Глава 4 (1/2)

Утро традиционно началось с того, что Райан, как ошпаренный, подскочил с кровати и помчался в ванную. Дорогу туда он выучил наизусть и мог пробежать её даже с закрытыми глазами. Что, впрочем, иногда и случалось, когда тошнота подступала так резко, что он и проснуться не успевал. Вот и сегодня, бледный и вымотанный, он сидел на полу возле унитаза и пережидал болезненные спазмы. Когда-то давно омега читал, что на таком сроке тошноты уже быть не должно, но она упорно возвращалась изо дня в день. И парень начинал от этого уставать.

— Как мне регулярно питаться, если во мне ни черта не задерживается?! — бесился Митчелл за завтраком, злобно кромсая ни в чём не повинный омлет. — Есть у твоего врача какие-то таблетки или типа того? Я уже на всё готов… Лишь бы не тошнило хотя бы несколько суток. Спроси у него!

— А может, ты сам спросишь? — Виктор тоже откровенно замучился слушать это нытьё каждое утро. — У тебя как раз на днях плановый осмотр, вот и посмотрите, что можно с этим сделать…

У омеги складывалось впечатление, что Шелдон говорил это, просто чтобы поскорее отвязаться, а не дать надежду, что решение есть и скоро проблема рассосётся. Райан печально вздохнул, не понимая, почему вообще ждал от мужчины чего-то другого: всё как надо, всё как и договорились. А к врачу и правда стоило наведаться, в противном случае он с ума сойдёт. Так что часы до визита в клинику он считал с огромным нетерпением.

В заветный день Виктор снова отложил все дела, чтобы самому отвезти омегу в больницу. Как бы он ни ворчал в ответ на каждодневные жалобы сожителя, хотелось знать о его состоянии из первых уст. Растолкав Митчелла как можно раньше, заставил тепло одеться и повёл к авто.

— Давай шевелись быстрее, я хочу доехать без пробок.

Райан долго молчал, приходя в себя после сна, не огрызался и только смотрел в окно. За стеклом сначала проносились богатые дома на ухоженных улицах, затем стали появляться строения попроще и более оживлённые дороги. Все куда-то спешили: кто на работу, кто на учёбу; и, оказавшись снова в этом бурном потоке, омега понял, что тихое и спокойное обитание за пределами города ему нравится гораздо больше. Жаль только, что каникулы продлятся всего полгода.

— Включи хоть музыку какую-нибудь, а то аж неуютно как-то. Разговором развлекать ты меня явно не станешь…

— Новости послушаешь, — холодно отозвался альфа и включил радио.

Нудный и неразборчивый голос стал что-то вещать о погоде. Митчелл фыркнул и снова отвернулся, задумавшись о своём и прислушиваясь к ощущениям в теле. Хотелось верить, что удастся доехать без происшествий, однако знакомые спазмы в животе наводили на неприятные подозрения. И как Райан ни надеялся дотерпеть до больницы, это было неизбежно.

— Останови машину. Слышишь меня? — Митчелл в панике сжал ремень безопасности. — Остановись! Меня сейчас вырвет.

— Где я тебе тут остановлюсь?! Мы по трассе едем!

— Плевать. Придумай что-то, потому что у тебя два варианта: либо платить за уборку салона, либо за мойку чужой машины, если ты заставишь меня блевать прямо в окно. Быстрее!

Шелдон громко выругался и начал маневрировать между автомобилей, чтобы перестроиться в другой ряд. Где-то недалеко, насколько он помнил, должен был быть съезд к парку. Туда Виктор и направился, включив поворотники и резко свернув направо. Шины жалобно скрипнули, когда он остановился у ближайшей обочины и разрешил омеге отстегнуться. Митчеллу не нужно было повторять дважды, он и так с трудом понимал, как сдерживался эти несколько до жути долгих минут. Пулей вылетев на улицу, Райан склонился у кустов, молясь, чтобы пытка поскорее закончилась. Только когда завтрак оказался под его ногами, он всхлипнул и медленно поплёлся назад.

— Ну что, облегчился? В следующий раз запасайся пакетами для таких дел, я так больше подставляться и дрифтовать не собираюсь…

— Я что, виноват, что ли?! У беременных так бывает, если ты не знал. И мне гораздо хуже сейчас, чем тебе!

Вик покачал головой, посмотрев в противоположную от омеги сторону, потом потянулся рукой к бардачку и достал бутылку воды, которую всегда держал при себе на всякий случай, как и ещё несколько полезных мелочей — опыт прожитых лет спасал его во многих ситуациях.

— Держи, бестолочь.

— Спасибо, — буркнул Райан, и больше они не сказали друг другу ни слова до самого конца поездки.

В кабинете доктора Ветона их ждали далеко не утешительные прогнозы.

— Ну, что я могу сказать… — Ричард всматривался в результаты анализов, уже выслушав всё, что беспокоит пациента, и был готов огласить вердикт. — Новости у меня для вас так себе, господа. Во-первых, токсикоз — это явление нормальное, и не знаю, чего ты там начитался, но страдать тебе от него положено ещё месяц-полтора. Все через это проходят. Сахар в крови потихоньку приходит в норму, но над этим ещё надо поработать…

— А во-вторых что? — поторопил Шелдон.

— А во-вторых, уровень кислорода в его крови достигает максимум 80%, что значительно ниже нормы. Вик, это серьёзно. — Ричард посмотрел поочерёдно на своих посетителей. — Это может привести к задержке развития плода или отслойке плаценты. Так что стоит больше бывать на свежем воздухе, потреблять витамины группы В и, конечно же, минимизировать любой стресс. Идеально было бы вывезти его куда-нибудь подальше от пыльного города, где будет много воздуха, свежих овощей и фруктов.

— Мы и так за городом живём, — прорычал альфа, но Ричард лишь отмахнулся и вернулся к своим бумагам, продолжая обновлять список рекомендаций для омеги. Виктору пришлось признать очередное поражение и отступить. — И как далеко и надолго?

— Пока я не увижу улучшений, — тоном не менее холодным, чем у Шелдона, отчеканил врач. Он намеревался биться за здоровье юноши до конца. — А как далеко — решать тебе. Главное, чтобы он мог отдохнуть и не дышать выхлопами больших городов.

Шелдон кивнул и встал, бросив парнишке через плечо, что будет ждать в машине. Стоило двери закрыться, как второй альфа тут же посмотрел на бледного омежку, отодвигая в сторону клавиатуру.

— Райан, как ты? Здоровье твоего организма я оценил, теперь хочу понять остальное. Зная Виктора, могу предположить, что вы не общаетесь и о твоём самочувствии он не спрашивает. Тяжело, поди, в твоём возрасте сидеть постоянно взаперти. Как родители? Ты с ними разговаривал после переезда?

— Созванивались пару раз, у них всё хорошо, и им я говорю, что у меня тоже. Но мне так неловко врать, а Виктор… Уф, с ним всегда сложно, хотя вы, наверное, это и так знаете. Бурчит вечно, кричит даже иногда, смотрит волком… Ужас, да и только.

Ричард ухмыльнулся. И правда, ему ли не знать о тяжёлом, часто даже невыносимом характере друга. Именно поэтому доктору хотелось как-то облегчить долю омеги, и поездка в тёплые края могла прийтись очень кстати.

— А у меня правда всё так серьёзно?.. — Райан выглядел почти напуганным. — Столько проблем со здоровьем… А то вдруг я и роды не переживу.

— Не беспокойся, пока с тобой не случилось ничего такого, чего нельзя было бы исправить, если не запускать себя и следовать моим рекомендациям. Ну и я немного приврал, чтобы тебя наконец выпустили из четырёх стен. Не благодари, — подмигнул мужчина. — Ладно, не буду тебя больше мучать, иди к нему и постарайся поменьше переживать.

— С Виктором-то? Мистер Ветон, не ставьте мне невыполнимых задач.

Попрощавшись, Митчелл покинул кабинет и вышел на улицу. Шелдон, припарковавшийся недалеко от входа, не обращал на Райана никакого внимания, и даже когда парень сел в салон, устроился поудобнее и пристегнулся, альфа по-прежнему сосредоточенно печатал в телефоне, время от времени поглядывая на наручные часы. Омега решил не лезть и молча ждал, попивая воду. Хотелось есть. Даже не так — хотелось перекусить чем-то, но он так и не понял, чего жаждут его вкусовые рецепторы. Из раздумий вытянул голос Виктора, успевшего надеть блютуз-гарнитуру перед звонком и выехать с парковки.

— Да? Да. Два билета. И загран мне нарисуй по-быстрому. А, нет. Чёрт, он же несовершеннолетний… — Вик кинул тяжёлый взгляд на Райана и на несколько секунд замолчал, возвращая всё внимание на дорогу. — Так, а что там с частниками? У кого есть свой самолёт? Угу. Так. Ну, созвонись с ними, договорись о цене. Нет, только на завтра. Нет, мой билет вернёшь, если самолёт найдёшь. Я должен быть там завтра в любом случае. Всё, давай быстрее, жду звонка.

Сбросив вызов, Вик ещё раз взглянул на часы и, обхватив руль двумя руками, прибавил газу. Основной поток машин исчерпал себя: все давно разбрелись по работам, — так что, увеличив скорость, альфа пролетел участок за считаные минуты, совсем забыв, что рядом сидящего может вновь укачать.

— Эй, аккуратнее! Мой желудок, может, и пустой, но блевать я всё ещё могу… Не знаю, чем точно, но могу. — Митчелл утих на пару минут, боясь повторения утреннего инцидента, и учащённо задышал. Только когда тупая боль и головокружение слегка отступили, он протяжно выдохнул и заговорил снова. — Не думал, что ты так быстро решишь последовать совету доктора Ветона. А если я не хочу? Ты даже не спросил меня ни о чём. — Райан косился на альфу. — Куда мы поедем хоть?..

— Вьетнам, — коротко ответил тот, игнорируя возмущение и начиная готовиться к новому, ведь «поездка за город» в понимании Райана явно не подразумевала другую страну в сотнях тысяч километров отсюда. Правда, скорость он сбросил, не желая останавливаться из-за очередного приступа тошноты.

— Странный выбор… — Признаться, Митчелл мало что знал о Вьетнаме, да и не смог бы с первого раза найти эту страну на карте. Но что-то ему подсказывало, что, даже если бы он воспротивился поездке куда-то, где в его представлении влажно и жарко, Шелдон бы пропустил это мимо ушей. — А мы надолго туда? Только вдвоём?

— Я, — тут же жёстко поправил Виктор и остановился у небольшого двухэтажного здания с винтажной вывеской ресторана. — Я надолго туда. А ты — как скажет врач. Если после первой недели придёшь в норму, поедешь сразу домой. Вылезай.

Альфа кивнул на дверцу и, заглушив мотор, тоже вышел. Погода вновь ухудшилась, холодный ветер и мелкий дождь неприятно захлестали по лицу. Поэтому Виктор тут же рявкнул на омегу, чтобы «шевелился».

В ресторане почти не было посетителей. Было тепло, и по залу разливалась мягкая мелодия скрипки. В одно мгновение их окружили ненавязчивой и профессиональной заботой, забрав верхнюю одежду, усадив за столик и вручив меню; спустя несколько минут приняли заказ. Райан полностью положился на вкус альфы. Надо отдать должное, тот постарался выбрать для парня что-то максимально приближенное к списку рекомендаций от Ветона. Вик продолжил разговор, когда официант ушёл.

— Я уеду на две-три недели по рабочим вопросам. Поэтому твой «странный выбор» здесь вообще не к месту. Что с тобой будет через две недели? Или мне нарушать свой рабочий график только потому, что ты не можешь нормально выносить ребёнка?

Райан одарил Виктора долгим, злым взглядом. Будто бы он сам выбрал так страдать во время беременности и наслаждался тем, что с ним происходило. Митчелл бы многое отдал, лишь бы этот и без того нелёгкий период жизни был более счастливым и здоровым, но уж как вышло.

— Если бы ты дал мне тогда прыгнуть, ничего бы этого не было. — Омега впервые говорил так холодно. — Но раз мы оба оказались здесь, твоя задача — помочь мне не откинуть коньки до родов, а не обвинять в том, на что я не имею влияния. Мой папа тоже меня тяжело носил и рожал, кто виноват, что у нас такая дурацкая наследственность…

— Так вот почему ты такой тупой. — Вик отвёл взгляд, не ожидав такого жёсткого ответа в свой адрес, но промолчать всё равно не смог. — Видимо, тоже кислорода не хватало.

К счастью, не успела словесная перепалка толком начаться, как у их столика появился совсем юный официант и поставил чайник с небольшими чашками. Смазливое личико мгновенно отвлекло альфу, и он сделал глубокий вдох, чем невероятно сильно смутил юношу, тут же скрывшегося на кухне. Митчелла это тоже не очень порадовало. Закатив глаза и фыркнув, когда они снова остались одни, он налил себе чай.

— Пялишься на него, как на кусок мяса. — Ложка громко звякнула о чашку, когда он размешивал сахар. — Хоть бы постеснялся. Сделай одолжение: не капай слюной на других омег при мне.

— Из нас двоих, — Виктор бросил взгляд в сторону кухни, а после тоже налил себе чай, — натрахался только ты. А я ещё нормальный, и потребности мои остались на месте. К тому же, — он снова сделал глубокий вдох, словно пытаясь уловить остатки запаха в воздухе, — у мальчишки скоро течка. Уж очень лакомый кусок, как ты выразился.

— Мерзость. — Райан поморщился, черты лица заострились. — У вас, альф, только одно на уме. И, видимо, с возрастом лучше не становится.

Ссора бы разгоралась и дальше, если бы их вновь не прервал официант. Миловидный юноша принёс первые блюда и приборы, ловко расставляя их на столе. Виктор беззастенчиво на него пялился, уже готовый флиртовать, но у разозлённого Митчелла были другие планы.

— Ох, дорогой, кажется, наш сын опять пинается, дай мне свою руку… — Райан со сладкой ухмылкой протянул Шелдону ладонь, играя роль счастливого супруга, из-за чего мальчишка-официант ретировался в считаные секунды, не задерживаясь возле их столика дольше, чем нужно. Альфа едва не открыл рот от шока и сидел ещё несколько минут в глубокой прострации, не в состоянии вымолвить ни одного связного предложения. Он не ожидал ничего подобного и лишь процедил зло, сквозь зубы, сверля омегу взглядом:

— Мелкий сучёныш…

— Я же сказал — не при мне. — Он указал в сторону Вика ложкой. — Если так чешется между ног — трахайся себе на здоровье, но делай это так, чтобы я и понятия об этом не имел. Мне одной похотливой скотины в своей жизни за глаза хватило, и ещё один мне не нужен, даже если мы не встречаемся…

— А ты ничего не попутал, мальчик? — Кажется, альфа даже угрожающе зарычал и наклонился вперёд, чтобы посторонние не услышали. — Ты даже не мой партнёр, чтобы подобные условия ставить. Если мне нужно будет, я выебу этого мальца на твоей кровати, и ты нам постельное поменяешь ещё. Знай своё место и не смей указывать мне, что и как делать. Понял? Повторяю ещё раз: если ты не в состоянии был держать ноги вместе, это не значит, что я, взрослый мужчина, должен прятаться, как курящий подросток.

Выдохнув только тихое «делай что хочешь», омега опустил взгляд в тарелку. Вся эта ругань влияла на него не лучшим образом, поэтому всё оставшееся время, пока они молча ели, Митчелл давил в себе всхлипы. Ему было так мерзко от всей ситуации и от того, что для Шелдона он не более чем предмет интерьера, что он хотел даже сбежать, но терпел. Однако когда официант подошёл в третий раз, принеся им счёт, и Виктор откровенно пытался с ним заигрывать, Райан уже не мог сдерживаться и громко разрыдался.

— За что ты так со мной?! Я же твоего ребёнка ношу, а ты… — С каждой секундой он плакал пуще прежнего. — Ты заигрываешь со всеми подряд у меня на глазах. Как можно быть таким жестоким! — Райана трясло, он бросил ложку на стол и схватил сразу несколько салфеток, пытаясь прикрыть лицо. Слёзы текли по щекам и по шее, он едва мог дышать, а вмиг побледневший официант не знал, куда деваться от неловкой семейной сцены.

— Сука, — вновь прорычал альфа, неотрывно смотря на рыдающего. Стало ясно, что хоть слёзы и настоящие, но использует их Митчелл исключительно ради дела, как первоклассный актёр.

Виктор был зол. Нет, даже не на то, что парнишка портил ему личную жизнь, мешая знакомиться с красивыми и небеременными. А на то, что тот делал всё если не наперекор — пока что, — так уж точно с желанием насолить, отомстить и обломать. Альфа к такому отношению омег к себе не привык и готов был придушить «малолетнего мудака», ловя себя на мысли, что впервые так думает про омежий род. Молча расплатившись картой, мужчина оставил щедрые чаевые официанту и, рыкнув на Райана, ушёл на улицу покурить.

Митчелл взял себя в руки с огромным трудом, он медленно оделся и поплёлся следом за альфой лишь через несколько минут. Встав подальше, чтобы не дышать дымом, омега хлюпал носом и никак не мог успокоиться. То, что начиналось как небольшая пакость, превращалось в настоящую затяжную истерику, которая отбирала последние силы. Послушав это несколько минут, Вик прочёл пришедшее сообщение и, затушив окурок в урне, подошёл к парню вплотную, закрывая собой от порывов ветра и дождя.

— Всё, хватит, успокаивайся, — как можно мягче проговорил он и тяжело вздохнул. Покупая ребёнка, Шелдон, привыкший жить один, думать только о себе и своих интересах, совсем не был готов выстраивать отношения с другим человеком.

Будто забыв, кто перед ним, Райан доверчиво прижался, пачкая мужчине дорогое пальто. Дрожь в теле никак не проходила, омега учащённо дышал и держался ладонью за живот. Он хотел столько всего наговорить, выплеснуть на альфу разом всю свою боль и злость, но не стал и только негромко сделал вывод из этой невысказанной тирады:

— Никого больше к себе не подпущу. Никогда. Любовь — это дурацкая выдумка, а я не хочу больше ни от кого выслушивать, что я только подстилка.

Шелдон вытянул полы незастёгнутого пальто и завернул в них омегу, прижимая его к себе крепче. Стало стыдно, словно только сейчас Вик вспомнил, что перед ним юный мальчишка, омежка, беременный, а он, взрослый альфа, вёл себя просто отвратительно, доведя столь хрупкое создание до истерики, совершенно нежелательной сейчас для здоровья Райана.

— Ладно, извини, я снова погорячился. Никто так не думает. Да — дурак, да — наивный, но тут и правда больше спрос с того мальчишки, что заделал тебе ребёнка, чем с тебя. Даже несмотря на свой возраст — обязан был взять ответственность, решать проблему, а не прятаться, как трусливая сучка. Так что он ещё хуже, чем ты, можешь быть доволен. Позлорадствуй. — Альфа попытался улыбнуться, надеясь, что не сделал хуже своими словами. Из-под пальто только снова громко всхлипнули и теснее вжались в чужое тёплое тело. Райану было паршиво, и физически тоже.

— Мой бывший себе уже другого нашёл, так что неважно — хуже или нет, он счастлив. И ты будешь, когда родится ребёнок, и только я останусь один.

— Ну, один, — согласился тут же Виктор, не видя в этом ничего ужасного, и добавил, вспомнив про несомненный бонус: — Зато на «Бентли». Твой альфа будет ещё полжизни на такую машину копить, а ты уже в универ на такой будешь ездить. Разве не круто? Да и универ себе подберёшь, какой хочешь, где таких же «Бентли» будет сотня на парковке. Уж лучше так, чем любовь. И это я уже не говорю о трёхнедельном отдыхе во Вьетнаме. А если будешь себя хорошо вести, может, ещё куда со мной съездишь.

Митчелл молчал, тихо плача альфе в плечо и слушая его спокойный, уверенный голос. Не хотелось больше ни спорить, ни ругаться, только отдохнуть. Поэтому спустя минут пять тишины Райан осторожно пожаловался: