Часть 25 (1/2)

— Чего? — сразу спросил Фэн Синь.

— Ничего, — пожала плечами, — Сам спрашивал про значение, я тебе его предоставила.

— Вы же принцесса, как вы можете материться?

Вот же чёрт, подумала, закатив глаза.

Главное и упрекает, и уважительно спрашивает.

— Дорогой мой… Знакомый, Генерал Наньян, — начала говорить в том тоне, в котором должны разговаривать все люди в идеале, — Материться — это абсолютно нормально. Люди разных профессий и должностей часто матерятся, потому что это может служить мощным эмоциональным выпуском, помогая справиться со стрессом и разочарованием. Ругательства также способствуют созданию атмосферы товарищества среди коллег, разрушают барьеры и создают чувство солидарности. Это естественная человеческая реакция, отражающая искренность и доступность. Хотя контекст имеет значение, уместное использование крепких слов может усилить общение и выразить подлинные чувства, что делает это нормальной и принятой частью человеческого взаимодействия. В выражениях нет ничего плохого, но всё же их лучше не использовать, так как правилами этикета они запрещены. Мы с вами находимся в неформальной обстановке, поэтому я имею право их использовать, а человека можно оскорбить, не используя при этом матерные выражения и другие крепкие слова, например, я могла бы вам сказать, что ты являешься человеком, который ниже меня по иерархии, так как вы генерал, а я до сих пор принцесса, и я не должна пред тобой вообще отчитываться, — зыркнула на него.

Если сначала Фэн Синь на меня смотрел просто как на занудного человека или бога литературы, которые вообще иногда у нас выпендриваются своими знаниями, то, когда я сказала про иерархию, выглядел уже не довольным.

— Но вы же сказали про иерархию, — прямой, как рельса до сих пор.

— Нет, я сказала, что могла вам про неё напомнить, я не напоминала, — сделала скучающее выражение лица, — Вы не могли на это оскорбиться, а если и почувствовали, что ваша гордость задета, то это вы сами надумали, в моих словах не было никакого злого посыла. А, кстати, так что насчёт Сюань Цзи? Могу ли я забрать себе эту демоницу? У меня, конечно, нет настолько хорошей защиты для демонов, но купол над дворцом есть.

— Для? — всё же помнит, как я словами иногда играю, — От кого вы хотите её защищать?

— От вашего прекрасного взора, — фыркнула я, — Ну так что?

— Прошу, — показал он в сторону какого-то коридора и пошел вперед, полагая, что я последую за ним.

Ну я так и сделала.

Вообще этот коридор довольно изящный, демонстрирующий гармонию простоты и красоты. По обе стороны стен проходят изысканные деревянные панели с тонкой резьбой, отражающие традиционные узоры. Пол выложен гладкими каменными плитами, которые мягко блестят в свете фонарей, подвешенных к потолку на шелковых лентах. Здесь царит атмосфера умиротворенности, дополняемая тихим шорохом окружающей природы, проникающим через открытые окна с изящными рамами.

— Всё же в Небесной Столице прекрасные мастера, твой дворец восстановили за то время, пока мы были на горе Юйцзюньшань, — сказала я, рассматривая тут всё, — Вы просили помощи у Повелители Земли И?

— С чего бы это? — фыркнул он.

— Ну как же, он же благословляет всех строителей, — пожала плечами, — Да и тем более ему было бы приятно, если бы даже коллеги приносили ему благодарности за такие дела.

— Вы слишком плохо знаете Повелителя Земли, он не разговорчивый, вообще чудо, если бы он с кем-то сам заговорил, даже с Повелителем Ветра, который его лучший друг.

Да я бы тоже с вами не горела желанием разговаривать, если тебя не благодарят за твою же работу и специальность.

— Вы просто не можете найти к нему подход, — усмехнулась я, — Даже Повелитель Ветра, не в оскорбление ему, но со мной он хорошо пообщался, даже шутки были. Да и служащие в его дворце довольно милые и галантные, я уже успела с ними столкнуться.

— По вашим рассказам и не скажешь, что мы с вами про одного человека говорим, — хмыкнул Фэн Синь, открывая дверь, а затем спускаясь по лестнице.

— У людей бывает много масок и что-то они хотят показывать людям, а что-то нет, это нормально. А вот ваших служащих не видно что-то.

— Все на заданиях.

Какие все тут занятые, одни мы с Се Лянем безработные и наглые. Правда сейчас вся наглость почему-то у меня. Хотя брат в прошлом уж точно таким был, с советником и отцом так спорил, что считается наглостью у нас, что за этим очень интересно было наблюдать. Так и думалось всегда, что не хватает попкорна при наблюдении.