Часть 8. Лололошка (1/2)

Сон был сумбурным. Его прервало солнце, которое пробивалось сквозь плотные шторы, окрашивая деревянный потолок комнаты в полосы янтарного света.

Уже прокричали петухи.

Лололошка поморщился. Ему снилось что-то… странное. Какая-то путаница из лесов, звезд и… снова эльф, играющий на скрипке. Изящный, как ветвь ивы, с невозможными глазами, притягивающие к себе и тянущие на самое дно болота.

А сопротивляться и не хочется.

Кажется, во сне он даже предложил переночевать у него.

Бред какой-то.

Потянувшись, Лололошка попытался отогнать остатки сновидений, упрямо цеплявшихся за сознание.

Пора вставать. Нужно натаскать воды, покормить животных…

- Доброе утро..? – прошептал кто-то.

Лололошка замер, как кролик, услышавший шорох в кустах. Убежать тоже хотелось. Повернув голову, он увидел того самого эльфа, который преследовал его во снах… Который сбегал из них ровно перед самым утром. Да только теперь он перед ним – не сон.

Не может быть.

- Либо я еще сплю, либо мне не приснилось, что я позвал тебя к себе, – недоверчиво пробормотал Лололошка, чувствуя, как последние крохи адекватности сбегают от него.

- И часто я тебе снюсь? – спросил Эграссель, чуть наклонив голову. В его голосе звучало легкое любопытство. Он улыбался.

Лололошка неловко откашлялся, стараясь выглядеть как можно более невозмутимо, хотя внутри все сжалось в комок. Неловкость за неосторожно сказанные слова заставила покраснеть кончики ушей – ну не будет же он признавать, что тот ему снится с того момента, как случайно услышал его игру на скрипке в лесу!

- Значит, не приснилось, – уклончиво заключил Лололошка, поднимаясь с пола.

Надо было что-то делать, что-то сказать, чтобы как-то избавиться от этой неловкости. Но что можно сказать эльфу, которому он, возможно, только что случайно раскрыл то, причину чего сам не понимал? ”Прости, у меня богатая фантазия”? ”Просто я слишком много о тебе думаю из-за того, что рисую тебя”? Оба варианта звучали одинаково глупо.

Лололошка размял шею, пытаясь собраться с мыслями. Он украдкой взглянул на Эграсселя, который тоже поднялся и уже убирал кровать.

Может, ничего и не нужно говорить?

Лололошка собрал спальник с пола и повел эльфа на кухню. Неловкость утреннего пробуждения летала в воздухе, как маленькие мошки у болота. заметно и раздражающе. Он мог только надеяться, что Эграссель больше не поднимет эту тему.

Матушка уже приготовила завтрак и пошла отдыхать. Есть в такой давящей тишине было невыносимо. Собравшись с духом, Лололошка поджал губы и посмотрел на эльфа.

Эграссель спокойно завтракал. Казалось, его ничего не тревожило. Точнее, Лололошка был в этом уверен. За недолгий период знакомства он вполне мог определить, когда эльфа действительно что-то беспокоит. У того все на лице написано.

- Что-то не так?

Лололошка слишком погрузился в свои мысли, не замети, что уже довольно долго смотрит на Эграсселя.

Помотав головой, Лололошка пробормотал что-то невнятное о том, что свет на волосы красиво падал, и продолжил завтрак в тишине.

Но долго так продолжаться не могло. Пока Лололошка мыл посуду, лишив свое поле зрения присутствия Эграсселя, он смог подобрать слова.

- Ты вернешься в объединенный город?

Эльф молчал несколько секунд. Лололошка едва сдержал порыв обернуться. В основном потому, что боялся встретиться с ним взглядом.

- Наверное, да. У тебя какие-то планы?

Лололошка невольно улыбнулся. То, как Эграссель спросил его о планах, было очень похоже на первые шаги приведенного домой с улицы котенка. Так же неловко, неуверенно, осторожно и немного напугано.

- Честно, не задумывался. По дому дел не так много. Думал, посидеть в мастерской или порисовать после обеда. В идеале, конечно, было бы изучить чертеж твоих наручей, но…

Лололошка не успел подобрать слова.

- Я могу их принести тебе, если хочешь начать сегодня.

Он обернулся и почти сразу же встретился взглядом с Эграсселем. Эльф, кажется, не ожидал такого, потому резко отвел взгляд, чем вызвал еще больше вопросов у человека.

Ему только что показалось, или Эграссель действительно его рассматривал?

- Я просто предложил… Это не к спеху.

Показалось.

Еще одна вещь, которую он понял об Эграсселе – он слишком сдержанный и уважительно относится к личным границам.