Часть 31 (1/2)

За две недели до Хэллоуина девочек выпустили из Больничного крыла. Джинни преисполнилась благодарностью к Гарри, а ее недо-чувства к герою кажется, лишь приобрели глубину. Что стало некоторой головной болью для Поттера, ведь теперь под предлогом отставания от школьной программы и Луна, и Джинни напросились к ним в компанию, подтягивать знания. И все было бы хорошо, если бы Джинни обладала хоть каплей таланта той же Луны, которая себя проявляла отлично, и по прикидкам Кастора, могла бы на Рождество сдать первый курс. Джинни же, особенно на фоне сверхспособного Гарри, все сильнее расстраивалась и разочаровывалась в себе. Гарри просил близнецов поговорить с ней об уровнях сил магов и объяснить, что она абсолютно нормальная ведьма, но это сделало только хуже - теперь она считала, что недостойна объекта своего обожания. В общем, она вот-вот должна была отвалиться от их общества.

Намного лучше дела обстояли с Луной. Вмешательство Кастора, так и оставшееся тайной для всех, кроме Седрика и Гарри, которые на него знатно наорали и попросили никогда больше без них собой не рисковать, действительно помогло девочке. Оно изменило все. Серьезные качественные улучшения ее состояния пошли еще в первые дни после ”лечения”, а к моменту выписки она стала просто рассеянной и немного не от мира сего девочкой, быстро осваивающей коммуникативные навыки. Когда Снейп вновь начал с ней заниматься окклюменцией, то был поражен не меньше медиков - большую часть работы скучающая в палате девочка сделала сама, и теперь они проходили продвинутый курс. Тут уже подключились и Гарри с Кастором, делясь обширнейшим опытом и в первую очередь - техникой компенсации черной магии. Спорное решение, безусловно, но ребята рассудили, что малолетняя гениальная экспериментаторша со способностями к темной магии находится в зоне риска, а они ее ценили. Слишком уж близка она стала им за эти, казалось бы, очень короткие несколько недель.

Луна в их компанию влилась отлично - талант к магии на уровне Седрика, крайне творческий и нестандартный ум, и раскрывшаяся после лечения живая теплая натура - последним, она, возможно, была обязана Кастору, быстро сделали ее желанной гостьей и общим любимчиком. Теперь и у Кастора появился человек, отнимающий все свободное время, каким для Гарри была Дафна.

Впрочем, этого самого свободного времени было в обрез. Вспомнив слова Дамблдора о чарах Патронуса, мальчики попытались их освоить, но выходил лишь невразумительный голубой туман. И тут они вспомнили, что после учебной дуэли профессор Люпин предлагал обращаться за помощью в любое время, и даже просто захаживать, когда время будет. Они решили воспользоваться его гостеприимством за неделю до Хэллоуина.

- Здравствуйте, профессор! - осторожно заглянул Кастор за дверь и постучал по косяку. - Вы сейчас свободны?

Ремус оторвался от свитков, которые проверял и сказал:

- Конечно! Проходите, я сейчас что-нибудь соображу.

Кастор с Гарри вошли в кабинет. Все здесь было довольно скромно, сдержанно, как впрочем, и сам профессор - все давно привыкли к его потертой небогатой мантии с заплатками, что в мире магии говорило знающим людям о многом. Например, что ткань настолько много чинили чарами, что он перестала им поддаваться, и ремонтировать теперь ее приходится по-маггловски. А еще более знающие люди были в курсе, что чары эти должны были быть много сложнее Репаро, ведь после него ткань бы просто развалилась, не оставляя возможностей даже для зашивания нитью. Что в итоге? Умелый и могущественный маг не может позволить себе новую мантию. Очень странно и загадочно. Так хозяин кабинета прямо сейчас еще и выглядел очень... не очень. Круги под глазами, усталые движения, общая помятость - неделю назад его уроки проводил жутко злой профессор Снейп, и вариант с неизлечимой болезнью, скорее всего, мог объяснить его проблемы с деньгами. Да что уж там. Такой вариант мог объяснить и игнорирование детей лучших друзей - не нужен он им был в таком состоянии. По его мнению, как минимум. Так что мальчики решили дать ему шанс.

Трансфигурировав из воздуха два удобных кресла перед столом, он разлил чай по простым чашкам, и заговорил:

- Ну, мальчики, вам нужна консультация по какому-нибудь вопросу боевой магии? Или просто пришли поболтать со мной? - он улыбался сдержанно-дружелюбно, но глаза выдавали небольшое беспокойство.

Гарри отпил чаю и сказал:

- На самом деле, и то, и другое. Но сначала хотелось бы получить совет. - он виновато улыбнулся.

Люпин добродушно кивнул:

- Ничего, я знаю, как сильна в молодости тяга к магии. Особенно, когда к ней такой талант. Спрашивайте. - он откинулся с чашкой на спинку своего рабочего кресла.

- Мы были на суде... - на секунду Гарри заледенел лицом, Кастор незаметно коснулся его краем ладони, а Люпин помрачнел: - ...и преступника уводили ужасающие твари. Дементоры.

Кастор продолжил:

- Мы о них, конечно, читали раньше, но там мы их почувствовали, если вы понимаете, о чем мы, профессор.

Ремус побледнел и кивнул:

- Да, мальчики, я вас полностью понимаю. Проблема сильных магов - прочие тоже что-то чувствуют, но только нам достается весь набор.

- Так вот, профессор Дамблдор посоветовал нам выучить чары Патронуса. Но по книгам у нас не вышло - такое ощущение, что одной лишь правильной структуры недостаточно. - Гарри задумчиво прищелкнул пальцами.

Люпин расслабился и очень светло заулыбался:

- Это крайне похвальное стремление, ребята. Ты прав Гарри, суть чар Патронуса не столько в структуре, сколько в том, для проведения чего она создается. Теплые светлые эмоции, проходя сквозь нее, становятся огнем, что способен жечь дементоров и прочих темных созданий даже без самого защитника, но с ним... Они становятся его топливом, позволяющим тому из мертвых, кому вы небезразличны, наравне сражаться за вас с целыми толпами нежити. - он примолк. - Это Высшая светлая магия, и кому угодно другому из ваших однокурсников я бы отказал в обучении, заранее зная результат. Но вы уже зарекомендовали себя крайне способными магами, потому вам я попробую помочь. Возможно, вам легко дадутся эти чары, а возможно, что и нет. Но освоить их рано или поздно вы точно сможете. Итак, я уверен, у вас, так же, как и у меня, плотный график, так что давайте согласуем время занятий!

Когда вопрос был решен, Кастор закинул пробную удочку:

- Профессор, мы хотели еще кое-о-чем поговорить.

Люпин рассеянно на него посмотрел, в его глазах начало формироваться беспокойство:

- Да, Кастор?

- Вы ведь знали наших родителей? - тихо спросил Гарри.

Из преподаваетля словно выпустили воздух, он погрустнел и словно поблек:

- Да, мальчики. Я знал Джеймса и Сириуса. можно сказать, что как минимум некоторое время мы были друзьями.

- Некоторое время? - насторожился Гарри.

Люпин с болью в глазах качнул головой:

- В этом нет вины ваших родителей, но с началом войны они перестали мне доверять. Возможно, выживи они, мы бы вновь помирились после всех ужасов войны, но история не знает сослагательного наклонения.

У Кастора в голове напряженно крутились шестеренки. Тяжелая болезнь, бедность, недоверие даже от близких друзей... Глаза упали на телескоп в углу кабинета. Недавний урок Астрономии. Полнолуние неделю назад. Очень тихо и мягко Кастор спросил:

- Профессор, вы оборотень?

Тот поперхнулся чаем, взмахнул палочкой, устраняя последствия и мрачно кивнул: