Часть 28. Финал (1/2)

Сложно осознать себя другим человеком. Сложно принять, что и Лео, и Кай — одно целое. Две совершенно разных личности словно срослись, он больше не тот прежний барыга Лео, но и не изнеженный Кай.

Он выходит из повозки, после тряски его подташнивает. Перед его взором Земли Тюльпанов. Густой лес, а перед ним кладбище. Где-то в его глубине виднеется семейный склеп Ланенов. Серые стены из мрамора почти сливаются со снегом. Лео ступает по не расчищенной тропе, ноги увязают в снежном покрове, он поворачивается назад, из повозки выходят Альмонд и Дилис. Они не совсем понимают, зачем он их сюда притащил. Зато Лео знает.

Он хочет им кое-что поведать.

Лео идет, и с каждым шагом его охватывают неподдельные эмоции. По спине холодные мурашки, в горле ком. Он заходит вовнутрь склепа, а взгляд его прикован к одной-единственной могиле. Лео сразу ее узнал.

Брат…

«Прости», — проносится в голове. Кай внутри него до сих пор винит себя в его смерти. До сих пор скорбит. И Лео это чувствует в полной мере. Его накрывает. Начинает трясти, на глазах слезы, а он ведь не плакса.

— Возможно, я не совсем тебя помню… не могу вспомнить всего, что было, — шепчет он, приседая рядом с могилой и стряхивая с мрамора залетевший сюда снег. — Но я чувствую, что ты был мне очень дорог. Был самым дорогим мне человеком. Если бы я не выбежал тогда в грозу, ты бы остался жив? Ты бы… защитил того слабого Кая, которого сломали над могилой? Ты бы не допустил этого всего кошмара, брат… Знаю. Прости меня.

По телу снова мурашки. Он слышит позади шаги и резко поворачивается, но нет, это не Рос Ланен, это муж и супруг — наконец его догнали. Они стряхивают со своей зимней одежды снег, топочут ногами, очищая ботинки. Лео смотрит на них, улыбнувшись сквозь слезы. Он их любит. Обоих. И ни за что не потеряет.

— Тут покоится твой старший брат? — догадывается Альмонд. Они с Дилисом подходят ближе. — Ты захотел его навестить? Кай… Боже, не плачь.

— Я не плачу, — он вытирает слезки и сопли рукавом. — И да, лучше называй меня Лео. Кай это тоже мое имя, но Лео мне ближе.

— Почему именно так? — удивляется альфа.

— Однажды расскажу, когда буду уверен, что вы двое не упечете меня в дурку. А пока… хочу сказать, что я частично вспомнил прошлое. Давно вспомнил, но не говорил, это было моим личным грузом. Но сейчас, когда худшее позади, мне захотелось с вами поделиться.

— Рассказывай, — говорит Дилис, посмотрев ему в глаза.

— Так, только не нужно никого убивать после этого, — Лео выразительно смотрит на Альмонда, зная его мстительную натуру. — Хотя, в принципе… В общем. Мое прошлое не было радостным. Да, я рос в роскоши, у меня было все необходимое, но это не делало меня счастливым. Во первых, меня морили голодом, чтобы я оставался стройным, чтобы меня не растаскало вширь, как моего папеньку. Во вторых, воспитание было довольно жестким, за любой проступок избиение либо сутки в подвале. Мы с братом держались вместе, мы были неразлучны, но так вышло… по моей ли вине или нет, но он умер. После этого я остался действительно один. И кое-кто, имеющий абсолютную власть, этим воспользовался. Рос Ланен. Он смотрел на меня не как на юного сына своих родственников. Он приставал ко мне. А родители закрывали на это глаза, они ничего не могли ему предъявить, ведь он обеспечивал их деньгами. Однажды я убежал от него в склеп, думая, что тут он меня не тронет, это кощунство, в могилах покоятся его предки, родители, близкие. Но ему было все равно. Он изнасиловал меня вон тут, — Лео указывает точное место. Он помнит все. И сразу чует, как запахи его слушателей усилились от эмоций.

— Дослушайте сначала. В первый раз он разодрал меня до крови над могилой брата. После этого было еще несколько случаев. И каждый раз я просил защиты у родных, но они обвиняли меня в грехе. Мол, это я соблазнил старика, а не ему зачесалось сунуть сморщенный хуй в молоденького омежку. Этот кошмар прекратился только потому, что король приказал скрепить меня и тебя, Альмонд, брачным союзом. Вот, почему я достался тебе порченным. Ты ведь даже не спрашивал, боясь услышать, что я спал с другим по любви, верно? Да знаю я твою ревнивую натуру… Увы, далеко не по любви. Вот, почему я выбрал тогда для Роса именно такое наказание. Я хотел, чтобы он понял, что я пережил. Понял на собственном опыте, и при этом продолжил жить.

— Только дайте мне его, — рычит Дилис, разъяренный до предела. — Я ему глаза вырву! Этими руками! Я его по кусочках буду резать, пусть сдыхает медленно и мучительно!

— Я всегда знал, что беременные омежки особо кровожадны, — говорит Лео, пытаясь разбавить обстановку.

Альмонд стоит еще мрачнее, его глаза расширенны, а челюсти и кулаки крепко сжаты. Пока Дилис эмоционально раскидывается проклятьями и угрозами, альфа по всей видимости строит реальный план мести у себя в голове.

— Да не нужно его убивать, пусть живет. Максимум хуй отрезать, чтобы он больше им ни в кого не тыкал, — пожимает плечами он. — Смерть для него — это избавление, а я хочу, чтобы он каждую минуту жизни помнил, как его драли стражники в подвале сразу во все дыры.

— Я не смогу это просто так оставить, — пылает Дилис, а вот Альмонд подходит и обнимает Лео, сквозь зубы прошептав:

— Прости…

— Никто из вас в этом не виновен. Просто вы должны знать, что со мной было, вот и все. Я пережил ад, но сейчас я счастлив с вами. И не хочу ничем омрачать наш союз. Пусть прошлое остается в прошлом, меня оно больше не интересует, я хочу смотреть только вперед.

Лео втягивает в объятья злющего Дилиса, они все втроем стоят так некоторое время, пока снег продолжает засыпать ровным слоем тысячи старых могил.

***

Проходит два месяца — совсем скоро весна. Но пока снега лежат такие, что местами доходят до пояса. Зимы тут действительно суровые, но тем не менее — красивы. В современном городе такого не увидишь, там если и выпадет снег — сразу смешается с грязью. А тут — тишь да гладь, бесконечные заснеженные поля и леса.

Единственный минус здешних зим, это холод. Поместье большое, оно не отапливается полностью. Прогреваются — сожжением дров в печах и каминах — только основные комнаты и комнаты слуг. В холле и коридоре так холодно, что порой изморозь покрывает не только окна, но и подоконники и ближайшие к ним предметы. Но зато можно часами сидеть у камина, укутавшись, пить чай и читать книги.

Второй минус зимы — сезон балов. И если Дилису из-за его положения можно было пропустить парочку, то Лео пришлось плясать на всех. Толпы, вонь, шум, на голые плечи и волосы со свечей на люстрах капает воск — спорное удовольствие. Из-за большого количества людей в зале становится жарко, а выйдешь на улицу — мороз. Риск умереть в молодости от воспаления легких увеличивается в стократ. А отказаться от принятия участия никак — это испортит репутацию всего рода. Присутствие обязательно.

Светская жизнь утомляет, Лео не понимает, зачем все это показное величие и богатство, которое насквозь разит лицемерием. Пока дворяне пляшут на балах, простой народ мрет от голода. Хотя и в современном мире все то же самое, пока одни зажрались со своими миллиардами на счетах, другие едва сводят концы с концами. В принципе, от эпохи к эпохе ничего не меняется.