Часть 31 (1/2)

Смотря на моё спокойное лицо, Ши Цинсюань сказал, что можно и в чисто женской компании пойти. На остальных же я сильно не смотрела, яблоко жевала, а смотреть в глаза тех, кто точно есть хочет, таких, как Хэ Сюань, не самое лучшее, что можно сделать.

Когда мы спрыгнули с небес в пустыню, я поняла, что когда-то разучилась думать, потому что жарко точно будет. Но с другой стороны мне не рассказали какая там местность будет, а у меня мозг не работал восемьсот лет, он в состоянии сна находился, так что может быть простительно будет.

— У тебя сейчас странное лицо, — сказал...а? Цинсюань. Блин, до сих пор не определилась, как его называть.

— Я пытаюсь понять, как меня взяли на место бога литературы, — ответила ему, подставив ребром ладонь к бровям, чтобы хоть как-то спрятаться от солнца. — Потому что серого вещества у меня явно мало. В пустыню пойти в таком виде…

— А у тебя закончились духовные силы? — спросил он удивленным голосом.

— Нет, но… — тут до меня дошло, что одежду я менять при помощи них должна уметь. — Аааааа. Извините, но восемьсот лет назад таким не занимались.

— Неужто такое появилось только недавно? — спросил он, приподняв бровь. — Мне казалось, что всегда так было, что небожители одежду меняют.

— На самом деле, нам только кажется, что в Небесной столице ничего не меняется, — сказала я, уже быстро переодевшись в другую одежду, более подходящую для данной местности. — Кроме меняющихся персон, традиции тоже изменяются, как я заметила. Например, я не слышала осуждения в вашу сторону о смене облика на женский, хотя ваш брат сказал, что вы мужчина. Потому что раньше смена пола хоть и практиковалась, но только в крайне редких случаях, поменять его только ради одного задания считалось чуть ли не позором, потому что тело бога или богини, в котором он родился, священно. Как и одежда бога, это что-то особенное, из-за чего практика смены одежды была только в крайних случаях, а вот такая спонтанная порицалась и отдавалась в пользование демонам.

— Да? — спросил он с недоверием.

— Говорю как тот человек, который был только восемьсот лет и не делал никаких плавных переходов. С каждым днём изменения в столице чувствуются существеннее, это не сравнится с первым впечатлением, когда я Мин И приняла за столб по середине дороги, — повернула голову к нему. — Ещё раз прощу прощения, — а затем повернулась к Ши Цинсюаню. — Но ощущения сравнимы с этим, так наблюдаешь и потихоньку на такие столбы натыкаешься.

— Никогда бы не подумал, — сказал он, пожав плечами. — Что, сначала пройдемся по поселению, чтобы не привлекать внимание, а то люди же нас видят, а по пустыне уже побежим.

Стоп, что?.. Они невидимость не включили? Тут людям вообще пофиг, если на них с неба свалятся несколько человек и будут ходить, как ни в чем не бывало?

Если бы не умение держать лицо, то всё недоумение показалось бы на нем, но я лишь повернулась к Сань Лану.

— И вот на такие столбы часто натыкаешься, — сказала, грустно выдохнув. — А ты переодеваться в более похожую одежду для пустыни не собираешься? Или у тебя для этого духовных сил не хватит? Поделиться? И что это у тебя лицо до сих пор грустное? Тебе у меня плохо, что с таким лицом ходишь? У Повелителя Земли ты был более радостным.