Глава 24. Долг (1/2)

После пробуждения Марк не смог заснуть и лежал, глядя в потолок до рассвета. Все остальные давно разошлись. Вайз задремал в кресле, Сота и четверо патриархов на втором этаже. Клэр успокоилась и тоже тихо посапывала.

Фантомные боли. Вот что её мучило. Состояние, когда у тебя нет конечности, но нервная система по привычке посылает сигнал к культе. У каждого человека в мозге есть проекция всего тела. При отсечении конечности данная проекция в силу каких-то причин сохраняется и наш организм думает, что конечность всё ещё существует.

Система посылает сигнал в ногу, но ответный — о том, что всё в порядке — не получает, затем снова отправляет туда сигнал и снова не получает ответа. Круг замыкается. В мозг идёт информация о неполадке, как будто ногу отрубили недавно, и подключаются болевые рецепторы.

Странная вещь, этот мир может дать такую силу, как резеки, но стоит тебе стать инвалидом — тебя списывают со счетов. Всё местное лечение, что он видел, — симптоматическое. Проткнули плечо? Вот магия исцеления. Кровь остановлена, ткани зажили, но стоит заболеть чем-то, что выходит за грань их понимания, и они не знают, что делать.

Рассвело, и они начали собираться. Марк вышел на свежий воздух и умылся созданным ватерболом. Скоро он будет дома. Они быстро перекусили остатками вчерашней еды и вышли на улицу. Марк дохромал до своего пони. Вайз сказал, что их тоже откормили как надо. Маленькие, выносливые, привыкшие к суровому климату. Он погладил короткую шею и скормил питомцу пару кусочков яблок, припрятанных в карман после завтрака. Впереди была длинная дорога. Непонятное состояние.

— О чём задумался, Гург?

Сота подвёл к нему второго пони под уздцы. Четверо патриархов уже выходили из дома и благодарили хозяйку, что стояла на пороге и прощалась с ними. Вайз ждал у ворот. Марк медленно выдувал клубы пара изо рта и смотрел, как они растворяются в воздухе.

— Скоро будешь дома, — прервал небольшую паузу старец.

— Я слышал вас ночью.

— Вайз попросил помочь, но мы почти бессильны. — Он похлопал его по плечу и повёл вперёд пони. — Выдвигаемся.

Марк ещё раз оглянулся на дом. Клэр, улыбаясь, махала рукой. Ему помогли сесть, и процессия двинулась вперёд. Внутри всё кипело, пока Марк шаг за шагом отдалялся. Какая же он мразь. Стало так паршиво. Он потеряет время, но это же человек? Ради чего тогда всё это? Учёба, жизнь — когда-то он горел профессией, но сейчас любой учитель сказал бы, что зря на него потратил время. Ему нужно расширять манапул, скорее добраться до дома, иначе оквима…

— Стойте, — он достал деревянный костыль из поклажи, — остановитесь. Сота, я хочу вернуться.

— В чём дело?

Он самостоятельно слез с пони и опёрся на палку.

— Я знаю, как вылечить Клэр.

— Лечения от этого нету, Гург.

— Есть. Я её вылечу, но это займёт время, — он поставил костыль перед собой и опёрся уже двумя руками, — около месяца. Может, больше.

Старец начинал сердиться.

— В тебе хватает гордыни говорить такое? Гург, это не игрушки, а человеческая жизнь. Садись, и мы доставим тебя к родным.

— Я никуда не поеду.

— Понимаю, ты ещё маленький и, возможно, привязался…

— Нет, — оборвал его на полуслове Марк, — то есть мне приятно её общество, — он глубоко вздохнул, пытаясь собрать все силы, чтобы убедить патриарха, — но я могу попытаться…

— Минуту назад ты говорил, что излечишь её полностью. Марк, мы не можем бросить ребёнка посреди дороги. Наш бог…

Марк раздражённо перебил его:

— Ваш бог не может ничего. — Он вынул деревяшку с солнцем из-за пазухи. — Вся эта чушь никак не поможет больной. — Он отдал Соте в руки омн. — Я благодарен, что спасли меня, но решать за себя не позволю. Подарите этот милый сувенир кому-то другому, а сейчас мне нужно идти к больной.

Он сделал пару шагов в сторону дома, но его окликнули.

— Сожалею, что до такого дошло, но и ты пойми нас.

К нему приближалось четверо патриархов. Марк вытянул левую руку вперёд и создал большой огненный шар перед собой. Если будет нужно…

— Гург, пожалуйста, не глупи.

— Что у вас тут происходит? — обеспокоенный Вайз подбежал к их группе, и Марк развеял фаербол.

— Мальчик не хочет ехать с нами.

— Гург?

— Да, я знаю, как помочь Клэр, но…

— Бессмысленно. Ребёнок просто капризничает. Мы его забираем, Вайз, на обратном пути опять зайдём в гости.

— Можно хотя бы дослушать меня?

— Достаточно. Мы поняли, что у тебя богатая фантазия, и даже поверь мы тебе — остаться на месяц не входило в наши планы. Нужно посетить ещё много городов до наступления зимы.

Вайз как будто не слушал, что говорит Сота, и смотрел на Марка.

— Ты правда ей сможешь помочь?

Значит, надежда вылечить супругу ещё не до конца его покинула. Эти уставшие тени под глазами, этот взгляд, вся напряжённо-выжидающая поза хотели услышать и он сказал это:

— Я сделаю всё, чтобы её не мучили боли.

Вайз медлил. Обернувшись к дому, он увидел, как супруга машет ему, безмолвно спрашивая: «Ну что там?»

— Мы сами доставим ребёнка, Сота. Можете идти.

— Но если…

— И если он ничем не поможет, мы всё равно его доставим, не беспокойтесь.

Возможно, Марк сделал ошибку и будет потом жалеть, но пусть всё идёт к чертям.

— Простите, Сота.

Затем он объяснил, как добраться до его родных, и попросил рассказать, что с ним всё в порядке. Старик согласился кивком.

— Альтэндо простит. Подойди ко мне, несносный ребёнок.

Марк, уже не боясь, что его насильно увезут домой, доковылял до Соты и посмотрел на старца снизу вверх. Старческие руки бережно взяли детское лицо в ладошки, глаза закрылись, и он что-то прошептал про себя. Очередные молитвы? Больше похоже на благословение.

— Мы уходим, — быстро закончив, он отвернулся и повёл пони вперёд.