У каждого свой ад. Наш ад — это жизнь (1/2)

Утро не задалось.

Сынмин не уезжал домой и из поместья вернулся сразу в офис. Вынужденная мера. Если Кван все еще собирается сделать из его друга инвалида, то Мин обязательно предупредит старшего, чтобы тот не приезжал. Вероятность, что он послушает? Где-то 20%, учитывая, что этот парень совсем отбился от рук.

Заварив уже третью кружку кофе, Сынмин завалился на диван в кабинете Минхо, надеясь, что сможет отдохнуть хотя бы десять минут. С самого утра начали поступать звонки от недовольных гостей, которые рвали и метали, желая обвинить хоть кого-то. Из-за ситуации на аукционе многие потеряли выгодные сделки или свои приобретенные лоты, уничтоженные во время взрывов и перестрелки. Некоторые индивиды даже утверждали, что серьезно ранены, и требовали компенсацию за убитое здоровье. Ага, конечно. Ким точно знал, что J.One почти что ювелирно отделяли простых людей от охраны и не задели никого из них. Он уже устал от криков и разговоров, снова и снова повторяя им, что требуется время для принятия решений по возмещению ущерба и об этом еще предстоит поговорить с господином Кваном. Слыша имя главы, все тут же сливались.

Взять бы и бросить все это занятие и свалить с Минхо куда подальше, но тот недоступен с самого утра. Они не обсудили заранее, как поступят, и теперь Ким привязан к этому месту, пока не поговорит с ним. Нужно было продумать план, но кто же знал, что все так обернется?

Хо знал.

А Сынмин не поверил.

Он достал телефон и попробовал еще раз набрать своего загулявшегося босса, но опять услышал автоответчик. Вздохнув, он поставил кружку на кофейный столик и потер пальцами слипающиеся веки. Пока нет никаких новостей, и его, наконец, временно оставили в покое, можно немного вздремнуть. Мин подложил под голову скрученный плед и закрыл глаза, проваливаясь в долгожданный сон.

Громкий хлопок двери заставил его подпрыгнуть на месте. Всю сонливость сняло, как рукой. Неизвестно, сколько прошло времени, но, возможно, пара часов, раз он больше не чувствовал себя выжатым лимоном.

Сынмин повернул голову к источнику звука и почувствовал, как сердце проваливается куда-то в пятки. У порога стоял глава клана, гневным взглядом осматривая помещение. Не найдя того, кого искал, он сжал челюсти и быстрым шагом проследовал к рабочему столу, слишком резко отодвигая кресло, которое со скрипом царапнуло паркет. Усевшись на место Минхо, Кван стал проверять ящики в столе, грубо перерывая их содержимое.

Поспешно поднявшись, Мин пригладил помятую после пребывания в неудобной позе вчерашнюю одежду и приготовил свой планшет, где вел все заметки и расписания. Тихим шагом он подошел к столу, с опаской рассматривая своего самого главного босса. Ли был в безупречном черном костюме, как всегда не изменяя своим привычкам, но под глазами залегли темные круги, а сами белки помутнели из-за красных капилляров, которые, словно паутинки, тянулись к зрачкам. Он напряжен всем своим телом, а резкость в его движениях говорила о том, что глава более чем в плохом расположении духа.

По опыту Ким знал, что нельзя говорить или спрашивать, пока Кван сам к нему не обратится. Молча стоя рядом, парень начинал нервничать.

— Где этот ублюдок? — не глядя на него спросил глава, высыпая на пол содержимое коробки с канцелярскими принадлежностями.

— Господин? — обратился Мин. Есть предположение, что речь идет о Минхо, но лучше переспросить, чтобы не попасть под горячую руку.

Кван ударил кулаком по столу и с грохотом захлопнул последний ящик. Его лицо исказилось гримасой гнева: губы презрительно скривились, обнажая хищный оскал, на лбу залегла глубокая морщина, а глаза, словно потемнели от ярости. Впившись в парня недобрым взглядом, он процедил сквозь зубы каждое слово:

— Какого хрена это неблагодарное отродье отсутствует на своем рабочем месте?

Сынмин непроизвольно потянулся рукой к вороту рубашки, немного оттягивая его в сторону. Дышать стало тяжелее из-за накаляющейся обстановки. Он никак не ожидал увидеть господина так скоро. Ему доложили, что тот будет занят до самого вечера, поэтому Ким был относительно спокоен все это время.

— Могу предположить, что он дома, господин, — услужливо ответил Мин. — Мне ему что-то передать? — дежурно поинтересовался, прекрасно понимая, что даже сам не в состоянии связаться с Минхо.

— В поместье его нет. Ни в одном, — выплюнул Кван. — Тогда почему он еще не ползает здесь на коленях, умоляя о пощаде? — прокричал он глубоким басом и швырнул в стену компьютерную мышку. Пластик с треском раскололся от удара.

— Прошу прощения, — поклонился Сынмин. — Я найду его.

— Ты знаешь, что он сделал, Ким Сынмин? — прорычал глава.

Парень замер. Только что он угодил на минное поле, где нет правильной дороги. Просто есть менее болезненный путь, но эта граница настолько призрачно размыта, что почти несущественна. Он осознал: Ли спрашивает неспроста. Прощупывает. Сканирует его реакцию, каждое движение, каждое слово. Мин затаил дыхание и натянул на лицо маску спокойствия, насколько оно вообще было возможно. Главное — быть осторожным.

— Он не явился сегодня утром. Вы правы, это непозволительно и безответственно, — лебезил он. Для начала, нужно убедиться в том, что известно самому Квану.

— Верно, — хмыкнул мужчина, царапая стол отросшими ногтями. — А еще он позволил себе решать, что важнее: его жалкая жизнь или возвращение меча!

«Значит, ему уже доложили о том, что Хо угрожали пистолетом»

— Господин…

— Только он переступит порог этого кабинета, как я прострелю его ноги к хуям! — пробасил Кван. Он обращался к самому себе, не к Сынмину. Ему просто нужно кого-то обвинить во всех грехах. — Или заставлю их отрезать и отправлю ползать по улицам до тех пор, пока не принесет мне меч в своих зубах, ублюдок! — не унимался он. — Надо было сослать его прислуживать картелю или на производство! Никчемный, как свой кровный папаша, — бросил Ли, кривясь от злости еще больше.

Воздух сгустился, наваливаясь тяжестью на плечи. Сынмин вцепился руками в планшет, ища хоть какую-то опору, чтобы унять подступающую панику. Глава не шутит и даже не преуменьшает, он этого просто не умеет. Каждая его угроза исполнялась всегда в точности согласно словам. Воспоминание о Чэвоне, убитом на следующий же день после обвинения Джисона, и об обыске в его доме, последовавшем лишь за зверским избиением, обожгло сознание. Минхо не на что надеяться. Он важен для клана благодаря своим способностям в ведении бухгалтерии, но при желании и его можно заменить.

Глава позволял Минхо жить из-за памяти о женщине, которой жаждал обладать. И не из любви. Это чуждо такому больному до господства и власти человеку. Он забрал парня, как трофей. Как доказательство для уже умершей: раз он не смог владеть ей, то сможет присвоить ее ребенка, как вещь. Мин уверен, что у Квана имеется целый букет психических отклонений.

Сынмин никогда не был верующим, но сейчас мысленно просил любые высшие силы, чтобы удержали Минхо от необдуманных поступков. Он неотрывно следил за главой, который, прикурив сигару, читал какой-то документ, найденный в ящике стола. Надежда умирает последней. А вдруг ему резко позвонят и выдернут на какое-то срочное дело и у Мина появится шанс предупредить друга о том, чтобы не совался больше в офис и домой?

Удача не была на его стороне. В кармане предательски завибрировал телефон, оповещая о входящем сообщении. Ким украдкой бросил взгляд на Ли и убедившись, что тот не обратил внимания, достал мобильник.

Минхо;

сегодня в 14:08;

Прости, друг, телефон сел, не мог раньше зарядить.

Буду в офисе через 20 минут, есть разговор. Увидимся.

Сука, видимо высшие силы сегодня в не зоны доступа.

Опустив телефон пониже, чтобы его не было видно из-за стола, Мин начал печатать Хо сообщение. Нужно срочно предупредить, пока не поздно.

Поздно…

— Кто это? — послышался ледяной голос.

Мин быстро стер то, что уже успел написать и поднял глаза. Кван смотрел не на него, а куда-то вниз. Там был телефон.

— Я…

— Телефон, — потребовал Ли и вытянул ладонь.

— Господин-

— Быстро, блять, — прикрикнул Кван.

Сынмин подчинился, протягивая мобильник главе. Он до боли прикусил язык, пряча трясущуюся руку себе за спину, чтобы не выдать дрожь. Все хуже, чем можно было предполагать. Сука, а ведь он предупреждал Минхо, что затея Джисона с этим аукционом — это гвозди в крышку гроба их обоих.

Несколько секунд глава пялился в экран. Медленно на его губах появилась ухмылка с выглядывающими зубами. Он оскалился, грубо откинув телефон в сторону. С глухим стуком крышка ударилась о дерево стола. Мужчина потянулся в карман пиджака и достал оттуда пистолет. Передернув затвор с металлическим лязгом, он положил оружие рядом с собой, улыбаясь еще шире и сверкая безумными глазами.

— Са-ам идет, отлично, — протянул он, поглаживая указательным пальцем пистолет, словно лаская.

Мурашки ледяным потоком побежали по затылку Кима. Он ощутил, как волосы вздыбились у корней. Сердце сорвалось на бешеный ритм, ударяя по самым ребрам. С трудом, но он продолжал удерживать спокойное выражение лица, когда внутри все буквально сыпалось от почти животного страха. Мин во всех красках представил момент, как Хо заходит в дверь своего кабинета, ничего не подозревая, и получает пули, одну за другой. Увидел, как его лицо искажается от боли, как он падает на пол, истекая кровью и смотря в глаза другу с мольбами о помощи.

Времени на обдумывание не было. Перед ним стоял выбор, и если его и нужно сделать, то в пользу единственного человека, которого он может считать по-настоящему родным. Они братья, пусть и не по крови. Возможно, он знает, как спасти хотя бы жизнь Хо.

— Господин, — выдавил из себя Мин, сглатывая вязкий ком. — Прошу вас, не делайте этого. Минхо он…

— Ты еще смеешь его защищать?! — гаркнул Кван и швырнул сигару на пол, затушив ногой. — Ты забыл, кому ты обязан всем, что у тебя есть?!

Судорожно вдохнув, Ким продолжил:

— А если… — слова встали в горле. — Если он вышел на эту группировку и может знать, где меч?

Если бы они были в фильме, то сейчас самое время вставить на фон тот самый резкий звук, когда происходит какой-то шокирующий момент.

Кван настолько резко дернул головой, что Сынмин невольно съежился. Как в замедленной съемке, глава привстал со своего места, опираясь на костяшки пальцев, и наклонился над столом.

— Что ты хочешь этим сказать? — стальным тоном спросил он, неспешным шагом огибая кресло.

— Я хочу сказать, что он этим занимается и у него может быть какая-нибудь информация, — затараторил Мин.

— Мне не нужны эти «может быть», его время давно вышло, — Ли затолкал пистолет обратно в карман, подошел к парню и остановился, возвышаясь, словно скала. Его тяжелая аура давила так сильно, что даже проснулась потребность защититься от нарастающей угрозы. — Ты что-то знаешь, — не спрашивал, а утверждал мужчина. — Говори.

— Господин, мне ничего неизвестно, — оправдывался Сынмин, избегая прямого взгляда. Он вообще никогда раньше не говорил так много с Кваном один на один и понятия не имел, как выйти из этой ситуации. Все катится к чертям.

— Щенок, — прошипел Кван и схватил его за шею. От неожиданности, Мин выронил планшет. Пальцы грубо сдавили его горло, вжимаясь в кадык. К сожалению, он даже не успел сделать вдох до того, как это случилось и теперь, словно рыба, открывал и закрывал рот. — Я позволил тебе остаться и быть рядом со мной только из-за твоего отца! — цедил глава, толкая парня к стене. — Только потому, что он трижды спас мою жизнь, а в последний раз закрыл своим телом меня, я решил, что его сын вырастет таким же преданным членом семьи, — он с силой вжал Мина в стену, стискивая пальцы все сильнее. — А ты смеешь что-то от меня скрывать?

На считанные секунды мужчина ослабил хватку, позволяя парню сделать пару коротких вдохов. Мин зажмурился от непонятных бликов перед глазами и рывками хватал воздух. Глава был настолько близко, что Ким почувствовал исходящий от него запах алкоголя. Заглянув в чужие глаза, он понял, что глава клана не просто зол, а зол и пьян. Этот тандем опаснее чего либо. В те разы, когда Минхо принимал свое наказание за несуществующую ошибку, его избивали сильнее в пьяном угаре. На трезвую голову Кван ограничивался меньшим.

— Готов говорить? — ухмыльнулся Ли. Сынмин молчал. Рыкнув, Кван снова сдавил его горло и с силой толкнул. Парень ударился затылком, почувствовав тупую боль. — Твой дружок не успеет переступить порог, как я сразу выстрелю. Может тогда запоешь? — угрожал он.

Вены на шее и висках Мина вздулись, а на щеках вспыхнул нездоровый румянец. Он пытался вдохнуть хоть немного, расширив ноздри, но получал жалкие крохи кислорода.

Входная дверь распахнулась. Сынмин ужаснулся и посмотрел за спину Квана, боясь увидеть знакомое лицо. Глава даже не потрудился обернуться. Небрежно выхватив пистолет, он выстрелил. Тело обмякло и свалилось прямо в проходе без единого вскрика.

Погибший мужчина был значительно крупнее Минхо. Сынмин безошибочно узнал его по широкой спине и по грузному телосложению. Он является одним из сотрудников охраны и пришел по просьбе Мина занести отчет по погибшим на аукционе.

Только услышав глухой стук, Кван соизволил оглянуться через плечо.

— Блять, хотел в ногу, — усмехнулся он. — Ладно, постараюсь в следующий раз ниже головы, — глава, словно насмехался над испуганным взглядом парня.

В ушах Кима стучало так сильно, что он был готов завыть. Выстрел эхом отдавался в голове, повторяясь снова и снова. Следующим может быть Хо. И неизвестно, куда попадет новая пуля пьяного и сошедшего с ума Квана.

— Эт-то… Хан, — прохрипел Сынмин, теряя последние остатки воздуха. Хватка на шее резко ослабла. Мужчина наклонился почти впритык к его лицу.

— Хан мертв. Ублюдок, ты думаешь, что можешь меня обмануть?! — взревел он.

Обмануть — отличная идея. Можно было бы назвать любое имя, только это не будет никому полезно. Зная Квана, он теперь ни за что их не отпустит, пока меч не окажется в его руках, а вернуть его может только Хан.

— Дж-жисон. Его сын, — с трудом выдавил Мин, чувствуя, как ноги начинают подкашиваться.

Ли отпустил свою руку и отошел на шаг назад, начав почти истерически смеяться. Под этот праздник безумства, Ким осел вдоль стены, корчась от кашля. Из горла вырывались рваные хрипы и свисты. Он готов отхаркать свои легкие на пол рядом с собой, лишь бы не чувствовать эту адскую боль.

«Простите, мне пришлось»

***

Подъезжая к зданию главного офиса отца, Минхо прокручивал в голове недавний разговор с Чаном.

Он так и не добрался ночью до своего дома, решив, что там может случиться незапланированная встреча с Кваном, к которой он был не готов в том состоянии, в котором находился. Ли позвонил Чану — единственному человеку, который мог что-то посоветовать. Он же босс и имеет достаточно людей и власти, чтобы разработать собственный план.

Бан назвал адрес своего дома. Через час Хо уже был там. Они выпили немного вина, которое привез Ли из бара. Потом это «немного» перешло в «еще и еще». В основном накидывался только младший, пока Крис обеспокоенно наблюдал за его состоянием, не решаясь ничего спросить. После неприлично большого количества алкоголя, Минхо вывалил все, как на духу. Он даже сам не понял, почему изливает душу почти незнакомому человеку. Наверное, как раз потому, что они ничего друг о друге не могли знать, не были близки, а значит, и не в праве осуждать. Чан не перебивал, просто слушал, изредка задавая уточняющие вопросы.

— Итак, если я правильно все услышал, то что-то не похоже, что этот парень тебя просто использовал, — подытожил Крис. — Когда вы были в моем казино, он заметно бесился. Скорее всего, даже ревновал тебя.

Минхо уткнулся лбом в прохладную поверхность стола и отрицательно замотал головой.

— Я вообще его не понимаю. Все, что я о нем узнал, вообще не вяжется с тем, как он себя повел. Это так тупо, — вздохнул Хо.

— Эй, ты как? — старший потрепал его по волосам. — Тебе нужна моя помощь? Просто скажи, — в его голосе слышались нотки беспокойства.

— Мне нужна помощь, да, — Ли выпрямился и переплел их пальцы. — Давай переспим? — серьезно спросил он. Во взгляде не было никакого желания или даже намека на страсть, там поселилась глубокая печаль и отчаяние.

— Ты просто перепил, — Чан осторожно высвободил свою ладонь и сделал глоток из своего бокала. Горьковатая жидкость обожгла горло, но он допил все, что было.

— Ты же меня хотел, — утверждал Минхо, кусая губу. Все, что ему сейчас нужно, это ненадолго забыться. Старый способ, которым он пользовался до встречи с демоном. Удивительно, но они настолько похожи. Джисон тоже занимался в баре подобным, заглушая все эмоции, которые приходилось испытывать.

Он почти вслух застонал от осознания того, что снова думает о Хане. Снова он в его чертовой голове.

— Хотел, — согласился Крис. — Но не в том плане. Я не ищу случайных связей. Понимаешь, мне нужны именно отношения. Хочется иметь рядом человека, с которым можно не только спать, — объяснил он. — Ты меня заинтересовал. При других обстоятельствах мы могли бы познакомиться получше, но я тебе не нужен.

— Чан-

— Ой, нет, — засмеялся старший. — Я по тебе не страдаю, не подумай. Мы вообще почти незнакомы, Минхо. Просто, я, кажется, уже встретил кое-кого.

— Чанбин? — догадался Хо, вскинув брови. Он заметил, как лицо Криса резко смягчилось.

— Не забивай себе голову, — отмахнулся он. — Так… Что ты будешь делать?

Минхо пожал плечами, рассеянно гоняя стакан по столешнице. Знал бы он, что теперь делать, то не приехал бы посреди ночи.

— Кажется, он меня выгнал, — тихо проговорил Хо. — Но я не собираюсь отступать. Я тоже хочу, чтобы Кван сдох, — выплюнул он. — Давай вместе что-нибудь придумаем? У тебя же есть деньги, люди, власть, и ты можешь-

— Минхо, эй! — старший привстал и нагнулся над столом, умещая свои ладони на чужих щеках. — Я тоже с ними, не забывай. В этой ситуации, я и так сильно рискую. Они портят жизнь клану уже не первый год, а нам придется начинать с нуля и парни не допустят, если мы будем им мешаться. Пусть я и не особо общался с их боссом… Джисоном, да? Но по одной только встрече понял, что с ним не получится хитрить или играть в какие-то игры. Да и Чанбин о нем восторженно отзывается. J.One — наш единственный вариант.

Если бы Ли сам не пришел к такому выводу, то определенно бы разозлился. Нет смысла даже спорить. Чан прав. Но это уже дело принципа. Его списали со счетов, как использованную вещь. Забавно, что все забыли, с кем имеют дело. Он слишком расслабился рядом с младшим и утратил всю хватку. Ли Минхо выживал в этом змеином гнезде годами, кто, если не он, может знать, как разрушить его изнутри?

— Тогда я днем вернусь к отцу, — твердо сказал Минхо. — Я все еще работаю там и имею доступ к информации. Вам же нужно знать следующий ход Квана? — риторический вопрос. — Я передам тебе все, что узнаю.

— Не думаю, что это хорошая идея…

— Ох, это очень плохая идея, Чан.

Войдя в кабинет, Минхо застыл на пороге, пораженный открывшейся картиной: Сынмин, словно подкошенный, полулежал на полу, откинув голову, а за рабочим столом, вальяжно развалившись, восседал Кван, неспешно докуривая сигару.

— Мин! — Хо бросился к другу, но лишь успел сделать пару шагов, как получил удар в затылок.

Из-за спины вышли двое телохранителей отца. Один из них обрушил на парня второй удар в живот, лишая его дара речи. Хо согнулся пополам, хватая ртом воздух. Острая боль наполнила каждую клеточку тела. Не дав ему и минуты передышки, мужчины продолжили избивать уже вдвоем. Отшвырнув его тело в угол, Минхо получил несколько жестких пинков по спине и груди. Он попытался закрыться руками, но все было тщетно.

Уже подумав, что это не закончится до тех пор, пока он не умрет, Минхо оставил все попытки подняться и закрыл глаза. Он принял свою участь. По крайней мере, можно было это предвидеть. Странно только то, что у Квана больше нет других дел, как дожидаться его в кабинете.

— Пока хватит, — послышался голос старшего Ли.

Один из телохранителей отступил. Второй схватил Минхо за волосы на затылке и рывком приподнял. Из груди парня вырвался сдавленный, болезненный крик. Стиснув зубы до скрипа, Минхо зашипел от боли, а затем рухнул на пол, наблюдая, как его отец встает с кресла и медленно подходит к нему, присаживаясь на корточки. Он улыбнулся в своей дикой манере и выпустил в лицо парня поток едкого дыма.

— Блудный сын вернулся, — хмыкнул Кван. — Тебе дали поиграться с моим мечом или твой дружок его надежно припрятал? — елейным тоном поинтересовался он.

Хо распахнул глаза. Забыв от шока про боль во всем теле, он дернулся навстречу, но охранник грубо вернул его на место, оттащив за ворот. В голове вертелась куча вопросов. Как он мог узнать? Это какой-то трюк? Кто мог ему сказать?

С языка почти сорвался рык. Минхо медленно повернул голову, находя глазами своего друга. Ким выглядел жалко. Все его лицо было в синяках и кровоподтеках, а на шее ярко виднеются следы от чужих пальцев. Отпечатки практически синие.

Сынмин зажмурился, отчетливо чувствуя на себе этот взгляд, но не нашел сил посмотреть в ответ. Он предал его. Рассказал все, что знал сам, умоляя лишь об одном — пощадить их с Минхо. Дать шанс. Он не стал признаваться, что старший давно в курсе того, чем занимается Джисон. Как и о том, что Хо присоединился к нему. Пришлось свалить всю вину на Хана. Наплести, что он обманул их всех.

Если бы Ким все-таки решился встретиться глазами с Минхо, то увидел бы там глубокую боль в тандеме с разочарованием.

Старший едва сдерживается, чтобы не закричать во все горло или не рассмеяться, что есть силы. Даже не понятно, что из этого будет лучше. Это, блять, дико. Его все решили предать и бросить. И ради чего? Что он успел сделать не так?!

— Рассказывай, — напомнил о себе отец.

— Я ничего не знаю, — прошипел Хо. — От меня ты ничего не добьешься, хоть что сделай!

— Помнится, именно я и учил тебя преданности, — низко проговорил Кван. — Но не думал, что ты используешь это против меня! — неожиданно, он ударил ладонью по лицу Минхо, влепив пощечину.

Звук шлепка разнесся по кабинету, заставив вздрогнуть Сынмина. Впервые за все то время, что старший здесь, Мин посмотрел на него слезящимися глазами.

Голова Минхо по инерции откинулась в сторону. Кван перехватил его подбородок и грубо сжал пальцами, открывая шею. Свободной рукой он вытащил из своего рта сигару и с нажимом надавил раскаленным кончиком на оголенную кожу. Едкий дым ударил в ноздри, сплетаясь с запахом жженой плоти. Минхо отчаянно закричал от нетерпимой боли и задергал ногами в попытке вырваться или отстраниться. Мужчина, с ледяным спокойствием в глазах, надавил сильнее, наслаждаясь каждой секундой агонии.

— Передумал? — отец прошипел прямо на ухо, отстраняя сигару от шеи.

— Да пошел ты, — огрызнулся Хо, одернув голову.

Отпустив короткий смешок, Кван похлопал его по щеке и встал.

— А я знал, что Сынмин соврал, сказав, что ты не замешан в этом и ничего не знал, — он толкнул парня носком лакированного до блеска ботинка и бросил короткий взгляд на Мина. — Достаньте его телефон, — приказал он охране, указывая на Хо, и вернулся в кресло, закинув ноги на стол.

Один из телохранителей сильно толкнул Минхо. Тот завалился на бок и попытался приподняться на локтях, но второй мужчина крепко схватил его за плечи, удерживая на месте. Несмотря на сопротивление, из кармана вытащили телефон, прижали его палец к кнопке разблокировки, и отдали Квану.

Несколько томительных минут отец изучал переписки и историю звонков, но не нашел ничего стоящего. В диалоге с демоном последние сообщения были накануне аукциона, но Хо вовремя все подчищал, поэтому в чате сейчас было только «Спокойной ночи» и такое же в ответ. Скривившись, Кван открыл галерею и на его глаза тут же попалась недавняя фотография. Минхо сделал ее в тайне от демона, пока тот спал на нем во время просмотра фильма. Младший обнимал Ли и прижимался лицом к его шее. Минхо наклонил голову ближе и запустил руку в кудрявые волосы, слегка улыбнувшись. Фото сделано спонтанно, просто чтобы запечатлеть момент. Старший никак не предполагал, что отец доберется до его мобильника, хотя не исключал взлом социальных сетей.

— Это то, о чем я думаю? — Кван посмотрел на сына, который буравил его гневным взглядом исподлобья, сидя на полу. — Ты все-таки долбишь мужиков в зад? — выплюнул он. — Или тебя?

Минхо молчал. Он изнутри кусал щеку, пытаясь угадать следующий ход этого ублюдка. Его сердце билось от ледяного страха, сковавшего тело. Боялся не за себя, а за младшего, который даже не подозревает, что о нем уже известно. У него должно хватить ума сбежать. Если Сынмин сдал и бар, то парни все равно заранее узнают о приближении людей клана.

— Ну тогда спросим у него, — губы главы растянулись в полуулыбке. Он наслаждался своим почти что триумфом. Одним выстрелом он скоро убьет двух зайцев — вернет меч и уничтожит досаждающую группировку.

Он включил камеру на мобильнике сына и навел на Минхо, специально приближая, чтобы все следы ударов было четко видно.

— Приезжаешь в мой офис один и с мечом. Без фокусов, а иначе от твоего ебыря не останется даже мокрого места, — говорит он на видео. — У тебя есть полчаса, и если посмеешь явиться без него, то тебе вынесут пальцы этого сопляка, — останавливает запись.

— Он не придет, не надейся, — Хо нашел в себе силы усмехнуться. — Можешь убить меня прямо сейчас, не жди, — проговорил парень, сплевывая на пол кровавый сгусток.

— Ох, я и тебя убью, не сомневайся, выродок, — пообещал глава.

Краем глаза Минхо заметил, как дернулся Сынмин и распахнул губы в немом то ли крике, то ли вопросе. Непонятно, какое у них соглашение, но, видимо, Кима хорошенько так нагрели с обещаниями.

Плевать. Все равно не получат того, чего добиваются.

После всего, что вчера произошло, Джисон точно не сунется в главное логово врага. Возможно, у демона есть отголоски синдрома спасателя, и он может попытаться обсудить с остальными какой-то план спасения Минхо. Не из чувств, а ради кармы, но все же. Никто не сунется сюда сию же минуту, а потом будет уже поздно. Кажется, Хо осознал, что умрет сегодня и это его ничуть не заботит. Забавная штука жизнь. Пару месяцев назад он просто существовал, исполняя свои обязанности, и не расстроился бы, узнав, что проживает последние часы. После встречи с Джи он решил, что жизнь не так плоха, как кажется, и тогда ему было бы страшно умирать, но все вернулось на круги своя.

Он снова один, и ему искренне поебать, что будет дальше. Он и на том свете потом Квана достанет.

Сообщение старшего отвлекло Джисона от самобичевания перед телевизором. В кои-то веки появился свободный день для всех ребят, и как бы Джи не ненавидел сидеть без дела, сегодня это казалось нужным. Мышцы болели, словно тело само умоляло о передышке. И он позволил себе это. Ровно до того мгновения, когда на экране замелькали кадры видеозаписи.

Честно, он ждал, что Минхо напишет, и подумывал, что, как только это случится, он сразу закинет его в черный список. Можно было сделать это и раньше, но не хотелось. Правда, он надеялся узнать, что Хо будет в порядке и напишет об этом. Хотя бы из желания позлить и похвастаться своей новой жизнью.

Дважды прокрутив видеозапись, Хан посмотрел на время и пулей вылетел из квартиры. На бегу набирая номер Хенджина, он ворвался в кабинет. Сейф щелкнул, открываясь, и Джисон извлек оттуда меч Тисона и свой пистолет. Зарядив обойму до отказа, он сбросил звонок и выругался сквозь зубы. Хван недоступен, Феликс не отвечает. Чанбин уехал к себе в сервис, а оттуда добираться больше двух часов. Чонину он ни за что не будет звонить и просить о помощи, чтобы не подвергать опасности.

Времени на раздумья не оставалось. Он и так боролся с подступающей панической атакой, попутно ведя машину по оживленным улицам. Водители других автомобилей сигналили, когда Джисон на огромной скорости резко перестраивался или подрезал их, но он не слышал ничего. Хан понимает, что сейчас поступает импульсивно, но сердце кричит не останавливаться. Это он виноват. Своими руками оттолкнул парня, вынудив его вернуться и что из этого получилось? Он никогда себя не простит, если с ним что-то случится.

Смерть матери пережить было трудно, но тетушка Им не позволила ему сломаться под ее тяжестью. Смерть тетушки Им он, будучи подростком, мог и не вынести. Если бы после побега он не окунулся в омут наркотиков и не связался с семьей Чонина, то давно бы сгинул от передозировки в какой-нибудь забытой Богом дыре. Смерть Юбина нанесла сокрушительный удар, но забота о Чонине, пострадавшем еще сильнее, не дала ему рухнуть. Очередной погибший по вине Хан Джисона пополнит список. Тогда Хан не вынесет и своими руками выкопает себе могилу.