Глава 39: Пощекотать дракона (2/2)

Под ее недоверчивым взглядом большой кусок ростбифа был быстро разрезан и съеден. Тем не менее, он сделал это с безупречными манерами, так что она была неохотно впечатлена.

— Я буду говорить откровенно. Король Джон Старк заинтересован в союзе с Ланнистерами против Таргариенов.

— Почему мы должны вступать в союз? — спросила она с любопытством.

— Наш общий интерес состоит в том, чтобы Таргариены больше никогда не правили Семью Королевствами, — спокойно ответил мужчина, сменив пустую тарелку на блюдо с уткой.

— Как Север вообще может помочь? — Она подняла бровь, прежде чем продолжить. — Я признаю, что северяне свирепые бойцы, но пришла зима, а ваши армии почти уничтожены. Да и сколько бы у вас ни было людей, они мало что могут сделать против драконов в открытом небе, даже если вы сможете собрать свои знамена со всем этим снегом.

— Да, вы правы, — кивнул посланник. — Большинство людей мало что могут против драконов. Но у короля есть секретное оружие, которое он использует против Таргариенов. Он не боится ни их, ни их драконов. Вопрос только в том, применит ли он его до того, как они расправятся с вами, или после.

— Что это за оружие? — Она осторожно расстегнула еще одну пуговицу на своем платье, демонстрируя бюст.

— Говорить об этом не мое дело.

Серсея едва подавила свое раздражение. Мужчина доел жареную утку и притянул к себе пирог с олениной. Боги, неужели северяне так голодают в своих домах? Он даже ни разу не взглянул на ее пышную грудь.

— Откуда мне знать, что ты не блефуешь? — спросила она с насмешкой и покрутила пальцем прядь своих золотых волос.

— Я не могу об этом говорить, но я сам это видел. Я не сомневаюсь, что дни Таргариенов сочтены, — серьезно сказал рослый кранногмен.

Она бы быстро отвергла его претензии, если бы не абсолютная уверенность в его голосе. Мужчина был уверен в каждом своем слове. Впрочем, это не имело большого значения, потому что она знала, что жизнь Эйгона уже принадлежала Неведомому.

— Предположим, вы говорите правду. Но у вас нет причин вступать в союз с моим сыном. Наши Дома не так давно враждовали. Разве вы не хотите, чтобы Таргариены первыми разобрались с нами? — с любопытством спросила Серсея.

— Да, но Джон Старк не держит зла ​​на Томмена. Он не обидел никого с Севера, и все, кто это сделали, уже мертвы. Мой король не видит причин, по которым мы должны продолжать сражаться.

— И что повлечет за собой этот союз? — Серсея предположила, что не повредит услышать предложение Джона Сноу.

— Мы разберемся с Таргариенами. Взамен король Джон Старк хочет, чтобы Дом Баратеонов из Королевской Гавани и Дом Ланнистеров из Утеса Кастерли признали Север суверенным королевством и вернули украденную половину наследственного меча Старков, Льда. Мы также признали бы Томмена Баратеона законным королем Шести королевств.

Ей было наплевать на дурацкий меч. Но остальное было просто смешной идеей. Ей не нужны были варвары, чтобы признать ее сына законным правителем. Но если Томмен признает независимость Старков, что помешает другим королевствам потребовать того же? Если бы Гарольд Аррен объявил себя королем, у Ланнистеров не хватило бы людей, чтобы взять Кровавые Врата и завоевать Долину или штурмовать пустынные тропы Красных Гор, чтобы напасть на Дорн. Север составлял почти половину территории Семи Королевств.

— Скажем, я каким-то образом соглашусь на это глупое предложение, как будет заключен союз? — высказала она свое любопытство. Не то чтобы она вообще собиралась соглашаться, но ей хотелось услышать его ответ. — Рука моего сына обещана другой, твой король уже женат, и Мирцелла должна вернуться ко мне!

Ее сын уже был обручен, и она скорее умрет, чем женит своего драгоценного мальчика замуж на сестре северного ублюдка. Серсея, возможно, перестала ненавидеть Сансу Старк, но девушка стала подержанным товаром после того, как вышла замуж за её брата-предателя и ублюдка Болтона. Неужели он хотел выдать Мирцеллу замуж за какого-нибудь варвара?!

— Север не хочет вмешиваться в политику на Юге. Как только оба условия будут выполнены, Мирцелла будет возвращена в Утес Кастерли, и мы будем держаться подальше друг от друга, — уверенно заявил Харвин и обменял пустую тарелку из-под оленины на лосося на пару. Боги, аппетит этого человека превосходил аппетит Роберта!

Это было хорошее предложение, если посланник говорил правду, но Серсея не могла позволить себе его принять. Ей хотелось увидеть Мирцеллу и обнять ее, но это означало бы, что будущее правление Томмена будет чревато опасностями и трудностями. Но, несмотря на уверенность посланника, она сомневалась, что северяне смогут справиться с Таргариенами и их драконами. Да и дни Эйгона были сочтены — она позаботилась об этом. Дейенерис скоро последует за ним. Казалось, что нужно вернуть дочь каким-то другим способом.

Третья пуговица ее шелкового платья была расстегнута. Еще чуть-чуть, и ее груди вывалятся наружу. Дурак намека не понял?! Раздраженный северянин смотрел либо прямо в свою еду, либо ей в глаза.

— Томмену не нужно вступать в союз с Севером, чтобы уничтожить Таргариенов, — сказала Серсея с тяжелым сердцем, наконец, отклонив предложение о союзе.

— Разве вы можете принять это решение в одиночку? В конце концов, вы можете быть леди Утеса Кастерли, но вы всего лишь регент, — ответил тот с насмешкой и доел последнюю часть своего лосося.

Да как он посмел?! Она была королевой-регентом и правила от имени своего сына! Этот болотный житель хотел залезть в голову ее сынишке и подорвать ее авторитет? Даже Давен потенциально мог согласиться, поскольку Совет рвал на себе волосы, пытаясь разобраться с Таргариенами, потому что она никому не рассказала о найме Безликих. Подумать только, а она еще хотела переспать с ним!

— Мы находимся в самом сердце Запада, в центре власти Ланнистеров, и пока Томмен не достигнет совершеннолетия, все, что я говорю, как Леди Утеса Кастерли — закон! — властно сказала она и дала знак своему гвардейцу. Через три удара сердца неповоротливая фигура сира Роберта Стронга оказалась прямо у нее за плечом.

— Вы даже не позволите им выслушать мое предложение? — недоверчиво спросил посланник, совершенно не испугавшись надвигающейся на него горы. — Возможно, у них будет другая точка зрения.

Серсея раздраженно зарычала. Она ничего не могла сделать с этим надоедливым кранногменом, иначе что-то случилось бы с ее золотой девочкой. Не говоря уже о том, что он принял право гостя. Больше всего ее раздражало то, что он ни разу не взглянул на нее с желанием, а ведь она дала ему возможности оценить ее совершенную фигуру. Она хотела увидеть, действительно ли он сделан из камня, хотела напугать его. Пусть будет ему урок.

— Сир Стронг, проводите нашего гостя. Он задержался в моих чертогах, — сказала она, жестоко ухмыляясь.

Харвин Рид нахмурился. Гвардеец обошел стол с почти нечеловеческой скоростью, и пара стальных перчаток потянулась, чтобы схватить посланника.

— Вы нарушили бы священные законы гостеприимства?! — воскликнул Харвин, как только королевский гвардеец схватил его тунику и гербовую накидку.

— Я ничего не нарушаю. Сир Роберт Стронг просто проводит вас и научит некоторым манерам на обратном пути, — властно сказала она.

Затем гигант в броне попытался поднять северянина, но только разорвал его одежду. Под ее недоверчивым взглядом кранногмен оставался неподвижным, как статуя в своем кресле. Королевский гвардеец снова попыталась схватить посланника.

Харвин Рид изогнулся и поймал стальные наручи рыцаря своими руками. Под ошеломленным взглядом Серсеи, сир Роберт Стронг попытался вырвать свои руки из хватки посланника, но безуспешно. Ее гвардеец был монстром, который мог легко разрубить взрослого мужчину пополам, но этот Харвин Рид сидел неподвижно, сжимая латные перчатки.

— Посмотрите, что вы наделали. Моя сестра приложила много усилий, чтобы сшить этот сюрко, — сказал мужчина. В его хмуром взгляде зарождалась ярость, а в голосе — рычание. — Она предупреждала меня не доверять вам, южанам. Захочешь предложить им оливковую ветвь, а они выбирают насилие.

На мгновение Серсея задумалась, какое отношение оливковая ветвь имеет к чему-либо. — Мне вообще не стоило приходить сюда. Дорогая Санса была права. Ты и твой зомби-рыцарь вынудили меня.

Санса? Причем тут эта бестолковая маленькая птичка?

Волосы Харвина Рида остались темными, но приобрели другой оттенок, а его глаза из пронзительно-зеленых превратились в сияющие фиолетовые. Дружелюбный мужчина исчез, а на его месте появился дикарь, один вид которого заставлял все ее чувства кричать об опасности. По какой-то причине сделать глубокий вдох стало трудно, и Серсея тяжело ахнула. Что это было за колдовство?!

Она открыла рот, чтобы позвать стражников, но крик застрял у нее в горле, когда северянин сжал хватку Стронга, и с тошнотворным хрустом руки рыцаря прямо в перчатках согнулись под неестественным углом. Затем сира Роберта Стронга отшвырнуло через всю комнату прямо в позолоченную стену. Золотое покрытие сильно помялось от удара. Прежде чем Серсея успела моргнуть, северянин с нечеловеческой скоростью пересек всю комнату и снял большой белый шлем королевской гвардии. Под ним была темно-фиолетовая кожа, клочками свисавшая с мертвого лица с молочно-белыми глазами. Ужасный крик вырвался из ее горла при виде отвратительного зрелища. Этот монстр сопровождал ее повсюду?! Чудовищный королевский гвардеец попытался пошевелиться, но черный сапог легко пригвоздил его к полу из красного дерева. Как?! Как она оказалась в комнате с двумя монстрами?!

— Не думал, что найду некроманта здесь, на юге, — небрежно сказал визитер, и вдруг в его руке появился бронзовый меч с черными прожилками. Одним взмахом бывший королевский гвардеец был разрублен надвое с головы до пят вместе с тяжелым доспехом, который тем не менее, не остановил меч. Тяжелая вонь гниения обрушилась на Серсею, ​​заставив ее вздрогнуть и сблевать.

Пара рук грубо подняла ее, когда она закончила, и сунула ей в руки кусок золотого шелка. Она поборола едкий привкус во рту и вытерлась, прежде чем медленно поднять лицо. Ее зеленые глаза встретились с фиолетовыми.

— Кажется, вы не знали о природе вашего рыцаря. На вашем месте я бы избавился от того, кто создал этого упыря, — человек, пожав плечами, указал на расколотый труп. — Северу не нужно признание или одобрение Юга, но это был бы хороший шаг к миру. Вы могли бы вернуть Вдовий плач добровольно, но я могу взять его и силой. Жаль, что у меня нет времени подождать, когда Таргариены первыми разберутся с тобой.

Серсея открыла рот, чтобы закричать и снова позвать стражу, но поняла, что этот человек может выпотрошить ее как рыбу полсотни раз, прежде чем прибудет хоть один из гвардейцев, если вообще кто-то прибудет. Ближайшие красные плащи были через три коридора, она никогда не звала их, потому что сир Роберт Стонг в тяжелой броне был более чем достаточной защитой. Серсея почувствовала, что ее руки дрожат от осознания этого. Она была полностью во власти этого человека.

— Кто ты? — прохрипела она и попыталась выровнять лицо, чтобы не показать страха, который она чувствовала, но ее руки предали ее и продолжали трястись. — Ч-что ты хочешь от меня?!

Неужели этот грубиян собирался навязать ей себя? К ее ужасу, эта мысль одновременно пугала и возбуждала ее.

— Я уже сказал тебе, чего хотел, но ты казалась совершенно непреклонной, отказывая мне. Но не волнуйся, Серсея Ланнистер, ибо в отличие от тебя, я действительно уважаю священные законы гостеприимства и не причиню тебе вреда в твоем собственном доме после того, как съел пищу под твоей крышей, — вздохнул северянин. Она задавалась вопросом, действительно ли он был с Севера с его валирийскими пурпурными глазами. — Меня зовут Джон Старк, и я устал тратить свое время, пытаясь торговаться с глупыми, эгоистичными дебилами вроде тебя. Удивительно, как тебе удалось родить такую ​​милую девушку, как Мирцелла. По крайней мере, теперь их желание не расставаться сбудется — она теперь любимая фрейлина.

Она стояла там, ошеломленная. Бастард Эддарда Старка?! Теперь она видела слабое сходство в лице, хотя фиолетовые глаза были неожиданностью. По ее смутным воспоминаниям, раньше у мальчика были темно-серые глаза. Его лицо напомнило Серсее еще кого-то, но ее затуманенный разум отказывался вспоминать. Боги, какая дерзость! Эта дворняжка явился в Утес Кастерли и попытался вести с ней переговоры. Хотя мерзкая магия, позволившая ему изменить цвет волос и глаз, наверняка придала ему уверенности. Но это не имело значения, колдовство мало помогло спасти Первых Людей и Детей Леса от андальской стали.

— Ты бредишь, ублюдок, — выплюнула она. — Может быть, ты и заполучишь меня, но ты никогда не выйдешь из Утеса Кастерли живым. Между этим местом и ближайшим выходом стоят сотни охранников.

— Блеф, — усмехнулся он. — Ты — правящая леди Дома. Все эти мужчины поклялись защищать тебя и сдадутся, прежде чем тебе причинят какой-либо вред, — резко фыркнул он. Он был прав, и она не могла не вздрогнуть. — Но это не важно. Мне пока не нужно, чтобы ты умерла. Я устал прятаться. Похоже, люди понимают только насилие, а демонстрация силы крайне необходима. Следуй за мной.

Он схватил бочку вина и уверенно направился к балкону. Серсее не нравилось, что она последовала за ним без особых колебаний. Она поняла, что если еще один Старк умрет от рук Ланнистеров, она может никогда больше не увидеть свою маленькую Мирцеллу. Но это было наименьшей из ее забот. Мужчина собирался прыгнуть в Закатное море внизу? Это не было невозможно она и Джейме делали это в детстве.

— Что ты делаешь с моим вином?! — Слова вылетели из ее рта прежде, чем она успела сдержаться.

— Принимаю подарок, чтобы обозначить конец права гостя, — сказал он с раздражающей улыбкой.

Она услышала тяжелый звук, напоминающий взмах крыльев, прежде чем оглушительный, леденящий кровь рев заставил ее отступить. Внезапно северный король сделал нечеловеческий прыжок через перила с бочкой в ​​руке. Серсея осторожно вышла вперед и выглянула из-за перил балкона, только чтобы отшатнуться, когда огромная туша темно-синего дракона пронеслась мимо. На его спине виднелась знакомая фигура. Под ее недоверчивым взглядом северный варвар поднял украденную бочку в воздух и выпил прямо из нее.

У нее подогнулись ноги, она упала на мраморный пол и начала истерически хохотать.