Смерть и возрождение. (2/2)

— Хехе… шутишь что ли? Меня такой вариант более чем устраивает! Жаль конечно, что я не увижу его бездыханного тела, но даю тебе полный карт-бланш на действия!

— Чего и следовало ожидать от такого безбашенного типа. Что ж, прощай… Зеро.

Время вернуло свой обычный ход, Наруто выкачал почти всю чакру из Зеро и уже было улыбнулся своей победе… как внезапно чакра биджу начала расти в бешеном темпе, куда быстрее чем Узумаки успевает ту выкачивать!

— «Откуда столько чакры? Он же не настоящий джинчурики, чтобы вот так восполнять свои запасы! Хотя постой… если биджу мёртв, то может ли быть, что это тело подобно якорю притянет к себе воскрешённого зверя?» — никто не знает как именно работает воскрешение хвостатых, однако известен один факт — чем больше чакры биджу находится в определённом месте, там он и появиться. Сейчас блондин наблюдает именно это явление, но «местом обитания» той самой чакры является парень перед ним.

Тем временем тело Зеро начало трескаться, как фарфор наполненный магмой, после из появившихся трещин начала вытекать жидкая чакра биджу. Узумаки, почуяв неладное, попытался разорвать между ними дистанцию, однако его руку стиснули в железной хватке, и со словами — «Не уйдёшь.» — умирающий Зеро победно оскалился.

— Верно, не уйду… — согласился Наруто, здраво рассудив, что из зоны действия предполагаемого взрыва уже не сбежать, даже смерть самого Зеро ничего не изменит.

— А значит есть только один выход! — Карма начала с новой силой поглощать чакру, что заметно ослабит выброс, но не предотвратит его.

— Прячешь под своей бравадой отчаянье. Пф, перед лицом Шинигами все равны. — в последний раз фыркнув, Зеро, который раньше носил имя Ёситацу, засветился настоящей сверхновой.

Наруто это видел, и всё что ему оставалось делать, это покрыться плотным слоем алмаза и сказать одно слово. — Б*ять… — раздался мощнейший взрыв невиданных масштабов. Он полностью уничтожил всё в радиусе десяти километров, а ударная волна разошлась километров на сто, его эхо отразилось на весь мир и любой обладатель чакры ощутил эти колебания в пространстве.

— Ух… что это было? — пошатываясь, Учиха наконец-то встала на ноги. Когда контузия прошла, а в поле её зрения попался гигантский столб дыма, в её душу проник липкий страх, если не ужас.

— Нет… только не… — до мяса прикусив нижнюю губу, Киёми снова двинулась туда куда изначально направлялась, но уже с утроенной скоростью, что может истощить и так скудные запасы чакры Учихи.

***</p>

Когда она почти добралась, то увидела фигуру с посохом в необычном одеянии: конусообразный головной убор с тканью закрывающей всё лицо, белое хаори с плетённым красным поясом, тёмные мешковатые штаны и деревянные сандалии. Он спокойно стоял на самом краю огромного кратера и вглядывался вдаль. Кем бы ни был этот человек, он явно не обычный смертный, и судя по тому что он начал поворачиваться к ней, он заметил её присутствие. Не долго думая, Киёми напала на странного типа, но тот играючи уклонился от её выпада.

— Так-так, Учиха собственной персоной. — весёлым тоном сказал незнакомец, параллельно растворяя свой посох прямо в руке.

— Кто ты такой? — Киёми в три прыжка разорвала расстояние и опасно сверкнула шаринганом. Ей не понравилось то, как от её внезапной атаки легко уклонились, ведь она нанесла свой лучший удар адресованный шее. К тому же, чем-то этот незнакомец отдалённо напоминает Теучи. Может это сходство связано с едва ощутимой чакрой, будто он обычный человек?

— Всего лишь наблюдатель, который по указке хозяев следит за некоторыми интересными личностями. — вскинув в стороны руки, ответил незнакомец.

— Следит? — Киёми повнимательнее всмотрелась на своего нежданного собеседника, и приметила на его шее кулон с небезызвестным символом, треугольник на фоне круга.

— Ты из культа Джашина. — мгновенно напрягшись, девочка разогнала по телу прорву чакры. Драться она не намерена, подобное «развлечение» сейчас непозволительная роскошь.

— О, чего и следовало ожидать от глазастой Учиха! — Мужчина непринуждённо отошёл от обрыва и зашагал в сторону Киёми. — Ты права, я великий и ужасный слуга господа нашего кровавого! Не хочешь ли ты уверовать, дитя? Уверен, тебе понравится в наших рядах. — Широко улыбнулся он.

— В ваш клуб я не вступлю. А теперь уйди с дороги, иначе… — не впечатлившись, Киёми сделала глубокий вздох… — «Катон: Гоокакью!» — и выдохнула огромный огненный шар прямо в сторону незнакомца! Мастерство в огненных техниках у Киёми настолько возросло, что ей не нужно складывать печати для использования Б-ранговых дзюцу катона, а для более сложных дзюцу ей нужно будет всего две или три печати, максимум пять. За подобное надо благодарить Теучи, что вовсе мог обходиться без печатей.

— «Сейчас!» — брюнетка уже было рванула в глубь кратера, как тут огонь, окруживший незнакомца раскрутился спиралью и набросился на свою же хозяйку! Учиха практически мгновенно справилась со своим удивлением и послала в ответ ещё один огненный шар, мгновение, и произошёл взрыв от столкновения двух идентичных по силе техник. — Сегодня точно не мой день… да ещё и четверг, который я ненавижу всей душой, совпадение ли? — иронично проворчала Киёми из-за большого острого камня в бедре, что вызвал некоторые неудобства в передвижении.

— «И что вообще это было?» — Негодовала Учиха, попутно вырывая из бедра злополучный камень. От своего оппонента она ничего не почувствовала, точнее было что-то другое, и это «другое» заставило алоглазую на долю-секунды растеряться.

— Быстро, очень быстро! Можно даже сказать молниеносно! — раздались хлопки из пыльной завесы. Порыв ветра и девочке открылся вид на мужчину окружённого странными иероглифами, они нарезали вокруг его тела круги и светились мистическим белым сиянием.

— У меня аж ж*па вспотела, когда ты так внезапно послала в меня этот огненный шарик. И это без ваших фокусов пальцами. Мало кто способен на такое… но я, не сочти за хвастовство, повстречал нескольких, не побоюсь этого слова, монстров, что были способны на такое. — торжественно закончил неизвестный. Стоит вкратце разъяснить о ком только что шла речь, ибо тема интересная.

Всего этих «монстров» десять, они являются сильнейшими самураями Страны Железа, являясь его Столпами на протяжении вот уже двухсот пятидесяти лет. Каждый из этих воинов настолько силён, что способен противостоять джоунину S-ранга в бою один на один. Бывали даже случаи их безоговорочной победы. Конечно, таких прецедентов за всю историю не насчитается и пары десятков, но зато каждый из них был связан с выдающимися шиноби своего времени, такими как Бессмертный Какузу. Что до рода их деятельности, то это охрана их господина Даймё и охота на международных преступников от А до S-ранга, не меньше.

— ....... — Киёми не стала поддерживать диалог, вместо этого она незаметно пустила мощный разряд тока по земле. Незнакомец сразу приметил данный ход и прыгнул на несколько метров в высоту… зависнув в воздухе. Нет, он встал на воздух будто на твёрдую поверхность.

— «Да что это за фокусы? Кто этот тип вообще такой?!» — Киёми попыталась разглядеть секрет его трюков своим шаринганом. Результат оказался неожиданным — ничего не получалось. Этот мужик как будто экранировал себя чем-то, что способно искажать обзор её додзюцу. Такого явления юная Учиха ещё не встречала, и это пугает её.

— Это тоже было опасно! Ты, дитя, воистину опасная особа! Му-ха-ха-ха-ха! Ну да ладно, пора и мне проявить себя с наилучшей стороны! Ты уж постарайся уцелеть! — взмах руки, и на его пальцах появились бумажки со странными символами, на этот раз от них исходил жёлтый свет. Незнакомец швырнул их в сторону Киёми, но те банально не долетели до неё. Учиха уже было огрызнулась, как тут с небес ударили молнии.

— «Такая примитивная атака не сможет поймать кого-то вроде…» ААААААА!!! — Молнии поразили Учиху не смотря на то что она успешно уклонилась. Тело парализовало и алоглазая рухнула на землю в бессилии, только конвульсии и болезненные стоны давали понять, что девочка ещё жива.

— «П…почему… я же… видела атаку…» — Киёми никак не отпускало негодование, ведь она видела в каком направлении двигались молнии, но всё равно по ней попали. Открыв глаза, брюнетка посмотрела на стоящего над ней незнакомца. В нём ничего не изменилось, как стоял на своём месте, так и стоит. Вдруг ей на глаза попались едва заметные человеческие фигурки из бумаги, которые нарезали над ними круги.

— Наконец-то заметила. — подал голос мужчина, проследив за её взглядом. — Верно, именно эти малыши ответственны за твоё нынешнее состояние. — Мужчина принял сидячее положение, будто тот сел на воздушное кресло.

— Знаешь, обычно после моих молний от человека не остается и мокрого места, а тебе не просто удалось выжить, но и сохранить своё тело в относительной целостности, это несколько настораживает. Стоит дать тебе побольше времени и ты станешь грозной силой с которой нужно будет считаться. Я просто не могу этого так оставить, поэтому… — в его правой руке появилось копьё полностью сотканное из молний. — прощай, дитя. — Он метнул копьё в беспомощную девочку, как тут…

— АААААА!!! — взревела Киёми, буквально заставив своё тело восстанавливаться ударными темпами! Секунда, и Учиха снова на ногах ещё до того как копьё её достигло, более того, она недолго думая сама покрылась чакрой молнии, что дало ей некоторый иммунитет к атаке противника. Столкновение двух стихий вызвало яркую вспышку и очередной взрыв, тем не менее, Киёми, несмотря на серьёзные раны, не двинулась с места ни на сантиметр.

— Хо, уже оправилась? Насколько же ты крепка? Давай проверим! — Незнакомец после своего возгласа появился прямо перед Киёми. Занося руку, он произвёл режущий удар, который чуть не лишил брюнетку головы.

— «Какой быстрый!» — она уклонилась, однако рана на щеке всё равно осталась. Начался бой в рукопашную, которую Киёми безбожно сливала несмотря на свой шаринган! Создаваемые «помехи» активно мешали читать движения противника. Разорвав дистанцию, Учиха начала посылать в него техники трёх стихий — Райтон, Фуутон и Катон, но они либо уходили в молоко из-за чудовищной скорости противника либо просто разбивались о его несокрушимую защиту. Даже иллюзии оказались ему ни по чём.

— «Тай, нин, ген… ничего не работает!» — самообладание юной Учиха начало постепенно сходить на нет, враг оказался несоизмеримо сильнее неё. Понемногу её начала одолевать дрожь, страх за свою жизнь начал показываться на свет, однако усилием воли девочка смогла побороть себя и продолжить сражаться.

— «Он слишком силён… куда сильнее всех кого я встречала до него, даже та двуногая рыба была послабее». — мрачно заключила Киёми. В бою с Хошигаки она хотя бы поцарапала его и заставила слегка напрячься, однако ЭТОТ противник даже бровью не повёл на все её старания, что уже показало разницу между ними.

— «Стандартные тактики против него бесполезны, каким-то шестым чувством он читает меня как открытую книгу, обычные техники тоже не возымеют никакого эффекта, это он наглядно продемонстрировал. Значит… Теучи-сан, похоже мне придётся нарушить ваше табу, как и данное вам обещание…» — виновато подумала девочка, покрывшись густым синим пламенем.

В нём не было ни капли обычной чакры, вместо неё была использована прорва жизненной энергии, которая, в отличие от обычной чакры, даёт огромный прирост к физической и духовной силе. Данная техника по своей природе похожа на Хачимон Тонко, она тоже сжигает жизнь пользователя в обмен давая огромную силу, но в отличии от Хачимона у техники Теучи нет промежуточных ступеней с первого по восьмой.

— «Десять секунд… надо покончить с ним за десять секунд.» — Правда вот Киёми эту технику не выучила в должной степени, месяц не тот срок, чтобы в совершенстве овладеть ниндзюцу категории «Кин», поэтому её тело уже начало разрушаться и даже её мощная регенерация еле справлялась с последствиями. Взмахнув рукой, Киёми вызвала настоящий огненный торнадо!

— ?! — барьер неизвестного принял на себя основной удар, чтобы практически в ту же секунду начать трескаться! — «Неужели она использует жизненную энергию, как основной источник? Сумасшедшая! И откуда она выучила запретную технику Онмёджи?! Неужели кто-то помимо меня практикует это искусство?» — теперь настала его очередь удивляться.

Сия техника не связана с приёмами шиноби, черпать силы из жизненной энергии способны лишь Онмёджи, но они же давно вымерли. Не как люди, а как сама эпоха. Однажды и шиноби настигнет эта участь, это лишь вопрос времени. Но сейчас важно одно, задавить выскочку, что ступила на неизвестную для себя территорию. Онмёджи — не шиноби. Их грани силы куда более размыты, чем у убийц из скрытых селений.

— «Хе, как же она не опытна. И всё же… отрадно видеть кого-то кто способен удивлять.» — усмехнулся мужчина, который справился с удивлением в следующую секунду. Немного усилив свою защиту, он полностью свёл на нет отчаянную атаку девочки. Когда синее пламя перестало загораживать обзор, то он не застал на месте свою противницу…

— «Сдохни!» — Киёми набрала высоту, чтобы сначала ударить по тем фигуркам, а после и по их владельцу. Все свои силы она сосредоточила в ладони, колоссальное количество жизненной энергии сжалось в виде маленькой сферы, но размер не умолял его мощи. Фигурки оказались слишком близко от источника жара и просто сгорели, потом она словно ядро опустилась на незнакомца, чтобы покончить с ним одним мощным ударом. Когда она почти настигла его, он засветился зелёным светом и… испарился. Вся мощь удара ушла в никуда, лишь изуродованная земля пострадала от отчаянной атаки Учихи.

— «Нет… я же всё рассчитала…» — растерянно смотрела она на обугленную землю под собой.

— Столько усилий, и всё напрасно… — послышался в стороне насмешливый голос. Едва Киёми повернула голову, как тут в её лицо врезалась нога, сломавшая ей нос и заставив опрокинуться на спину.

Несмотря на своё плачевное состояние, она волком посмотрела на своего обидчика, и такое ему не понравилось. Онмёджи вытянул руку, чтобы на ней свободно появилась катана сотканная из жёлтых дуг молний, мгновение, и та вошла прямо в шею обессиленной девочки, вызвав у той сильнейшие конвульсии.

Брюнетка уже не могла воспринимать реальность из-за ужасной боли, а кровь, смешанная с пеной, не давали ей нормально закричать, не то что говорить. Киёми закатила глаза, сознание начало гаснуть. Спустя три минуты подобных пыток, она впала в коматозное состояние, тем не менее, её тело продолжало дёргаться из-за постоянных разрядов.

— Дело сделано, мастер. — вдруг заговорил Онмёджи, так и не убрав из шеи своей жертвы лезвие катаны. Недавнее безумие в глазах теперь сменилось могильным холодом.

— Отлично. На этом твоя работа окончена, можешь возвращаться назад. — довольно ответил голос в голове незнакомца. Свою работу он и в самом деле выполнил — подставил давно вымерший культ, выжившие члены которого давно разбрелись по миру и прячутся от глаз злопамятных шиноби, сейчас же их будут искать с удвоенной силой, особенно на территории Страны Огня.

— А что делать с девчонкой? — Поинтересовался мужчина, глянув на тело своей недавней противницы. Как бы странно это не звучало, но она ему приглянулась, своей силой, решимостью и, чего греха таить, красотой. Будь его воля, оставил бы себе, однако слова Мастера для него закон и обжалованию его приказы не подлежат.

— Доставь её к нам, её сила может пригодится для исполнения нашей воли. — заинтересованно ответил голос, видимо, она чем-то напомнила Еситацу. Если они склонят её на свою сторону, то потеря Еситацу не станет проблемой, ведь на его место встанет та кто обладает куда большим потенциалом.

— Вас понял. — связь оборвалась. — Что же, дитя, на тебя обратил внимание Мастер. Так что будь добра, просто сдайся. — Онмёджи перестал мучать Киёми разрядами, чтобы та смогла услышать его слова. Всё таки он джентльмен, донести до прекрасной особы такую благую весть, это дело чести и принципа.

— Н-ни-никогда… — из последних сил прохрипела Учиха.

— Упрямая, впрочем, такие у нас ценятся. — весело хмыкнул Онмёджи. Сила молнии вновь стала набирать мощь, тело Киёми начало биться в конвульсиях сильнее прежнего, ещё чуть-чуть и её мозг может умереть. Но магу было плевать, Мастер в любом случае сможет её исцелить и склонить на свою сторону. Уж в этом он был уверен на все сто.

— Хм? — онмёджи почувствовал на груди странную тяжесть. Взглянув на место дискомфорта, он обнаружил маленькую чёрную дыру, которая постепенно увеличивалась в размерах.

— Что эт… ?! — он отпрыгнул назад, едва почувствовав как рёбра чуть не сломались под сильным давлением. Вдруг миниатюрная чёрная дыра сорвалась с места и начала преследование. Не желая рисковать, онмёджи возвёл вокруг себя барьер, что может нивелировать любую чакру.

Маленькую аномалию подобное препятствие даже не затормозило. Та просто поглотила часть барьера, разбив его вдребезги. Онмёджи такое нехило удивило, ведь на его памяти никто не мог разрушить его барьеры (Кроме Мастера). Беглым взглядом пройдясь по округе, он обнаружил в ста метрах небольшую группу шиноби из трёх человек (не считая собаки. Четвёртый член команды Хатаке не смог выдвинуться из-за серьёзных ранений, им оказался Марибоши Шин, сенсор команды), что на большой скорости направлялась в его сторону. Один из них привлёк куда большее внимание, поскольку от него чувствовалось сильное давление чакры, и Онмёджи почти сразу узнал его — это Хатаке Какаши, Копирующий Шиноби Конохи. Это он управляет миниатюрной чёрной дырой.

Онмёжди начал думать, стоит ли сражаться с кем-то, кто обладает неизвестной силой? Нет, не в его случае, когда есть возможность безопасно отступить и изучить противника, а уже после, при следующей встрече, быть готовым к бою с ним. Да и к тому же, он будет в меньшинстве. Конечно, в отряде Хатаке вряд ли кто-то представляет для него угрозу, однако те могут стать прекрасным отвлекающим фактором, который может сыграть против него злую игру.

Поэтому не став рисковать, онмёджи решил отступить и нарыть по пепельноволосому шиноби необходимую информацию, чтобы в будущем быть готовым ко встрече с ним. И ему было жаль, что девчонку не удастся забрать, но с другой стороны, та вряд ли оправится, внутренние повреждения мозга должны быть слишком обширными. Только Мастер может сделать хоть что-то чтобы её исцелить, даже Сенджу Цунаде тут будет бессильна. В последний раз бросив взгляд на полу-мёртвую девочку, онмёджи исчез в зелёной вспышке света.

— … — не смотря на коматозное состояние, Киёми крепко сжала кулак, будто давая себе немое обещание — «Я найду тебя…» — после она перестала двигаться, казалось, жизнь в ней полностью угасла.