Родная (1/2)
Январь, 2006 год.
Жизнь и смерть не так важны, как невыполненные обещания. Она давно поклялась себе, что будет защищать Избранного. Гарри. Вот только теперь был избран судьбой не он, а значит и назойливые мысли-мухи о том предательстве себя она будет отгонять до последнего вздоха.
В тот день она решилась воспользоваться предложением Арктура и покинула Колдовстворец. Ей не хватало свободы в этих молчаливых стенах, что были пропитаны чужой для неё магией. Гермиона решила посетить вечером театр, как уже делала это когда-то. Там шум, толпа, что вносили временные изменения в восприятие жизни. Разговоры на неродном языке поднимали те крошки воспоминаний из детских путешествий с семьёй. Вот только в детстве никто на неё не нападал исподтишка.
Она, как и в прошлый раз, оказалась в сквере перед театром через дорогу. Билет аккуратно лежал в клатче, что она одолжила у Ольги. Гермиона сжала крепче его в руке и сделала пару шагов навстречу театру. Отвлечённая мыслями, она не успела заметить вспышку заклинания, появившуюся словно из ниоткуда.
Беременность подарила ей жуткую неповоротливость, и вместе с ней неуклюжесть. Клатч выпал из разжавшихся пальцев и повалился на припорошенную снегом дорожку. Рука, что только что держала сумочку, теперь подсознательно обхватила живот, а вторая ловко направила палочку в сторону заклятья, которое, впрочем, не нанесло вреда. И только после того, как сзади послышался низкий мужской голос, она осознала, что заклятье было отвлекающим.
— Приятно увидеть во плоти дорогого Малфою человека.
— Не приближайся, — в миг организм выдал уже знакомые реакции: резкий голос побудил похолодеть руки, а когда она сама в ответ обозначила угрозу и, как ей показалось, взялп контроль над ситуацией, то почувствовала разлив тепла в груди, а сердце начало стучать быстрее, чем утекали секунды.
— Спокойно, я не отниму твою жизнь, ведь мне дорога моя. Эта проклятая страна слишком сковывает меня в твоём убийстве, — брови Гермионы слегка нахмурились. Она не понимала, почему все были так уверены в своей безопасности тут, что спокойно отпустили её одну. Похоже эта причина крылась в непреложных обетах, и эти мерзкие ПСы просто не были готовы умирать.
— Тогда проваливай, — злость нарастала в гриффиндорке вместе с тем, как в крови угасал адреналин.
— Я то уйду, но ты же не думаешь, что я просто так появился тут, пока ты одна? Неужели ты не так умна, как о тебе отзываются, грязнокровка?
Гермионе вся эта ситуация казалась полным бредом. С какой стати Пожиратель караулит её, вероятно зная со всей уверенностью, что она будет одна, но не причиняет вреда, или, что по-хуже, не убивает авадой? Но ответ на этот вопрос моментально заставил её оцепенеть. И снова адреналин, который она не могла контролировать, разлился в крови. Когда на задворках сознания девушка понимает, что это может быть вредно для плода, ситуация усугубляется ещё сильнее.
— Может быть, соратники Тёмного Лорда и не могут достать тебя здесь, тварь, но не предателя Малфоя, — Пожиратель ухмыльнулся, видя её расширившиеся зрачки. Он знал, что страх сковывал девушку перед ним, и от того ещё больше наслаждался сложившимся положением.
— Ты ведь не хочешь, чтобы на очередной миссии твой любимый блондинчик был убит и растерзан, за то, что сотворил, спасая тебя? — его глухой смех порождал клубы пара, что рассеивались ввысь. — Ты ведь готова на всё ради него, не так ли?
Гермиона чувствовала, будто её язык опух, и она не могла вымолвить ни слова. Эта беременность изменила состояние организма до неузнаваемости.
— Боишься, тварь? Правильно. Молчи и слушай. Заинтересованные в смерти Малфоя волшебники знают: что он задумал на следующей миссии, где он будет, с кем и что будет делать. И чтобы он не был убит, ты, грязнокровка, дашь мне всю необходимую информацию. Уверяю, она никак не навредит твоим близким в Британии. Мне нужны лишь сущие мелочи.
— Кто ты такой? — её рука сильнее сжала палочку, так, что костяшки на пальцах побелели от напряжения, а сама волшебница не могла поверить ни единому прозвучавшему слову. — Вы не можете знать всё.
— Тебе придётся поверить, ну или забудь, тогда я просто не получу информацию, зато через неделю ты получишь труп, — вкрадчивый спокойный голос не соответствовал содержанию беседы. Гермиона возможно впервые не знала, что ей предпринять.
— Я призову людей из Колдовстворца, и ты будешь убит на месте, а значит твой план по добыче какой-либо информации провалится, — на её слова Пожиратель Смерти лишь усмехнулся и сделал несколько шагов по направлению к ней, пока её волшебная палочка не упёрлась в область его сердца.
— Они не убьют меня по той же причине, по которой и ты всё ещё жива, тварь, — он положил свои тонкие пальцы на палочку волшебницы и надавил вниз. — Ты сделаешь так, как я скажу, и никто не умрёт, по крайней мере, по моей вине.
Страх за Драко и невозможность покинуть это место, пока она не родит их ребёнка, заставляли принять возможно самое страшное для неё решение. В конце концов, эта страна защищена, по-видимому, каким-то бессрочным обетом с Пожирателями, и любая информация, доступная ей, никак отрицательно не могла повлиять на безопасность её жителей.
— И что тебе нужно?
— Всего лишь пустяк. Расположение всех точек для порт-ключей, а также пару-тройку фамилий.
Точки порт-ключей? Зачем они Пожирателям, если действует защита по всей территории? Если такой пустяк действительно нужен им, не может ли здесь быть двойного дна? Может быть, это отвод глаз от настоящей цели — фамилий? Да и что за фамилии, и откуда их нужно добыть?
— «Бессмысленные» точки порт-ключей ты можешь запросить через Министерство, придурок.
— Да, могу. Но территория большая, долго, знаешь ли, ждать, согласовывать. Да и некоторые точки не хотят рассекречивать… — начал было объяснять, как глупому ребёнку, волшебник, но в конце осёкся. — В целом, для тебя пустяк, не несущий никакой беды, а мне быстрый доступ к точкам. Ну и, конечно, тогда твой ненаглядный отплатит за смерть моего друга. На минуточку, напомню, в смерти которого и ты виновата, разумеется косвенно.
— Ты заключишь со мной непреложный обет. Тогда я соглашусь на твои условия, и разумеется, угрозы твои не исполнятся.
— Не забудь про фамилии, вот тут тебе сложно придётся, почти так же сложно, как и мне сдерживать себя от твоего убийства прямо здесь, — он слегка наклонился в сторону её лица, проскользив взглядом по её кудрям, лицу, шее. — Фамилии вышиты на древнем гобелене. Добудь информацию, есть ли там эти фамилии и каких они цветов.
В миг клатч, что оставаясь лежать на земле уже слегка покрылся снегом, немного просиял, и девушка увидела отблеск в глазах напротив.
— Внутри список. Встретимся на этом же месте, когда ты будешь готова сражаться, — он посмотрел на её живот, а затем снова в глаза. — Будет тебе обет. Если обманешь, ты узнаешь первая, что будет тогда. Успей добыть всю информацию так, чтобы никто не узнал.
— Мразь, — бросила сквозь сжатые зубы одно слово Гермиона, после чего попыталась слегка присесть с мешающим ей животом за клатчем, но мужчина напротив притворно вежливо поднял его раньше и протянул ей.
— Помни о том, что стоит на кону, — с этими словами он растворился в аппарации. В Гермионе зародилось сомнение, действительно ли убережёт всё это её, Драко и их малыша от трагедии?
Она придумает обет так, чтобы обезопасить себя и своих близких на этот год, когда они будут находиться в этой стране. А дальше они спрячутся, и никто не узнает, что она сделала. Орден убьёт Волдеморта, и всё закончится. Драко убьёт Его, и они будут спокойно жить в Англии. Совсем скоро.
***
Октябрь, 2005 год.
Чёрный подол платья протирал этот кусок пола уже пятый раз. Хозяйка суетилась, собирая по всему кабинету необходимые ей вещи и чуть задела блюдце на котором покоилось Яблоко. Оно сорвалось на пол и покатилось в сторону стены, укрытой гобеленом. Ольга в суете лишь успела поймать блюдце и не дать ему разбиться.
— Ах ты! — возмутилась на посуду она. — Где это несносное Яблоко?
Она оглянулась и заметила Яблоко у стены в углу, и снова подол платья протёр тот участок пола, пока она поднимала фрукт. Выпрямившись, девушка застыла напротив гобелена.
От её пронзительно изумрудных глаз не укрылось сияние печально известной фамилии. Малфой. Она искрилась несоразмерно тому, как получал опыт Драко, и свечение абсолютно не походило на расширение магии рода посредством обучения.
Антрацитовая коса, что лежала на её груди, перекинутой через плечо, уже начала приходить в неподобающий вид в её руках. Ольга не сразу заметила, как за бурным потоком мыслей и догадок растрепала свои волосы, а ведь ей совсем скоро нужно быть на совете по безопасности. Она отдёрнула правую руку от косы, отвернулась от гобелена и вернулась к столу, возвращая Яблоко на место.
Взмах руки, и из малахита вырвалась ящерица, которая сразу де ласково поприветствовала Ольгу, делая круг вокруг её шеи, и затем унеслась сквозь витраж окна.
— Надеюсь, Малфой, я ошибаюсь. Невозможный мальчишка…
***
После вылазки на очередное задание Арктура, он незамедлительно вернулся в дом в лесу. Сейчас ему хотелось привести себя в порядок, перед тем, как прийти к своей матери. Волшебник не хотел, чтобы Нарцисса видела сына всего в грязи вперемешку с кровью, хоть и не его. Ему не хотелось снова наблюдать печаль в её глазах.
Расслабившись, он вышел из душа, так как на очищающее заклинание не хотелось тратить энергию, надел чистые чёрные брюки с рубашкой в цвет. Драко уже готовил зелье для сна без сновидений, как и обещал маме, когда в окно ворвался патронус Ольги.
Из сообщения слизеринец понял, что должен явится как можно скорее в Колдовстворец. Такое поведение Ольги напрягло всё внутри него. Что могло пойти не так? Он не чувствовал опасности, его помощь Ордену шла только на пользу праведной стороне противостояния, а информация, что он поставлял в Россию и в Орден, только помогала. Избранный был в безопасности. А сам Драко не был замечен Пожирателями Смерти. Вместе с тем, Волдеморт всё так же ему доверял, даже после инцидента в подземелье замка. Так что же могло случиться?
Откладывать такой срочный вызов от Ольги он не намеревался. Вся его грязная одежда с мантией была брошена в кресло, поэтому он быстро из вороха достал мантию, и, напрягшись, сосредоточил свои силы, направив через палочку в надежде очистить мантию. Со второй попытки это получилось, он зачесал на выдохе волосы назад, надел мантию и подошёл к комоду, на котором у Артура лежали разные порт-ключи, как он выражался, на чёрный день.
Малфой решил воспользоваться порт-ключом до Колдовстворца, чтобы не аппарировать на своей магии на такие расстояния.
Оказавшись на том же месте, что и когда он явился сюда, чтобы предать своего Лорда, он вдохнул свежий воздух. Высь над ним так же пьянила, а простор поражал, как в первый раз.
Он спокойно дошёл до замка и так же спокойно проник в него, направляясь прямиком в кабинет Ольги. По пути, как обычно, с ним здоровались ученики, и даже краем глаза он видел скромный приветственный кивок от мимо проходящего Михаила.
Два коротких стука в дверь. Из-за неё послышался, на удивление Малфоя, довольно спокойный голос директрисы: «Проходи, Драко».
Малфой уверенно зашёл в её кабинет, поприветствовав Ольгу на неродном ему языке. Но она решила продолжить разговор на английском.
— Проходи, присаживайся там, — девушка указала на стену напротив её стола, что была по правую сторону от двери, в которую он вошёл. Кабинет ничуть не поменялся с тех пор, как он был здесь в последний раз. Довольно редко и по особым причинам Ольга пускала сюда кого-либо. И, видимо, сейчас случилось что-то довольно важное.
— Зачем Вы хотели меня видеть, Ольга? — осторожно начал Малфой, присаживаясь на зелёный бархатный диван.
— Скажи, у тебя есть родные братья или сёстры? — лицо Драко исказилось в непонимании, и он услышал лёгкий смешок. — Да, глупо спрашивать то, на что и так знаешь ответ.
— Я Вас не понимаю, Хозяйка, — осторожно произнёс парень, неосознанно покручивая кольцо на пальце. Этот незатейливый жест заметила Ольга.
— Пока рано волноваться, Драко. Скажи, твоя мама, случайно, может быть совсем чуть-чуть не беременна?
После такого вопроса недоумения у Драко только прибавилось.
— Это какой-то розыгрыш? Ради таких глупых вопросов Вы срочно вызвали меня, я правильно понимаю, Ольга?
— Драко, дорогой, они не глупые. Видишь ли, твоя родовая магия усилилась в многократном размере, — она подошла почти вплотную к нему и, отступив вбок, указала пальцем на вытянутой руке в сторону гобелена.
— Возможно это из-за того, что сегодня я изучал сильные техники, — пытался найти объяснение такой ситуации волшебник, но понимал, что это вряд ли могло объяснить такое мерцание его фамилии, которым сияло ещё несколько чужих ветвей на гобелене. Драко припоминал что-то о таком поведении фамилий родов, как-то Артур рассказывал ему об этом. Вот только он совсем забыл.
— С учётом многих десятилетий моей жизни, Драко, могу сказать, что в роду магии пополнение. И раз уж это не великолепная Нарцисса Малфой, по понятным нам причинам, то наверное, нужно поздравлять тебя, как единственного наследника рода?
Ольга наклонилась к ничего не понимаю ему и уставшему лицу Драко и нежно на последних словах убрала упавшую на глаза прядь волос за ухо волшебника. Девушка видела, как мыслительные процессы с ускоренной силой овладевают молодым человеком перед ней.
— Мне нужно идти, — коротко бросил Драко, после мгновенных сопоставлений слов Ольги и событий последних нескольких недель. Ему срочно нужно найти Гермиону и подтвердить догадки в Меноре.
— Надеюсь, не за хлебом, — бросила в усмешке на русском Ольга уже спешно вставшему и подходящему к её камину Драко.
— Могу я воспользоваться вашим камином? — проигнорировав странную для него фразу о хлебе, Драко уже занёс ладонь, чтобы взять горсть пороха.
— Конечно, дорогой, конечно.
С громким хлопком и ярким всполохом пламени Драко Малфой покинул Колдовстворец так же стремительно, как и посетил его.
***
Со скоростью света все его мысли мешались, сталкиваясь друг с другом. Он уже всё понял, но хотел подтвердить возможную беременность Гермионы его наследником.