась своим ярким смехом, довольная проделанной шалостью.

— Джейс. — Вдруг позвал мужчину Виктор. — Кажется, в лаборатории не хватает некоторых вещей, которые ты указал в списке.

— Что? Я вроде бы все проверял. — Вмиг вернувшись в привычное состояние, Талис подошёл ближе к учёному и стал самостоятельно изучать содержимое списка. — О, так это просто мои вещи из мастерской. Я сам принесу их чуть позже, ничего страшного.

— Что ж, как знаешь. Я увидел там важное оборудование, без которого мы не можем начать работу, так что, если ты принесешь это сегодня, будет замечательно.

— Конечно! Я схожу за ним вечером. — Ответил Джейс, поставив на стол одну из коробок и открыв ее.

Внутри лежали всякие безделушки: письменные принадлежности, чайник, пакетик чая, пара тетрадей и статуэтка какого-то персонажа из детской художественной литературы. Талис приподнял одну бровь и с непониманием уставился на Кейтлин, которая деловито разглядывала свои ногти. Джейс вздохнул и открыл вторую коробку, откуда на него пристально глядел его позавчерашний недоеденный бутерброд и его обитатели, и все это лежало вместе с горелкой и четырьмя чашками. Только лишь окинув содержимое взором, он тут же закрыл ее и вновь уставился на Кирамман с недовольным лицом.

— А ты не могла принести чего полезнее? — Спросил он. — На кой мне это здесь?

— Я не знаю! Вдруг пригодилось бы. Ты же учёный, знаешь, куда приспособить, что угодно.

— Это можно приспособить только на помойку. — Ответил на ее колкость мужчина и собирался было убрать эти коробки подальше, чтобы потом вынести, но его остановила рука Виктора.

Учёный осмотрел, что лежало в коробках, вытащил оттуда ручки и карандаши, чайник с чашками, горелкой и пакетиком, тетради, а бутерброд кинул в сетчатую мусорку под столом.

— Это оставь. Да и остальное тоже. Убери пока просто куда-нибудь к стеллажу. — Скомандовал он, разглядывая одну из чашек с изображением эмблемы дома Талисов. — Может чаю?

Виктор вдруг задал вопрос, обескураживший всех присутствующих. Джейс почесал затылок, призадумался и согласился. Кейтлин последовала его примеру. Талис взял чайник и подошёл к раковине в углу лаборатории, чтобы набрать оттуда воды, пока Виктор поджигал горелку. Когда чайник скипел, он разлил воду в чашки, куда уже был насыпан чай.

Кирамман ушла почти сразу после чаепития, сказав, что всю следующую неделю будет занята. Джейс помыл чашки и выделил чайному набору одну из полок. Виктор ещё некоторое время раскладывал все чертежи по их местам и порядку, чтобы потом было проще в них ориентироваться, а потом начал зевать и Талис сказал ему идти домой.

Виктор не стал спорить, ибо и правда устал. Он все ещё чувствовал некоторые последствия алкоголя на свой организм, вылившиеся в сонливость, сопровождавшей его весь этот день. Учёный отправился к себе домой, заодно испробовав новую трость, сделанную ему Талисом, на более долгие дистанции, чем два-три шага по лаборатории.

Сам же Джейс в это время, как и обещал, пошел в мастерскую Кирамман, где стал собирать свои вещи и постепенно перетаскивать их в новую лабораторию. Он закончил работу уже поздно ночью, но спать ему отнюдь не хотелось после физической нагрузки, поэтому, стряхнув пот со лба, он взял одну из книг по медицине, купленных накануне, улёгся на диван, который жалобно скрипнул под ним, и принялся читать под светом стоявшей рядом на тумбе лампы.

Книга называлась «Влияние химических отходов на здоровье человека» и была составлена лекарями, посетившими Заун во время их миссии по попытке помочь нуждающимся в качественной медицине заунцам. Содержание имело в себе информацию о том, что происходит с каждой из систем человека, но больше всего Джейса интересовал раздел, связанный с нервной и двигательно-опорной системами. Он предполагал, что корень болезни Виктора кроется именно там. Но, читая все больше и дальше, он понимал, что это и правда являлось изначальной проблемой, но с каждым новым абзацем он все больше ужасался тому, что описывали лекари, написавшие этот труд.

Нервная система медленно разрушается, нарушаются ее функции, нервы перестают коммуницировать друг с другом, а из этого вытекает и паралич конечности, присущий Виктору, сопровождаемый нейропатической болью.

Что-то защемило глубоко в сердце Талиса, и он теперь уже не мог отделаться от этого неприятного ощущения. Он чувствовал даже стыд, что недостаточно хорошо относился к Виктору, что недостаточно его уважал и восхищался им. Просыпаться с подобным каждый день, разве может быть судьба хуже этой?

Так, погребенный под волной этих мыслей и полный тревог, Джейс провалился в чуткий сон, продолжая держать в руках книгу.

***

Виктор же никак не мог уснуть. Только он лег на кровать, сон как рукой сняло. Мужчина лежал и ворочался уже битый час, понимая, что то бесполезно, и стоит лучше пойти да поработать, но все же чувствовал где-то на подсознании, что и спать ему тоже хочется, однако не можется.

В кровати было холодно, несмотря на теплое одеяло. Нога ныла болью, отдававшей выше в бок живота, отчего становилось невыносимо лежать на нем.

Виктор раскинулся на кровати и пристально смотрел на белый потолок, чуть освещаемый светом луны, ибо даже фонари на улице уже тоже давно выключили. Мысли его были пусты, но все же ощущалось и что-то странное. Острая нехватка чего-то теплого, чего-то сопящего в плечо, прямо под боком, чего-то такого, что укутало бы одеялом и закинуло бы сверху руку, прижимая ближе к себе, и само прижимаясь своим телом тоже. Чего-то по имени Джейс и по фамилии Талис, и желательно пьяного, чтобы не задавал много вопросов.

— Твою мать! — Выругался Виктор, порядком уставший от этой навязчивой мысли, застрявшей теперь в его голове. Он перевернулся и уткнулся головой в подушку, крикнув в нее ещё пару проклятий и повернувшись обратно.

Ему стало предельно ясно. Сон для него сегодня будет недоступной роскошью, так что если он уснет, то словит куш, а если нет, что было более вероятно, то окажется, что учёный просто провалялся в кровати несколько часов. И все же он решил рискнуть и продолжить тщетные попытки уснуть.