Глава 92. Ты, должно быть, шутишь (1/2)
Наступивший июнь дразнил долгожданным концом учебного года, обязывая сделать последний академический рывок перед свободой летних каникул. Чтобы ученики наверняка забыли об отдыхе, Шотландию атаковал грозовой циклон, да ещё и с градом. Библиотеку оккупировали все ученики, в том числе и дурмстрангцы.
Валерия тоже испытывала необходимость проштудировать и закрепить весь материал с Седриком. Вот только с приближением финала она постепенно становилась одержимой его безопасностью, а он, в свою очередь, щетинился, они ссорились, и так по кругу. Конечно, она не опускалась до деградирующих методов своего института, но требовательно и строго настаивала, чтобы он преодолевал свои лимиты.
«Ещё раз. Снова. Повтори. Слишком медленно. По новой», — неустанно гоняла она его, перекрикивая дождь.
«Я не понимаю, — измождённо опускался он, — ты будто считаешь меня слабаком».
«Тогда докажи, что не слабак. Поднимайся».
И продолжала изнурять Диггори тренировками, пока у него не открывалось второе дыхание, а затем он и вовсе валился с ног.
Несомненно, с новым тренировочным режимом о романтике и не могло быть и речи. Она часто ловила его досадные взгляды, когда отвергала ухаживания, заставляя возвращаться к упражнениям.
«Потом, — с щемящим сердцем обещала она себе, — когда опасность минует».
— Блин-блинский, — расстроилась Женя, закусив ноготь.
Волшебные огни библиотеки вспыхнули один за другим, чтобы рассеять темноту туч циклона. Но и они не справлялись, отчего казалось, что учебный зал подсвечен тускло-серым цветом.
— М-м? — перепросила Валерия, отрываясь от осмыслений своего поведения с Седриком.
— Да вот, папенька передал мне письмо через Илью. Говорит, чтобы я паковала чемоданы и уезжала из Хогвартса, мол, его контакты уловили смещение всех преступных волшебников на учёте поближе к Британии. По его словам, к финалу Турнира может готовиться «террористическое нападение», — наигранно процитировала она слова отца, прежде чем сложить бумагу пополам, затем ещё раз и запустить её самолётиком в мусорное ведро. — Но разве это не обычный риск всех чемпионатов? Нам что, теперь всем сидеть дома и дрожать? На что тогда мракоборцы работают?
Валерия устало потёрла затылок и рухнула на стол. Женя могла поклясться, что финал волновал её не меньше, чем папу медведя. Громыхнул гром. В окно застучали настойчивые капли дождя.
— У меня складывается ощущение, — пробормотала ледяная волшебница, добавив предотвращение террористического акта в список обязанностей по обеспечению безопасности Седрика, — что опасность кроется повсюду. И сколько бы я не продумывала запасных ходов, она всё равно подберётся оттуда, откуда мы меньше всего ожидаем.
— Хогвартс — одно из самых безопасных мест в мире, — отчеканила Алиса, которая свято верила в репутацию учебного заведения. В противовес её словам полыхнула вспышка молнии, от которой особо впечатлительные ученики завизжали. Прекрасная, не впечатлённая совпадением, поспешила закрепить правоту своих слов аргументом: — К тому же, разве твой брат не пригласит нас на трибуны для особых гостей? Уж там-то точно будет усиленная охрана.
— Да не за нас я переживаю…
— А за кого? — поинтересовалась Женя, но Черных как всегда умолчала. Анимагу потребовалось всё актёрское мастерство на свете, чтобы не выдать своё знание секрета подруги.
Алиса хотела продолжить разговор, как вдруг заметила знакомую, столь выделяющуюся в атмосфере нуара рыжую фигуру, которая юрко прошмыгнула мимо их учебного алькова.
— Я скоро вернусь, — поспешила она за своей удаляющейся целью.
Когда Алиса свернула за пару углов, то увидела спокойного Уизли, который методично раскладывал перед собой пергаменты и учебники.
«Джордж, — досадно узнала она, — не тот близнец, что мне нужен».
С момента последнего разговора с Фредом, который закончился его уходом, прошёл месяц. Тяжелее всего дались первые дни, когда она была уверена, то Уизли вот-вот помирится с ней — правда, без логического обоснования. Обязан, и всё тут. Алиса отдавала себе отчёт в своей претензии, руководствовалась верными доводами.
«Я ведь всё сказала правильно»!
Но примирения не произошло. Последующая неделя ощущалась невыносимой: ей было необходимо держать гордый фасад правоты, но горевать вдали от чужих глаз. Спустя полмесяца пришло осознание, что между ними всё кончено. С чем она, конечно, не смирилась, и выискивала Фреда при любом удобном случае, просто чтобы незаметно смотреть за ним издалека. Алиса могла осудить саму себя же по статье «преследование», но ей откровенно было начхать на общепринятые нормы, когда ей было пусто и хреново внутри.
И вот сейчас она, спрятавшись за стеллажом, печально, с некой жадностью наблюдала за каждым движением Джорджа в посеревшей от дождя библиотеке. Близнецы выглядели идентичными на лицо, но их жесты и мимика поразительно отличались. И когда Алиса не сумела отыскать и капельки узнаваемого в человеке перед ней, внутри всё сжалось. Картинка её жизни лишилась цветов, окрасившись в чёрно-белые оттенки. Скоро, скоро Фред тоже потухнет и станет для неё такими же бесцветным воспоминанием. Просто человеком, которого она когда-то знала.
Волшебник почувствовал пристальное внимание на себе, углядел Алису. Ей не стоило задерживаться, она развернулась.
— Присаживайся, — поспешно пригласил её Джордж, выдвинув ногой стул напротив. Странно, обычно он избегал её, потому что не знал, как вести себя с девушкой брата, но не в этот день.
«С бывшей девушкой», — поправила себя Алиса, прикрыв глаза.
И тем не менее, Джордж приглашал её поговорить, хоть на деле его внимание было сосредоточено на учебных материалах.
Алиса замерла, пойманная с поличным. Смирилась. Послушно уселась, не зная, как начать разговор. Она переживала необоснованное смущение провинившейся и пыталась вернуть былую самоуверенность под размеренный шорох дождя.
— Поделишься, — отстранённо протянул Джордж, в то время как раскрывал учебники на нужных страницах, — каким образом Фред превратился из неуправляемого в невыносимого? Недавно он выбросил из окна хрустальный шар, когда тот не дал ему желаемого предсказания, из-за чего Трелони впала в кататонию. А вот позавчера, увидев тебя с Крамом, промахнулся по квоффлу и зарядил битой мне в бок. — Он поёжился ушибу. — Дальше будет только хуже. Мне ещё дорога жизнь, поэтому волонтируюсь помочь… только если причина не совсем, гм, личного характера.
Алиса стыдливо повертела косу, чувствуя себя виноватой в травме Джорджа, хотя являлась совершенно непричастной к ней. Ну и с чего ей начать? Да и стоит ли вообще оправдываться? Или он таким образом намекает ей, что у неё всё ещё есть шанс исправить отношения?
«Полагаю, из Джорджа действительно может выйти хороший советчик», — он был логическим и рассудительным, являлся частью загадки Алисы и мог помочь с решением проблемы… или, если Хоукворт был прав, выдать себя и брата.
— Этой весной, перед тем, как навестить вас, Перси организовал мне экскурсию в Визенгамот для будущих стажёров. Там я встретила Эрнеста Хоукворта, старейшину и куратора новых сотрудников. Он сказал… — запнулась она, постепенно подбираясь к неприятной части, — сказал, что в венах Уизли течёт кровь предателей, и что каждый из вас является преступником. Он сделал недвусмысленный намёк, что мне не видать места в Визенгамоте, покуда я не предоставлю ему доказательства…
Джордж замер, наконец-то оторвавшись от учебников.
— Старый, мать его, шантажист, — повторил он почти дословно слова Меган. Видимо, у Эрнеста действительно была отвратительная репутация. — Но это не всё, не так ли?
Алиса покачала головой.
— Позже, когда вы передали мне каталог изобретений, там была Канареечная Помадка, симптомы которой совпадают один в один с эпидемией Хогвартса на пасхальных каникулах. — Она всматривалась в лицо волшебника, пытаясь разгадать ответ на её загадку. — Я не хочу верить Хоукворту и ищу другие пути устроиться на работу, правда, но я просто должна знать, что он не прав! Ведь проделка — это одно, но превращать её в болезнь и сильно вредить здоровью невинных учеников — совсем другое!
— И ты усомнилась в нас, тем самым разозлив Фреда, — догадался Джордж. В отличии от близнеца, он и бровью не повёл на косвенное обвинение, но и оправдываться не стал. Вместо этого он решил рассказать об их изобретениях. — Все наши вредилки имеют временный эффект и нацелены на одно: вызвать у людей смех и улыбку — вот главный принцип, которому мы следуем. Можешь считать это нашей бизнес-этикой. У нас действительно есть арсенал более сильных и противных сглазов, который мы держим в секрете и подумываем предложить на закуп Аврорату — и только; но и те не рассчитаны на долгосрочный вред, они лишь для обезвреживания противника. Поэтому в то время как канареечная идея, однозначно, наша, её применение в Хогвартсе вообще не соответствует нашим принципам. Понимаешь, о чём я?
— Думаю, да. — Уверенно кивнула Алиса. Изобретение Уизли — лишь инструмент, и им мог воспользоваться любой, у кого оно окажется в руках.
— Тогда тебе лучше исправиться, да побыстрее. Учти, Фредди уважает действия, а не слова, — твёрдо посоветовал Джордж.
Она уже знала, как искупить вину перед Фредом.
— Ты прав, Джордж. Мне понадобится некоторое время, чтобы привести задуманное в действие. — Алиса постепенно стала подниматься.
Пострадавший парень был только рад её решительности.
— И вообще, будь я тобой, то больше беспокоился бы о Дурмстранге, — невзначай обронил он ей очередную подсказку, не отрываясь от материалов.