Часть 22 (1/2)

Лектор вышел на сцену, на ходу трансфигурируя меловую надпись на огромной доске: ”Анимация: теория и практика”.

- Рад, очень рад приветствовать вас на нашей международной лекции, посвященной продвинутой анимации трансформ. Забегая в конец, замечу, что далеко не только трансформ. Но зародилось это искусство именно в трансфигурации. Надеюсь, вы достаточно заинтересованы? - усмехнувшись одобрительному гулу аудитории, мужчина пробормотал: - Если б все мои студенты так реагировали... Что же! Меня зовут профессор Антуан Коленкур, и для начала рассмотрим теоретическую часть...

Лекция была крайне интересной и сложной. В ней использовался материал вплоть до пятого курса, но главная сложность была в том, что необходимо было знание материала каждого курса ”вширь”, и специфические знания вроде понимания магических структур. Однако многие из присутствующих вполне улавливали мысли профессора - все же сюда в основном съезжались лучшие ученики европейских и американских школ. И хотя уровень подготовки, равно как и сил учащихся малых школ был ниже, даже среди них находились понимающе кивающие и задающие вопросы студенты. И конечно, студенты Большой Четверки активничали сильнее всех. Седрик, сдавший в минувшем году седьмой курс и уже идущий на программу Адепта, радовал профессора Коленкура ”на удивление толковыми вопросами”, более сдержанной похвалы удостоились сами Гарри с Кастором, белокурая Флер Делакур с огненно-рыжим Пьером Неем из Шармбатона, светящиеся энтузиазмом Виктор Крам и Ванесса Сольмс, а также Джулия Маккартни из Ильверморни. Профессор вообще был щедр на похвалы, но только перечисленным студентам улыбался и кивал.

Они, кстати, на всех лекциях и семинарах были костяком наиболее активной аудитории. И разумеется, естественным образом сбились в пусть и временную, но компанию. На семинаре по Боевой Магии Гарри получил разрешение использовать темную магию в пределах разумного, после того как вся эта толпа молодых талантов как следует насела на организаторов. Используя навыки, вбитые Волдемортом, он дважды разошелся с Крамом в роскошную ничью, на третий раз проиграв адаптировавшемуся к стилю боя болгарину. На их фоне дуэль Нея с Сольмс выглядела разминкой, хотя бы потому, что ни один из них так не устал. Серьезно вымотанные, они весь вечер в общежитии обсуждали тонкости темной магии при посильном участии остальных. На Чарах в тот же день Кастор и Делакур потратились в ноль, пытаясь деконструировать и перевести в заклинание вейловское пламя, раз пять поругались и восхитились сродством с Огнем друг друга. Задачу они не решили, но Инсендио улучшили и даже составили в новое заклинание. Другу Кастор заявил, что очень жаль, что он учится не в Шармбатоне и вообще, Делакур ”восхитительная”. Гарри издевательски добавил, что ещё она блондинка, и общежитие немножко так загорелось. Они, разумеется, помирились, а Гарри получил прекрасный повод для шуток. Также они во второй день успели посетить лекцию и семинар по Рунам, где отличилась Сольмс, которая обожала тему трехмерных рунических схем и перевела обсуждаемый ритуал дезинфекции в сферическую форму с помощью иллюзий, и по Зельям, где блистала холодно с ними держащаяся Маккартни из Ильверморни. Крам им пояснил, что между Дурмстрангом и Ильверморни натянутые отношения со времен Гриндевальда, но дурмстанговцы успели войти в компанию раньше, поэтому гордые американцы теперь воротят нос.

Новые знакомые были отличными ребятами - весёлыми, умными и энергичными, а главное, все обожали магию. Седрик с ними уже был знаком по прошлому лету и другой такой конференции, и был очень рад, что ”мелкие гении” таки выбрались сюда. Когда же он во время общих посиделок в выделенном общежитии выудил из них причину изменения планов, то знатно удивился и слегка расстроился:

- Не ожидал такого от леди Лонгботтом. А я ведь был ей представлен в прошлом году на Рождественском балу в Министерстве. - он разочарованно хмыкнул: - Интересно, что бы она сказала, зная что я темный маг?

Виктор Крам был из них всех самым старшим, он перешёл на пятый курс Дурмстранга. Он мастерски играл в квиддич, и мастерски же сражался и владел темной магией. В повседневной жизни много хмурился, особенно когда был на виду у поклонников своего ”главного” таланта - а он уже состоял в юношеской сборной Болгарии.

- Двоякая ситуация. - хмыкал Виктор. - С одной стороны, обожаю летать и побеждать. С другой, когда меня начинают нахваливать и превозносить за это, а про магию забывают, так обидно становится! Я даже начал потихоньку продумывать правила для магического квиддича, где и колдовать надо, и летать, но продюсеры твердят, что у идеи нет будущего. Чтоб они понимали...

Оказываясь в среде единомышленников и таких же маньяков от магии, как и он сам, хмуриться переставал и превращался просто в подростка с хищными и острыми чертами лица и открытой улыбкой.

Ванесса Сольмс была потомком магической ветви немецких аристократов. Обычная девушка с каштановыми волосами и утонченным, но не слишком красивым лицом. Одевалась она, на удивление, в откровенно маггловские вещи:

- Родители плешь проели наставлениями о превосходстве магической культуры после того, как я просто подружилась с Мари, она маглорожденная. До того довели, что я решила разобраться, что ж там такого ужасного. - девушка развела руками: - Оказалось, что их культура нашей сто очков вперёд даст! От изгнания из рода и лишения наследства меня только талант и спасает, не поймут-с, дочка-то один из самых перспективных магов в Германии! - она гордо задрала нос.

Училась она сейчас на четвертом курсе, и недавно сдала программу седьмого курса. Виктор признавал, что она талантливее его:

- Директор у нас не самая достойная личность, всюду меня пихает на первый план, хотя Ванни меня делает по баллам без учета квиддича! - Кастор с Гарри непонимающе на него уставились, и он кивнул: - Вы не в курсе, верно. В Дурмстранге зачет по баллам личный, а не факультетский. И соревнование тоже личное. За эти баллы, кстати, преференции полагаются, так что в них смысла побольше, чем у вас.

Флер возмутилась:

- Мы зато сплоченнее! Слышала я, какая у вас там грызня за эти баллы! Спасибо, лучше уж все вместе.

Флер Делакур была вейлой, причем единственной в своем роде: хмурилась побольше Крама, и не только на людях. Носила она только магловский унисекс серых и черных цветов. Каждый раз, когда заходил разговор на тему семьи, она хмурилась, а о своей родне говорила неохотно и максимально нейтрально. Как-то раз в толчее Кастор случайно положил руку на плечо ей вместо сместившегося Гарри, и она ощутимо вздрогнула. Блэка все это настораживало, хоть это и было не его дело. Впрочем, текущей компании и ситуации она была очень рада:

- Вы не представляете, какое облегчение находиться среди сильных магов, у которых не начинает течь слюна при виде меня. Серьёзно. Каждый раз тяжело возвращаться на учебу после такого.

- Странно, разве вейлы за века существования этой проблемы не смогли придумать какой-нибудь амулет для скрадывания очарования?

- Вейлы никогда не сделают такой амулет. - Ровно но непонятно ответила она и тут же сменила тему: - Адское Пламя действительно такое сложное? Там хватит предрасположенности только к Огню в нашем возрасте, или и Тьма нужна?

Она училась на четвертом курсе на факультете Огня, и не зря, Огнем от нее так веяло, что Кастор очень быстро прошел адаптацию к стихийному резонансу. Первые пару часов она очень хмуро на него косилась, считая, что он попал под ее чары, но очнувшись от дезориентации, он ей все прямо объяснил. Она звонко рассмеялась:

- Первый раз видишь другого Огненного Мага? Ничего, это нормально. У всех бывает. У тебя потом ещё так же с Тьмой когда-нибудь будет, вот увидишь. - Она странно пригляделась к нему, умилилась и потрепала его по волосам: - Какой же ты пламенный, не могу! Наколдуй что-нибудь!

Кастор послушно зажёг шарик Инсендио и спросил у Флер, с улыбкой смотрящей на огонек:

- А у тебя это как было?

Она нахмурилась:

- Это было давно, не помню уже. Так, мы сейчас опоздаем на семинар, идем.

Ее однокурсник Пьер Ней был огненно-рыжим бедствием с факультета Ветра. Он был потомком того самого маршала Мишеля Нея, от чего у Гарри с Кастором глаза на лоб вылезли:

- Серьезно?.. То есть, я конечно, знал, что у многих известных людей из магловского мира были потомки маги, но чтобы так... - слабым голосом выдавил Гарри под смешки товарищей.

Ней наложил на себя иллюзию достоверного маршальского мундира, заронив у друзей подозрения, что он видел тот вживую, и взмахнул палочкой как саблей:

- Смотрите, как умирает маршал Франции! Похож?

- Осталось только свою казнь провести. - серьезно кивнул Седрик, за что тут же получил жалящим по лицу.

Отличные ребята, просто лучшие.

***

- Таким образом, вы видите, что если проводить анимацию, внедряя суть необходимых повадок и движений в саму структуру как один из ее смыслов, то отпадает необходимость заставлять трансфигурированный объект перетекать из формы в форму, имитируя движение! И даже больше - так можно заанимировать не только трансформы! - с палочки лектора слетела феечка из Люмоса. - Этот способ требует глубокого понимания структур и хорошего чувства магии, зато почти не требует затрат на поддержание и, что особенно важно, разобравшись с желаемой анимацией однажды, можно воспроизводить ее вновь и вновь, в том числе и на других трансформах и чарах без особых усилий! И конечно же, на нашем семинаре, который начнется... - профессор взглянул на часы на запястье. - ...через десять минут после перерыва, именно этим мы и займемся! Так, господа студенты, можете отдыхать.

Все пришло в движение, студенты загомонили, сбиваясь в компании по интересам.

- То есть, сформировав смысловое отображение анимации, нужно его присоединить к основным чарам в виде нескольких смысловых граней? - Седрик кивнул. - А не проще сделать одну такую грань?

Кастору это казалось логичнее - все на своих местах и упорядоченно, чем смешивать не пойми как.

- Конечно проще, - улыбнулся Ней. - А потом при любом нештатном поведении той грани основных чар, к которым ты закрепишь анимацию, та так же поведет себя непредсказуемо.

Флер усмехнулась:

- Ты же будешь анимировать Адское Пламя? По глазам вижу, что не удержишься. Ну вот и привяжешь ты драконью анимацию через близость их огня к огню чар, а потом увидишь, что при любом изменении температуры Адского Пламени - что для него дело обычное - дракон меняет повадки, причем на первый взгляд хаотично и глупо.

Гарри пощелкал пальцами:

- Вертится мысль... Даже не столько сложно в плане теории, сколько сложно в плане чувства магии...

- Не томи! - воскликнула Ванесса.

- Если нужно к нескольким смысловым граням чар прикрепить анимацию, то почему не сделать... взаимопроникающие смыслы? Так, чтобы смыслы анимации и чар были почти одним заклинанием!

Ней присвистнул:

- Ты хоть представляешь, какой это уровень?

Глаза Кастора загорелись энтузиазмом:

- Не, Гарри прав! Достойный вызов, и, главное, посильный! Смотрите - мы крепим анимацию к разным граням. - все кивнули. - Но. Мы же можем и саму анимацию разбить на грани! И крепить ее грани, наиболее подходящие, к граням чар! Огненное дыхание дракона к огненной ячейке Адского Пламени, осмысленность его движения и управление им - к ментальному блоку управления чарами, сам характер движения - к координирующей системе огненных ячеек, и все в таком духе! Да, надо прикинуть все хорошенько, зато потом какой роскошный коронный прием!

Гарри кивнул:

- Так мы еще и можем каждую грань чар и анимации разбивать и рассматривать их мелкие составляющие грани!

Седрик решительно кивнул:

- Мелкие гении, как всегда, гениальны! Займемся, народ?