Часть 3 (128) (1/2)

Новость, конечно... Самая плохая, но что странно, так это то, что я ничего не почувствовала.

Да. Вообще ничего.

Не было, как в кино, страданий, чего-то такого, от чего жизнь перестает быть цветной и всё сменяется чёрно-серыми цветами. Нет. Ничего не почувствовала.

Возможно, после накатит, а, может, и уйдёт, так и не зацепив. Не знаю. Но сейчас просто на это не реагирую. Хотя учитывая, что в последнее время моя жизнь, прямо как идеальный официант, приносит мне столько хуйни, что не удивительно и моё безразличие ко всему.

Но окружающие почему-то вдруг решили, что мне будет ещё хреновее, чем есть, и потому со мною рядом всегда кто-нибудь, да находился и пытался развлечь или отвлечь разговорами.

Даже мои бывшие накама, те, что ещё остались на Курагайне, тоже были рядом, хотя, когда Билми хотел посидеть со мной, тут уже я сама выпроводила его. Не хочу знать такую скотину, как он.

Каса же, узнав не без моего участия о том, чем всё же шантажировал Билми Шанкс, лишь горько усмехнулась.

— Мы обе дуры, — только и сказала она.

Не могу с ней не согласиться. Обе доверились человеку, который предал нас ещё давным-давно. Возможно, если бы Билми рассказал всё ещё в то время, когда мы жили в Ист Блю, то ничего бы страшного не случилось.

Каса не могла родить ему детей, но она не была долбоёбкой, чтобы не понять ничего.

Эх, устала я от этих всех ”возможно”, ”если бы”. Если бы да кабы уже бесят.

Три дня под капельницей, и я вновь была как новенькая. Даже на душе полегчало. И почему-то в её глубинах я подумала о том, что, может, это и к лучшему, что ребёнок так и не появился на свет и я к нему привязаться не успела. Он ни в чём не был виноват. А родители его долбоёбы — вот и всё.

Я поговорила с каждым своим и не совсем ребёнком, и каждый из них оказался на моей стороне, хотя я думала, Эн всё же попытается оправдать своего отца, но тут она просто рубанула так, что я даже офигела.

— Я всё поняла, да и к чему мне отец? У меня есть ты и Ло, а ещё ребята. Я и так дел наворотила таких, что всю жизнь буду перед тобой виновата.

После всего этого я радостно сообщила всем о том, что хочу месяцок-другой отдохнуть на Амазон Лили, поэтому, чтобы за мною не увязался хвост из целой пиратской команды Мугивар, отправила их в Новый мир со строгим наказом исполнить все мечты, какие только у них есть.

И только когда Луффи и остальные покинули остров Михоука, я смогла вздохнуть с облегчением. Правда Кид всё ещё оставался здесь, но тут, как все заметили, он не из-за меня и моей депрессии задержался, а из-за приёмной дочки мечника.

Видимо, они сошлись на том, что их путь пересекла я и мои дети, а они просто попали в этот водоворот безумия и оказались случайными жертвами. Но смотрелись они вместе очень даже хорошо.

— Михоук, не смотри на меня так виновато, — проговорила я, ставя бокал на столик в чайной комнате.

— Я знал, но ничего поделать не мог, — проговорил мне друг, он ещё им пока был, может, потому что на него я не могу злиться, или не знаю, но, может, из-за того, что именно этот парень всегда готов был подставить своё плечо, об которое я с радостью разотру свои сопли.

— Забей. Тебе-то с хуя ли обо всём париться, лучше приготовься к тому, что через семь месяцев начнется твой счастливый кошмар. Раз дочь у тебя амазонка, то твои мозги будет выносить как самая сильная воительница этого племени.

Амазонки, находившиеся рядом с нами, поддержали мой прикол дружным смешком.

— Может, останетесь у нас подольше? — спросила Нён.

— Нет, просто отдохну, а потом отправлюсь к отцу. Не хочу рассказывать обо всём по телефону, — я, конечно, понимаю старуху, что им связи для защиты страны нужны, но на всю жизнь запирать себя в спокойных, но не менее опасных водах Калм Белт я не хочу.

Меня больше ничего не держит! Я могу делать всё, что захочу! И потому я буду жить только для себя. Хватит! И так столько лет в пустую потрачено.

— Заткнись, старуха! — взревела Хэнкок, и, если бы её ноги не были в руках у Михоука, для которого массаж ног стал уже похоже священным ритуалом, то она бы точно херанула старейшину так, что та часа два из стены бы выбиралась.

— Милая, успокойся, — удивительно было наблюдать, как Михоук становится тем самым победителем бури. Я не одна этому удивлялась. Мериголд и Сандерсоня тоже наблюдали за подобным с круглыми от удивления глазами.

— Гин, а ты что решил? — спросила я у своего бывшего старпома. Он единственный, кто остался рядом со мной из моей старой команды.