Часть 9 (2/2)
— По тем же отчётам, глаза Обито были украдены Орочимару, — скрытая угроза явно прозвучала в словах Шисуи.
Глава сузил глаза и перевёл взгляд на него. Разглядывал словно нечто недостойное его внимания.
— Я знаю, у кого шаринган этого мальчишки, и ты, — он указал пальцем на Итачи, — вернёшь их!
Итачи застыл. «Не может быть, но как?». Новый план созревал в голове, только будет ли согласна Сакура?
— И у кого же? — ровный голос не выдал ни одной эмоции.
— Конечно же у той дерзкой девчонки, — пренебрежительно фыркнул Фугаку, — зачем они Орочимару?!
— Хорошо, я поговорю с ней, — рука Итачи дрогнула, — если это правда, не думаю, что она будет против вернуть их в клан, — низко склонив голову, он резко выпрямился и не спрашивая разрешения, вышел из зала.
Тёплый ветерок растрепал небрежно повязанный хвост, глаза полыхали красным. Шисуи тихо встал рядом.
— Если это так, то Сакура под прицелом.
Итачи повернулся к другу и затянул его в иллюзию.
— Мне нужна будет твоя помощь.
— Всё, что угодно, ты же знаешь, — Шисуи кивнул, и сложил руки на груди.
— Собери мои вещи, закинь их в свиток, позже я пришлю ворона и ты передашь его с ним, — медленно произнёс Итачи, разглядывая созданный горизонт.
— Не вопрос, придумал, что скажешь отцу?
— Ничего, — усмешка растянула губы на бледном лице.
— Что ты хочешь этим сказать? — озадаченно уставился на него Шисуи.
— Золотая клетка оказалась тёмной сырой тюрьмой, — горько прошептал Итачи.
— Будь осторожен! — помедлив, он подошёл к другу и крепко обнял.
Вырвавшись из иллюзии, Итачи сложил печать и перенёсся к башне Хокаге. Свет в кабинете горел до сих пор. Пробравшись по крыше к окну, он поскрёб пальцем стекло, привлекая внимание женщины. Цунаде оторвалась от записей, что лежали на столе, и посмотрела в окно. Нахмурившись, она махнула рукой, приглашая зайти.
— Все Учихи ходят через окно что ли? Для вас не существует дверей?
— Простите Хокаге-сама, дело очень срочное, — Итачи спрыгнул с подоконника и поклонился.
— Клан, — рыкнула Цунаде и постучала по столу пальцами, — рассказывай.
*
Какаши видел, как Сакура опрокидывала стопку за стопкой, пьянея прямо на глазах. Он и сам был не лучше, но пока ещё мог держать голову прямо — нужно домой. Закинув руку девушки себе на шею, перехватил рукой за талию, вышел из-за стола и сложил пальцы в печать мгновенного переноса. Сакура повисла в его объятиях, уткнувшись носом в шею. Дрожь пробежала по всему телу, и первый всхлип вырвался куда-то в ямку между ключицами. Какаши гладил её по спине, молча поддерживал.
Не заметил, как они оказались на диване, как Сакура легла ему головой на колени, утыкаясь лицом в живот. Тихие рыдания прожигали его кожу, нанося новые шрамы. Он склонился над ней, и тихо стал напевать мелодию, пропуская пряди волос сквозь пальцы. Девушка постепенно затихала. В какой-то момент Какаши показалось, что она уснула. Склонившись ещё ниже, прислушался к дыханию. Сакура резко повернула голову и оказалась слишком близко к его лицу.
Кто потянулся первым, останется для них загадкой. Но вот уже губы столкнулись в нетерпеливом поцелуе. Языки сплетались в страстном танце. Руки шарили по телу, обжигая сквозь одежду. Сакура перебралась на колени к Какаши, пальцами зарывшись в пепельные волосы, чуть оттягивая назад. Мужские руки сжимали бёдра, прижимая к себе ещё ближе. Одежда срывалась резкими движениями, слышался треск ткани. Тела пылали, кожа обжигала руки при прикосновении. Горячая плоть соприкоснулась с влажным лоном, вырывая стон разочарования, хотелось чувствовать глубоко внутри. Резко поднявшись, Сакура обхватила член рукой и направила, медленно опускаясь. Шипение сквозь зубы. Выдох и до конца. От сладкого стона на ухо Какаши сжал кожу на бёдрах до синевы. Ногти девушки царапали плечи, оставляя следы. Животная страсть вырвалась на свободу, неся с собой отчаяние и боль.
Громкие стоны и влажные шлепки заполнили тишину дома. Чувствительного носа коснулся аромат разгорячённых тел. Сакура двигалась быстро, вбирая член максимально глубоко.
— Не могу… — жалобно протянула она.
Какаши пальцем дотронулся до клитора, круговыми движениями, медленно ласкал, выбивая новые, более громкие стоны. Он был на пределе. Но вот внутренние мышцы бёдер напряглись, дрожь пробежала по низу живота, обдавая жаром. Движения замедлились, растягивая удовольствие, оргазм смывал остатки разума.
Рин переживала за ребят. Вчера были похороны, и Какаши так и не вернулся домой. Помня, где можно его найти, девушка направилась к дому его подруги. В обед их ждали у хокаге для подписания документов на усыновление Наруто. Цунаде прислала весточку, что старейшины согласны, и нужно явиться к ней. Уже было почти десять часов утра, а Какаши всё нет.
Дверь была открыта, и девушка спокойно прошла в дом. «Тишина, значит спят ещё» — подумала про себя Рин, придерживая животик, прошла на кухню. Лицо застыло в болезненной гримасе. Сердце бешено ударялось о грудную клетку, готовое вот-вот разбиться на мелкие осколки. Душа рвалась на части. Судорожный вздох, горячая слеза одиноко скатилась по щеке. Горечь застряла колючим комком в горле. Развернувшись девушка вышла из дома, не обратив внимания, что хлопнула дверью.
Стук двери разбудил Какаши, подняв голову, взглянул в окно, уже давно светло. «Чёрт, мне же нужно сегодня к Цунаде!» — мысль ударила по и так больной голове. Рядом кто-то вздохнул, и скосив глаза, увидел Сакуру. Воспоминания замелькали одно за другим. Стыд выступил красными пятнами на шее и лице. «Ками! Так это был не сон». Он не знал как будет теперь смотреть в глаза своей жене и подруге. Прикрывая лицо рукой, составлял план действий: сначала к хокаге решить вопрос об усыновлении, потом разговор с Рин, и затем с Сакурой.
Как только он собрался, отправился домой. Нужно принять ванну и переодеться. Душ смывал с тела шок и стыд, оставляя после себя только царапины страсти, но их можно прикрыть майкой. Когда он застегнул ремень, услышал, как Рин зашла в дом.
— О, ты уже вернулся? — девушка улыбнулась, ставя пакет на стол.
— Да, а ты где была? — настороженно смотрел на неё Какаши.
— Захотелось фруктов и рамена, — хихикнула девушка, поглаживая живот.
Он проследил за её жестом, и почувствовал как задыхается, будто дали под дых. Как ему теперь жить со знанием, что он изменил своей любимой?
— Ты… пойдёшь со мной к Наруто, а потом к Цунаде? — Какаши тяжело сглотнул, пряча глаза.
— Конечно, — Рин подошла ближе, и взяла его за руку, положила с боку на живот, туда, где отчётливо пинался малыш.
Счастливая улыбка украсила лицо Какаши, и подняв взгляд на жену, он увидел безграничную любовь в её глазах.
— Я бы хотел поговорить с тобой после того, как решим вопрос с Наруто, — не смело начал он.
— Конечно, — Рин тепло улыбнулась.
Сакура проснулась через час после ухода Какаши. Резко сев на диване, застонала, все мышцы затекли, голова раскалывалась. Запустив пальцы в волосы, пыталась вспомнить, почему она спала на диване и почему она обнажённая. Но как бы она не напрягала память, больная голова отказывалась ворошить вчерашний вечер. Девушка прикрыла глаза, и призвала чакру в помощь, залечив всё тело и головную боль. «Так-то лучше» — и встав с дивана, пошла в душ. Здесь многое напоминало об Обито, о страстных минутах. Но Сакура блокировала все воспоминания, что причиняли ей боль, засунула в самый дальний ящик и повесила замок. Сейчас перед ней стояла задача не допустить ещё одну смерть, поэтому не время жалеть себя.
Её любимая форма одежды претерпела значительные изменения. Вместо топа она выбрала короткую облегающую тело майку, а штаны заменили шорты. На бицепсах она затянула ремни, на которых крепились укороченные кунаи, напоминающие пики стрел; на запястья — напульсники, в них были спрятаны металлические сенбоны; на бёдра она надела кобуру со своими любимыми кинжалами, и так же не забыла про ремни с сюрикенами. Затем она прикрепила сумку шиноби с дополнительным оружием и расширенной аптечкой, туда же положила заветный свиток с шаринганом. В завершении были выбраны не стандартные сандалии, а высокие сапоги с открытым носком и пяткой. Волосы заплела в тугую косу. Готово.
Жители деревни провожали девушку настороженными взглядами, но ей было плевать. Она не замечала ничего вокруг. У неё две цели: выполнить последнее желание Обито и спасти Рин. И одно без другого видимо не получится. Орочимару — саннин, и обычному джонину с ним не справиться. Либо Цунаде и Джирайя сами убьют его, либо нужно просто стать сильнее. И первый вариант как раз не подходит, вряд ли бывшие сокомандниками решатся на уничтожение друга. Поэтому остаётся второй вариант, а значит нужно научиться управлять глазами Учих.
Стук в дверь заставил Сакуру вздрогнуть, но она взяла себя в руки и услышав разрешение войти, толкнула дверь. В кабинете кроме Цунаде находился ещё и Итачи. Брови в удивлении поползли вверх.
— Я не вовремя?
— Наоборот, проходи, — Цунаде махнула рукой в сторону дивана, — АНБУ! — рявкнула женщина.
Медведь появился в окне и Пятая усмехнулась:
— Учихи, что с них взять! — под нос пробормотала она, но её слышали все, — Создай барьер, нам лишние уши не нужны.
Шисуи в маске медведя сложил руки в печать, прошептал:
— Барьер пяти огненных лисиц! — и приложил одну руку к стене, вспыхнули фиолетовые языки пламени и расползлись в хаотичном порядке, распределяясь по четырём углам кабинета образуя силуэты маленьких лис. Пятая расположилась на крыше. Сверкая фиолетовым светом, они охраняли помещение от прослушивания, при попытке проникнуть сквозь барьер лисы полыхали алым огнём.
Женщина довольно кивнула, и повернулась к Сакуре.
— Плохая новость: Фугаку знает, что глаза Обито у тебя, — Сакура не подала виду, что это как-то её задело, — очень плохая новость: если ты их не вернёшь в клан, на тебя начнётся охота, — девушка даже не моргнула, — и ужасная новость: план, что придумал Итачи заставит вас покинуть деревню, — Цунаде ждала, но на лице Сакуры не появилось ни одной эмоции.
— Сакура? — тихо позвал Итачи.
— Я отказываюсь возвращать глаза Обито, его последняя воля — либо мне либо ему, — Сакура кивнула головой на молодого человека и сложила руки на груди, и закинула ногу на ногу, медленно покачивая ею.
— Я так и думала, — Цунаде ухмыльнулась, — даю вам на сборы два часа.
— У меня всё готово, — Итачи нахмурился, время поджимало.
— Отправляетесь в долгосрочную секретную миссию, — Цунаде положила на край стола свиток с инструкциями и зашифрованными пометками, — все сведения тут, выдвигаетесь, когда Сакура соберётся.
— У меня на такой случай есть отдельный свиток, так что можно выходить, как только его заберу из дома.
— Отлично, тогда свободны, — они поклонились хокаге и направились к двери, — будьте осторожны, — тихо произнесла женщина им вслед.
Сакура обернулась, и серьёзно кивнув, вышла. Путь домой занял пять минут. Нужный свиток лежал в ванной на полке, среди спрятанного оружия. Когда-то она запаслась такими свитками на всякий случай. Почти в каждом лежали дорожные вещи, деньги, что она откладывала с выполненных миссий, запасная одежда и гигиенические принадлежности. Не раздумывая, она прихватила с собой четыре, а два оставила. Итачи дожидался её на улице, выйдя из дома и заперев, ключ спрятала в кашпо у крыльца.
— Давай заглянем к Обито?
— Конечно, — Итачи кивнул, и прыгнул.
Быстро передвигаясь по крышам домов, они добрались до самого тихого места во всей деревне. Сакура присела, уперев одно колено в землю и дотронулась пальцами до надгробной надписи. Тихо попрощалась.
На воротах Котецу странно смотрел на девушку, но не осмелился что-либо сказать, лишь кивнул на прощание. Сакура слабо улыбнулась и вышла из деревни. Обернувшись, она в последний раз посмотрела на залитую солнцем Коноху, мысленно обещая найти лекарство для Рин и обязательно вернуться ещё сильнее.