II (1/2)

Парень развернулся на пятках своих лакированных туфель и кивнул в сторону, приглашая пройти за ним. Сонхва пошёл вперёд, а Ёсан следом за ним. Доверенный шел на достаточном расстоянии впереди, для того чтобы сохранять профессионализм и не нарушать личные границы мужчин.

— Что за вопросы он собирается задавать? — Ёсан наклонился к другу. — Надеюсь, он не знает кто мы и нас не перестреляли за этой дорогой дверью.

Они подошли ближе а тому самому помещению из которого до этого выходил мужчина. Парень открыл дверь и пропустил клиентов внутрь. Сонхва и Ёсан зашли в просторную комнату с большим окном, столом с бархатной поверхностью зеленого цвета и четырьмя стульями из красного дерева вокруг него. В углу стоял большой шкаф со стеклянными дверцами. Однако, ничего невозможно было рассмотреть — они были затонированы.

— Прошу присаживайтесь, — он указал им на стулья и дождался момента пока парни сядут, прежде чем самому обойти стол, — украшения подобного уровня вы не найдете в этом магазине, но если наш разговор пройдет успешно, то я подскажу вам возможность заполучить желаемое с тем самым сапфиром.

— Что вы имеете в виду под «пройдёт успешно»? Вы нам угрожаете? — Ёсан недовольно выгнул бровь, продолжая поддерживать свой образ капризного аристократа.

— Что вы, нет, — парень даже не изменился в лице от услышанного, — просто наша обычная процедура, которую мы проводим с новыми клиентами, для обеспечения безопасности обеих сторон.

— Допустим.

— Расскажите, пожалуйста, чем вы занимаетесь, — он прищурился и слегка улыбнулся, — ваши лица выглядят знакомыми.

Сука. Наводим справки на тебя и на твоих друзей.

— Мы совладельцы известного архитектурного бюро в городе. — Сонхва откинулся на спинку стула, складывая руки у груди и сохраняя беспечный вид. — «SMB». Слышали о таком?

Боже, как хорошо, что там работал друг Сонхва. И если что подсобит ему. При чем он всегда был его прикрытием. Пак протянул визитную карточку, которую он достал из своей небольшой сумки.

— Вот, посмотрите. — Сонхва улыбнулся, уверенно держа визитку.

Незнакомец протянул руку и аккуратно взял карточку. Пока он её рассматривал, Сонхва не отводил от него взгляд, сканируя черты лица. Интересно, чем он действительно занимается? Или реально является просто доверенным лицом?

— Это просто прекрасно, — парень положил визитку на поверхность стола и медленно убрал свои длинные пальцы с бархата, — конечно, слышал. Благодарю. У первого джентельмена есть жена, а что на счет вас?..

Ёсан выжидающе выгнул бровь. Нет, это серьезно сейчас происходит?

— Я женат и у меня есть ребенок — дочь три года, — Кан мечтательно улыбнулся, — ещё вопросы?

— Не переживайте, ваши личности будут сохраняться в секрете, просто заполните документы и неразглашении и мы сможем приступить к обсуждению того, за чем вы пришли, — парень поднялся с места и открыл дверцу шкафа. Он достал пару листков и две ручки зеленого оттенка, а затем вернулся на место и положил два комплекта перед парнями, — наши клиенты находятся в особой базе, которая позволяет им иметь доступ к магазину и… думаю, вы уже осведомлены о том, что наш владелец — человек, у которого есть ещё бар. Для вас откроется VIP-ложа, в которой вам не придётся толпиться в обществе обычных посетителей. Иногда там проходят мероприятия, позволяющие поучаствовать в аукционе по покупке особо редких украшений.

Сонхва мог поклясться, что еще немного и он взорвется со смеху, потому что он гей, а у Ёсана встает только на работу в двойном объеме. Ладно, что там за бумажки, говорите?

Сонхва аккуратно взял ручку и опустил взгляд на документы перед ним. Хм… Ничего примечательного. Просто имя, фамилия, немного информации о себе, контактные данные. И это всё? И даже удостоверение личности не нужно?

— Благодарим. — Пак кивнул и принялся заполнять бумажки.

Нет, что-то как-то это слишком легко. В чем подвох? Или они с Ёсаном неожиданно стали великолепными актерами? Нужно было слушать матушку и идти в творческую профессию, а не просиживать свой зад в офисе на должности детектива. Но уже что имеем. Брюнет филигранно выводил каждую букву, стараясь не допустить ошибки из-за постоянного погружения в свои мысли. То есть… Они уже сегодня смогут оказаться внутри?

Пак отложил документы и ручку, уведомляя, что он покончил с анкетой. Сонхва краем глаза заглянул в листок Ёсана. Он тоже почти всё. Брюнет перевел взгляд на новоиспеченного знакомого в лице потенциального преступника и вновь улыбнулся, приподняв лишь уголки губ.

— А когда проходят эти самые аукционы?

— Об аукционах оповещают заранее, в очень филигранном порядке, — парень повел плечом, — каждый раз кодовое слово меняется, поэтому если вы упустите, потеряете письмо, то придётся ждать следующего. Иначе никак, таковы правила, а вот… сам магазин вы можете посетить в ближайшее время, думаю подарок для супруги не требует отлагательств, я прав?

Ёсан усмехнулся и покосился на друга:

— О да, он чуть не забыл про их годовщину и ему придётся постараться, чтобы загладить свою вину.

— Разумеется, разумеется, — парень кивнул, — сегодня вечером, с 7 часов — у вас будет возможность туда попасть по своему имени через VIP-ложу. Главное… не забудьте на пропускном назвать: «Honestas est supra legem.» Вас поймут.

— И что значит эта фраза? — Кан переглянулся с Сонхва.

Почему, блять, все оказалось настолько просто? Или же их ещё проверяют и будут проверять? Здесь явно есть какой-то подвох.

—Честность превыше закона. — парень слегка вздернул бровями и сложил руки на столе.

Ах, вот как. Честность превыше закона. А вы что, мать его, в Робин Гуды заделались?

— Благодарим за теплый прием и такое качественное обслуживание. — Сонхва встал со стула и сделал небольшой поклон. — Ёсан, я думаю, нам пора идти.

Кан незамедлительно кивнул и встал за Паком следом. Мужчина последовал их примеру и поднялся, чтоб их проводить, но Сонхва осек того своей мягкой, но дьявольской улыбкой.

— Господин, не утруждайтесь. Мы выйдем сами. Нам все равно нужно спешить. Иначе супруга открутит мне голову, а я, знаете ли, ещё хочу жить. — Пак усмехнулся. Незнакомцем кивнул и сел на место. — Ещё раз благодарим.

Сонхва и Ёсан вышли из комнаты, а затем, минуя посетителей, удалились из здания. Они сели в машину, и Пак посмотрел на Кана, заводя при этом двигатель.

— Это пиздец. Не верю, что все так легко. Это ведь очень странно. А если на нас чип? — Сонхва кинул взгляд на бутик, из которого они только что удалилось. — Не может быть так. Ну не может.

— Думаю, дело в чем-то другом, нас явно будут ещё испытывать, — Кан вздохнул, — что если проблемы начнутся, если мы ничего не купим? Что за база? Что они туда будут вносить? У меня столько вопросов.

Он вздохнул и посмотрел вверх. Глаза начали резать лучи дневного солнца, палящего кожу.

— Только с семи вечера… и что нам делать до этого момента? — Ёсан прочистил горло и покосился назад на магазин. Такое странное и липкое чувство было внутри. Что же они упускали?

Сонхва пригладил волосы, убирая длинные пряди за уши. Он тяжело вздохнул и откинулся на спинку сидения, а затем налет солнцезащитные очки.

— Я не знаю, Кан. Говорю ж, готовь натуру. И, блять, если мы сегодня не увидим Кима, это очень плохо. Нам придется ждать аукцион. А он хрен пойми когда. Интересно, этот джентельмен там будет вечером?

— А где ему ещё быть, если не шары там гонять и следить за починенными да клиентами? Наверняка этот Аполлон про нас доложит, — Ёсан спрятал ладони в карманы, — мне даже закурить от этого пиздеца захотелось. Честность превыше закона, блять.

Он редко обернулся назад, проверяя, что никто за ними не следит и прочистил горло.

— Но я не жалуюсь, по крайней мере мы не пропадаем в четырех стенах.

— Я все еще переживаю за то, что нас многие знают. То, что мы детективы. — Сонхва нажал на газ и они вырулили на проезжую часть. — Фраза, да, интересная. О какой честности они ведут речь?

Пак нахмурился и прикусил губу. И неужели им придется прождать столько часов, чтоб окунуться в этот иной мир, в котором им однозначно угрожает опасность? И не дай боже, чтоб о них узнали.

***

— Это какой-то пиздец, похоже ты едешь один совращать натурой, уж извини, — Ёсан откинулся назад на кресло и прикрыл лицо руками, — когда они начнут это делать самостоятельно? Какого хуя опять все неправильно заполнено? Если я не останусь и не сделаю это, мы потом с тобой умрем в этом кабинете так и не узнав секреты мафии.

Кан посмотрел на друга сидящего в своем кресле сквозь пальцы. Черт. Как же было интересно, что там происходит в этом подпольном магазине, но возможность ещё будет. Главное, чтобы Сонхва сегодня аккуратно все разнюхал.

— Нет, Кан, только не говори, что я реально должен делать это один. — Пак покосился на друга. — И как я должен по-твоему испытать весь спектр ахуя от сложившейся ситуации без тебя, если увижу кучу драгоценностей, голых девок, взрослых детишек с оружием и…ээ.. ринг?

Сонхва стал собирать свою сумку, в попытках допить вместе с тем свою пятую кружку кофе. Мда. Пора бы заканчивать с такими дозами. Он нахмурился и отвел взгляд в окно. Уже темно. Стрелка часов далеко ушла за семь вечера. Значит, самое время выдвигаться. Пак уже успел съездить домой и переодеться в более подходящий наряд для такого вечера. Он был облачен в идеально сидящий на нем костюм: атласные брюки, подчеркивающие талию, рубашка, расстегнутая на две пуговицы сверху, небольшая лента вокруг горла, туфли и небрежно уложенные волосы.

— Не смотри так на меня. Я понял. Придется самому.

— Ты выглядишь идеально, в самый раз и… не переживай, я не думаю, что тебя за ложей встретит все и сразу в одном зале. Они точно разделены, а что-то может даже не в том же месте находится, вполне может быть, — Кан задумался, — выпей что-то на баре для пущей уверенности и иди внутрь.

Ёсан ещё раз оценил друга взглядом.

— Если там будет Ким, то любовь с первого взгляда обеспечена. Надеюсь, он не заставит себя долго ждать и нам не придётся слишком долго возиться, тебе тем более, — парень облизал сухие губы и потянулся к кружке с кофе, чтобы сделать глоток, — напиши мне, как будет возможность.

— Ну ты прям меня захвалил, смотри, сейчас и тебе ненароком отдамся, Кан. — Сонхва тихо посмеялся себе в ладонь. — Я напишу тебе, не переживай. Ещё напутствия?

— Если придётся тратить деньги и это будет жизненно необходимо, чтобы выбраться оттуда, то, — Кан залез в первый ящик своего стола и достал пластиковую карту черного цвета, на которой не было никак опознавательных знаков в виде номера и прочего, — воспользуйся этим. Я давно не пользовался отцовской картой, но ради твоей безопасности, похуй.

Он коснулся карточки кончиками пальцев и провез её по столу к другу.

— Он не проверяет эти счета, в этом нет смысла, просто я из принципа этого не делаю, сам знаешь. — Кан повел плечом.

Ёсан посмотрел на друга, выдерживая взгляд. Они вторгались на чужую территорию и сейчас гордость была совсем не к месту. Говорят: «на войне все средства хороши.» И в данной ситуации тем более. Чтобы поймать мафию надо стать наглее и хитрее, чем прежде. В этом он был уверен на все сто.

— Ладно, папочка Ёсан. — Сонхва усмехнулся, но улыбка вышла вымученной. Он сдерживал себя, цепляясь за остатки самообладания. В глубине души было желание отказаться, сделать шаг назад, но это было невозможно. Не сейчас. Не здесь.

— Кан, люблю тебя. Я напишу. Только не засиживайся, договорились? — Он поймал взгляд друга и чуть сильнее сжал губы. — Пожалуйста. И будь наготове вытаскивать мою задницу.

Кан молча кивнул, уголки его губ дрогнули в тени усмешки. Звук его приглушенного смеха скользнул по воздуху, оседая где-то в груди. Сонхва выдохнул — мир стал чуть легче. Когда Кан улыбается, всё становится проще.

Но ощущение тревоги не отпускало. Он задержался у двери, ещё раз глянув на друга. Что-то внутри подсказывало — планы пойдут прахом. Нити событий уже спутались, и он не знал, в какую сторону сделает следующий шаг.

Однако произносить вслух эту мысль он не собирался. Вместо этого он лениво отсалютовал Кану, коротко дернул уголком губ и шагнул за порог.

***

Сонхва вышел из машины, хрустнул шеей и без лишних движений бросил ключи швейцару. Тот ловко поймал их, тут же скользнув за руль. Пак не проводил взглядом уезжающий автомобиль — вместо этого он просканировал взглядом пространство.

Горящие огни. Их было сотни, нет — тысячи, и каждый бил в глаза, отражаясь в стеклах, создавая иллюзию бесконечного неонового лабиринта. Но сам бар был не о кричащем блеске. Лофт, холодные кирпичные стены, строгая геометрия металла и стекла. Дорогая лаконичность.

У входа — толпа. Люди в костюмах и платьях, чей внешний лоск был не более чем маской, скрывающей зубастые оскалы. Женщины и мужчины, привыкшие пропитывать воздух скрытым напряжением. Они уступали место тем, кто важнее. Тем, кто привык, что двери перед ними открываются сами.

Два охранника у входа — молчаливые фигуры с напряжёнными линиями плеч. Их лица не выдавали эмоций, будто выбиты из камня.

Сонхва хмыкнул, приподняв бровь.

Да уж… бар у тебя, конечно, на слуху, Ким.

Он поправил пиджак, небрежно закинутый на плечи, и двинулся к входу, не обращая внимания на толпу. Как только охранники его заметили, массивные двери тут же распахнулись.

Запомнили? Или привилегия членства вип-ложи?

Внутри пахло алкоголем, сигарами и дорогими духами. Звук музыки дробился о стены, оседая в лёгких вибрацией.

Сонхва не тратил время на осмотр. Он без раздумий направился к бару, ловко проскальзывая сквозь поток людей. Бармены работали быстро, как всегда.

Уён заметил его первым, молча протянул меню, но Пак даже не взглянул на него.

— Водки. Как можно скорее.

Чон замешкался, вскинул брови, но молча развернулся, переглянувшись с блондином по соседству.

Что сегодня со всеми?

Глухой стук стекла о дерево. Сонхва схватил рюмку и влил в себя жидкость, крепость которой прожгла нутро. Он сморщил лицо.

Элексир уверенности должен сработать с минуты на минуту. Иначе придется брать вторую. Около вип-ложи никого не было. Только секьюрити в строгих костюмах, гордо вскинувшие подбородки и смотревшие на всех свысока, будто бы являлись хозяевами этого заведения. Пак ещё раз быстро скользнул взглядом по периметру, а затем, встав с барного стульчика, устремился в сторону ложи. Подойдя ближе, он встретился с охранниками взглядами и произнес:

—Honestas est supra legem.

Мужчины переглянулись и расступились, пропуская Сонхва в ложу. Чтобы в неё зайти, ему разомкнули тяжелые красные занавески. Пак ненадолго задержал дыхание, а затем шагнул внутрь.

Внутри пахло дорогим виски, табаком и кровью. Глухой полумрак и резкие блики от неоновых ламп дробили пространство, делая его угловатым, неровным. Сонхва сделал пару шагов вперёд, чувствуя, как пол под ногами слегка вибрирует от низких басов. Слева — бархатные диваны, на которых сливались в полутени тени людей, справа — массивные колонны, скрывающие лестницу вниз.

Он не стал тратить время. Оглянувшись мельком, чтобы запомнить расстановку фигур в зале, Сонхва плавно нырнул в сторону колонн и скользнул вниз по узкому проходу. Шаги гулко отдавались от бетонных стен. Темнота сжималась плотнее с каждым пройденным метром.

Чем ниже он спускался, тем тяжелее становился воздух. Здесь уже не пахло алкоголем — только железом, горечью и чем-то влажным, сыростью бетона, пропитанного чужими секретами.

Миновав красивую лестницу, устланную бархатным красным ковровом, он ступил на ещё один этаж. Только под землей. Людей было в два раза меньше, но и не скажешь, что совсем мало. На потолке висела красивая люстра, усыпанная множеством камней. В центре стоял огромный витринный стол с украшениями, около которого ютились богачи. В этом зале было ещё несколько проходов в разные… ложи? Пространства? Тут что, целый городок или особняк под землей?

Паку стало не по себе. Он попытался сглотнуть ком в горле, вставший поперек, но не удалось. Водки было мало, но он держался. Он обвел взглядом людей вокруг.

— Добро пожаловать, — мужчина, с искусственной и по каким-то причинам напуганной улыбкой, подошел к Сонхва, — всегда рады новым лицам. Вам что-то подсказать?

Сонхва отвел мысль о том, что все сегодня выглядят взвинчено и напуганно на задний план. А все началось с тех самых барменов сверху. Они тоже были напряжены. Пак осмотрелся по сторонам, прежде чем вернуться вниманием к мужчине.

— Ах, да, я здесь, как вы заметили, впервые, и мало о чем знаю. Не могли бы вы познакомить меня с этим местом поближе? — Пак снял пиджак, оставаясь в черной атласной рубашке. Да, он идеально вписывался под это место и не должен был навлечь на себя подозрения.

Пиджак Сонхва тут же забрал из неоткуда взявшийся портье и парень удивленно оглянулся, но противиться жесту не стал. Вернут, когда будет надо. Мужчина кивнул Паку и развернулся лицом к залу.

— Сейчас мы находимся в основном зале, смею предположить, что в первую очередь… вы пришли сюда именно ради наших невероятных украшений, привезенных со всех уголков мира, — мужчина поправил светлые волосы и расправил руки по сторонам, — через коридор налево вы найдете место для уединения с нашими агентами, через коридор направо ещё одно место по продаже особых средств защиты и прочего… через коридор прямо, правда я…

Он не успел договорить. Из дополнительной двери, которая шла ни из одного из коридора штормом вылетел паренек. Он был облачен в униформу, состоящую из черного пиджака и брюк с такой же темной рубашкой внизу. На его лице был написан испуг, а руки тряслись.

— Господин Ким, прошу вас, я правда ничего не крал! — Гости обернулись на работника и начали перешептываться. Мужчина рядом с Сонхва напрягся и свел брови.

— Прошу прощения, у нас сегодня владелец на месте и он нашел брешь… лютует налево и направо только так. — Он неловко улыбнулся.

— Я тебе говорил, что врать будешь, сука, своей мамочке, когда вернешься домой без штанов и всех денег, — за ним следом, словно Дьявол по плоти, вышел мужчина облаченный в идеально белый костюм и атласную рубашку с жемчужными пуговицами. Его волосы были уложены в прическу назад, а на шее висела тонкая цепочка с мелкими сияющими камнями в звеньях. Тонко, утонченно и как нельзя к месту, — я видел съемки с камер и если ты сейчас же не вернешь браслет, который спрятал себе в карман тем вечером, я тебя прилюдно кастрирую, ты меня понял? Еще решил меня за дурака держать?

Еще больше жути и Дьявольского амплуа добавлял его крайне спокойный тон. Все-таки когда человек кричит, то это легче. А тут — ровный голос и ноль эмоций.

— Гости уже привыкли к разбору полетов, но вам может быть неуютно… такое вообще — редкость.у нас обычно тихо и спокойно, всегда все слаженно, — мужчина сглотнул, — но стоило хозяину отлучиться на пару дней, как некоторые, не особо преданные работники, решили позволить себе слишком много.

Господин Ким…

ХОНДЖУН.

Сонхва почувствовал, как внутри всё упало, а челюсть невольно, словно под гнетом силы притяжения, потянулась вниз. Но Пак себя моментально одернул, возвращая свой более-менее спокойный вид. Как же все жжет. То ли от ненависти, то ли от воспоминаний, которые свалились на брюнета, как снежный ком. Нет, как тот самый метеорит, сокрушивший некогда Землю. Картинки всплывали одна за одной. Его руки, взгляд, губы. Эта грязь, которую они творили вместе всю субботнюю ночь. Потные тела, сливавшиеся воедино, и сбитое дыхание в унисон.

«Чертенок».

Нет. Нет. Нет.

— Да, вы правы, неуютно. — прошептал Пак, не отрывая взгляд от того самого Господина. Он мог поклясться, что даже следы на его теле заныли. Дьявол, облаченный в белый костюм.

Пак, мать его, Сонхва, ты переспал с главой мафии, будучи детективом! О боже… Водку, срочно водку.

Что делать? Ну не к такому господину Киму он готовился.Жизнь играет с ним злую шутку. Самую злую из всех.

Хоть бы не обратил внимание…

Пак поправил рубашку, в которой моментально стало жарко, хотя она и так расстегнута на две пуговицы сверху, оголяя его шею, где был его лиловый след. Сука. Все кипит, а перед глазами белая пелена. Нет, Сонхва сходил с ума. От ярости. От обиды на самого себя. От хрен пойми откуда взявшегося возбуждения.

Надо попросить Кана внести в дневник ещё одну запись:

«Никаких главарей мафии в постеле. Ни в субботу, ни в какие другие дни. НИКОГДА.»

Из темноты коридора, что был впереди, словно дикий кот, вышел тот самый парень из бутика. Сейчас он выглядел совершенно иначе: бархатные брюки с ремнем с сияющей золотой бляшкой, черная футболка идеально сидящая по телу. Он посмотрел на парня, который, по стечению счастливых (хотя для кого как) обстоятельств стоял прямо перед ним.

— Хонджун, я его заберу и мы очень приятно побеседуем, — парень взял работника под локоть и легко уволок за собой в полумрак, словно даже не замечая как тот брыкается в ответ, — развлекайся!

Владелец просто усмехнулся и аккуратно провел по своим волосам, глубоко выдыхая, а затем сложил руки на груди. Клиенты тут же вернулись в привычную «рутину» и продолжили перешептываться насчёт украшений на витринах.

— Не хотите познакомиться с владельцем, раз выдалась такая возможность? — Мужчина развел руки перед собой. — Не переживайте, с нашими клиентами он крайне обходителен.

И как по повиновению судьбы Хонджун медленно повернулся, сталкиваясь взглядами с Сонхва. Он не отводил глаз, как и Пак. Они смотрели друг на друга, словно переговаривались в головах друг друга или же вспоминали ту самую субботу, отложившуюся в памяти.

Сонхва сглотнул, чувствуя, как его тело начинает гореть ещё сильнее. Он прикусил нижнюю губу и оторвал взгляд от Кима, который с прищуром наблюдал за каждым движением Пака.

— Какая честь. — Сонхва мягко улыбнулся, обращая все свое внимание к мужчине рядом, затем он ещё раз глянул на Кима, проходясь по нему взглядом сверху вниз. — Да, я был бы только за такое знакомство.

Попался.

Пак сжал челюсть и вновь обернулся на Хонджуна. Глаза в глаза. И что у него сейчас в голове? Черт.

— Отлично, — мужчина хлопнул в ладоши, — Господин Ким.

Хонджун выгнул бровь, но позволил своему подчиненному подойти ближе в сопровождении Сонхва. Он лишь мельком взглянул на сотрудника, возвращая внимание к Паку.

— Этот господин сегодня впервые у нас и я как раз собирался ему тут все показать. — Парень слабо улыбнулся. Словно ощущал эту атмосферу на себе.

— Нет, необходимости, Ник, — Хонджун кивнул в сторону, намекая парню, что он может идти работать, — я сам.

— Вы… но…

— Иди.

Мужчина молча удалился, растворяясь в просторном зале. Убежал, чтобы не попасться под горячую руку начальника. Никто не любил злить Господина Кима. Он скрылся среди витрин и немногочисленных людей, словно его никогда и не было.

Хонджун провел взглядом вниз-вверх, а затем вернулся вниманием к глазам Сонхва.

Красивый.

Такой же идеальный.

— Вот уж не думал, что мы встретимся снова, — он усмехнулся, — тем более, что так скоро и… здесь. Как тебе? Что привело сюда?

— Я тоже не рассчитывал тебя здесь увидеть. — Пак наклонил голову чуть набок, продолжая гипнотизировать Хонджуна. — Совсем не рад меня видеть? — Хва прищурился, игриво приподнимая уголки пухлых губ, которые ещё три дня назад сминал своими Ким. — Шикарное место. — брюнет обвел взглядом периметр. — Я пришёл посмотреть украшения. Да и в принципе просто было интересно, что здесь ещё скрывается. Удивлен.

Пиздец, как удивлен!

— О, — Хонджун расплылся в довольной улыбке, — ещё как рад твоему присутствию.

Ким почувствовал, как внутри что-то начинает переворачиваться от взгляда Сонхва, но не подал вида. У Хонджуна было много вопросов к Хва. Они вертелись на языке. Он боролся с собой лишь бы не задать их и не спугнуть парня. Черт. Рад ли он был его видеть?

Он был пиздец как доволен его видеть. Не мог забыть о нем с того самого дня и даже не противился этому.

— Может хотел что-то конкретное посмотреть? — Хонджун игриво выгнул бровь. — Проведу тебе личную экскурсию, покажу интересующие украшения… вряд ли ты пришел сюда ничего не зная, я ведь прав?

— В том-то и дело, что я практически ничего не знаю. — Сонхва вновь улыбнулся, сощурив взгляд, словно лис. — И, конечно, я буду рад, если ты лично проведешь мне здесь экскурсию. Это ведь твои владения. — Сонхва провел кончиком языка по нижней губе, а затем по ряду ровных и белых зубов.

— Ладно, тебе я позволю умолчать о своих намерениях, но только пока, — Хонджун снова прищурился и осмотрел парня с ног до головы, пожирая взглядом. Если бы кто-то стоял рядом с ними, то ему стало бы до смерти неловко, — да я и сам пойму… что привлекает тебя здесь больше всего.

Ким сделал шаг в сторону, вставая рядом с Сонхва, но не касаясь. Он осмотрелся по сторонам расплываясь в довольной улыбке.

— Здесь парочка прекрасных блестяшек, пойдём покажу, — Ким пошёл влево, чтобы начать осмотр с края, — на самом деле… каждое из них уникально и прекрасно по-своему. Есть и сдержанное, просто эстетичное, но также и экстравагантное, вызывающее. На любой вкус и цвет.

Сонхва последовал за Хонджуном, устремив свой взгляд на витрину. Как же много ярких и мелькающих камней, переливающихся между собой. Так красиво. Искусно. Со вкусом. Хонджун явно знает толк в красивых и дорогих вещах, раз владеет таким. Да вообще весь его бизнес и то, в какую атмосферу здесь все погружено — уже само по себе искусство. Не считая того, что он все же преступник. Но, сука, какой же горячий! И не повезло же Сонхва переспать с главой мафии…

— Мне нравится что-то более сдержанное и утонченное. Как та лилия, которую ты оставил. — Сонхва внимательно рассматривал украшения, чуть наклоняясь к прозрачному стеклу, защищающему драгоценности.

Хонджун не глядя на Сонхва выгнул бровь, а затем поднял голову, переставая любоваться украшениями. Ему безумно льстило, что парень запомнил. До чертиков.

— Хорошо, я знаю, что тебе стоит увидеть. — Ким не позволял себе трогать Сонхва, поэтому он просто посмотрел парню в глаза, а затем развернулся.

Он пошёл вперёд попутно здороваясь с постояльцами. Мужчина и женщина слегка улыбнулись и кивнули головой. Ким обернулся в пол-оборота на Сонхва, чтобы убедиться, что тот идёт за ним. Он на мгновение задержал взгляд, не в силах оторваться. Хонджун усмехнулся и повернулся вперёд.

— Здесь, они здесь, — Хонджун медленно повел носом в сторону, смотря вниз на витрину, под которой были шикарные платиновые гвоздики. Конечно, там были и другие не менее утонченные украшения, но они… были просто идеальны. Рядом примостился такой же браслет, выполненный в комплект к сережкам. Украшения. Такие же идеальные, как и Сонхва, — тебе бы очень подошло именно это. Но, конечно, если ты не любитель цветных камней, то тут есть и классические алмазы, бриллианты… да и прочие, не менее шикарные. Также украшения без камней вовсе — тоже присутствуют.

— Нет, эти шикарные. — Пак сжал губы в тонкую линию, искренне восхищаясь этими гвоздиками. Черт. О них говорил Ёсан. — Знаешь, я люблю баланс. Когда не слишком просто, и не слишком помпезно. Классика — здорово, но в них нет изюминки. Слишком шикарное и донельзя дорогое — красиво, но без души. А вот у этих гвоздиков есть та самая середина: красота и изюминка. Понимаешь?

— О да, я такого же мнения, но вот большинство клиентов… не согласны с данным суждением. Для них они кажутся слишком простыми. Не все знают о ценности камней заключенных в металле, — Ким усмехнулся, — поэтому они и лежат здесь ждут своего часа.

Хонджун облизал нижнюю губу и поднял голову от украшений, чтобы посмотреть на Сонхва. Профиль парня так и манил. Изнутри все ныло, а руки чесались прикоснуться. Ким держался и не позволял себе этого, поэтому вновь повернулся и уставился вниз на витрину.

— Красный алмаз и сапфир падпараджа оказались идеальной гармонией в сочетании с бриллиантами, — Ким мечтательно призадумался, — а в ушах они сияют ещё уникальнее. Так что у тебя хорошее чутье. Очень даже.

— Да, Хонджун, у меня прекрасное чутье. — двусмысленно и томно проговорил Пак, играючи выгибая одну бровь. — Может поэтому я тогда оказался в том баре и приковал взгляд к тебе.

«Да, и может поэтому я теперь здесь. Смог найти главного».

И вот что делать с этими странными чувствами внутри. Ещё чуть-чуть и они снова, кажется, перейдут грань. Только вот… Сонхва злился. Хонджун играет по-черному. И пистолет Сонхва очень ныл за спиной, хорошо спрятанный около ремня брюк за рубашкой. Нет, он не собирался его пристрелить, но задержать точно бы хотелось.

И не только задержать… Так, не туда. Обратно.

Хонджун хищно усмехнулся и в глаза промелькнуло сразу несколько эмоций, перекликавшихся друг с другом. Он провел языком по губе, смачивая пересохшую кожу. Нет. Это какое-то сумасшествие. Почему его так сильно тянет к этому человеку? Невыносимо.

— У тебя всегда есть возможность примерить, в этом никто никогда здесь не отказывает, сколько бы украшения не стоили. — Ким с вызовом выгнул бровь, рассматривая тонкую шею Сонхва, прикрытую лентой.

Интересно, остались ещё следы? Он точно помнил их багровый оттенок.

— Наденешь на меня их? — Сонхва медленно скользнул взглядом от глубоких темных глаз Хонджуна до его губ и обратно. — Проверим твою теорию, подойдут ли они мне.

Черт. Как же хотелось впиться в губы Кима прямо сейчас.

«Сонхва, держи себя в руках, ты же не пубертатный подросток. Он преступник!»

— С удовольствием, — Хонджун улыбнулся, обнажая зубы, — минуту.

Парень расстегнул пиджак и достал пластиковую карточку из внутреннего кармана. Он приложил его к перекладине снизу и раздался приглушенный писк, а затем Хонджун потянул за нижнюю часть, чтобы выдвинуть подложку из-под стекла. Он аккуратно достал квадратный пьедестал с сережками и поставил их поверх витрины.

— Хорошо, иди сюда. — Ким поманил пальцем Сонхва и тот наклонился слегка вперёд, опаляя лицо Хонджуна горячим дыханием.

Ким повел головой в сторону, стараясь не обращать внимания на желание поцеловать Сонхва, вместо того, чтобы надевать тому гребанные сережки. Хонджун аккуратно заправил прядку волос Паку за ухо, а затем приблизился, чтобы осторожно вдеть первый гвоздик. Он начал закручивать винтик, слегка касаясь кожи за ушной раковиной. Ким отстранился и посмотрел Сонхва в глаза, а затем повернулся направо, чтобы повторить тоже самое. Но прежде чем до конца отстраниться, он сначала слегка провел по шее пальцем, подцепляв ленту, а затем отпуская и делая шаг назад. Он посмотрел Паку в глаза и не смог сдержать рваного вздоха.

Эти сережки идеально смотрелись в сочетании с оливковой кожи парня. Одновременно выделялись и утопали в его красоте.

— Можешь посмотреть на себя, — Ким кивнул на зеркало стоящее на той же витрине, только левее, — я же говорил — подойдут.

Сонхва взглянул в зеркало, широко раскрывая глаза. Действительно. Они прям подегохарактер. Неужели украшения действительно могут говорить за их хозяина?

Пак почувствовал, как его кожу жгло в тех местах, до которых едва касался Хонджун. Сердце практически выпрыгивало из груди, давя на легкие и ребра. И постоянная эта теплая нега по всему телу. Сонхва взглянул на Кима, мягко улыбаясь, но глаза вызывали он ещё дьявольские мысли, крутящиеся вокруг персоны Хонджуна.

Что ещё заметил Пак — все смотрели на них, почти завороженно. Наверное, у всех в голове крутились вопросы: кто он? Почему сам Господин Ким обхаживает незнакомца? Что между ними?

Пак прикусил губу.

— На нас все смотрят. — Сонхва наклонился к уху Хонджуна, обжигая его дыханием. Затем он отстранился и прикусил нижнюю губу, строя невинный вид.

— На нас? — Он усмехнулся, дразня в ответ и наклоняясь в сторону Сонхва корпусом. — Они смотрят на тебя и обливаются слюнями, потому что не думаю, что на ком-то ещё когда-то так идеально сидели украшения. А ещё… все сойдут с ума ещё сильнее, если я скажу это…

Хонджун на мгновение прервал свою речь и придвинулся к уху Сонхва, но тихо говорить он не собирался. Нет. Должны знать все. Понимать свое место.

— Они твои, — Ким усмехнулся едва касаясь губами уха Сонхва, совсем рядом с сережкой, — я дарю их тебе, потому что… захотелось.

Он тут же отстранился назад и выпрямиться, заводя руки за спину и смотря на остальных посетителей и персонал с легким прищуром. Все тут же отвернулись, делая вид, что ничего не видели и не слышали.

— Не хочешь… посмотреть на наши стреляющие игрушки и может быть… пострелять в тире? — Ким покосился на Сонхва и облизнул губы. Ребра трещали от того, как его перове колотилось под ними. Просто невыносимо жарко и тесно.

Сонхва стоял и глупо моргал, пытаясь до конца осознать, что с ним происходит.

Нет.

Что здесь, мать его, происходит?

Пак аккуратно взял за локоть Хонджуна, слегка сжав. Он прищурился, смотря прямо в глаза Киму и не обращая внимания на остальных.

Что он творит?!

— Ты уверен? — Сонхва искренне удивлялся, не отрывая взгляд от темных омутов, в которых хотелось утонуть. — Ты ведь понимаешь, насколько это дорогой подарок?

Как ему принять это? Это же, блять, по-черному. Казалось, в Сонхва проснулись все демоны. И что он с ним делает?

— И что? — Хонджун пожал плечами, словно это было как шоколадку как круглосуточном магазине купить. — Я захотел сделать тебе подарок и сделал это. Мне не важно сколько это стоит, если это для тебя. Но если ты хочешь думать о другом, то просто считай, что… не знаю… я избавился от украшения, которой никто не хотел покупать, подарив его тому, кому оно шло больше всего? Если так тебе будет легче.

Ким вздернул бровями и опустил глаза на руку Сонхва державшую его за локоть, немного задержал на длинных пальцах взгляд, а затем вернул полное внимание черным и напуганным радужкам, сиявшим в свете люстры в центре зала.

Внутри вновь все упало. Крепкий узел завязался внизу живота, заставляя Пака покрыться колючими мурашками.

«Если это для тебя.»