II (1/2)

Сегодняшнюю игру «Лисов» против команды Арканзаса Нилу пришлось смотреть по телевизору, лежа на диване под толстым одеялом: за несколько дней до игры он слёг с сильной простудой. Мэтту даже пришлось временно переехать в комнату девушек, чтобы ненароком не заразиться.

В Комитете по регламенту экси хотели перенести матч из-за нехватки участника, но Ваймак, на удивление, был твёрдо уверен в своей команде. После долгой беседы с представителями КРЭ ему всё-таки удалось убедить их, чтобы расписание игр не сбивали, а потому сегодня «Лисы» вышли на поле без десятого номера. Нил волновался за команду, а ещё за то, что они не вывезут эту игру без него, но ребята уверяли, что вернутся исключительно с победой — и ведь не подвели.

Когда на послематчевом интервью репортёры спросили о причине отсутствия Нила Джостена на игре, Дэн честно ответила, что тот заболел и не смог приехать с ними, но уже чувствует себя гораздо лучше и точно появится на следующем матче. Нил тепло улыбался, глядя в экран телевизора; его переполняла гордость за свою команду — за свою семью. Он знал, что несмотря на показное спокойствие, Лисы действительно волновались за его здоровье: сразу после игры Элисон позвонила ему, чтобы разделить радость победы и спросить, как он себя чувствует. Нил поймал себя на мысли о том, что он настолько привык ко всему этому — к поддержке, к тому, что они всегда рядом — что уже даже не удивлялся таким вопросам.

Следующей ночью Лисы, вымотанные недавней дорогой, улеглись спать пораньше, решив перенести празднование победы на другой день — никто не хотел устраивать посиделки без Нила, но и рисковать здоровьем команды ради совместной попойки было нельзя. Сам же Нил, как обычно, не мог уснуть и слонялся по комнате, боролся с желанием выйти на пробежку, несмотря на холодный январский воздух. Сидеть на карантине было неимоверно скучно, и, хотя Ники принёс ему все свои диски с фильмами, а Аарон даже согласился одолжить приставку, Нил не мог усидеть на месте: сказывалось практически полное отсутствие физической активности.

Чересчур громкий — «потому что ты вечно его не слышишь» — рингтон телефона разлился по помещению, эхом отражаясь от стен. Нил бросился к тумбе, на которой лежал мобильник, пока тот не разбудил товарищей в соседней комнате. Кому приспичило звонить в такой час? Номер на первый взгляд был смутно знаком, и Джостен, поколебавшись, принял вызов.

— Нил, — тихо прошелестел голос на том конце, заставляя вздрогнуть. В голове в миг поселились сотни вопросов.

— Рико? Чего тебе? — холодно спросил он.

Это был первый раз, когда тот назвал его не Натаниэлем, и это почему-то сильно настораживало. Что он опять задумал?

— Ты можешь выйти на улицу?

— Чего? — недоумевал Нил.

— Просто выйди, — пробормотал Рико. — Ненадолго.

И вызов завершился.

Что всё это значит? Опять какие-то игры Мориямы? Нил не понимал, и не очень-то горел желанием поддаваться его розыгрышам, однако взвесив все «за» и «против», спустя несколько долгих минут всё же накинул на плечи пальто, подаренное когда-то Ники. Если сейчас он не выйдет, Рико всё равно рано или поздно до него доберётся, и неизвестно чем это закончится для остальных.

Тихим шагом, чтобы не потревожить соседей, Нил прошел вдоль коридора к лифту и спустился на первый этаж. Было не столько страшно, сколько… любопытно? Не то чтобы от Рико можно было ожидать чего-то супер интересного, но если тот что-то и задумал, то лучше поскорее с этим покончить, пока это не стало проблемой для всей команды.

Кожу обдало прохладным зимним ветром, когда двери Лисьей Башни открылись, и тяжёлые ботинки ступили на крыльцо. В десятке метров от входа, на парковке, стоял автомобиль, судя по наклейкам на дверях, — арендованный в аэропорту. Облокачиваясь на капот, рядом темнела фигура капитана «Воронов». Как он, мать его, заехал в кампус?

Джостен огляделся, но больше никого не обнаружил рядом, и несмелым шагом направился прямиком к машине.

— Привет, — тихо сказал Рико.

Нил не собирался растрачиваться на пустую болтовню, а потому сразу перешёл к единственному волнующему его вопросу:

— Что ты здесь делаешь?

— Тебя не было на вчерашней игре, — сказал Рико.

— И? — спросил Нил. Каким, к чёрту, образом это касается Мориямы?

— И Уайлдс сказала на интервью, что ты болеешь, — пробормотал тот, будто это хоть что-то объясняло.

— И?.. — повторил Нил, вопросительно вздёргивая брови.

— Сядь в машину, Нил. Холодно.

Гиблый номер. Нил ни за что не сядет в чужой автомобиль, Рико мог даже не пытаться.

— Разбежался, — усмехнулся он. — Говори здесь.

Тот не стал спорить, только сжал губы в тонкую линию и раздражённо вздохнул. Когда он подошёл к двери автомобиля и, открыв её, за чем-то потянулся, Нил не знал чего ожидать, а потому настороженно затаил дыхание. Руки в карманах пальто непроизвольно сжались в кулаки.

Схватив с сиденья небольшой пакет, Рико протянул его Нилу вместе с бумажным стаканом.

— Что это? — спросил Нил, не поведя и пальцем.

— Это… какао, — пробормотал Рико, отведя взгляд. — С маршмеллоу, — добавил тихо.

Нил недоумённо поднял бровь. Что ещё за хрень? Джостен даже предположить не мог, к чему тот ведёт. Он что-то подмешал внутрь? Ладно, это было очевидно, хотя и слишком просто для него. Но что происходит? Где насмешливый тон, где вздёрнутый подбородок и колкий взгляд? Это было хотя бы то, с чем Нил уже знаком, а теперь и вовсе непонятно, что ещё от этого психа можно ожидать. Похоже, Морияма решил поэкспериментировать, потому что это — явно что-то новенькое.

— В пакете что? — спросил Нил.

— Лекарства, — ответил Рико всё ещё непривычно тихим голосом. — Сильные противовирусные. Хозяин привозит их из Японии. Он даёт нам такие, если нужно срочно поставить кого-то на ноги. Ты… как себя чувствуешь?

Нил проигнорировал вопрос. Что-то здесь не так, и он это выяснит.

— Зачем всё это? Почему ты здесь? — Он спрашивал уже с нажимом.

— Просто делаю то же самое, что ты сделал для меня в Гнезде.

Нил нахмурился, но всё же забрал из рук Рико горячий стакан и полупрозрачный пакет, в котором, судя по очертаниям, действительно лежали какие-то небольшие упаковки.

И всё же, это не было похоже на привычного Рико. Нил никак не мог понять, в чём здесь подвох. Вряд ли же тот действительно ожидал, что Нил станет пить что-то из его рук? Рико, конечно, кретин, но точно не тупой.

— Тебя бы не выпустили из Эвермора просто так. Говори, зачем приехал, — Нил слегка повысил тон. Ему порядком надоело слушать этот бред, хотелось поскорее вернуться в мягкую кровать. В конце концов, думалось Нилу, у него постельный режим, а в комнате не так уж и скучно: Ники вон даже фильмы принёс, а Аарон — приставку, и вообще…

Рико устало вздохнул, будто бы это не он здесь тратит чужое время, и снова заговорил загадками:

— Я сказал хозяину, что поеду встречать нового Ворона.

— И вместо этого прилетел в Пальметто? — Голос Нила был полон сомнения.

— Да, — ответил Рико, поджимая губы. — Наверняка, этот новенький сразу позвонил ему, так что кто-нибудь другой его встретил. Неважно.

— Тетсуи убьёт тебя, когда ты вернёшься, — процедил Нил, не столько волнуясь за его шкуру, сколько пытаясь поскорее вывести на чистую воду.

— Ничего он мне не сделает. Он не оставит команду без капитана под конец сезона, — уверенно сказал Рико, и вот здесь он был действительно прав. Однако всё это никак не объясняло ночного визита.

— Я ещё раз спрашиваю: зачем ты приехал?

— Я уже сказал, — Морияма закатил глаза и махнул рукой на пакет с лекарствами. — Я не знаю, чем я заслужил то, что ты сделал для меня в Эверморе, но я хочу сделать то же самое для тебя. Всё.

Нил уставился на него, нахмурив брови. Что значит «чем заслужил»? И что ещё, мать его, за «сделал для меня»? Это же…

— Эй, — едва слышно позвал он. — О чём ты говоришь?

— О том, что… — Рико вдруг опустил взгляд. — О том, что было после того, как хозяин… и потом ты… — запинался он, невпопад жестикулируя. — Это было с твоей стороны очень…

— Рико, — начал Нил и, дождавшись, пока тот снова поднимет на него глаза, продолжил: — Я не сделал ничего сверхъестественного. Я просто оказал тебе помощь. Ты ведь об этом? — спросил медленно.

Нил бы никогда не подумал, что кто-то придаёт такое большое значение обычному проявлению доброты. Он не спасал Рико жизнь, не давал ему крупной суммы денег, чёрт, да он даже не навалял его обидчику, чтобы тот так реагировал. Хотя то был бы, конечно, тот ещё номер: Нил, избивающий Тетсуи. За то, что тот избил Рико.

Он едва сдержал смешок от абсурдности собственных мыслей.

И всё-таки было в этом что-то до жути странное. По коже пробежали мурашки не то от уличного мороза, не то действительно от того, как Нилу становилось не по себе: на обычное адекватное обращение Рико отреагировал так, будто тот как минимум вытащил его из горящего дома.

Морияма резко вдохнул и открыл рот, будто собирался что-то сказать, но тут же захлопнул его. Он выглядел потерянно, словно не мог подобрать слов.

«Хочу сделать то же самое для тебя», — слова Рико вновь и вновь звучали в голове. Какая-то мысль крутилась в подсознании, но Нил никак не мог ухватиться за неё. Никак не мог понять…

Хочу сделать то же самое для тебя.

Что же это… И Нил вдруг ошарашенно отпрянул, сделав шаг назад. Пазл наконец сложился: неужели Рико пришёл вернуть долг?

Ну конечно! Это же, чёрт возьми, очевидно, как он сразу не догадался? Мориямы ведь привыкли за всё платить. Вот только Нилу отчего-то стало мерзко, что его инициативу восприняли таким образом. Доброта не продаётся.

И это он-то называл его помощь подачками?

Джостен сжал челюсти и, усмехнувшись, сквозь зубы процедил:

— Забери это! — Он протянул стакан и пакет обратно, намереваясь уйти, но Рико убрал руки за спину. Детский сад, подумал Нил. — Я уже сказал тебе, что ни в чём не нуждаюсь взамен. Это была не услуга. Ты мне ничего не должен, ясно? Уезжай отсюда.

— Я не… — едва слышно вымолвил Рико. — Это не потому, что я думаю… что я должен. Нил, я не заберу их обратно. Это для тебя.

— Хорошо, я просто выброшу это сам. Уезжай, — сказал Нил и направился к мусорному баку, но Рико схватил его за край пальто, едва он сделал несколько шагов.

— Постой, — бросил Морияма слишком громко, а когда Нил всё-таки развернулся, то снова умолк.

— Рико, мне ничего от тебя не нужно, — с нажимом повторил Нил. Он с трудом боролся с нахлынувшим возмущением. Вкус разочарования противной горечью оседал на языке, хотя, казалось, куда ещё сильнее можно разочароваться в Рико Морияме? — Можешь считать, что искупил свой долг, если тебе от этого станет легче.

— Хватит! — выкрикнул Рико, устремляя тёмный взгляд прямо в глаза Нила. — Прекрати, — продолжил он уже тише. — Ты просто помог, когда мне это было нужно, а я просто хочу помочь, когда это нужно тебе.

— Не нужно, — отрезал Нил. — Обо мне есть кому позаботиться.

— Хорошо, — невесело усмехнулся Рико. — Не нужно. Но я хочу по крайней мере быть полезным. Я не подумал, что ты воспримешь это так.

Нил ничего не ответил. Прозвучало слишком искренне, чтобы не поверить, и всё же это был Рико Морияма. Он мог наплести какую угодно чушь, оставалось только понять: для чего?

Взгляд Рико вдруг наполнился печалью, будто произносить последующие слова ему было тяжело:

— Я просто… не помню, чтобы кто-то делал что-то подобное для меня. Может быть, только когда я был младше. Но я привык справляться со всем сам. И я до сих пор не понимаю, почему после всего, что я с тобой делал, ты… — С губ слетел судорожный выдох.

Джостен не стал останавливать, когда из уст его сплошным потоком полились бессвязные мысли и какие-то воспоминания из прошлого. Чувствовал себя посвящённым теперь во что-то очень личное, слушая тихий дрожащий голос, рассказывающий о том, как Рико учился скрывать боль и сдерживать слёзы, как сам зашивал на себе раны и как одну за другой изучал инструкции лекарств, украденных в кабинете Тетсуи, ища хоть что-то, что поможет от высокой температуры — всё, лишь бы только выйти следующим утром на поле с видом, будто ничего не произошло.

Нил не знал наверняка, но отчего-то был уверен, что это первый раз, когда Рико по-настоящему открылся кому-то, а потому позволил ему высказать всё, что тревожило на протяжении долгих лет. Чувство сожаления клокотало где-то внутри, и он впервые подумал о том, насколько они похожи.

— Я… не знаю, зачем всё это рассказал, просто… Блять, да я же вообще не за этим приехал, — Рико потёр лицо ладонями и вернулся к тому, с чего начинал: — Это была не оплата, — произнёс он севшим голосом. — Просто увидел, что… То есть, я не совсем идиот, конечно, я понимаю, что такое помощь, но… Для меня… — И он вдруг умолк.

— Рико, — начал было Нил, но так и не нашёлся со словами.

— Прости, — одними губами прошептал тот, глядя в голубые глаза напротив. — Я не должен был всё это… И я знаю, что не заслуживаю. После всего того, что уже сделал. Мне очень жаль, Нил. Я думал обо всём этом, и… Прости. За всё.

— Замолчи, — отрезал Нил, не в силах больше слышать это.

Несмотря на то, что его сбивала с толку искренность Рико, он не желал обсуждать то дерьмо, которое происходило с ним в первые дни в Эверморе; не желал обсуждать проблемы, которые Рико доставил его команде. Это было слишком, чтобы простить вот так легко.

Почему-то воспринимать Рико, угрожающего ему смертью, было гораздо проще, чем когда тот выглядел чертовски сломленным. Эта его сторона была для Нила новой, непонятной и, мать его, Нил ненавидел себя за то, что почувствовал. Быть может, он не готов был — и вряд ли когда-то будет — забыть ту боль, которую Рико причинил ему, однако и злиться почему-то тоже не получалось. Он скорее был шокирован подобным порывом и, может быть, относился… с жалостью? Да, именно это слово подходило идеально. Как тогда, в Гнезде.

В конце концов это всё ещё могла быть какая-то ловушка — и на этот раз Рико зашёл слишком далеко, — и нет, теперь Нил не был уверен, что не поведётся на неё. Уже повёлся.

— Прости меня, — повторил Рико.

— Хватит. Закрыли тему, — ответил Нил, пытаясь справиться с дрожью в пальцах.

Какое-то время они стояли молча. Нил не знал, что ещё сказать, а Морияма, устремивший взгляд куда-то в сторону, выглядел совершенно потерянным. Январский ветер, проникая под тонкое пальто, рисковал увеличить постельный режим ещё на несколько дней, однако Нил не желал обращать на это внимания. Происходящее казалось каким-то сюрреалистичным сном, и он даже допустил мысль о том, что всё это — просто его температурный бред.

Перед ним стоял Рико: открытый, настоящий, он выглядел так, словно его бросили в бескрайний океан. Не пытался оправдать себя, не пытался давить на Нила. Он будто бы и сам не слишком понимал, почему находится здесь.

Молчание вдруг стало оглушительно громким. Мысли Нила цеплялись одна за другую, образуя запутанный клубок в голове. Каким был бы Рико, если бы вырос в нормальной семье? Если бы отец не отказался от него, а дядя не избивал за любую оплошность? Если бы старший брат звонил ему хотя бы раз в неделю, чтобы просто спросить о том, как прошёл его день? Нил не должен был думать об этом, но почему-то — думал.

Он никогда по-настоящему не боялся Рико. Тот вызывал у него отвращение, ненависть, недоумение — что угодно, но не страх. Может быть, только страх быть разоблачённым, ну или страх за близких, но не за самого себя точно. Теперь, когда Морияма впервые показал себя настоящего, Нил не мог понять своих истинных чувств. Он увидел в нём брошенного и никому не нужного ребёнка, которого на протяжении всей жизни держали взаперти; который пытался сделать всё, лишь бы родной отец обратил на него своё внимание.

Нил и раньше понимал, что Рико причинял людям боль в основном потому, что не умел иначе, но сейчас это стало слишком очевидным. Он не знал, что бывает по-другому. Боль и страдания — это единственное, что всегда было с ним, единственное, что он знал хорошо, и за что у него получалось держаться.