Глава 27: Принцип действия (1/2)

Конечно же, этот Бобби никогда не встречался с Гарри и не знал, кто он такой. Поэтому к незнакомцу на пороге своего дома он отнесся очень недоверчиво.

Гарри пришлось потратить несколько часов, чтоб доказать, что они действительно друг друга знают. Бобби был невероятно удивлен, когда незнакомый подросток рассказал все его секреты. Но еще больше он поразился, когда Гарри показал ему магию.

— Так значит, ты попал в «иной» мир с помощью этой диадемы? — спросил Бобби, толкая ладонью книгу, которая висела в воздухе. Та нехотя поплыла прочь от него.

Гарри заставил разные предметы в гостиной медленно летать по комнате. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что очень далеко продвинулся в умении пользоваться стихийной магией. Он не только поднял блокноты, ручки и подушки вверх без использования воздуха — как он делал ранее с хлебными крошками летом — но мог и имитировать вмешательство постороннего в такую систему. То, что Бобби смог «толкнуть» книжку, было ничем иным, как очень хорошей «подделкой», ведь все летающие предметы в воздухе подчинялись только воле самого Гарри.

— Не совсем. Мне кажется, этот мир — просто вариация моего изначального, — задумавшись, ответил Гарри. — Во всяком случае, примерно так же и работает зелье Кандиды. Там я для всех просто засыпал, а просыпался в другом…

— То есть… Есть два мира?

— Нет… Ох. Как бы это объяснить, — Гарри почесал голову. — Вот смотри, когда я выпивал зелье Кандиды, то Грёма иногда пропадал. Поначалу мне казалось, что он просто куда-то уползал. Но это было не так. Однажды моим домашним животным вместо него была сова. А как-то раз я даже был владельцем жабы. Я и сам был удивлен тому, что под зельем находил совиную клетку или коробочку с засушенными мухами у кровати. Также периодически всякие предметы меняли свое положение или внешний вид. И это было очень трудно заметить. Раз моргнул — и всё! Я сначала думал, что зелье просто погружает в сон… Но чем больше наблюдал за «странностями», тем больше понимал, что это не так.

— Значит, есть множество миров, — Бобби подхватил яблоко из вазы на столике и упал на диван.

— Думаю, да. Множество вариаций. Думаю, диадема может переносить разум меж «мирами», — сказал Гарри, поглаживая маленький ожог на руке, которого у него раньше не было, но который был у него тут. — Иначе Реддл бы не попал сюда со мной. Я уверен, зелье Кандиды позволяло отклоняться ненадолго и не слишком далеко от основного мира. Выпив его, я просто засыпал в оригинальном и просыпался в одной из вариаций…

— Но диадема дала возможность отклониться еще дальше от твоего мира, — Бобби захрустел яблоком.

— Да.

— Ты меня, конечно, извини, но с чего ты взял, что твой мир основной? Может, это мой мир основной? Или что, если все миры равнозначны?

— Ну, такую догадку я тоже раньше не отметал, — согласился Гарри. — Но есть одна мелочь. Когда я выпивал зелье, я точно занимал место «другого Гарри» в ином мире. Вот только на мое место никто не приходил. Оригинальный я всегда просто спал. И Гермиона говорила то же самое. На нее зелье действовало точно так же. Кроме того, диадема затащила меня сюда в тот самый момент, когда у меня в голове промелькнула эта догадка.

— А поскольку Реддл сказал: чтобы активировать диадему, нужно знать принцип…

— То значит, есть основной мир и множество его вариаций. И я вместе с Реддлом попал в одну из них.

— Мне это не нравится, — Бобби покачал головой.

— Не нравится то, что ты не в основном мире? — Гарри улыбнулся.

— Не только, — Бобби задумчиво разглядывал огрызок яблока. — Тебя не смущает, что обычная девчонка может варить зелье, которое позволяет «прыгать» меж мирами или вариациями одного мира?

— Меня это не смущало, пока я не принял мысль, что зелье Кандиды может работать именно по этому принципу. Только меня такая догадка осенила, когда я уже напялил на себя диадему.

Бобби покачал головой.

— А ты не спрашивал у своей подруги, из чего она варит свое чудо-зелье? — спросил он.

— Она не рассказала. Факультеты блюдут свои тайны. Гермиона хоть и не из тех, кто стал бы скрывать знания от других, но она следует правилам. Особенно таким важным, как «не разбазаривать секреты факультета всем подряд».

— Знаешь, зелье, которое позволяет путешествовать меж мирами… — Бобби почесал голову. — Даже только одна мысль, что его можно сделать, и то, что его может сварить обычная ученица… Это ведь наталкивает на жуткие выводы…

— Что прыгать меж вариациями мира так же легко, как и щелкнуть пальцами, — продолжил за него Гарри.

— Именно, — Бобби в ужасе на него уставился. — И все это очень давит на мозги. Ты хоть понимаешь, каково это знать, что где-то там есть еще один я? Или целое множество? А судя по тому, что большая часть рассказанных тобой сведений о «другом мне» совпадает с тем, что было со мной… Блин… Нам со школьной скамьи вдалбливают, какие мы уникальные снежинки, а тут ты сидишь передо мной и утверждаешь, что это не так.

— Хм… Я в этом ключе не думал.

— Потому что никто не заявлялся к тебе однажды субботним утром и не раскрывал разные сведения о тебе, а потом не демонстрировал, что волшебство реально, — с каждым сказанным словом Бобби расстраивался все сильнее.

— Эй. Не надо, — Гарри легонько стукнул друга кулаком в плечо.

— Да. Легче сказать… Ну да ладно. Так что ты будешь делать? Скооперируешься с убийцей своих родителей?

— Я не знаю точно, он ли их убил, — Гарри вздохнул.

— Ладно-ладно, — Бобби приподнял руки, словно сдаваясь. — Но ты ведь рассчитываешь на его помощь?

— Да. Где искать диадему, я не знаю.

— М-да-а-а. Какая же скучная у меня жизнь, — Бобби встал с дивана. — Обед?

— О, да! Со вчерашнего дня ничего толком не ел.

После обеда парни остались на кухне и, попивая чай, продолжили вести неспешную беседу.

— Тебе же некуда будет пойти? — спросил Бобби.

— Неа. Где живут мои тетя и дядя, я не знаю.

— О! Так может, мой папа тебе поможет их найти?

— Не дури, — нахмурился Гарри. — Меня и так за последние сутки достали вопросом: «Мальчик, где твои родители?» Твой отец задаст кучу вопросов, на которые я не смогу убедительно соврать. А там и глазом моргнуть не успею, как он будет звонить в органы опеки.

— М-м-м, — Бобби ненадолго замолчал, а потом засиял от счастья. — Так, может, останешься у нас? На чердаке полно места, а отец постоянно пропадает на работе. Однажды я сломал телевизор, так он только через месяц это заметил.

— А я не стесню тебя? — засомневался Гарри.

— Неа. Правда, мне надо будет с понедельника опять в школу, — моментально потерял свой запал Бобби. — А ты не можешь как-то нашаманить, чтоб я заболел и никуда не пошел? Ну, чтобы отец так решил и никуда меня не пустил.

— Думаю, да, — задумался Гарри, потянувшись к яблокам на тарелке. К его удивлению, этот Бобби предпочитал есть фрукты, в отличие от его Бобби, который больше налегал на сладости.

— Тогда вообще замечательно! — хлопнул в ладоши тот.

Гарри с интересом посмотрел на красное яблоко в своей руке. Ему почему-то вспомнились фиолетовые волосы Тонкс, и как он открывал проход в жилище лже-Йоанны.

— Что там? — спросил Бобби.

— Хм. Подожди.

Яблоко медленно, но верно стало покрываться фиолетовыми пятнами.

— Это как-то не особо впечатляет, в отличии от летающих предметов и огненных шариков, — сказал Бобби.

— Как раз наоборот, — Гарри с восторгом разглядывал пятнистое яблоко. Полностью сделать его фиолетовым у него не получилось, но даже так это было невероятно.

— И что тут такого? — удивился Бобби. — Разве у вас не все так умеют?

— Нет. А вот дети-маги умеют. Заставить цветок расцвести или там, чтобы короткие волосы отросли. Это обычное проявление стихийной магии у детей. Вот только они не могут это контролировать, и такое волшебство происходит спонтанно и на эмоциях, — Гарри чувствовал невероятный прилив сил, ведь ему удалось наконец разгадать, как у него получилось попасть в секретную комнату с хламом и в жилье лже-Йоанны. — Вот. Возьми это яблоко и положи куда-нибудь подальше в холодильник. Через несколько дней проверим, не развеялись ли мои чары.

* * *

Проводя время в доме Бобби, Гарри совершенно забыл про все свои проблемы.

Не нужно было ни от кого скрываться, врать или бояться за свою жизнь. Можно было просто сидеть на диване и играть в настольные игры с другом. Было только одно маленькое неудобство — следовало постоянно прятаться от мистера Мортимера, когда тот был дома.

Так могло бы продолжаться и дальше, пока примерно через неделю Бобби не достал из холодильника яблоко, которое Гарри просил сохранить.

— О, смотри! А твое яблоко все еще пятнистое, — сказал Бобби, возвращаясь в гостиную с пиалой фруктов.

— М. Это отлично, — кивнул Гарри и поймал яблоко, брошенное в его сторону.

— Так что, завтра пойдешь встречаться с Реддлом?

— Да. Надо, — нехотя ответил Гарри. — Правда, я хочу еще зайти в библиотеку на улице Сент-Джеймс.

— А там что?

— Хочу порыться немного в книгах о современной истории и посмотреть, что еще могло измениться. Кроме того, хотелось бы найти сведения о Водопаде воров. Мне бы не помешало иметь пару пинт такой водицы. Грюм говорил, что она умеет смывать Империус.

— Хорошо. Так во сколько завтра утром мы отправляемся? — ненавязчиво поинтересовался Бобби.

— Отправляемся? Бобби, «мы» никуда не отправляемся. Пойду только один я, — рассмеялся Гарри.

— Эй! Ну не будь засранцем! — деланно рассердился тот. — Возьми меня с собой. Я мешать не буду.

— Это может быть опасно.

— Ну так я тебе помогу.

— Хах! Скорее, только добавишь мне проблем.

— Ну, пожалуйста! — Бобби сложил руки и стал умолять. — Ну что там может со мной случиться в библиотеке или в твоем Кривом переулке?

— В Косом, — поправил Гарри и ухмыльнулся. Ему определенно нравилось, что этот Бобби был таким же, как и другой.

* * *

Гарри и Бобби стояли перед домом в Лондоне по улице Сент-Джеймс, 14. Оба были одеты в невзрачные худи и серые куртки.

— Старайся ни с кем не разговаривать. При любых странностях — не подавай виду, — инструктировал Гарри. — Если что — ты мой дальний кузен-сквиб Дадли.

— Что еще за сквиб? — спросил Бобби.

— Это такой человек, который родился в магической семье, но не умеет творить волшебство, — Гарри подошел к лестнице и постучал три раза носком правого ботинка во вторую ступеньку.

Проход открылся. Гарри уже начал спускаться, когда заметил, что Бобби всё также продолжал стоять на дороге, недоуменно смотря вперед.

— Пошли! — он схватил его за край куртки и потащил вниз. Под удивленные возгласы Бобби, Гарри провел их через главный зал. — Старайся от меня не отставать, иначе на тебя могут напасть книжные вши.

— Книжные чего?! — изумился Бобби, пока Гарри вел его в коридор, который спускался на нижние этажи. — И разве нам не надо сначала за стойку к библиотекарю?

— Вши. И нет, не надо. Если бы мы хотели взять книги с собой, то пришлось бы зарегистрироваться. Но мы этого делать не будем, — Гарри замахал рукой, к которой под одеждой была прибинтована волшебная палочка. Из рукава вырвался сноп фиолетовых искр и стал кружить меж стеллажами. — Пошли.

Гарри приманивал к себе нужные книги, на которые указывали искры, даже не подходя к полкам. Через какое-то время, за ним и Бобби стал тянуться небольшой шлейф из фолиантов, плывущих по воздуху.

— Помогите… — простонал женский голос где-то меж стеллажами.

Игнорируя просьбу о помощи, Гарри пошел дальше.

— Подожди. Разве не надо там кому-то помочь? — спросил Бобби.

— Забудь. Это книжная вошь, — отмахнулся Гарри. — Подойдешь к ней, и она утащит тебя в своё гнездо. Ты лучше не отставай от меня.

Вернувшись в основной зал, парни разложили на столе кучи книг и газет и стали методично вычитывать их.

— М. Вот это же он? — спросил Бобби, подталкивая газету недельной давности, в которой была колдография мужчины в тюремной робе.

— Да. Только в нашу встречу он выглядел гораздо более патлатым, — Гарри посмотрел на колдографию Реддла и заголовок сверху: «Министерство скрывало от общественности бегство опасного преступника целые сутки».

Получив подтверждение, Бобби снова зарылся в книги и газеты, выискивая сведения о Реддле и Волдеморте.

Гарри в это время штудировал старые фолианты в поисках информации о Водопаде воров. Как он и ожидал, ничего найти ему не удалось. Секрет этого заклинания тщательно охранялся заведениями вроде банка Гринготтс и если он не собирается в ближайшее время туда вломиться и начать вычитывать воспоминания гоблинов с помощью легилименции, то Водопад ему не создать.

— Черт, — Гарри отодвинул от себя книгу.

— Тухло? — поинтересовался Бобби, не отрываясь от чтения.

— Угу.

— Ну, тогда начинай читать все, что я понаходил. Там я закладками отметил.

Гарри вчитался в отмеченные Бобби места. Все-таки видимое различие в обоих мирах начиналось с событий в восемьдесят первом году в Годриковой Впадине. Согласно газетам того времени и книгам, Волдеморт убил родителей Гарри, но его успели схватить на месте преступления Дамблдор и его люди. Как оказалось, с Темным Лордом был еще один сообщник.

— Беллатриса Лестрейндж, — Гарри провел пальцами по колдографии ведьмы. — Мне кажется, я ее уже где-то видел.

— О-о-о. Думаю, если бы ты ее где-то увидел, то запомнил бы навсегда. Ты дальше про нее почитай. Деятельная мадам…

Шантаж, подкуп, убийства, противоправное использование оборотных зелий, активное применение Империуса, пытки обычных людей и магов с помощью Круциатуса. Это была только малая часть, которую совершали Волдеморт и его последователи вроде Беллатрисы.

Тут, в восемьдесят первом и вторых годах развернулся невиданный открытый суд над Темным Лордом. Сотни свидетелей и десятки томов уголовных дел. Волдеморт был приговорен к тридцати пожизненным срокам содержания в главной магической тюрьме. Беллатрису осудили к шестидесяти годам лишения свободы. Все Пожиратели Смерти, которых удалось поймать Министерству, также были отправлены в тюрьму, но на меньшие сроки.

А вот фамилия Поттеров практически нигде не упоминалась. Как и имя самого Гарри. К его удивлению, он нашел только в одной старой газетёнке заметку, что Темный Лорд напал на молодую семью по фамилии Поттер в Годриковой Впадине.

Зато книги подтвердили информацию, которую случайно ему выболтал Снейп. Волдеморта действительно звали Том Реддл, хоть тот старался об этом не распространяться. О настоящем имени Темного Лорда упоминания встречались только в редких источниках. В основном везде использовался его псевдоним «Волдеморт».

Также, в одной из книг было напечатано фото татуировки, которую Темный Лорд ставил своим последователям.

«Значит, Снейп говорил правду? — Гарри разглядывал колдографию Черной метки. — Там Темный Лорд действительно возродился. Но кто же тогда привязан к диадеме Кандиды? Ну это же не может быть тоже он! Как Волдеморт может быть в нескольких местах одновременно?!»

Гарри вновь и вновь приходили на ум слова из пророчества Трелони. Волдеморт мог перерождаться. И, поскольку слова Снейпа можно было принять за правду, получалось, что Темный Лорд действительно обманул смерть.

«Но если это так… Почему же Реддл меня не узнал? Он же должен был знать мою фамилию. Но когда мы вели разговор на развалинах Хогвартса, то он вел себя так, будто не знает меня, — подумал Гарри. — Может, к диадеме привязан не Волдеморт? Или все-таки он? Но как он может находиться в нескольких местах одновременно?! Это невозможно».

— Ну что? — спросил Бобби.

— Я ничего не понимаю, — Гарри бессильно потер глаза. — У меня в голове полная каша. Я не могу понять, как Тот-Кого-Нельзя-Называть мог у меня там одновременно возродиться и быть привязанным к диадеме. Как такое вообще возможно? И-и… Зачем было нападать на меня? Только из-за идиотского… — Гарри хотел было сказать «пророчества», но вовремя себя одернул. — Я… У меня до сих пор не укладывается в голове… Мне кажется, что Реддла кто-то действительно проклял, и он теперь привязан к диадеме, а Дамблдор и компания просто его подставляет. А значит, на самом деле у нас он не возрождался…

— Да. Боже ж. Мой! — воскликнул Бобби. — Не множь сущности без доказательств! Так можно договориться и до того, что наша цивилизация не первая на этой планете! Вот тебе газеты, вот тебе книги. Открытый судебный процесс показал, из чего этот твой Реддл был слеплен. Если бы его не успели арестовать раньше, то он бы так развернулся, что наш Гитлер нервно курил бы в сторонке. Превосходство «магической расы», стерилизация маглорожденных волшебников, подчинение обычных людей Министерству… Ты почитай! На суде тут у них была заслушана куча народа, разного рода доказательств и свидетельств. И ты серьезно хочешь сказать, что вот это все можно было бы сфальсифицировать? Как говорит мой папа: от таких конспирологических теорий твоя тыковка еще не сварилась?

— Но-но…

— Никаких но, — Бобби отрицательно покачал головой. — Скажи, почему ты думаешь, что Реддл и вся его шайка не совершали того, что ему приписывают?

— Я… Я не знаю, как возможно, чтоб человек находился в двух точках одновременно. А если верить Снейпу, то получается Тот-Кого-Нельзя-Называть возродился, но при этом есть диадема, где заключен его разум. Кроме того, у меня в голове не помещается, как можно было пойти на убийство ребенка. Даже ради такой великой цели, как спасение магии…

— А ну-ка стоп, — Бобби помахал перед ним страницей из газеты. — С чего ты решил, что его конечная цель — спасение магии? Точнее, даже не так. Почему он решил спасать магию? Все благородные речи, которые он толкал на суде — шлак. По действиям его и его «компании» видно, что он хладнокровная и расчетливая скотина, которая готова врать направо и налево. Такие люди даже под угрозой смерти не признаются, почему они творили то, что творили. На суде он только и делал, что нагло старался все отрицать, но было столько доказательств… Это все подделать было бы сложно.

Гарри молча разглядывал газеты на столе.

— И по поводу убийства семьи и ребенка. Поскольку ты не сын полицейского, то ты не знаешь, какими мразями могут быть люди. Они идут и не на такие преступления ради гораздо меньших целей. Поверь мне! — заверил Бобби. — Я заглядывал в бумаги, которые папа притаскивал домой. Ты бы прочел — у тебя бы волосы дыбом встали. До конца жизни.

— Хорошо. Пусть я накручиваю и усложняю, — согласился Гарри. — Твоё объяснение какое?

— Реддл действительно убил твою семью и хотел убить тебя. Вот это и есть правда.

— Ладно. Но как Тот-Кого-Нельзя-Называть в моем мире может находиться в нескольких местах одновременно? Да к тому же Реддл-из-диадемы даже не знает, кто я такой.

— И почему тебя это смущает? — удивился Бобби.

— Я не думаю, что это возможно.

— Почему? — недоумевал Бобби. — Магия существует, ты пришел сюда из другого мира. Так почему же такая мелочь, как то, что он может существовать одновременно в нескольких местах, тебе не нравится?

— Потому что я не видел этому реальных подтверждений, только косвенные…

— Был бы мой папа рядом, он бы треснул тебя по голове, — нахмурился Бобби. — Похоже, пока Тот-Кого-Нельзя-Называть сам тебе не скажет, что он действительно «спасал магию» по каким-то своим мотивам и что он действительно убил твою семью и хотел убить тебя, то ты не поверишь во все это. Вот только знаешь что? Он этого не скажет. Думаю, ты до всего этого сам дойдешь… Когда он снова придет тебя убивать.

— Значит, ты думаешь, что Тот-Кого-Нельзя-Называть действительно может находиться в нескольких местах одновременно? — спросил Гарри.

— Это логически вытекает из того, что ты мне рассказал, — кивнул Бобби. — И я не вижу других объяснений.

— Но почему тогда Реддл не знает, кто я?

— Эх, так я же откуда знаю? Это ты спец по магии, — сказал Бобби. — Я просто предлагаю тебе быть открытым к новым идеям и не зацикливаться на мысли «это невозможно, потому что невозможно».

Гарри уставился на стол.

«Объяснение в лоб? Ему стерли память. Пусть Волдеморт может находиться в двух местах одновременно. Реддл-из-диадемы не знает меня, но… Стоп. Даже если ему стерли воспоминания, то ведь Волдеморт возродился. Значит, он как минимум должен был знать, что с ним случилось в Годриковой Впадине. Но Реддл этого не знает. Он вообще никак не отреагировал на мое имя, хотя я был свидетелем, если не виновником его падения, — размышлял Гарри. — Но… Почему он не знает, кто я?.. Такое впечатление, что Реддл-из-диадемы вообще кто-то другой, а не Волдеморт…»

— Черт, — Гарри схватился за голову. — Либо Реддл-из-диадемы все-таки не Тот-Кого-Нельзя-Называть, а кто-то другой... Либо их два.