История вторая. Семьдесят два часа. Часть 1. (1/2)

1</p>

Промышленный район. Старая заброшенная фабрика. Типичная помойка, но почему-то именно такие места и любили «Мусорщики». Очень редко они выбирали брошенные квартиры в старых, но все еще жилых домах. Приятное исключение из правил: тебя выпотрошат не на провонявшей промышленными отходами, ржавчиной и сыростью помойке, а в квартире…

Грохнул выстрел. Пуля попала в стену прямо над моей головой, выбивая кучу пыли и осыпая мои плечи бетонной крошкой. Сегодня в промышленном районе было особенно неспокойно. Выглянув из своего укрытия, я надавил на курок и выпустил очередь в сторону предполагаемого противника. Пули с визгом рикошетили от стальных балок и листов проржавевшего железа. Одна из них попала в кучу бочек. «Мусорщики» открыли ответный огонь, заставляя меня снова нырнуть в свое укрытие. Не успел я убрать голову за стену, как по ней прошлась очередь крупнокалиберных, разрывая бетон в клочья и оставляя от моего укрытия жалкое зрелище из развороченной и торчащей во все стороны арматуры.

— Бля, бля, бля… — упав на четвереньки, я заполз за какой-то древний станок. — Джонни! — во всплывшем окне показалось спокойное лицо моего напарника. — Долго еще?

— Уже почти, — невозмутимо ответил он.

— Мне уже почти жопу отстрелили! — подрубив тепловизор, я следил за перемещением противника.

«Мусорщики» все-таки решили обойти меня со стороны и взять в «клещи». Сплюнув, я отстегнул магазин и проверил количество патронов. Покачал головой, убрал его в подсумок на поясе и достал новый.

— Ну, понеслась… — пробормотал я, передергивая затвор.

Вот уже в который раз полагаясь на автонаведение и не то, что правая рука сработает как надо, я высунулся из-за станка. Система тут же поймала в прицел голову одного из мусорщиков. Правая рука чуть повела ствол штурмовой винтовки. Я нажал на курок. Громыхнула короткая очередь. Три пули попали в голову «Мусорщика» разрывая его голо-маску в клочья и разворачивая голову. Ошметки мозга полетели в его товарищей. А моя рука уже наводила ствол на очередную жертву. Грохот выстрелов громом ударил по ушам и грудь еще одного «Мусорщика» словно промялась внутрь, обнажая осколки сломанных ребер. Несчастный отлетел назад в облаке кровавых брызг. Я сделал глубокий вдох и, вставая в полный рост, сосредоточился. Мир, словно замер на месте. Трое «Мусорщиков» в разрисованных кислотно-зеленой краской рваных дождевиках, бегущие на меня, замерли на месте. Стволы в их руках выплевывали пули и те, окутанные вспышками пороховых газов, медленно летели в мою сторону. Мой имплант не ускоряет меня, как какой-нибудь «Сандэвистан», нет. Он разгоняет не тело, а мозг, позволяя соображать в сотни раз быстрее обычного человека. И кажется, что время вокруг тебя замирает… Ныряя в сторону, я нажал на курок. Загрохотала штурмовая винтовка в моих руках. Казалось, что затвор ходит преступно медленно, выбрасывая в затхлый воздух раскаленные стреляные гильзы. Пара мгновений, и я рухнул на пол. Перекатился и укрылся за обломком старой бетонной колонны. А мир снова пришел в движение. Один из «Мусорщиков» с удивлением смотрел на прострелянный живот, из которого так и норовили вывалиться его потроха. Двое оставшихся продолжали палить в мою сторону. Я выдохнул и, отстегнув опустевший магазин, отбросил его в сторону. Пошарил рукой по поясу. Пусто.

— Приплыли, — пробормотал я, и только сейчас заметил, что меня все-таки зацепили.

Пуля попала в руку и прошла на вылет каким-то чудом, не задев кость и не оторвав мне руку. Сплюнув, я достал из кармана стимулятор и вколол его себе в ногу. Все-таки если ты соображаешь быстрее остальных, то это не значит, что ты сможешь двигаться быстрее остальных…

— Джонни! — я снова вызвал напарника. — Скажи мне хоть что-то хорошее!

— У меня все готово, — спокойно ответил здоровяк.

— Ну слава Богу, — пуля просвистела над моей макушкой и я невольно пригнулся к самому полу. — Давай пошустрее, меня зажимают.

Здоровяк только кивнул и отключился.

— Ладно… — я бросил быстрый взгляд в сторону противника.

К двоим «Мусорщикам», которые взяли перерыв на перезарядку, уже спешила подкрепление.

— Голова будет болеть знатно… — пробормотал я, делая глубокий вдох.

Пара секунд. Вполне достаточно. Выскочив из-за колонны, я рванул к «Мусорщикам», которые перезаряжали свое оружие. Очень медленно. Ускоренное сознание словно замедляло мир вокруг меня. Один из них меня заметил, но слишком поздно. Я уже был рядом с ними. Бросив винтовку в лицо одному, я быстрым движением вытянул из левого запястья моноструну. Мгновенье, и практически невидимая нить рассекла воздух. Стоявший передо мной «Мусорщик» фонтанируя кровью, развалился пополам, а второй уже поднимал свой дробовик. Поздно. Он уже собирался нажать на курок, но тут его глаза взорвались снопом искр, а из ушей, носа и рта брызнула кровь и повалил дым. Покачнувшись, он рухнул на пол. Я шумно выдохнул, и тут пуля ударила меня в плечо, разворачивая и отбрасывая на пол.

— Сука! — только и успел выкрикнуть я.

10</p>

Дожди в Найт-Сити не были редкостью. Грязная вода, льющая с неба. Пропахшая ржавчиной и несущая с собой противный медный привкус. Привкус крови. Хуже бывало, когда ветер дул со стороны Арройо или промышленных районов. Тогда дождевые тучи исторгали из себя на грешную землю дикую смесь кислотных промышленных отходов. Дожди в Найт-Сити не были редкостью. Но еще меньшей редкостью были солнечные дни. Вот и сегодня солнце палило нещадно, и город утопал в раскаленном мареве, поднимавшимся от асфальта. Плывущий на жаре воздух искажал неоновый свет вывесок, которые горели даже днем, рождая воистину дикие и диковинные миражи. Ряды ветряков, растянувшиеся вдоль гор мусора, которые уходили за горизонт, в такие дни молчали.

Изнывая от жары, я заполз в небольшую забегаловку, устроившуюся на задворках Санто-Доминго. Не ахти какое место, но здесь, по крайней мере, можно было сносно поесть. А при желании даже выпить чего-то похожего на настоящее кофе. Распахнувшиеся двери впустили меня в небольшой зал. Старенькая система климат контроля едва справлялась с напавшей на город жарой, и в помещении было противно душно.

— Флэт! — сидевший за дальним столиком здоровяк махнул мне рукой.

Вздохнув, я прошел через весь зал и уселся за столик, спрятавшись в тени нависающего над столом Джона.

— Почему именно здесь? — утирая пот со лба, поинтересовался я.

— Во-первых, — Джон откусил кусок от того, что должно было быть гамбургером.

Ну, если считать две булки не первой свежести и кусок синтетического не пойми чего за гамбургер.

— Так вот, — прожевав, заговорил здоровяк, — это место ближе всего к твоему дому. Во-вторых, — он облизнул пальцы, — тут можно спокойно поговорить о работе.

— Твоя правда, — кивнул я.

Это заведение уже давно и негласно было признано нейтральной территорией. За что его владелец был пожизненно и сердечно благодарен ребятам из «Шестой Улицы». Ведь любой, кто решал устроить тут разборки заканчивал выстрелом в лицо. Как правило из дробовика. «Ветераны и патриоты», как называли себя члены «Шестой Улицы» были теми еще отморозками. Половина из них никогда не была на войне. Вторая половина понятия не имела, что значит «патриот». Но нейтралитет соблюдался.

— Так что там по работе? — Джон в два глотка осушил бутылку пива и смачно рыгнул.

— Есть один заказ, — пожал плечами я. — Кому-то очень срочно понадобилась пересадка сердца… Но донора немножко украли «Мусорщики».

— Странно, — здоровяк покрутил в руке пустую пивную бутылку.

Это действительно было странно. Зачем кому-то понадобился донор для пересадки, если легко можно поставить себе искусственное сердце, которое и правнуков твоих переживет? Но…

— Странно или нет, — вздохнул я. — Работа есть работа.

— Сколько платят? — поинтересовался здоровяк.

— За предоставленную тебе возможность спасти две… — я на мгновенье задумался. — Вероятно две жизни, тебе заплатят не много ни мало… Сто пятьдесят кусков.

— По семьдесят пять на человека, — произвел нехитрые расчеты Джон. — Маловато.

— Работу подкинула Реджина, — пожал плечами я. — Как всегда благородно, но дешево, — я посмотрел на здоровяка. — Если хочешь можно взять что-нибудь у Вакако. Постреляем «Тигриных Когтей», украдем пару кило наркоты… — Джон отрицательно покачал головой. — Мистер Никто предлагал обнулить парочку человек… — здоровяк снова покачал головой. — Ну так вот и не жалуйся.

— Я не жалуюсь, — аккуратно поставив пустую пивную бутылку на стол, он встал.

11</p>