Часть 9. В плену нелепых ссор (1/2)

— Черт! — выругалась я, выронив наушники из кармана себе под ноги.

Я снова опоздала, чему никто не будет удивлен, но как же неудобно заходить в класс, где тебя встречает недовольный взгляд учителя.

Когда я подоспела к светофору, удача оказалась на моей стороне — горел зеленый свет. По привычке посмотрев по сторонам, я ступила на дорогу, но тут же остановилась — мои глаза приковались к знакомому байку, который был готов сорваться с места при первой же возможности.

Я закатила глаза.

— Опаздываешь, Михара-чан? — Баджи издевательски ухмыльнулся.

— Михара, — мой голос был раздраженным, — просто Ми-ха-ра.

— Долго стоять будешь? — Баджи вновь одарил меня таким взглядом, будто я самый тупой человек в Японии, как и в первый день нашего знакомства, которое произошло на этом же пешеходном переходе. — Запрыгивай уже.

Но в этот раз его голос не был грубым.

Меня абсолютно не воодушевляла перспектива — доехать до школы вместе с Кейске Баджи. Однако лучше опоздать на десять минут, чем на тридцать. Я даже в какой-то степени была рада, что он хочет меня подвезти.

Не раздумывая, прыгнула за его спину.

— А ты не боишься заявляться в школу на мотоцикле? — я вскинула бровь. — Могут пойти слухи, что ты до сих пор в Тосве.

— Во-первых, я не паркуюсь рядом с территорией школы, а, во-вторых, никто кроме тебя не знает, что я когда-то состоял в банде, — Баджи обернулся ко мне, сдвинув брови к переносице. — Ведь так?

— Да, так… — задумчиво сказала я.

***

Только подойдя к кабинету, в голову пришла мысль о том, что наш одновременный приход будет выглядеть странновато. Надеюсь, это не натолкнет некоторых личностей на грязные мыслишки.

Баджи открыл дверь, пропуская меня вперед. Кивнув головой Ямаде-сану, который махнул рукой в сторону, чтоб мы быстрее зашли без объяснений, я сразу обратила внимание на вторую парту, где должна сидеть Саяка. Ее нет — впервые наблюдаю такую картину. Ответственная, всегда прилежная ученица впервые не пришла на учебу. Даже когда болела, приходила на уроки, в маске. Что могло произойти? Неужели ее настолько задело увиденное вчера?

Баджи, ни о чем не задумываясь, сел за первую парту и поправил свои нелепые очки. Хорошо, что бросил привычку пользоваться гелем для укладки, который совершенно его не красит.

Я осторожно прошла между рядами, взглянув на Рейдена, который, к моему удивлению, даже не посмотрел в мою сторону. Затем я зацепилась за взгляд Иоши, впервые не спавшего на первом уроке. Его брови были тревожно приподняты, а глаза были наполнены некой грустью.

Сев за свою парту, я вопросительно посмотрела на него, ожидая услышать причину разочарованного выражения лица, но ни ее, ни какого-либо ответа не последовало. Иоши прошелся рукой по волосам, убирая их назад, и лег на парту. Да что, мать твою, происходит? Почему меня игнорируют мои друзья? Своим опозданием на урок я отвлекла их от решения веселого уравнения? Это утро необъяснимо странное.

Я скрестила руки на груди и облокотилась на спинку стула. Место Мики по-прежнему пустовало. Шелест листов становился тише, практически перестал доноситься шум из приоткрытого окна. Лишь монотонный голос учителя перебивал настигающую, удушающую тишину, в которой я боюсь оставаться.

Взгляд вновь пал на место Саяки. Она точно влюблена в Баджи — очевидно. Но трудно поверить, что наша поездка на байке вдруг заставила ее не прийти. Ведь даже после пропажи ее матери пять лет назад, она как штык была на математике. Такая надоедливая, пакостная, но очень сильная девушка не могла пропустить урок сейчас из-за пустяка. Разве что накопившиеся эмоции от последних событий заставили ее прогулять. После того, что произошло с Микой, нам всем стало не по себе, но Саяка… Она была близка с ней, хоть и очень давно. Можно сказать, они были лучшими подругами, до точки невозврата, как ни странно, пять лет назад. То время для всех стало переломным.

***

Сентябрь, 2003 год. Воспоминания.

Тишина. Все одноклассники вышли в школьный коридор, чтобы дать кабинету проветриться. Я же осталась сидеть, гоняя свое отчаяние из одной стороны разума в другую.

Прошло почти два месяца с момента гибели моей мамы, но чувство потери не собирается униматься. Наоборот, оно дополняется новыми, более мрачными ощущениями. Казалось, моя жизнь кончена, я не смогу радоваться, смеяться, гулять с друзьями, веселиться. Все привычные удовольствия стали недоступными, и более того, теперь они намертво заперты в глубине моей души на проклятый замок под названием «Чувство вины».

Все вышло так внезапно. Мама не собиралась переходить дорогу. Она не собиралась… Я ее вынудила.

Если бы меня не было на другой стороне, мама прошла бы мимо. Если бы я не помахала ей рукой, она бы меня не заметила. Если бы мне не приспичило купить сладостей в тот день, она была бы жива.

Я задрала рукава белой, не глаженной рубашки, чтобы рассмотреть красные пятна, оставленные зажигалкой в попытках заглушить каждое болезненное «если бы…»

Ведь все могло выйти иначе, если бы… не я.

Кроме всепоглощающей мысли о собственном ничтожестве, в голове изредка мелькало имя убийцы. Нобору Киото. Я не помню его взгляда, голоса, отличительных черт. Он член Скорпиуса — все, что я помню. Байкер, бандит, убийца, нечеловек. Каждая буква его имени вызывала дикую ненависть, злость и безумное желание отомстить. Однако, что я могу?

Преступника сразу задержали. Теперь ему грозит реальный срок по решению суда. Не только за убийство, но и за угон машины, вождение в пьяном виде и хранение огнестрельного оружия. На сидении автомобиля нашли пистолет.

Через Нобору следователям удалось выйти на других членов банды, совершивших преступления. Все-таки ограбление ювелирного магазина их рук дело, как и предполагала мама. Скорпионы официально признаны приступной группировкой и вынуждены прекратить свое существование.

Все кончено. Но не для меня. Не знаю, возможно ли пережить потерю. Сколько нужно времени? Год? Два?

Одно я знаю точно — чувство ненависти к байкерам никогда не покинет мое сердце.

Дверь медленно открылась, и я быстро одернула рукава, увидев Саяку, прожигающую меня взглядом.

Она закрыла за собой дверь и направилась ко мне.

— Осталась в классе? — девочка потрогала мочку уха, и, судя по глупому вопросу, она хочет со мной поговорить. С чего бы это?

— Как видишь, — безэмоционально ответила я, вжавшись пальцами в края рукавов рубашки. — Ты что-то хотела?

— Да, — уголки ее губ дернулись, казалось, появилась едва заметная улыбка, — узнать о твоих чувствах. Попросила всех одноклассников остаться снаружи. Как ты? — Саяка встала рядом, уперевшись ладонью в край моей парты.

— Тебе ведь нужно что-то от меня, так? — я выгнула бровь. — Тебя не интересуют мои чувства.

— Как раз они меня интересуют, — она горько усмехнулась. — Когда пропала моя мама, мне тоже было непросто. До сих пор непросто. И… — Саяка выдержала паузу, одарив меня ненавистным взглядом, — я хочу быть уверена, что теперь тебе еще хуже, чем мне…

— Что? — я непонимающе сдвинула брови.

— Ведь ты была счастлива, пока твоя мать была жива, — голос задрожал, — такая уверенная в себе, везде успешная, всеми любимая Аризу Михара.

— Что ты несешь? — я встала со стула, оказавшись напротив ее нахального лица.

— У тебя всегда получалось лучше: искать друзей, влюблять в себя мальчиков, петь, даже учиться лучше меня, нисколько не слушая учителей на уроках, — губы расплылись в кривой, дрожащей улыбке, — но теперь это в прошлом.

— Заткнись, — прошипела я, до боли впившись ногтями в ладони.

Взгляд Саяки скользнул по накопившимся слезам в моих глазах. И она хрипло усмехнулась, будто сошла с ума.

— Ты ведь была там? — она приподняла брови в надежде, — ты видела ее смерть?

— Завались! — я сделала шаг вперед, но Саяка даже не шелохнулась.

— Наверное, ты винишь себя в ее смерти, — продолжила девочка, абсолютно игнорируя мои слова. — Так и должно быть. Ведь ты была рядом и все равно не смогла ничего сделать. Какое невезение.

— Если ты сейчас не заткнешься, я разукрашу тебя, тварь! — я сжала кулаки еще сильнее, пытаясь удержать непрошенные слезы.

— Знаешь, я рада, что самую главную опору и поддержку в твоей жизни бесчеловечно размазали по асфальту. Может теперь у меня будет шанс…

Недослушав Саяку, я, как в тумане, размахнулась правой рукой и отпустила хлесткую пощечину. От сильного удара по лицу, девчонка попятилась назад, чуть не свалившись с ног.

Мое тело тряслось от ненависти, я перестала чувствовать меру.

Схватившись за раскрасневшуюся щеку, она решила окончить начатую речь:

— Шанс превзойти тебя, потому что…

— Закрой рот! — я крикнула и, совсем потеряв контроль, двинула кулаком по ее морде, отчего не пытавшаяся защититься одноклассница упала на пол.

— Я лучше, — промямлила Саяка, прикрыв нос хрупкими пальцами, сквозь которые хлынула кровь на белую рубашку.

Мне не хотелось себя сдерживать. Я сделала шаг вперед, собираясь накинуться на нее, но ее дрожащий голос заставил меня остановиться:

— Хватит, — Саяка выставила передо мной залитую кровью ладонь, — мы квиты.

Дверь кабинеты резко открылась, откуда показались шокированные лица одноклассников. Мика тут же подбежала к нам и начала поднимать свою побитую подругу на ноги.

— Вы что делаете? — завопила девочка, оглядев расквашенный нос Саяки и многочисленные капли крови на ее рубашке. — Собирались же просто поговорить!

— Она набросилась на меня на пустом месте, — Огава театрально пустила слезу, — я просто хотела ее поддержать.

Мика непонимающе посмотрела в мои полыхающие злостью глаза.

В мыслях мелькал весь тот бред, который выложила больная на голову Саяка минутой ранее. Я собиралась возразить, но встретилась с презрительным взглядом одноклассников, которые уже начали перешептываться.

Я посмотрела на покрасневшие костяшки, и все слова тут же вылетели из головы. Меня до сих пор трясло от произошедшего.

— Мика, ты веришь мне? — перекрыв ладонью кровотечение, девочка вопрошающе посмотрела в глаза своей подруге.

Мика взглянула на покалеченную Огаву. Я не понимала, что сказать в свою защиту, положение далеко не выигрышное. Кто из одноклассников поверит, если они уже ненавистно на меня смотрят. Гораздо легче встать на сторону жертвы, тем более ее жалостливый вид, вероятно, перекроет все мои доводы. Переходить на грубую силу — ошибка. Казалось, мне нужно было что-нибудь сказать, но я лишь села на свое место, поняв, что прямо сейчас могу потерять свою подругу. Хороший ход, Саяка.

— Нет, — тихо произнесла Мика, стараясь не смотреть на до сих пор льющуюся кровь из носа подруги.

Все взгляды устремлены на Мику.

— Что? — переспросила Саяка.

— Я не могу поверить тебе, — Мика накрыла своей ладонью мою разбитую руку, — ты явно недоговариваешь. Ари не могла просто накинуться на тебя это не в ее духе.

— Но…

— Виноваты всегда обе стороны, — Мика перебила ее. — Скажи правду, Саяка, — девочка пронзительно посмотрела ей в глаза, сильнее сжав мою руку, — или скажет Аризу.

Одноклассницы, стоявшие за спиной Саяки, бросили гневный взгляд на Мику и потянули пострадавшую за руку, предлагая выйти из класса.

Саяка не отрывала взгляд от Мики, когда медленно пятилась назад.

— Предательница, — прошипела она, и, резко развернувшись, выбежала из класса.

Почти все одноклассники пошли за ней, видимо, чтобы пожалеть и оказать первую помощь.

Мика села на стул спереди и уставилась в мои пустые глаза.

— Какого хрена здесь произошло?

Я немного помедлила, пытаясь собрать мысли в кучу.

— Почему… ты поддержала меня? Саяка твоя подруга.

— Ты тоже, — твердо сказала она, — и я хочу услышать правду.

Распахнувшаяся дверь кабинета бьется с треском о стену. В проеме стоит ошарашенный, раскрасневшийся старик, прожигающий меня взглядом, от которого по телу пробежались мурашки. За его спиной пряталась Саяка, которая, вероятно, уже успела рассказать свою легенду, в которой не было никакого смысла, ведь учитель всегда был, есть и будет на ее стороне при любых обстоятельствах.

Мне достанется…

***

Конец урока. Тишина нарушилась голосами одноклассников, только Рейден с Иоши молча сидели за партами, не глядя в мою сторону, будто специально играя на моих нервах. Закатив глаза, я все-таки собралась подойти к ним, но увидела Саяку, которая стояла за приоткрытой дверью кабинета, прожигая во мне дыру. Ее взгляд словно кричал о том, чтобы я вышла в коридор. Что ж, друзья подождут. Намечается нечто более интересное.

Я стала выходить из класса, стараясь не привлекать особого внимания. Надеюсь, Саяке хватит мозгов не устраивать сцен на глазах у всей школы. Увидев, что я направляюсь к ней, она перестала пронзать меня взглядом, скрестила руки на груди и отошла от прохода.

Как только я переступила порог, она грубо схватила меня за руку и повела в конец коридора. Я даже слово вставить не успела.

Саяка решительно толкнула дверь женского туалета, из-за чего привлекла внимание всех девушек, находившихся внутри. Компания подружек, красившихся возле зеркала, одарила ее непонимающим взглядом.

— Вышли, — прошипела Саяка приказным тоном, который, по правде говоря, у меня вызывал смех. Однако девушки тут же сложили косметику в сумки и, переглянувшись, вышли в коридор.

Вероятно, они боятся ее, ведь Саяка играет не мало важную роль в нашей школе и занимает высокий статус в глазах всех учителей. Одной лишь жалобой она способна промыть учителям мозги и испортить кому-нибудь успеваемость. Как хорошо, что мне это не грозит — сама прекрасно справляюсь.

Я выдернула руку из ее хватки.

— Что за цирк? — я скрестила руки на груди.

— Сначала ты расскажи, — Саяка повторила мою позу. — Делаете вид, что не общаетесь, презираете друг друга, а потом катаетесь на мотоцикле, весело улыбаясь на следующий же день после пропажи Мики. Как это понимать?

— Ты не должна этого понимать, — я нахмурила брови, — какое тебе дело?

— Ты вообще не волнуешься за нее? — возмутилась Саяка, всплеснув руками. — Почему ты позволяешь себе радоваться? Не задумывалась, где сейчас может быть Мика? Может быть она уже давно мертва, а ты и не пытаешься ничего сделать!

— А что я могу? — нервно крикнула я. — Впрочем тебе меня не понять. Раз такая умная, почему сама ничего не делаешь?

Саяка стиснула зубы, не зная, ответить.

— В данной ситуации я беспомощна точно так же, как ты. Но знаешь в чем разница?

— Ну-ка?

— Я не веселюсь с байкером, беспечно разъезжая по улицам Токио.

— Ты ведь ради этого меня позвала? — я криво ухмыльнулась. — Тебя не интересует исчезновение Мики и мое отношение к этому, — медленно облокотилась на стену, перекрестив ноги, — тебя интересует Баджи.

Саяка обвела взглядом мою ухмылку и закатила глаза. Судя по нервно дрожащей ноге, она злилась, но не спешила отвечать, будто обдумывала свои слова.

— Тебя это забавляет, — на выдохе сказала девушка, — я вижу. Тебе нравится, что у меня ничего не выходит.

— Может быть, — пробубнила я.

— Но это ненадолго, — Саяка подошла к зеркалу и покрутила головой, осматривая легкий макияж и волосы, собранные в небрежный пучок, — я обойду тебя. Уже скоро.

— Ага… — протянула я, глядя на свой маникюр и всем видом показывая, что не воспринимаю ее слов всерьез.

— У меня с Баджи намного больше общего, чем у тебя с ним.

Я не сдержала смешок. Обычно люди стараются скрыть свою зависть, но Саяка ничуть не пытается этого сделать. Раньше я не обращала внимания, пропускала ее слова мимо ушей, но теперь мне так и хочется подлить масло в огонь.

— Охотно верю, но с чего ты взяла, что меня интересует Баджи? — я приподняла бровь, ухмыльнулась и выкинула пару едких слов, в которые сама не верила: — Скорее я интересую его.

Саяка бросила в мою сторону цепкий взгляд, словно хотела наброситься на меня с кулаками прямо сейчас.

Какой же бред я сказала. Мы просто катались на байке, стараясь выкинуть месиво запутанных мыслей из головы, только и всего. Ни о какой химии между нами речи не шло. Хотя… я сама уже не уверена в том, что происходит.

— Не будь так уверена, Аризу. Скоро все встанет на свои места, — девушка подошла к двери и, открыв ее, добавила с весьма наигранной грустью: — ах да, Рейден с Иоши, наверное, расстроились, что лучшая подруга забыла поздравить их с днем рождения.

Мои глаза чуть не вылетели из орбит. Я достала из кармана телефон, надеясь, что Саяка пошутила. Двадцать восьмое апреля — их день рождения был вчера. Черт.

Саяка театрально вздохнула и вышла за дверь. Я неподвижно стояла, ощущая холод в спине, который исходил от кафельной стены. Вероятно, эта сволочь уже рассказала Рейдену, что видела меня с Баджи в тот день.

Блестящий ход.

Стоит рассказать все от своего лица.

Я вернулась в класс, но Рейдена там не оказалось, как и Баджи, что наводило меня на плохие мысли. Иоши устало складывал учебник в рюкзак — он собирается свалить, пока учитель биологии его не увидел. Видимо, его брат поступил так же.

Я перегородила Иоши путь рукой, когда он пытался незаметно выйти из кабинета.

— И снова привет, Ари, — парень начал первым. Его голос был таким спокойным и непринужденным, как и всегда. — Красивые брюки, — он попытался разрядить обстановку, прекрасно зная, почему я его остановила.

— Иоши, — неуверенно начала я, опустив глаза в пол, — прости. Мне…

— Понимаю, — перебил меня парень, — потеряла подругу, решила развеяться, так?

Я посмотрела в его поникшие глаза и коротко кивнула.

— Но ты хоть понимаешь, как это выглядит? Мы все сейчас находимся в безвыходной ситуации, даже не знаем, что думать. Настроение вовсе не праздничное, мы даже решили не отмечать день рождения, но надеялись, что хоть помнишь про него, — Иоши обдумал свои слова и добавил, — Рейден надеялся.

— Я понимаю, — сумбурно сказала я, пытаясь выдумать хоть какое-то оправдание.

— Рейден хотел тебе написать, но я попросил его этого не делать. Думал, что тебе сейчас тяжелее всего, но вечером, Саяка решила сойти с небес и поздравить нас с днем рождения, как я сначала подумал, но оказалось, она пришла настучать на тебя.

— Как он отреагировал?