23. Тренировки. (1/2)

Пять. Еще пять кругов, но бедная голова Рэйлы Келлер уже давно пошла кругом.

Сначала она заявилась рано утром в комнату с высоко задранной головой, случайно разбудила Петру, принялась откапывать тряпки, марли, бинты и давай кровь останавливать, а нос до сих пор гудел, даже распух. Но это пустяки на фоне того, что случилось в кабинете. Теперь же косилась на Леви осторожно, незаметно и стыдливо: до сих пор то ли не по себе от того, что обозвала, то ли от того, что нелепо выбежала с утра. Он всё это время стоял в стороне и наблюдал не сводя глаз с бегунов, руки на груди сложил.

Рэй сконфуженно скривилась — вновь вспомнила. Замедлилась нечаянно, и тут же появился Оруо со своими излюбленными подколами и подгонками. Вот же весельчак заносчивый нашелся, самое время! Рэй ускорилась, попыталась нормально дышать, но то ли больная голова, то ли окативший стыд застилали собой реальность. Споткнулась, чуть не перекинувшись вперед — вскрикнула.

— Эй! — позади раздался недовольный голос Оруо. — Не наебнись.

— Не боись, — забормотала сквозь одышку, — не лягну.

Оруо усмехнулся, а Рэй мученически закатила глаза. Обогнал.

Четыре. Ноги заплетаются. Три. Осталось немного. Два. Да сколько можно?! Последний…

Одышка пробивалась, Рэй кряхтела, склабилась, но держалась: вон, ребята все в отличной форме и, хоть запыхались, но до ее предсмертных хрипов далеко. Глянула на плетущегося вместе с ней Эрена, а он, красный, рычал, бежал из последних сил — видно, что умаялся.

Разминка окончена. Тридцать кругов закрыты, растяжка тоже позади.

Сразу же назначили тренировки на УПМ в лесу: макеты наготове, солдаты на местах и капитан Леви с зажатыми в кулаке часами. Смотрел на всех. Слава Сине, не на неё!

— Ничего нового, всё как обычно.

Ребята хором отозвались, а вот Рэй и Эрен смутились, переглянулись. Капитан Леви их окликнул:

— Как бы то ни было, Эрен, но пахать будешь наравне со всеми. Даже если ты титан-перевертыш, эффективное владение УПМ и оптимальные навыки боя обязательны, ясно?

Эрен собрался: спина прямая, гордо поднята голова и брови с серьезностью сдвинулись к переносице. Для него всё — великая честь, что не скажешь по вечно скучающему тону и хмурой моське капитана.

— Так точно, сэр!

Ударил кулаком в грудь, Оруо надменно хмыкнул, а Петра тут же незаметно стукнула его по бедру. Леви перевел ленивый взгляд на задумчивую Рэй.

— А вот ты только попробуй облажаться, — она от таких слов недовольно повела челюстью. — Не кадет, спрос выше.

Отвел взгляд в сторону и собрался уже их отпускать, как Рэйла вдруг заговорила с ощутимым беспокойством:

— Если облажаюсь? То что, сэр? Вылечу из клуба?

Лица у отряда стали говорящие: они словно ожидали подобного, а вот Эрен невольно рот открыл и брови нахмурил осуждающе. Рэй горела и сгорала, надеясь услышать «как пробка из бутылки» или «со свистом и подальше», будто всё ещё верила, что есть махонькая возможность отмазаться, слинять подальше и больше не горбатиться с тряпкой, не терпеть упреки и не ломаться, не показывать слабости своему… своему…

Требовательному и сильному командиру. Заебись.

Леви ответил после короткой паузы, за которую он, наверное, на всю жизнь вперед на нее насмотрелся: пристально, устало, догадливо. Исподлобья.

— Не дождешься, — Рэй тут же поникла. — Будешь крутиться белкой, пока нормально не отработаешь.

Хрустнула ветка под сапогом, Рэй голову повесила и тихо прошипела в землю:

— Блять.

Но уловила перемену — в его голосе не оказалось злости. Наверное, он считал её полной идиоткой, а раньше только алкоголичкой… Шмыгнула носом и поморщилась: больно, в голову отдает барабаном. Опозорилась. В какой, сука, раз показалась ему истеричкой. Блять.

— По позициям, — приказал Леви, развернулся и добавил перед уходом. — Первый Эрд.

Деревья тут и там, тишину прорезал свист УПМ. Рэй на стреме. Летела, ожидая прямо сейчас встретить выскочивший макет титана, но нет, ни одного. Оглянулась, прислушалась, ускорилась. Шорох веток — вывалился деревянный гигант. Еще бы немного и случилось столкновение, но Рэй спохватилась и, развернувшись, пустила газу, рубанула по мягкой шее. Идеально. Понеслась дальше.

Буквально сразу и с разных сторон стали высовываться макеты. Где-то с десяток пришлось порубить, и, запыхавшись, Рэй приземлилась на финише, где её уже ждали. Остался Эрен.

Леви отметил в блокноте время и убрал его во внутренний карман куртки. Поднял на неё голову с мрачным укором.

— Херово.

— Чё?

Выпрямилась, скривилась и уставилась на него как баран на новые ворота. Ребята, стоявшие в сторонке, прислушались, подались ближе: Оруо, который в любой момент готов нос к небу задрать, выглядел каким-то озадаченным, Петра стояла в непонятках, а Гюнтер убрал руки с груди и встал ближе к Эрду.

— В смысле херово? Сколько?

— Тебя ударишь и ты свалишься, — строго начал Леви. — Нерационально тратишь силы. Время самое слабое. Если Эрен придет быстрее, то какого хера ты вообще тут торчишь?

Что?..

Рэй побелела от шока. А она просила? А она, блять, хотела в эту сранную Элитку? Стыд окатил второй раз за день: ребята на неё странно покосились, этот пялился, как на пятно на своей гребаной рубашке. Убрала клинки в ножны, вытерла рукавом нос, глубоко вдохнула и выдохнула. Выпрямилась, прожигая Леви взглядом, а он словно этого и ждал — очередной истерики и доказательства её неуместности в Разведке.

— Меня не спрашивали, куда зачислить, сэр, потому что иначе я бы к вам не пришла. Но командор посчитал необходимым причислить меня именно в ваш отряд, сэр, и, наверное, я не оправдала ожиданий. Сэр.

Как она хотела сорваться, наорать, обматерить по всем фронтам и кинуть в него вон тот булыжник, что торчал у выпирающих корней дерева. Прямо в его бледное лицо. Но только и могла себе позволить, что скрежетать зубами на сраном слове «сэр».

Нет, — мотнула головой, — не переведут никуда, а вот выгнать из Разведки могут. Просто он ругается, а она не в форме, не восстановилась еще, голова гудит. Отговорки. Она — солдат и обязана засунуть жалобы в жопу, а если сейчас сорвется при свидетелях, то он ей это вовек не забудет: ругаться при всех, когда они независимы — это одно. Сраться, когда он начальник — самоубийство и подрыв капитанской репутации.

Рэй крепко сжала кулаки, глубоко вдохнула хвойного воздуха и уверенно посмотрела ему в глаза.

— Но раз я тут, то докажу, что могу лучше и достойна быть в вашем отряде, и вы поменяете свое мнение о моих навыках.

Напряжение натянулось тетивой, и, наконец, Леви пустил словесную стрелу:

— Попробуй.

Развернулся, подозвал Эрена, и они вместе взмыли вверх, дальше к старту. Эрд поджал губы, кожей ощущая капитанский капкан: видел время Рэй — чуть позже Петры.

— Слушай, — позвал Гюнтер, — он же специально?

— Думаешь?

— Пара усиленных тренировок, и всё нагонит. Досталось ей в Тросте знатно, а вон уже скачет, — остановился и посмотрел на Эрда. — Это же очевидно, что прикопался. С самого первого дня, помнишь? Не надо было злить его.

Помнили все и всё, даже тайком обсудили буйную новобранку и успели прикипеть, честно говоря — уже своей считали. А сейчас она стояла вдалеке понурая, руки заламывала. Петра с Оруо к ней подошли. Эрд тихо усмехнулся: утешители… Интересно, а она узнала про инцидент с ванной или еще нет? Хотя… это Петра, и все новости словно специально крутились вокруг неё, и, хочешь или нет, но всё равно прознает. А вот Гюнтер не в курсе…

— Больно ты внимательный стал, — усмехнулся Эрд. — Думаю, тут нет никакого предубеждения. Капитан знает, что делает, а зачем — это не наша компетенция. Ты, если уж девчонка понравилась, мог бы поднатаскать. Только я про реальные тренировки, а не…

Хитро глянул на друга, а у того на роже всё было написано: смутился, хоть и старался скрыть.

— Иди нахуй, Эрд.

Стукнул в плечо, и Эрд выдал глухой победоносный смешок.

Эрен пришел последним во всех смыслах: вот его Леви щадил, и это откровенно бесило, изводило! До обеда выдалось свободное время, а после опять прогон, но в группах. Столько тренировок у Рэй не было со времен Кадетского корпуса, сама себя никогда так не гоняла, а тут день, всего лишь первый день!

Добро пожаловать в Элитный Отряд капитана Леви, мать твою…

— Святая Роза, Нифа! — выла она от отчаяния, плетясь за углом штаба. — Как же ты была права! Он самый натуральный… изверг!

Бурчала под нос, ныла от расстроенных чувств. Петра ушла по своим делам: вроде, хотела заштопать рубашку, а то случайно задела лезвием манжет. Эрен же с первого дня хвостиком следовал за капитаном и Эрдом, Гюнтер с Оруо вовсе испарились, как и её трухлявая самооценка.

Гулял приятный ветерок, кони ржали, военные возвращались в штаб, а некоторые наоборот в город двинулись. Сплошь армейцы: кто в гражданке, кто в форме, да и настрой у всех был разный. Одни смеялись и шутили, а офицеры, по обыкновению, ходили с серьезными минами — так и вычислить можно, если в глаза не знать. Благо Майка и Нанабу не встретила, а то не по себе после столкновения, трудно смотреть на них без дурацкой улыбки. Но, на удивление Рэй, Нанаба оказалась весьма доброй и простой: мол, было и было, только лишний раз не болтай — Рэйла утвердительно кивнула, и на доброй ноте они разошлись по комнатам.

Завернула за угол в тень и свалилась без задних ног на мокрую от росы траву. Задрала голову, зашмыгала носом, закрыла глаза. Какая она бездарность… Что с ней произошло? Где все силы? Там же, где и сон? В дерьме?

Утерла больной шмыгающий нос рукавом куртки, вытащила из внутреннего кармана сложенное письмо. Развернула. Она уже наизусть его знала, однако то и дело раскрывала, пробегалась глазами и замирала на очередной Арьиной завитушке. Скучала по ней. По ним. Сильно…

Прикрыла глаза, голову задрала и глубоко, с глухим свистом задышала ртом. Письмо — очередное напоминание, зачем она здесь, почему нужно стремиться быть сильной, храброй, выносливой. Ведь, по словам капитана Леви, навыки её так себе.

— Блять…

Надо быть лучше. Надо.

Звонкий смех Розы взорвал голову, лучезарная улыбка Питера, задорная ухмылка качка Геральта, умные глаза Ривера, похмельный капитан, запах Рональда.

Распахнула глаза. Рональд!

Как много времени прошло, но больно до сих пор! Скольких людей схоронила, и скольких еще предстоит в этом кровавом месте, а она слабая, хилая, недостаточно умелая. Провела кончиками пальцев по спрятанным клинкам в сапогах — любопытно, как увлечение любимого может перерасти в собственное и дорогое, нерушимое… даже если любимого уже и нет. Память в интересах. Посмотрела в сторону леса под холмом: сейчас она на месте родителей — в Разведке. Вот они были хороши, а ей еще пахать и пахать. Землю сожрет, но станет сильнее, смелее, ловчее, и даже хмурый капитан признает её. Правда, пока только полоскает не по дням, а по часам…

Ну и что ей делать?

Леви, видите ли, теперь её волнует, к тому же она облажалась, и это правда. Заныла, крепко потянув за волосы. Плевать, что не сдержалась и правду в глаза сказала, ведь раньше себя не тюкала за это, что сейчас началось? Но позорный побег и разбитый о крепкую спину майора Захариуса нос…

Сейчас бы развеяться, если не выпить. Взлететь навстречу ветру до свиста в ушах, но УПМ Рэй отнесла в арсенал. Да и жаль, что тут с отчетностью всё четко, а связями ещё не обзавелась, поэтому просто так привод у себя в комнате не оставишь, иначе втык от коротышки. Распахнула глаза, ахнула в ужасе и заныла пуще прежнего: как теперь возвращать бутылки полицаям?! Вернуть-то надо, ведь она же не вор. Так, заемщик.

— Говнюк, — подытожила вслух. — Натуральный говнюк. Всё настроение испортил.

Леви, Леви, Леви… Непрерывно в голове крутилось это имя. Как Леви появился в её жизни, так всё полетело кубарем с высокой горы да под звонкий свист в пизду: ни выпить, ни УПМ взять, ни поспать лишний раз, а лишь уборка, доебки и брань сплошная.

— Стану лучшей назло ему, — яростно сжала кулаки. — Вот увидит, стащу привод и буду всю ночь тренироваться.

«У тебя из-за недосыпа сил и нет».

— Хуйня, — отмахнулась она. — Это я мало пью, вот отсюда и все проблемы: нет заправки. Это мой газ.

Послышался смех. Рэй повернула заинтересованно голову: голос-то знакомый. Оруо?

Встала, пошла до самого угла и встретила в проеме арки Гюнтера, а с ним и Оруо, сидящего на каменной лестнице. Позади него расположилась крепкая небольшая дверь черного входа. Парни сидели навеселе, курили, а, заметив Рэй — замолкли.

— Ну и гогочете, — усмехнулась Рэйла, заходя внутрь проема. — От капитана скрываетесь?

— А, это ты, патлатая, — развязно протянул Оруо и затянулся. — Садись, устраивай свою задницу или стой столбом.

Рэй нахмурилась, глаза закатила, но села рядом.

— Патлатая? Серьезно? Он всего лишь раз меня так назвал, а ты, гусь, запомнил сразу? И вообще! — наигранно набычилась. — Откуда взяли? Есть ещё?

Оруо, усмехаясь, залез во внутренний карман куртки и выудил старенький портсигар, раскрыл и протянул. Рэй тут же взяла одну из самокруток пожирнее. Засунула в рот, Оруо тряхнул спичечным коробком, зажег огонек — Рэйла затянулась.

Горечь табака ощущалась на языке, и дым стекал в самую грудину бурной рекой, цепляясь за глотку, но кашлять совсем не хотелось. Голова, что доныне гудела и мучительно вдавливала тело в землю, вдруг прояснилась, стало легче. Слабость и нега накрыли, и все вокруг стало неважно. Рэй откинулась назад, расслабила плечи. Хо-ро-шо.

— Спасибо, — затянулась с удовольствием ещё раз и села нормально. — Сразу легче стало. И часто вы так прячетесь?

Гюнтер облокотился плечом о край каменной арки и то и дело поглядывал в сторону леса: солдаты сновали туда-сюда, некоторые проминали лошадей, а были те, кто шел обратно в здание штаба.

— Кто сказал, что прячемся? — самодовольно усмехнулся Оруо. — Здесь просто тихо, и этой лестницей уже давно не пользуются. Скажем так, это наше укромное место. Но раз на раз не приходится, бывает какие бездари его занимают.

— Да и вид с холма хороший, — добавил Гюнтер. — Проем скрыт за поворотом.

— Козырно.

Рэй курила медленно, с наслаждением, а нос все равно гудел, но уже не так больно, как с утра. Опять шмыгнула.

— Переживаешь до сих пор?

Не поняла. О чем? Рэйла изумленно посмотрела на Оруо, а он совсем не кривился, словно стал собой. Она уже видела его сочувственный взгляд, и вот увидела снова.

— Похожа на унылое говно.

Блять. Рэй цокнула и закатила глаза.

— Вот можешь ты все похерить одной фразой.

— Согласен, — Гюнтер повернулся к ним. — Ты порой такую хуйню зарядишь, что хрен пойми как реагировать. Будь повежливее.

— Ишь ты, вступился! Ладно, Рэй, я имел в виду, что не загоняйся ты больно: время ещё есть, и не так уж все хуево. Капитан всегда требует идеально, и, знаешь…

Он нагнулся к ней поближе и заговорщецки шепнул под пристальным взглядом Гюнтера:

— Ни у кого не было идеально. Кроме как у него.

Вот же воздвигли культ Леви и пропагандируют на каждом углу, как те тупицы с ликами святых на груди орут о неизбежности и небесной каре. Фанатики…

Глаза Рэй рисковали закатиться в черепную коробку, если вокруг не прекратят восхвалять капитана-швабру. Оруо грузно отодвинулся, зашуршал сапогами, Гюнтер отвернулся к улице.

— Я не переживаю. Я бешусь. Сегодня же пойду заниматься, — вдруг заявила она, и парни на нее посмотрели. — Перед ужином прогон устрою.

— Рэй, если будет нужна помощь, то обращайся в любой момент, хорошо?

Гюнтер кротко улыбнулся, а у Рэй загорелись глаза: он же хорош, очень хорош! Будь Гюнтер ее тренером, то она бы круто подтянулась, и вот он, в отличие от Хуеви, не бузил на нее почем зря. Рэйла горячо поблагодарила, и он кивнул с улыбкой. Затянулся и вновь повернулся к лесу.

— Эрд и Петра. С ними Эрен.

Оруо, услышав имя Петры, тут же спохватился, словно ежа под задницу засунули. Рэй скептически подняла брови, откровенно посмеиваясь над нелепостью его ерезаний.

— Серьезно?

— Ой, вот не надо ту…

— Привет, ребят.

Петра появилась в проходе, и Оруо сразу заткнулся, повернулся к ней, а она улыбалась, прядку убрала за ухо и всё… поплыл. Глаза заискрились, голову задрал и плечи выпрямил. Заметили, наверное, почти все, но, что уж, давно привыкли, а Петра сегодня заметно чаще глядела в его сторону, оттого взвинченный такой — заметила.

Внезапно подлетел с места:

— Садись, — учтиво предложил и отошел в сторону. — Чего стоять-то будешь.

Она мягко улыбнулась ему, прошла и примостилась рядом с Рэй, глянула на горящую самокрутку.

— Оруо, угостишь сигареткой? — Эрд подошел последним и встал за Эреном.

Только Оруо потянулся за ними, как Петра уверенно сказала:

— И меня.

Все посмотрели на неё с немым удивлением. Петра в непонятках от такой реакции захлопала ресницами, оглядела всех и с тяжелым выдохом продолжила:

— Что? Будто я не могу курить.

— Не можешь, — не веря заборматал Оруо. — Ты же Петра.

— Перестань, — смущенно покачала головой. — Я такая же, как и вы, а вовсе не обычная девчонка с гражданки. После первой вылазки и не такое захочется.

— Но ты же раньше не курила, — задумчиво затянулся Гюнтер, а она усмехнулась.

— Ты еще скажи, что это здоровью вредит, — вставила своё Рэй, откинувшись назад.

— По сути да, — это уже был Эрд. — Но Разведка лидирует.

Эрд получил самокрутку, Петра тоже, и Эрен, вдруг напомнивший о себе, изъявил желание попробовать. Долго ли ломались? Нет. А чего уж тут, если через месяц пацан может помереть за стенами.

— Ну что? Как вам?

Гюнтер подал голос первый. Петра улыбнулась, сказав, что, в принципе, неплохо и словно на сердце легче стало. Наверное, поэтому Оруо и курил под шумок, ведь его сердце явно трепетало, когда рядом милая Петра Рал.

— Горько, тяжело, но голова, — вяло заговорил Эрен, рассматривая зажатую между пальцами сигарету, — словно ватная. Ни одной мысли нет, вот совсем.

— Оруо умеет делать, — довольно сообщил Эрд и тут же оглянулся, когда Гюнтер требовательно постучал ему по плечу.

Сюда шел Леви.

Пока Петра спешно тушила сигарету о край каменной лестницы, Рэй наклонилась и мученически скривилась. Одним своим видом невысокий капитан распугал юнцов, бездельно валяющихся на зеленом склоне: повскакивали, как ошпаренные, честь отдали, а он лишь хмуро на них глянул.

— Че здесь торчите?

Встал посередине входа. Гюнтер выпрямился, почти слился с серой стеной, Эрд шагнул назад, а Эрен всё также стоял с самокруткой между пальцев и пялился на капитана. Леви заметил тут же, что в руках у мальца, окинул их грозным взглядом и спросил:

— Чьё? Кто дал?

Никто не смел отвечать — боязно. Рэй кожей ощущала, как небо провисло и придавило к земле, и правильно Петра сделала — знающая оказалась, — что затушила до его прихода. А Оруо? Глянула: губы поджал, посерел и совсем в тень ушел, но по лицу видно, что сейчас решится в признание. Рэй перекинула взгляд, словно ущипнула невидимая рука, а, оказалось, Леви смотрел на неё. Нет, он же не думал, что это она?

Сигарета догорала, нервы натягивались, и Рэй затянулась, безотрывно глядя в суровые глаза, словно пыталась доказать, что вовсе ей не страшно прыгать без страховки с гигантского дерева вниз. Леви перевел взгляд на Оруо и обратно на неё… Так стоп, что? Неужели он просто наблюдал, решил подловить взглядом, и она, дубоголовая, не подумав, сдала Оруо?

— Сэр, — опустошенно начал он, будто готовясь к каре, — это моё. Я не должен был давать пацану.

— Еще есть?

— Да.

— Угостишь?

Рэй резко вздернула голову: Оруо изумленно полез в карман, достал портсигар и протянул раскрытым капитану. Леви кивнул, взял самокрутку и коробок спичек. Словно завороженные все безоотрывно наблюдали за ритуалом: Леви опустил голову, сосредоточился на процессе, закурил, вернул спички и поднял голову к голубому небу. Неспешно затягивался, пускал дым, а Рэй — слюни, и совсем не замечала, что в упор пялится на него, пока окурок почти догорел, — пальцы запекло. Не понятно, что больше её удивило, но сегодня нелюдимый капитан, который раньше особо к ним не подходил, стоял в паре шагов и курил вместе с ними. Да, наверное, не то, что Леви закурил, заставило Рэй окаменеть, а то, что он подошел. Остальные, кажется, тоже изумились, но меньше — его отряд отнесся проще. Петра изредка смущенно косилась в сторону дыма, а вот Эрен с неуверенностью докуривал в стороне, стараясь лишний раз вообще не смотреть на капитана.

Стало тихо. Глаза Рэйлы потерялись в капитанском профиле: черные волосы, бледная кожа, прямой нос, длинные пальцы и выпирающие костяшки, воротник куртки… как так произошло — совершенно неизвестно. Совсем недавно взглянуть не могла в его сторону от бурлящего стыда, а сейчас оторваться не в силах. Посмотрел. Рэй вздрогнула, заморгала, звучно шмыгнула носом и потушила бычок о каменную лестницу. Засмотрелась.

— Кстати, — проснулся Оруо, и все обратили на него внимание, — ты где нос успела расквасить?

Легонько постучал по своему, ухмыльнулся. Рэй бы опять перевела всё в глупую шутку, но не в этот раз: в груди разразился пожар, брови поползли на лоб и тут же рухнули обратно. Отвернулась от него, шмыгнула и потерла нос рукавом куртки:

— Ударилась, — стыдливо забормотала, — о шкаф.

Только вдруг украдкой заметила, как ехидная усмешка на миг блеснула на лице вечно хмурого капитана. Дернулась и зловеще насупилась: он насмехался над ней! Вот же говнюк!

— Где ты умудрилась на дежурстве найти шкаф? — шепнула Петра.

— Полезла на кухню в потемках?