Глава 14. Почаевы (2/2)
«Ну вот как так можно: совершенно не интересно, что с мужем, зато очень волнует какая-то Даша!» — Софья Михайловна остервенело тёрла губкой тарелку.
— Вроде ничё так. Смешная, — Соня улыбнулась.
— Смешная? — Ольга недоумённо посмотрела на дочку.
— Ну, она невысокая и чуть полновата, и волосы русые с пробором на голове посредине… кстати! У меня такая кукла была! Помнишь, ма? Тряпичная. Синтепоном или поролоном набитая. Мягусенькая, — лицо Сони расплылось в улыбке, — у неё платьице было такое клетчатое. Кажется, серое…
— Голубое. Оно просто полиняло от частой стирки, — отозвалась от раковины Софья Михайловна. — Ты её повсюду с собой носила, а потом спать, чтобы только с ней. Как можно в постель такую грязищу?
— А куда она подевалась?! — Соня повернулась к бабушке.
— На даче. Скорее всего на чердаке в коробке.
— Ой! Надо обязательно забрать!
— А у меня в детстве любимой игрушкой был Петрушка. Остряк в красном колпаке, — Ольга улыбнулась, — Сонюш, а поищи заодно и его?
Софья Михайловна не смолчала:
— А почему бы тебе не поехать с нами и не поискать там своего Петрушку?
«И мужа бы повидала! Может, сказать о Верке? Ведь заберёт его! Как пить дать заберёт! Там такая ушлая… Сразу подляжет. А что мужику надо… Да ещё Михаилу, в селе выросшему. А ты останешься одна…» — отвела глаза от лица дочери, боясь, что выдадут. А Соне это всё знать совершенно ни к чему.
— В следующий раз. Я сегодня не могу. Нужно к завтрашнему занятию подготовиться, — Ольга опустила глаза. Отхлебнула кофе, задумчиво постучала пальцами по столешнице.
— А мы сегодня и обратно. Может, поедем? А, мам? Ну, пожалуйста! А вечером я помогу тебе подготовиться к занятию, — предложила Соня, — ты сама говорила, что у меня хорошо получается работать с алебастром. Ей так захотелось, чтобы мама согласилась! И всё вдруг стало как в детстве: она, мама, папа, бабушка — все вместе сидят за большим столом и ужинают, беседуют… И свет такой тёплый из-под абажура над столом…
«Ну сколько можно обиду лелеять. Ах, изнасиловал! Ох! — горячий кофе обжёг нёбо, аж слёзы на глаза навернулись. — Сама виновата. Сама! Не надо было замуж выходить и мучить человека. Он и так сколько лет монахом жил. Да отпусти ты его в конце-то концов!»
— А почему бы и нет! Поехали! — Ольга поставила чашку.
***
Ни во дворе, ни на огороде Михаила не было. Дом закрыт. Софья Михайловна достала свой ключ из сумочки. Открыла дверь.
Всё подтверждало её плохие мысли: на плите — пусто, в холодильнике тоже. Пыль повсюду. Ткнула палец в цветочный горшок — пустыня. «Понятно, что цветы поливать — не мужская забота, но Миша раньше никогда не забывал это делать. Особенно к нашему приезду», — тяжело опустилась на стул.