Глава №16, в которой Гермиона Грейнджер показывает фокусы, заводит противоречивое знакомство и краснеет (но не от стыда) (1/2)
27. Профессор Грейнджер
Понедельник стал очередным моим Днем Икс.
После разговора с Эшли мне удалось сосредоточиться на учебном плане и подготовиться к уроку достойно, а чтобы ничего не отвлекало от занятий наверняка, записку Малфою я решила отправить на обеде.
План сработал, поэтому в кабинет второкурсников я заходила будучи собранной и не обремененной лишними переживаниями. Однако не могу сказать, что я не волновалась — волновалась, и еще как, но моя нервозность хотя бы не была усилена личными причинами.
Я стояла посреди класса перед своими первыми учениками и прижимала к полу квадратик солнечного света подошвами ботинок. Они смотрели на меня с ожиданием, а я думала о том, что с весны предмет у них вел профессор Голэм, человек весьма далекий от такого понятия как любовь к ученикам.
Что они могли ждать от меня? Явно ничего хорошего.
И как мне быть?
Решение пришло ко мне внезапно и легко. Я просто улыбнулась им. Затем поздоровалась и вывела золотыми буквами по воздуху свое имя, посадив на закорючки внутри буквы «G» разноцветных движущихся птичек.
Маленький фокус вызвал у детей столько восторгов, будто они только что стали свидетелями того, как я возвела при них если не Хогвартс, то Нурменгард как минимум.
Видимо, Голэм, как и другие преподаватели, совсем не баловал их чудесами, а времени с мистером Коэном было для них слишком мало. Как ни странно, от этих мыслей я ощутила небывалый прилив энтузиазма, ведь именно мне было под силу исправить это досадное упущение.
Душу заполнило легкое и радостное чувство, и дальше урок полетел как по маслу.
Помня о наставлениях Коэна, я не стремилась уместить в один урок все, что знала сама. В конце концов, моей целью было не похвастать знаниями, а заложить основы для самозащиты. Это было труднее всего, но я справилась. Ну, почти.
Следуя плану и стараясь говорить неспешно, я рассказывала ребятам про корнуоллских пикси и постоянно колдовала, заставляя оживать картинки в их учебниках.
Удивительно, но увлеченные второкурсники без споров записывали за мной все, что я им говорила, хотя подспудно я готовила себя к худшему, конечно.
В какой-то момент я все-таки увлеклась и рассказала ребятам про случай на втором курсе. Без имен. Опыт мистера Локхарта позабавил класс, а вовремя опомнившись, я поведала, как он едва не угробил Невилла.
Дети моментально стали серьезнее, осознав, что пикси — это не просто забавные проказники, а действительно могут быть очень и очень опасны.
Все-таки правильно расставленные акценты творят чудеса, если подавать информацию уместно строгим тоном.
После мы перешли к отработке простых заклинаний, которые могут помочь при встрече с синебрюхими вредителями. Прекрасно помня реакцию Рона на высокомерный тон, когда на первом курсе я указала ему на неправильное произношение Вингардиум Левиоса, теперь я старалась следить за своим голосом и говорить так же мягко, но уверенно. Как Эшли.
Позднее, когда мы обсуждали с ним итоги моего первого урока, Коэн сказал, что чувство, которое вело меня за собой на уроке, очень похоже на особую форму вдохновения. Я была в таком восторге, что забыла об этом почти сразу, ведь уже тогда понимала, что с выбор, какую выбрать профессию после окончания школы, для меня больше не актуален.
Тот день был для меня счастливым, одним из самых счастливых в сентябре, хоть их и без того было немало. Я надеялась, что моя преподавательская деятельность продлится как можно дольше в таком же плотном графике, но моим чаяниям не суждено было сбыться.
Вечером того же дня в Хогвартс прибыл он, наш новый профессор ЗоТИ Оливер О’Риордан.
28. Домашнее животное
Мне довелось познакомиться с Оливером О’Риорданом после урока для третьего курса. На тот момент Драко еще не ответил мне на записку, но я не беспокоилась об этом — насколько я знала, он был занят в теплицах, помогал своему отцу.
Кстати говоря, в обед мистер Малфой прислал обещанный рецепт фирменного яблочного пирога Нарциссы. Мне не терпелось узнать, что же в нем такого особенного, но ответственность победила, и, проводив последних учеников, я осталась в кабинете.
Я хотела прибраться к завтрашнему дню и отнести мистеру Коэну пергаменты с домашним заданием рассортированными, но дверь неожиданно открылась, и в кабинет вошел молодой человек в старомодной одежде.
Нахмурившись, я смотрела, как он неспешно ставит свой дорожный саквояж на парту, снимает пальто и поворачивается ко мне, стягивая с рук перчатки. Все это он проделал абсолютно безмолвно, даже не удосужившись поздороваться, не то что назваться.
Я уже догадывалась, кто он, но упорно молчала, ожидая, когда он соизволит заговорить. Вот только вопреки любым прогнозам, развернувшись, он начал медленно аплодировать, глядя мне прямо в глаза.
Цвет у его радужки был очень странный — ярко-желтый, будто переливающаяся охра или золото. Совершенно звериный взгляд у человека с плавной грацией хищника.
В руку скользнула палочка. Мозг быстро перебирал все известные виды темных существ, чье описание могло бы подойти его персоне, но вскоре я пришла к неутешительному выводу: существо передо мной не подпадает ни под одно из них.
Этот факт насторожил еще больше.
Видимо, заметив мою нервозность, молодой человек соизволил наконец представиться:
— Доброго вечера, профессор Грейнджер, — голос его был глубоким, но еще не утратившим молодого звона. — Я наблюдал за вами, и должен признать, что преподавание — ваш талант. Вы — поистине учитель от бога.
Он тонко улыбнулся, подходя ближе.
Несмотря на то, что он говорил вполне приятные вещи, не знаю почему, но буквально кожей я чувствовала исходящую от него опасность. Я продолжала молчать, цепко наблюдая за его передвижениями.
— Меня зовут Оливер О’Риордан, новый преподаватель ЗоТИ.
Легче не стало. Я по-прежнему чувствовала себя очень неуютно. Он протянул мне руку ладонью вверх, звериные глаза смотрели внимательно.
Необъяснимо чувствуя себя кроликом, запертым в клетке с удавом, я протянула руку в ответ, ожидая рукопожатия… и вот на что я точно не рассчитывала, так это на то, что моих пальцев коснутся мягкие губы.