Глава 12. Феникс, змея и клуб слизней (1/2)

________________________________________</p>

Глава 12</p>

Феникс, змея и клуб слизней</p>

________________________________________ </p>

12 октября 1969 года (воскресенье)</p>

ПЕРЕГОВОРЫ О СОЮЗЕ БЛЭКА И МАЛФОЯ</p>

Р. А. Лимус, корреспондент Визенгамота</p>

Восход двухпартийной системы?</p>

Согласно анонимному источнику из офиса Малфоя, лорд Абраксас Малфой ведет переговоры о партнерстве с лордом Арктурусом Блэком, чтобы объединить их два альянса в Визенгамоте. Альянс Малфоев с Темными семьями, включая лордов Эйвери, Нотта и Трэверса, составляет 23 места, в то время как альянс Блэков с Серыми семьями, включая лордов Гринграсс, Макмиллана и Стюарда, имеет в совокупности 14 мест. Если они объединятся, то будут представлять единую угрозу против возглавляемой Фоули коалиции Министерства и Светлых семей.</p>

— Прискорбно, что величайший совещательный орган в мире волшебников выродился в мелкую партийность, - прокомментировал лорд Патрик Аркенстоун, когда наш репортер заметил его с семьей за покупками на Косой аллее. - Что случилось с оценкой каждого законопроекта по его достоинствам? Что случилось с открытостью в работе и внесении поправок в законопроекты? Они беззаботно разрушают все эти устоявшиеся прецеденты, и это откровенно удручает.</p>

Вскоре после этого лорд Реджинальд Нотт заявил, когда наш репортер процитировал ему слова лорда Аркенстоуна: - Смешно, что [лорд Аркенстоун] утверждает, что это мы нарушаем традиции, когда наш Верховный чародей действует как главнокомандующий, приводящий в жизнь планы Министерства. Верховный чародей должен занимать нейтральную, беспристрастную и непредвзятую позицию. Но за последние несколько лет он снова и снова доказывал, что не обладает ни одним из этих качеств. Я опасаюсь за наше общество и наших детей, поскольку на таких влиятельных должностях будет находиться такой человек.</p>

***</p>

Слухи в Хогвартсе сработали на славу. После выходных казалось, что вся школа знает об инциденте с гадюкой. Удивительно, но способность Турайса к парселтангу не вызвала такого пристального внимания и подозрений, как раньше. Хотя люди по-прежнему бросали на Турайса любопытные взгляды, когда он проходил мимо, они были почти дружелюбны и уважительны. Пока Волдеморт не проявил себя, Блэку было ясно, что клеймо змееуста не так страшно, как он боялся.

Однако план Турайса затаиться, казалось, был разбит вдребезги спустя всего лишь один месяц пребывания в школе.

Теперь за ним закрепилась репутация самого талантливого волшебника, которого когда-либо видел Хогвартс, поскольку он, казалось, мог с первой попытки овладеть любыми чарами, заклинаниями или зельями. Вместе со своей фамилией и недавно обнародованными способностями к парселтангу Турайс понял, что ему больше никогда не удастся просто затаиться в толпе.

Возможно, он был просто наивен, думая, что мог бы закончить Хогвартс одним из менее запоминающихся студентов, особенно в роли наследника Блэков.

В один из дней Турайс и Алекс направлялись в библиотеку. Когда они проходили мимо одного из менее посещаемых коридоров, Турайс увидел Нотта и еще двух шестикурсников, в которых сразу узнал Малсибера и Трембли, загоняющих в угол двух первокурсников-гриффиндорцев: Джейн Шталь и Коннора Блейка. Они оба были маглорожденными, поэтому было очевидно почему Нотт над ними издевается.

— Двум гриффиндорцам небезопасно бродить по подземелью в одиночку, особенно двум грязнокровкам, - Нотт садистски улыбался, глядя, как два первокурсника трусят, прижавшись спинами к стене замка. В его правой руке была палочка, которой он угрожающе вертел перед их лицами.

— Турайс, не надо... – прошептал Алекс, потянувшись к руке Турайса, но было уже поздно, так как Блэк вышел из-за угла и попал в поле их зрения.

— Что, по-твоему, ты делаешь, Нотт? - крикнул Блэк, и Алекс с большой неохотой последовал за ним.

— Опять выступаешь в роли сборщика бродячих животных, Блэк? Сначала полукровка... - Нотт дернул головой в сторону нервного мальчика, стоявшего рядом с Турайсом, - потом гриффиндорцы и хаффлпаффцы, а теперь грязнокровки? Кто дальше, оборотни?

Малсибер и Трембли рассмеялись.

— Прекратите это, или я не буду стоять в стороне, - яростно сказал Турайс.

— Блэк, я просто пытался показать твоим друзьям первокурсникам, что произойдет, если они попытаются превратить чистокровных в предателей крови. - Нотт обернулся к двум дрожащим ученикам.

Как раз в тот момент, когда Нотт собирался произнести заклинание, Турайс выхватил свою палочку и крикнул: - Экспеллиармус!

Блэк послал мощное Обезоруживающее заклинание в Нотта, и тот рухнул на пол. Гриффиндорцы закричали, когда оставшиеся шестикурсники одновременно выпустили из палочек проклятия. Турайс и Алекс спрятались в ближайшей нише, подальше от заклятий.

— Мы умрем! - причитал Алекс, забившись в угол.

Из их укрытия Турайс направил заклинание Инкарцеро в Малсибера, который мгновенно оказался связанным. Он послал еще одно Оглушающее заклинание в Трембли сразу после того, как увернулся от его зеленого заклятия. Трембли рухнул на землю.

— Что здесь произошло?! - Профессор МакГонагалл шагала по коридору. Посмотрев на три рухнувших тела, а затем на дуэльную стойку Турайса, профессор жестко спросила: - Мистер Блэк, пожалуйста, объяснитесь.

— Простите, профессор МакГонагалл. Можно я? - пискнула Джейн дрожащим голосом. - Турайс защищал нас с Коннором от трех слизеринцев. Они назвали нас грязнокровками, а Турайса - предателем крови. Он... - Джейн указала на бессознательное тело Нотта. - направил на меня свою палочку и собирался проклясть, но Турайс поразил его заклинанием. Двое других устроили дуэль и тоже были побеждены.

— Это правда, мистер Блейк? - резко спросила профессор МакГонагалл другого гриффиндорца. Он сглотнул и кивнул, его тело все еще дрожало.

— Мистер Блэк, какие заклинания вы использовали?

— Обезоруживающее заклинание на Нотта. Затем, во время дуэли, Оглушающее на Трембли и Инкарцеро на Малсибера, профессор, - сказал Турайс, глядя на бесчувственные тела Нотта и Трембли, в то время как Малсибер лежал на каменном полу, покраснев от гнева и, возможно, стыда.

— Мистер Блэк, вы поступили благородно, защитив своих однокурсников. Однако дуэли запрещены в коридорах школы, без каких-либо исключений. Боюсь, мне придется отправить всех вас к вашему декану, - сурово сказала профессор МакГонагалл. Приведя в чувство потерявших сознание слизеринцев, она отвела их в кабинет профессора Слагхорна. Услышав новости, профессор явно разрывался между внешним впечатлением и бесстрастным отношением к своему любимому первокурснику, который смог одолеть трех шестикурсников. Нотт, Малсибер и Трембли получили выговор.

Нотт молча кипел всю дорогу до гостиной, где, как увидел Турайс, собрался весь факультет. Все слизеринцы уже слышали об инциденте, и им было интересно узнать, чем все закончится. И когда профессор Слагхорн наконец ушел, Нотт повернулся к Турайсу.

— Блэк, - прошипел он. - Ты заплатишь за это!

Турайс прошел мимо Нотта, игнорируя его, и направился в свою комнату.

— Как ты смеешь игнорировать меня?! Ты грязный маленький предатель крови! - закричал Нотт, посылая заклинание в Турайса, который плавно уклонился от него. Турайс обернулся и посмотрел на Нотта, в то время как все наблюдающие разбежались к стенам общей комнаты.

— Нотт, сейчас же отвали, это мое последнее предупреждение, - ультимативно приказал Турайс.

— Достань свою палочку! - закричал Нотт. - Сражайся со мной, трус!

— Я не хочу с тобой драться.

— Почему? Потому что ты такого высокого мнения о своих способностях? Флиппендо!

Турайс увернулся, и голубой луч пролетел мимо него. Заклятие ударилось о каменную стену позади, и он услышал звук разлетающихся по полу обломков.

— Нотт! - взмолился Турайс, - Немедленно останови это безумие...

— Релашио! - Турайс снова изящно уклонился в сторону, когда фиолетовый свет пронесся мимо. Он даже не приблизился к нему. Однако каждый промах только еще больше раззадоривал Нотта. Турайс оставил попытки успокоить парня.

— Инсендио! - Зеленые шторы загорелись.

По мере того как Нотт всё сильнее выходил из себя, его заклинания становились все темнее и опаснее. Однако Турайс не произнес ни одного ответного заклинания. Он даже не достал свою палочку.

— Экспульсо! - Книжный шкаф взорвался, разлетевшись стеклянными и деревянными обломками.

— Бомбарда! - Большой кусок мрамора лестницы разлетелся на куски.

— Конфринго! - Стена позади Турайса взорвалась. Почувствовав, что пора заканчивать это постыдное зрелище, и прежде чем Нотт начал произносить настоящие Темные проклятия, Турайс поднял свою палочку и направил ее на Нотта.

— Левикорпус максима!

Нотт внезапно сорвался с места, уронил палочку и взлетел под потолок, где беспомощно болтался вверх ногами. Турайс обвел взглядом толпу, пропуская шокированное выражение лица Алекса, и, наконец, остановил свой взгляд на Люциусе Малфое, который сидел в своем бархатном кресле.

— Я не буду повторять. Мои знакомые вас не касаются, и вы не будете на них нападать! - сурово прорычал Турайс. - Любая попытка вмешаться в мое решение не увенчается успехом.

Турайс смотрел, как Малфой крепче сжал трость, как побелели костяшки его пальцев. Он послал главе Слизерина предупреждение, и теперь Малфою предстояло принять или отклонить его требования.

Малфой встал и проговорил: - Хорошо сказано, Турайс.

Толпа зашевелилась, осознав, что Люциус Малфой обратился к наследнику Блэков по имени. Подтекст не остался незамеченным и для Турайса.

— С кем ты общаешься – только твой выбор. Нотт явно перешел границы, и я позабочусь о том, чтобы он никогда больше так не делал. Тем не менее, я бы предложил тебе опустить его, потому что будет очень жаль, если профессор Слагхорн заметит такое неприличное зрелище.

— Действительно, Малфой, - ответил Турайс. - Либеракорпус!

Нотт медленно опустился на пол, всхлипывая от слез и выглядя жалко ничтожным. Бросив последний предупреждающий взгляд, Турайс направился обратно в свою комнату, надеясь, что его точка зрения была достаточно убедительна.

***</p>

Как и ожидалось, дуэль Турайса против Нотта и уступка Малфоя сделали так, что никто больше не осмеливался открыто перечить ему на факультете. Кроме того, если кто-то и хотел сказать что-то унизительное в адрес полукровок или маглорожденных, они старались не говорить об этом в присутствии Турайса. Нотт краснел и уходил через ближайший выход всякий раз, когда Блэк появлялся в том же помещении, к большому удовольствию Турайса, поскольку ему больше не приходилось иметь дело с этим занудой. Алекс, который, как знал весь факультет, был его ближайшим другом, тоже больше не страдал от насмешек и издевательств.

За пределами Слизерина его героический поступок по спасению Джейн и Блейка быстро распространился по школе, подпитываемый присутствующими тогда первокурсниками. Тот факт, что наследник Блэков вмешался, чтобы остановить трех хулиганов Слизерина от нападения на двух маглорожденных гриффиндорцев, вызвал много вопросов. А в понедельник после инцидента вместо холодных, равнодушных взглядов, которые он всегда получал от более циничных учеников, они теперь приветствовали его оценивающими кивками...

Казалось, к нему стали относиться лучше все, кроме Пьеррикура... и еще одного заметного исключения.

Турайс искал в библиотечном каталоге книги о волшебных палочках, когда обнаружил, что литературы по данной теме очень мало.

— Мадам Пинс, - поприветствовал Турайс библиотекаря за стойкой после своих безрезультатных поисков. - У меня небольшие проблемы с поиском книг по изготовлению волшебных палочек. Я хотел спросить, не могли бы вы мне помочь?

— Что ж, мистер Блэк, смею предположить, что здесь, да и вообще где бы то ни было, вы не добьетесь большого успеха, - ответила мадам Пинс. - Изучение палочковой магии - один из самых хорошо хранимых секретов в Волшебном мире. Немногие имеют доступ к более продвинутым знаниям, поскольку они, как правило, хранятся мастерами палочек в их дневниках, которые впоследствии передаются из поколения в поколение в их семьях.

— О, понятно. Спасибо за помощь, - сказал Турайс с ноткой разочарования, после чего вернулся в глубины библиотеки, где наткнулся на Джейн.

— Привет, Джейн, - прошептал Турайс.

— Привет, Турайс, - прошептала Джейн в ответ. Блэк заглянул ей через плечо, чтобы прочитать название книги.

— Смотрю, изучаешь зелья, - заметил Турайс.

Джейн в отчаянии застонала. - Зелья - это так сложно. Все мои зелья получаются комочками, и я не думаю, что Слагхорн впечатлен. Чувствую, я провалю этот предмет.

— Комочки, говоришь, - хмыкнул Турайс. - Ты точно размешиваешь его как следует?

— Думаю, да. Я всегда следую всем инструкциям до мелочей.

— Иногда это приходит с опытом, - объяснил Турайс. - Перемешивая зелье в определенном направлении, ты перегреешь его. Недомешивая зелье, ты недостаточно катализируешь реакцию. Перемешивая с неправильной скоростью, ты можешь не добиться нужной аэрации в слоях зелья, чтобы получить нужный цвет. Использование различных типов инструментов также может повлиять на...

— Вот ты где, Блэк, - тихо сказал четверокурсник Эвелин Напьер, оглядывая книжные полки вокруг Турайса и Джейн.

— Раздел ”Восстание гоблинов”? Неудивительно, что я потратил целую вечность, чтобы найти тебя, - ухмыльнулся Напьер, протягивая свернутый пергамент, перевязанный фиолетовой лентой. - Никто никогда не придет сюда по доброй воле.

— Ты моя личная сова, Напьер? - шутливо спросил Турайс, разворачивая пергамент. - Сначала от Слагхорна в поезде, теперь...

Записка была от Дамблдора, и он хотел поговорить с ним. Турайс застонал. Он предполагал, что Дамблдор воспользуется инцидентом как возможностью поговорить с ним, но он не ожидал, что это произойдет так скоро.

Напьер, казалось, уловил перемену его настроения и сказал: - Блэк, никто со Слизерина не любит иметь дело с директором. Тебе стоит просто быстро покончить с этим.

— Это от профессора Дамблдора? – Прошептала Джейн. - У тебя проблемы, Турайс?

— Я так не думаю... То есть, я ничего не сделал... - Турайс запнулся, вспомнив, что произошло две ночи назад. Дамблдор мог узнать о том, что он сделал с Ноттом.

Джейн, должно быть, заметила изменение в его выражении лица, но неправильно истолковала причину. Она быстро прошептала: - Это из-за твоей дуэли с Ноттом? Это не твоя вина! Я могу рассказать ему всё!

Турайс совершенно забыл об этой дуэли, так как в его памяти доминировала конфронтация с Ноттом в общей гостиной.

&#039;Точно, Дамблдор, должно быть, интересуется этим случаем.&#039;

— Что ж, я пойду с тобой, Турайс, - решительно вздохнула Джейн, начиная собирать свои вещи, - и Коннора мы тоже возьмем!

— Послушайте, мисс Шталь, директор звал... - Напьер начал протестовать.

— Турайсу просто придется сделать крюк, - Джейн бросила внимательный взгляд на старшего мальчика, - не так ли?

Напьер застыл в шоке, когда Джейн схватила сумку Турайса и вытолкнула его из библиотеки. Сделав остановку в коридоре недалеко от портрета Полной Дамы (Джейн постаралась сохранить в тайне расположение общей гостиной Гриффиндора и прошла оставшееся расстояние одна) и подхватив нервно выглядевшего Коннора Блейка, они направились к месту назначения.

— Удачи, - сказал Напьер, приглашая троицу вперед, все еще слегка ощетинившись из-за поведения Джейн. Турайс подошел к горгулье, и она отпрыгнула в сторону при его приближении. Удивительно, но двум гриффиндорцам тоже разрешили войти. Они поднялись по лестнице, и Турайс, подняв щиты Окклюменции, постучал. Он бесшумно открыл дверь, и троица оказалась в пустой комнате.

— Директор? - крикнула Джейн, первой войдя в большую круглую комнату. Эхо ее голоса вскоре было заглушено легким жужжанием множества изящных серебряных приборов, которыми была уставлена комната.

Однако внимание Турайса привлекла золотая жердочка, возвышавшаяся над письменным столом в центре комнаты. На нем апатично клекотала дряхлая птица в черных перьях. Несколько почерневших хвостовых перьев отвалились и плавно опустились на поднос внизу.

&#039;Фоукс. Сегодня день сожжения.&#039;

— О нет! Птица выглядит ужасно больной! - воскликнула Джейн, взбегая по лестнице. - Мы должны сделать - аааа!

Крик Джейн и вопль Коннора эхом разнеслись по комнате, когда птица вспыхнула.

— Нам нужна вода! Ты знаешь заклинание призыва воды?! – Крикнула Турайсу Джейн: - Акуа… Агуа….

Огненный феникс догорел с громким воплем, распавшись на дымящуюся кучку пепла.

— О нет... птица директора умерла... Нас исключат, - пискнул Коннор в ужасе.

Дверь кабинета открылась, и вошел профессор Дамблдор. Троица окаменела на своих местах.

— Здравствуйте, мистер Блэк. Не ожидал увидеть мисс Шталь и мистера Блейка, - сказал он.

— Директор, ваша птица... она загорелась... мы не смогли найти воду... - Джейн вздохнула, когда директор подошел к насесту.

— Не волнуйтесь, мисс Шталь. Фоукс - это феникс, - мягко сказал Дамблдор, с любопытством глядя на крошечную гору пепла. - Фениксы сгорают, чтобы возродиться из пепла - ах, посмотрите.

Джейн и Коннор взглянули туда, куда указывал Дамблдор. Там, из остывающего пепла, появилась крошечная сморщенная голова новорожденной птицы. Дамблдор усмехнулся, глядя на очарованные лица двух гриффиндорцев, и сел за свой стол.

— Итак, чем я могу вам помочь, мисс Шталь и мистер Блейк?

Джейн взглянула на директора с растерянным выражением лица. Быстро вспомнив о своей миссии, она тут же выпрямилась и быстро затараторила в защиту Турайса.

— Сэр, Турайс не виноват! Я заставила его привести нас с Коннором в ваш кабинет. В прошлую пятницу он пытался защитить нас! Это не его…

— Мисс Шталь…

— Он не должен быть наказан за то, что сделал...

— Мисс Шталь! - громко сказал Дамблдор. - Спасибо, что рассказали мне о том, что произошло. Не волнуйтесь, у мистера Блэка нет никаких проблем из-за этого. Я просто хочу поговорить с ним наедине, - сказал Дамблдор.

— О... - Джейн запнулась, покраснев от смущения за то, что накричала на директора, - Ну... простите, сэр. Я сейчас же уйду. - Она похлопала Коннора по плечу, но парень все еще оставался неподвижным.

— Коннор, - зашипела она и мальчик вышел из оцепенения.

Джейн кивнула Турайсу, когда они проходили мимо него. После того как они закрыли дверь, Турайс повернулся лицом к директору.

— Итак, мистер Блэк. Как я только что сказал мисс Шталь, у вас нет никаких проблем. На самом деле, я хотел бы похвалить вас за вашу праведность.

— Благодарю вас, директор, - ответил Турайс, предвкушая то, что должно было произойти.

— Однако мне интересно, что произошло после дуэли, - нейтрально сказал Дамблдор.

Турайса охватила легкая паника.

&#039;Неужели он знает? Это невозможно...&#039;

— Я не совсем понимаю, о чем вы, сэр, - спокойно ответил Турайс, ничем не выдавая своего внутреннего смятения: - Ничего необычного не произошло.

— Я обнаружил изрядное количество разрушений на одной стене в общей гостиной Слизерина, конечно, она была быстро восстановлена. Но не могли бы вы, мистер Блэк, высказать свои соображения по поводу того, что произошло?

— Возможно, ученик решил надругаться над школьным имуществом, чтобы выплеснуть свое разочарование? Боюсь, я не могу предположить более весомую причину, - произнес Турайс.

Дамблдор некоторое время пристально смотрел на него. Затем улыбнулся, и напряжение в комнате спало.

— Очень хорошо, мистер Блэк. Спасибо, что уделили мне время, - тепло сказал Дамблдор, жестом позволяя Турайсу уйти. Блэк поклонился, собираясь покинуть комнату, и позволил себе вздохнуть с облегчением. Турайс как раз размышлял о том, как ему удалось так легко ускользнуть, как вдруг...

— Есть еще кое-что, мистер Блэк...

Турайс напрягся, и разом восстановил ментальные щиты. Взяв себя в руки, он повернулся и увидел, что Дамблдор торжествующе смотрит на него. Его некогда веселый нрав снова почти исчез.

— Что вы знаете о Тайной комнате?

Турайс удивленно моргнул, глядя на Дамблдора. Быстро взяв себя в руки, он ответил: - Это легенда, сэр, и не более того.

Дамблдор сложил свои длинные пальцы вместе, рассматривая стоящего перед ним мальчика. Турайс быстро сфокусировал взгляд на губах директора, пытаясь не смотреть в глаза. У него была некоторая практика в базовой Окклюменции, но, скорее всего, она была недостаточно сильна, чтобы отразить атаку Легилименции Дамблдора. Однако ментальной атаки, которую ожидал Турайс, так и не последовало.

— Я должен спросить вас, мистер Блэк, есть ли что-нибудь, что вы хотели бы мне рассказать, - мягко сказал Дамблдор. - Что угодно.

Под его пристальным взглядом Турайс словно перенесся на второй год обучения в Хогвартсе в качестве Гарри Поттера, когда более старая версия Дамблдора задала ему точно такой же вопрос. Однако обстоятельства полностью изменились.

— Нет, - твердо ответил Турайс. - Ничего такого, сэр.

Турайс никогда не планировал снова открывать Тайную комнату, особенно когда Дамблдор был начеку из-за его способностей к парселтангу. Но теперь он знал, что не сможет этого сделать, даже если захочет.

***</p>

Турайс шел вдоль стола Слизерина вместе с Алексом и Стюардом к их обычному месту для завтрака, когда Малфой окликнул его по имени.

— Турайс, - крикнул Малфой, когда Турайс подошел к середине длинного стола, - почему бы тебе не присоединиться к нам сегодня за завтраком?

Во-первых, то, что он продолжает называть его по имени, определенно вызывало беспокойство. Во-вторых, рядом с Малфоем в переполненной средней части стола было явно пустое место, что говорило о том, что Малфой планировал позавтракать с Турайсом.

Это было обычным явлением: когда Малфой приходил в Большой зал на трапезу, он всегда садился в центре стола в окружении своих ближайших союзников. Другие слизеринцы, включая детей из союзных семей Малфоя и Блэка, которые стремились подняться вверх по иерархии, также тяготели к лидерам. Турайса никогда не волновали жесткие планы рассадки, и он просто выбрал место, наиболее удаленное от толпы.

Турайсу нужно было показать, что его авторитет не ниже, чем у Малфоя, а скорее равен ему. Как и на светских мероприятиях, Турайс должен был представить себя как альтернативный вариант, другой выбор руководства, по сравнению с правлением Малфоя. Поэтому, чтобы продемонстрировать свою власть, он не мог просто выполнить указание Малфоя. Тем не менее, было бы неразумно открыто отказываться от его предложения и разжигать возможные слухи о раздоре, инициированные им...

— Спасибо за любезное предложение, - дипломатично ответил Турайис. - Однако у меня есть несколько неотложных дел, поэтому я планировал взять порцию сэндвичей и уйти. Уверен, вы меня извините.

Турайс потянулся за несколькими бутербродами и улыбнулся.

Малфой поджал губы в ответ на тонкий отказ Турайса, а слизеринцы нервно переглянулись. Сестры Блэк тоже молчали, наблюдая за разворачивающимися событиями.

После небольшой паузы Малфой спокойно сказал: - Конечно. Тогда, возможно, в следующий раз.

— Всем доброго дня, - сказал Турайс, выходя из Большого зала, а Алекс и Стюард последовали за ним.

Когда они удалились на безопасное расстояние, Алекс задал вопрос, в то время как Стюард с аппетитом поглощал свой сэндвич.

— Почему ты отказался от приглашения Малфоя, Турайс? Это может быть... проблематично.

— Ну, я не могу показать остальным, что буду следовать каждому слову Малфоя, - беззаботно сказал Турайс. - Мне нужно показать им, что наследник Блэков - его ровня, если не выше по статусу. Но самое главное, я не готов вести себя с ним по-дружески, несмотря на то, что мой дед заключил сделку с его отцом в Визенгамоте.

— Но он может отомстить за оскорбление, - тихо сказал Алекс, продолжая смотреть на свой сэндвич и вертя его в руках.

— Он не станет. Он слишком самолюбив, чтобы мстить мне только потому, что я отказался трапезничать с ним, - сказал Турайс. - И он, как и я, беспокоится о политическом положении своей семьи в Визенгамоте. Сомневаюсь, что его отец будет очень доволен, если узнает о раздоре между двумя наследниками.

— Эй, Фоули, можно мне взять твой сэндвич, если ты не собираешься его есть? Я умираю с голоду! - заговорил Стюард, и Алекс передал ему бутерброд, не отрывая взгляда от Турайса.

— И ты не беспокоишься о своем дедушке? - спросил Алекс, пока Стюард ел. – Общаясь со мной... и с Джейн...

— Прежде всего, перестань говорить о себе так, будто ты чем-то отличаешься от других, - мягко отругал Алекса Турайс. - Меня не волнует твой статус крови. Ты такой же волшебник, как и все мы, если не сильнее, учитывая твои навыки.

Щеки Алекса порозовели, но это была правда. Если бы Турайс не родился, Алекс легко стал бы лучшим учеником их года. Один только факт, что Алекс успевал за Турайсом на уроках, учитывая, что Турайс уже знал весь материал, показывал, насколько талантливым волшебником он был. Турайс не мог смириться с тем, что Алекс продолжает опускать собственные достижения.

— Кроме того, моя семья в основном связана с Серыми семьями, а не с семьями, сосредоточенными на чистоте крови, которые вступили в союз с Малфоями, поэтому, пока я нахожусь в хороших отношениях со всеми и не разжигаю споры, им нет до этого никакого дела, - объяснил Турайс. - Что касается Малфоев и их союзников, то они могут сколько угодно возмущаться у меня за спиной, но они не могут открыто оскорблять меня. Не в нынешней политической обстановке.

— Полагаю... - начал Алекс, но Турайс увидел, что его обеспокоенный хмурый взгляд стал еще глубже.

— Все будет хорошо, Алекс, - сказал Турайс, и парень неохотно кивнул.

***</p>

На фоне всего остального, что происходило, Турайс был удивлен, что уже середина ноября и, самое главное, матч по квиддичу Слизерин-Гриффиндор.

— ГРИФФИНДОР: ЧЕТЫРЕСТА ДЕСЯТЬ; СЛИЗЕРИН: СТО СОРОК! Седьмое подряд поражение Слизерина от рук гриффиндорцев!