Глава 1. «Огонёк» (1/2)
В это утро любой натланец, способный оседлать кукузавра, пролетая над племенем Потомков Крон, неприменно бы заметил огонёк, снующий по горным расщелинам. Спустившись ниже, до него с огромной верятностью донеслись бы крики, вперемешку с отборной бранью, которые были так не свойственны нежному женскому голосу.
— Стой же ты, тебя никто никуда не отпускал!, — слышалось откуда-то снизу.
«Огонёк» то пропадал, то вновь появлялся, пробираясь сквозь кусты у самого подножья отвесных скал, по которым так умело карабкались члены здешнего племени. Ветки беспристанно и, нужно отметить, довольно больно били по лицу, оставляя на нём небольшие, но глубокие шрамы, которые ещё напомнят о себе хозяйке, когда та захочет умыться прохладной водой из родника. Узкое пространство расщелины не давало сделать «огоньку» необходимый манёвр, из-за чего приходилось ускорять бег, чтобы не потерять цель из виду. Виляя по коридорам меж гор, цепляясь за каменные выступы и за ветки невысоких деревьев, которые сумели прорости в таком неприглядном для растений месте, воительница Потомков Крон медленно, но уверенно сокращала расстояние с целью преследования. Радовало то, что в столь ранний час большая часть жителей этих территорий ещё не успела прийти в себя после сна, поэтому вокруг было довольно безлюдно, что, впрочем, было и к лучшему — в планы «огонька» не входило врезаться в толпу соплеменников.
За очередным поворотом, собрав все свои силы в кулак, девушка оттолкнулась от стены, в надежде в прыжке поймать беглеца, но в моменте оступилась, падая плашмя на землю. Она тут же вскочила — времени на раздумья не было, и, не стесняясь в выражениях, «огонёк» продолжила погоню. После удара с землёй неприятно болело плечо — наверное, теперь там красуется неприличных размеров синяк. Но что есть синяк для жителей Натлана? Для людей, столетиями отражавших нападки Бездны, обыкновенный синяк — ничто. Он не оставит хозяину никаких воспоминаний, а если и оставит, то они забудутся также быстро, как сойдёт сам синяк. То ли дело шрамы — бывалые вояки могли рассказывать свою биографию, попутно иллюстрируя её собственным телом. То, что эти люди остались в живых после стольких сражений — уже само по себе чудо. «Огонёк» всегда с упоением слушала рассказы опытных войнов, попутно задавая им тысячу и один вопрос. Порой она заходила настолкьо далеко, что отец вынужден был уводить дочь домой с подобных встреч, извиняясь за её напор и назойливость. Но ей и правда хотелось знать всё — как и чем живёт её народ, она хотела быть полноценной его частью, ничуть не уступать тем войнам, которые так доблестно защащают её Родину от врага. Чем старше становилась девушка, тем больше утверждалась в своих идеалах — она во что бы то ни стало внесёт свой вклад в защиту Натлана. Именно поэтому «огонёк» горела так ярко, поэтому ежедневно истязала себя тренировками — если не она, то кто? В ней, как и в тысячах других войнах остро нуждался родной регион. В её памяти навсегда остался образ отца, который вернулся домой после войн Ночных дозорных, когда победа оказалась не на его стороне. Тогда он вернулся к жизни с помощью Оды Воскресенья, но то, в каком состоянии он был тогда, навсегда оставило след в её памяти. Никакая Ода не залечит душевные травмы — это она поняла ещё с самого детства.
Завидев вблизи выход из горного лабиринта, девушка ехидно ухмыльнулась, и с мыслью «теперь точно не уйдёшь», вылетела на покрытую зеленью поляну, одним прыжком настигая беглеца, попутно ловким движением руки загребая его в охапку — маленький юмказавр брыкался и пищал, пытаясь вырваться из ёё рук.
— Хитата, если ещё раз…
— Мавуика! , — окликнул её детский голос — вот ты где! Мама давно уже
приготовила завтрак, всё стынет!
Из-за кустов показалась запыхавшаяся девочка лет десяти, с высоким хвостиком, в который были собраны непослушные рыжие волосы до плеч.
— Уже идём, Хини! Видишь ли, наша Хитата решила, что утренняя пробежка это то, что мне сейчас жизненно необходимо, — девушка что-то недовольно проворчала, вставая с травы и отряхивая своё короткое белое платье, которое, что не удивительно, уже было далеко не белым.
Подхватив непослушного питомца, Мавуика взяла сестру за руку, не обращая внимания на её тихий смешок.
— Сис, тебе же сейчас опять влетит от мамы, это уже второе платье за неделю…
Девушка чуть закатила глаза, и улыбнувшись решила перевести тему
— Лучше научи меня, как правильно воспитывать юмказавров. Хитата совсем не слушает меня, а вот у тебя с твоим заврианом, как я погляжу, полная гармония и взаимопонимание.
Хини украдкой посмотрела на питомца сестры, котоый к этому времени уже успокоился и оглядывался по сторонам
— Ты же знаешь, что все заврианы разные, — начала Хини с наигранно деловым видом — мне вот повезло, а тебе не очень. Может быть это судьба?
Мавуика хмыкнула, подыгрывая сестре
— Может и судьба, но почему именно такая?
— Потому что Вайоб так решила! Меньше есть надо, и спать ложиться раньше!