Глава 49. Вагон эмоций (1/2)
Три волшебницы столпились у двери. Пока они ждали и спорили, кто именно из них должен постучаться к мужчинам, мимо них проходили работники поезда, волшебники с фамильярами, даже пробежал щекастый хомяк. Все открыто улыбались, интересовались планами на поездку и желали доброго пути.
— Девочки-и, — проскулила Полина, — если Женя не соберётся и не постучится, то мы навсегда останемся в этом коридоре. Здесь все пассажиры такие любопытные и болтливые!
— А почему это именно я должна стучаться? — возмутилась Женя, наливаясь краской.
— Потому что ты единственная, кто более-менее знаком с Арктуром! — словно очевидное разжевала ей Алиса, с которой успела перезнакомиться большая часть мужской половины первого класса.
— Да? А мне показалось, это он тебе сделал отдельное приглашение заглянуть к нему в купе, Прекрасная ты наша! — огрызнулась Женя, выплёскивая накопившуюся с утра ревность.
— Так, с меня хватит! — пропустила та мимо ушей замечание; волшебница была ни сном ни духом о беспричинном раздражении подруги.
Алиса требовательно постучалась в дверь и, когда услышала шаги с другой стороны, грубо выпихнула отбрыкивающуюся Женю вперёд. Дверь открыл один из братьев Уизли, Уильям.
— Да-амы, — неформально поприветствовал он, отойдя в сторону, — айда внутрь!
Женя ненадолго опешила, впитывая в себя вид их нового компаньона по поездке, впервые рассмотрев его поближе. Первое впечатление, которое он произвёл на неё: «клё-ёвый!» Она никогда не видела, чтобы кто-то столь выгодно носил магловский стиль. Женя уже позавидовала парижской уличной моде Полины, но Билл выносил чувство стиля на совершенно другой уровень. Если она правильно знала это слово, то он был «рокером»: медные волосы собраны в конский хвост, в ухе — серебряная серьга, через шею перекинута цепочка с кулоном в виде клыка. «Кру-уто!» — снова восхитилась она, переводя взгляд на кофту с изображением неизвестной банды, утеплённую мехом кожаную куртку и джинсы. В этом прикиде было нечто дикое, что импонировало звериному альтер-эго девушки. Возможно, если бы она прикрыла отвисшую челюсть и не в столь открытую пялилась на неформальные шмотки Билла, то заметила бы, как переменилась атмосфера в купе.
— Видишь, дурёха, всё было так просто! — цыкнула Алиса на Женю, проходя мимо и слегка толкнув её, на что та в ответ чуть ли не зашипела. Обычно девушки вполне мирно уживались, но время от времени могли что-то не поделить и серьёзно поцапаться.
Женя исподтишка ущипнула Алису, а затем поспешно отошла подальше, чтобы спокойно осмотреться в мужском купе. Оно очень напоминало их комнату, только в коричнево-зелёных тонах, и вместо кофейного столика стоял офисный. Перси вальяжно расселся в кресле и о чём-то важно рассказывал Арктуру, покуривая сигару.
— …таким образом, вечером мы празднуем не только Рождество, но и моё повышение, — затянулся он, — помяните моё слово, ещё пару лет службы, и пост министра иностранных дел будет за мной!
— Не спеши хоронить мистера Крауча, Персиваль, — спокойно вернулся к разговору Билл. Он говорил отрешённо, почти поучительно. — Бартоломеус всегда был крепким, как кремень. Он признал твои амбиции, но, боюсь не оценит чрезмерную радость его болезни, когда выздоровеет и вернётся в Министерство.
— Да брось, Билл, рано или поздно молодое поколение должно сменить старшее, — отмахнулся Перси, — и прекрати называть меня полным именем; сразу вспоминаю школьные годы, когда ты постоянно поучал меня.
— Не поучал, а направлял, — спокойно поправил он, раздражая брата ещё больше, — предлагаю оставить разговор на потом, ведь у нас гостьи.
Перси настолько увлёкся хвастовством о продвижении карьеры, что не заметил, как в купе вошли девушки. Он быстро потушил сигару и поспешил загладить свою оплошность: молодой человек соскочил с кресла, как ошпаренный, и вежливо предложил троице усесться на удобный диван:
— Вот, прошу! — неловко улыбнулся он, явно не привыкший находиться в компании молоденьких иностранок. — А… кого-то не хватает, или мне кажется?
— Да, Валерия решила подремать, — пояснила Женя, элегантно усаживаясь. В отсутствие старшей она всегда должна быть примером для подражания, поэтому держала идеальную осанку и следила за манерами. Ей также хотелось выпендриться перед Алисой, раз уж на то пошло дело… Как и привлечь внимание кое-кого к своей персоне.
Признаться, Женя ворочалась всю ночь, думая, как ей преподнести себя с лучшей стороны взрослому мужчине. Она самокритично прошлась по своему маленькому росту, по рту, который казался ей слишком широким, по веснушкам, что грязновато окрапляли самые разные участки её кожи. В такие моменты волшебница со стыдом радовалась, что у Арктура проблемы со зрением. Да, девушка гордилась некоторыми чертами, например, своими шелковистыми насыщенно-каштановыми волосами (когда она голодала, они ей даже казались шоколадными), которые порой отливали красным цветом (или вишней) и становились необычно-бурыми. Но на одних волосах далеко не уедешь, к тому же, никто не отменял разницы в возрасте; ведь Женя была лишь немногим старше младшей сестры объекта её интереса, поэтому, скорее всего, он видел в ней молоденькую дурочку, недоженщину, которую нужно нянчить, как цветочек. В этом плане, несомненно, женственная Алиса намного опережала её своим взрослым характером и осмысленным поведением. Отпугивало ли это Женю? Ни капельки. Она мысленно обозначила Арктура своей добычей, его пространство — своей территорией, и предвкушала сладкое удовольствие от охоты на строптивого. «Ну ничего, — решительно сжала Женя руки в кулаки, — впереди все каникулы, чтобы показать себя с новой стороны». Ведь Арктур и не подозревал, как ведомые инстинктами анимаги отличаются от других волшебниц.
— Ах да, конечно, покачивания поезда так расслабляют! Удивлён, что вы решили не отдыхать… — едва услышала она сквозь размышления ответ Перси.
— Нет уж, — отказалась Алиса, — мы слишком взбудоражены после побега от Каркарова, чтобы спать.
Перси повернулся с расширенными до размера блюдец глазами к Арктуру, его брови оказались почти на одном уровне с линией роста волос. Черных же всё это время расслабленно стоял с газетой в углу и наблюдал за происходящим с лукавой улыбкой.
— Побегом?! — возмущённым шёпотом переспросил у него Перси.
— Всё законно, — лишь ответил тот, откладывая газету, — не моя вина, что работники образовательных учреждений не контролируют потребление алкоголя на празднике.
— На самом деле, — втиснулась Полина, которая всё больше и больше обретала голос по мере отдаления от Хогвартса, — уверена, к этому причастны Находкины. Помню, они намеревались подсыпать что-то в рождественский пунш.
Арктур невозмутимо перефразировал свой ответ:
— Не моя вина, что взрослый и почитаемый волшебник пил как конь на водопое и не заметил, что ему кое-что подмешали.
Девушки прыснули, не веря, что хоть кто-то осмелился говорить в подобном тоне о строжайшем директоре Каркарове, уважаемом мастере сглазов и проклятий. Даже Билл слегка улыбнулся, и лишь Перси оставался в потрясении от развития событий.
— Давайте просто представим, что я ничего не слышал, — наконец решил он, выйдя из транса.
Арктур приблизился к спинке дивана и опёрся о неё руками прямо позади Жени. Он обратился ко всем девушкам, но, казалось, был сосредоточен конкретно на ней.
— Вы не проголодались? Я хочу, чтобы в этой поездке вы чувствовали себя максимально комфортно.
— Ой, а я и не заметила, что хочу есть, — призналась Полина, добавив без задней мысли о том, в каком свете выставляет подругу, — обычно вечноголодная Женя напоминает о приёмах пищи, но сегодня она сама не своя.
— Вот как, значит… — ответил с заинтригованными нотками в голосе Арктур, что, казалось, заметила только Женя.
Сначала девушка хотела провалиться под землю, когда Полина сдала её с потрохами, но потом она полностью отключилась от реальности. Всё её внимание целиком сосредоточилось на затылке: она была готова поклясться, что Арктур незаметно перебирал пальцами выбившиеся прядки из её пучка. От его спиральных движений пробежали мурашки вниз по лопаткам, по спине, по пояснице, заставляя её слегка прогнуться от истомы приятных ощущений. Она была почти уверена, что Арктур одобряюще хмыкнул её отклику… Или это всего лишь разыгралось её воображение?
— Тогда я позабочусь о заказе, — вызвался Билл. Женя вздрогнула, вынырнув из постыдных мыслей.
«Не на людях же, Михайлова!» — упрекнула она сама себя, поводя плечами и полностью отгоняя нахлынувшие ощущения. Взяв себя в лапки, девушка вежливо улыбнулась рыжеволосому спасителю.
— Да, прошу. Буду премного благодарна! — постаралась она звучать как можно более взрослой и утончённой.
Алиса прыснула, прикрыв рот ладошкой, толкнула локтём Полину и быстро-быстро прошептала ей что-то вроде: «только послушай, какой вежливой бывает медведица в цивилизованных условиях». Если бы Женя могла дотянуться до неё, то затеяла бы серьёзную заварушку, но нет… Да и с руками Арктура ей совсем не хотелось расставаться. Билл тем временем потянул за золотой шнур у входной двери, и спустя несколько секунд раздался стук.