1.3 (1/2)

Спустя несколько дней Виллем решился на откровенный разговор с матерью. Он выбрал для этого прохладное утро, когда торговка решила пропустить рабочий день и посвятить его домашним делам.

Юноша долго собирался с мыслями. Он предполагал, что Анна скорее всего не захочет говорить об Алессио Моргане. Однако распиравшее грудную клетку любопытство не давало ему покоя. Оторвав взгляд от по-утреннему спокойного города за окном, Виллем робко взглянул на мать. Та как раз принесла свежей воды из бочки, стоящей в сенях, собираясь мыть посуду.

— Расскажи мне об Алессио, мама. Что все-таки с ним случилось?

От неожиданности женщина едва не выронила из рук тарелку, еле удержав ее.

— Я хочу знать, что тогда произошло. Почему ты так реагируешь, когда речь заходит о нем? — попросил Виллем, приблизившись к матери и обнимая ее за плечи.

Не желая бередить старые раны, Анна вырвалась из объятий сына, уводя взгляд. Выглядела она не на шутку встревоженной.

— Не надо, Вилли, — голос ее прозвучал достаточно резко. — Это в прошлом.

Нахмурив брови, женщина поставила чистую тарелку на стол и, не взглянув на сына, отвернулась от него.

Такая реакция Виллема не устроила.

— Прошлом, которое все еще терзает тебя? — воскликнул он. — Так выговорись! Тебе же самой станет легче.

Видимо, это подействовало. Анна бросила в его сторону растерянный взгляд, наскоро промокнула руки о передник и растерянно сплела между собой пальцы. Лицо ее выражало беспокойство. Многие годы она не вспоминала друга детства, спасшего ее когда-то от жуткого монстра.

Устало опустившись на стул, женщина еще раз обеспокоенно взглянула на сына. Тот все еще ждал ответа. Сдавшись, Анна смиренно кивнула, лицо ее вдруг покраснело, приобретая расстроенный вид, а ресницы задрожали. Виллем заметил в уголках материнских глаз скопившиеся слезинки, отчего ощутил неприятный укол в груди. Мама явно не желала вспоминать, а он настаивает, чтобы она поделилась с ним случившимся.

Вздохнув, женщина несколько минут молча глядела в окно, будто бы собираясь с мыслями.

— Мне было десять лет, когда один из них напал на меня, — начала она. — Это произошло одним весенним вечером на озере. Том самом, где ты так любишь бывать. Той весной по городу ходили слухи, что на Запад собираются в поход восточные варвары. Однако многие не верили в это. Накануне того вечера господин Морган, отец Алессио, подарил ему новый медальон. Купил у одного из наших торговцев, а тот привез его в Гримроуд с юга, — она робко улыбнулась, углубляясь в воспоминания. — Алессио тогда нравилась одна девушка из нашего города, и он хотел произвести на нее впечатление. Вот и уговорил отца купить для нее какой-нибудь особый подарок.

— Тот медальон предназначался ей? — спросил Виллем.

Мать кивнула.

— Желая похвастаться перед своими друзьями, Алессио взял медальон с собой на озеро. Мы любили играть и плавать в нем, как и все дети в нашем возрасте. Дурачась, Алессио выронил медальон где-то в кустах. Он очень переживал, что ему влетит от отца, долго искал его, но так и не смог найти. Уж слишком густая трава росла у озера в то время.

Виллем осторожно опустился перед матерью на соседний стул.

— Мы долго его искали, но так и не нашли. В конце концов Алессио принял решение прийти на озеро позже и еще раз хорошенько все осмотреть. Он дождался, пока родители отвлекутся, и ушел. Мы дружили, и я хотела помочь другу в поисках. А кроме того, переживала, чтобы он не попал в беду. В общем, я пошла за ним к тому озеру.

— Что произошло потом?

— К сожалению, стемнело очень быстро, а мы так и не нашли медальон. Вскоре появилась какая-то странная фигура в кустах. Мы думали, это разбойники или дикие животные, и уже собирались позвать на помощь. Но это было не животное, — голос Анны ненадолго стал тише.

Виллем почувствовал, как его пробирает озноб.

— Я помню его безумные глаза, — прошептала женщина. — Он учуял нас и потому пришел. Он выглядел как человек, но по природе своей им не был. Безумные глаза, острые, как ножи, клыки. Это было нечто страшное и безумно опасное. Я испугалась и закричала, а он схватил меня и зажал мне рот рукой. Что-то говорил про ужасную жажду, мучавшую его долгое время. Алессио попытался вырвать меня из его цепких лап, однако силы были неравны. Этот монстр был так силен, словно тысяча крепких мужчин, вместе взятых. Он откинул моего друга в сторону, а меня схватил когтистой лапой за горло и собирался вонзить острые зубы. Однако Алессио остановил его. Просил оставить меня в покое, говорил, что я еще очень мала, и умолял остановиться. Я потом долго в кошмарах видела его напуганные глаза и перекошенное от страха лицо.

— И это существо послушалось Алессио? — удивился Виллем.

— Не сразу, — покачала головой Анна. — Он сказал, что ему нужен кто-то взамен. Тогда Алессио предложил себя, — голос ее задрожал от страха.

Не сдержав эмоции, женщина прижала ладони к лицу и расплакалась.

Подскочив с места, Виллем бросился успокаивать мать.

— Крик Алессио… он еще долго мучил меня в кошмарах, — пробормотала Анна, всхлипывая. — Этот монстр утащил его с собой, а меня оставил там. Я помню, как бросилась наутек оттуда. Бежала, пока не достигла городской площади, рыдая от страха. Я пыталась все рассказать родителям о случившемся, но они мне не поверили. Спустя некоторое время нашему старосте пришло письмо от таинственного посланника.

— Что за письмо? — не понял Виллем.

— В нем говорилось, что земли Гримроуда отныне никто не тронет. Поговаривали, будто Алессио упросил их правителя уберечь наши земли от опасности.

Все еще удивленный рассказом матери, Виллем зажмурился и замотал головой. Часть его сознания отказывалась верить в услышанное.

— А что с набегом восточных воинов? — наконец спросил он.

— Его не было, — отозвалась Анна. — Многие утверждали, будто бы какие-то неведомые силы не давали им проникнуть на территорию наших земель. Спустя некоторое время несколько тел вражеских воинов были найдены у границ города, растерзанными и обескровленными.

— Жутко все это слышать, — признался Виллем, обдумывая рассказ матери.

— А еще более жутко вспоминать, — отозвалась та, поднявшись с места и принявшись расставлять посуду по местам.

— А это существо ты больше не встречала?

Анна покачала головой.

— Нет, никого из них. Как и Алессио.

Закончив рассказ, она покинула кухню.

«Более странных вещей мне еще не доводилось слышать», — подумал Виллем, провожая мать взглядом.

***

Последующие несколько дней по Гримроуду стали распространяться слухи о предстоящем набеге восточных войск. Как и многие горожане, Виллем не желал верить этим слухам, однако каждый раз, пересекаясь с учителем в городе, юноша ненароком вспоминал выпученные глаза старика в их недавнем разговоре. Картина была довольно жуткой, а потому мальчишка старался как можно скорее выбросить удручающие мысли из головы.

Анна все чаще отлучалась по вечерам без предупреждения. Желая узнать, где пропадает мать, Виллем незаметно проследил за ней в один из дней. Оказалось, что женщина посещала церковь, проводя многие часы перед священным распятием. Виллема беспокоило состояние матери. Она уходила от темы, когда он пытался выяснить, куда она отлучается, и по-прежнему была чем-то встревожена. Юноша не раз незаметно провожал ее до церкви, а стоило ее невысокой фигуре скрыться в тени божьего храма, нехотя возвращался домой.

Об Иных он больше ни с кем не говорил. Всячески стараясь выбросить из головы ненужную чушь, Виллем решил максимально сосредоточиться на будущем. Без должного энтузиазма он в конце концов принял предложение Марко, чем кузнец был очень доволен.