Книга 1. Часть 34. Предложение (2/2)
- Прости, я...
Воздух будто вышел из моей груди, заставляя замолкнуть. Великий Мерлин, как же хотелось высказать ему все о Тонкс! Посмотреть в его глаза, когда он поймет, что я знаю о его предательстве. Выплеснуть всю эту боль в его красивое лицо, как ведро с кислотой, чтобы потом смотреть, как она разъедает и его душу тоже. Но я поклялась, что не стану мешать, что смогу отойти в сторону.
- Не молчи, умоляю тебя, - Римус притянул меня к себе и крепко обнял. - Пожалуйста...
- Я не смогла оправиться после Святочного бала. До сих пор. Прости, - я судорожно вдохнула и решительно выбралась из объятий Римуса. - Это сложно объяснить... После твоего отказа внутри будто все оборвалось, потеряло смысл. Я пыталась сделать с этим хоть что-то, но у меня ничего не получилось. Будто землю выбили из-под ног. Я почувствовала себя ненужной и брошенной. Это так по-детски, знаю. Прости за это. Поэтому я не хотела оставаться. После всего, что произошло, мне проще держаться от тебя на расстоянии. Я обещала тебе, что мои чувства не помешают нашему взаимодействию, но в очередной раз нарушила слово. Поэтому, пока наш разговор не зашел слишком далеко, дай мне уйти... Нам не стоит продолжать.
”Нам не стоит продолжать это фарс”, - вот, что я хотела сказать на самом деле, но не смогла закончить фразу и остановилась. В голове шумело от невысказанных слов, эмоции переполняли, образуя в груди сплошное невнятное месиво. Хотелось плакать.
- Если бы я только знал, что для тебя так важен Святочный бал... - Римус сжал кулаки. - Я никуда тебя не отпущу. Позволь мне попытаться восстановить все, позволь доказать тебе свою любовь, - Люпин взял меня за руку. - Я могу не только ждать тебя, но и действовать. Доверься мне, и я приложу все силы, чтобы вернуть тебе смысл.
Слова Римуса были сродни копью. Оно пронзило меня насквозь, выбило остатки сил и заставило вспомнить, что такое надежда. А мужчина, словно не понимая, с сочувствующим выражением лица вновь и вновь вынимал копье и снова вонзал в мое тело, чтобы окончательно добить. По щекам потекли слезы от невыносимой боли.
Зачем? Зачем он все это говорит, зачем просит дать ему шанс? Ведь ничего уже не восстановишь, все разрушено. Наши отношения - это кладбище разбитых надежд, место, где оплакивают несбывшееся.
- Больше всего на свете я бы хотела, чтобы у тебя получилось, - выдавила я. Каждое слово давалось с большим трудом. Я взглянула на Римуса, изо всех сил стараясь не умереть на месте от болевого шока, и развела руками. - Я в полном вашем распоряжении, профессор Люпин. Делайте то, что считаете нужным.
У меня не оставалось сил на сопротивление. Но хуже всего было то, что после сказанных слов в глубине души забрезжил луч надежды. Это пугало. Я схватилась за головы, пытаясь привести мысли в порядок, а Римус уверенно поднялся на ноги и протянул мне руку.
- Пойдем, - сказал он. - У меня есть идея.
В последний раз, когда мужчина говорил мне такие слова, все закончилось пятичасовой тренировкой в холодном Запретном лесу и адским испытанием на прочность, от которого трясло до сих пор. Но я послушно приняла руку и встала вслед за Люпином. Он одобрительно улыбнулся и повел меня в спальню.
Кто бы мог подумать. Я скорчила саркастичную рожу, встав посреди комнаты, где меня поставил Римус. Подумать невозможно было, чем именно он попытается ”вернуть” мне смысл. Ах, какой поворот событий! Быть такого не может.
Удивительно, что недовольная гримаса не оттолкнула мужчину. Он невозмутимо раздел меня, оставив на месте только нижнее белье. Я не предпринимала никаких действий, просто ждала, что будет дальше, заранее предвкушая разочарование. Но Римусу все же удалось меня удивить.
- Закрой глаза, - попросил мужчина. Я послушалась, а потом вздрогнула, почувствовав, как Люпин завязывает мне глаза шелковой тканью. Хм, это что-то новое. - Постой тут, я вернусь через минуту. Только, пожалуйста, не подглядывай, хорошо?
- Как скажешь, - я пожала плечами. Обещала же не лезть, сама позволила делать ему все, что заблагорассудится, а, раз так, то слово свое нужно сдержать.
Просто стоять посреди комнаты в одном нижнем белье было скучно. Я переминалась с ног на ногу и уже собиралась позвать Римуса, когда он вернулся. Мужчина поблагодарил меня за честность и попросил поднять руки над головой. Связывание? Неужели он хочет меня связать? Что ж, такого опыта у меня еще не было.
Благодаря возникшей паузе, эмоции чуть подуспокоились, обнажив саркастичность и надменность. Мне стало абсолютно плевать на то, что Люпин собирается сделать. Пусть даже ритуал закончит - плевать. Если ему так не терпится подохнуть, это его личные проблемы. Я устала от всего этого. Я хочу вернуться в Хогвартс, к Северусу и его бесящей, но такой родной холодности.
Впрочем, реальность оказалась занятней, чем я предполагала. Римус осторожно надел на меня платье через голову, опустил мои руки и застегнул молнию на спине. Губы тронула язвительная улыбка. Либо я ошиблась на счет идеи Люпина, либо у него появился фетиш на одетых женщин.
На мое счастье, оказалось, все-таки, первое. Римус взял меня на руки и куда-то понес. Путь занял относительно немного времени, но я так и не смогла понять, куда он меня приволок. В помещении немного пахло апельсинами и хвоей, что повергло меня в ступор. Я точно знала, что в замке нет мест, в которых бы сочетались два этих прекрасных аромата. Но трансгрессирование я почувствовала бы даже с закрытыми глазами, а далеко уйти за столь короткий срок мы бы не успели. Очень интересно.
Заиграла музыка. Плавная мелодия прерывалась легким потрескиванием старого граммофона. Римус зашел за спину и развязал мне глаза. Шелковый платок скользнул по моему лицу, снимая завесу тайны.
Мы стояли в библиотеке, но она не была похожа на то, к чему я привыкла с рождения. Повсюду летали маленькие цветные огоньки, все вокруг было украшено переливающимися гирляндами, а полочки над камином полностью скрылись под многочисленными ветвями пахучей ели. В углу материализовалась тумба со старинным граммофоном. На журнальном столике стояла большая корзина с апельсинами - единственным фруктом, вызывающим у меня неконтролируемое слюноотделение.
Это было похоже на сказку. На добрую, милую сказку, из тех, которые читают детям перед сном. Про отважного рыцаря и прекрасную принцессу, и о том, как они встретились полюбили друг друга, и никакие злые чары не могли разрушить их счастье... Но разве так бывает в реальной жизни?
- Боже, Римус... Как? Когда? - у меня не было слов. Из груди вырывался радостный смех. - Это... это чудо.
Римус чинно поклонился, взял мою руку и запечатлел на ней галантный поцелуй. Только после этого до меня дошло, что он одет в совершенно другую одежду. Сейчас на мужчине был костюм из коричневой шерсти, который лежал в шкафу с нашего первого раза. Догадка озарила меня. Я посмотрела на себя и все поняла. На мне было то самое коричневое платье, в котором я вышла на спонтанный ужин с родителями после схватки Люпина с Гарольдом. В тот вечер все изменилось. Мы впервые поцеловались, а потом... Потом, ночью, наши с Римусом отношения вышли на совершенно новый уровень, а и без того иллюзорный путь назад окончательно исчез.
- Мисс л'Амори, не соблаговолите ли вы подарить мне танец? - галантно спросил Римус, чуть склонив голову. Я вложила в его раскрытую ладонь руку и кивнула. Щеки покрылись румянцем.
У меня никогда такого не было. Никакой романтики, сюрпризов, ощущения чуда - только сухая логика, расчет, принципы. В семье л'Амори не было принято показывать восторженные чувства, а вместо праздников у нас проводились официальные приемы и светские вечеринки. Не совсем то, о чем может мечтать юная леди. Честно говоря, я и не думала, что когда-нибудь для меня организуют праздник. И даже плевалась от романтических книжек, сама не подозревая, что в один прекрасный момент стану похожа на героиню одной из них.
Римус кружил меня в танце. Я следовала за каждым его шагом, наперед знала каждое движение тела. Мы будто стали одним целым, полностью чувствуя друг друга. Рука в руке, глаза в глаза, сердце в сердце. Я чувствовала искреннее, глубокое раскаяние Римуса, видела вину и сожаление в его взгляде.
Могло ли получиться так, что я упустила что-то важное?
Мужчина остановился, но лишь для того, чтобы поцеловать. Его любовь и трепет обволакивали меня, заставляли вновь почувствовать вкус надежды на губах. Впервые за долгие месяцы разлуки, за кошмарное время с ночи Святочного бала в моем сердце стало спокойно. Боль и горечь уступили место всепрощающей нежности и трепету.
- Я люблю тебя, Римус л'Амори, - прошептала я, с гордостью произнеся имя своего жениха.
Могла ли я ошибаться, сделать поспешный вывод о том, что имел в виду Римус, когда говорил Сириусу, что жалеет о наших отношениях? Человек, которому не нужна любовь другого, не станет устраивать целое представление, придумывать праздник. А тут и одежда та самая, в которой мы были, когда все началось, и музыка, и украшения... Я отчетливо помнила невероятное волнение, которое испытывала, когда Римус снимал с меня это платье. Его руки, трепет, с которым он прикасался ко мне, нежность и осторожность - тогда наши чувства были столь яркими... Казалось, что это происходило в прошлой жизни.
- Наконец-то ты назвала меня своей фамилией, - произнес Римус. Его теплая улыбка исцеляла мою израненную душу. - Я так сильно люблю тебя, Соня. Ты - мой смысл, моя сила и надежда. Я хотел кое-что у тебя спросить...
- Я отвечу тебе на любой вопрос.
Внешне я беззаботно заулыбалась, но внутри все сжалось от неясного ощущения тревоги. Дух потянулся ко мне, но я отбросила его щупальца, ведь сейчас меня волновало совсем другое. О чем Римус может спросить в такой момент? Расслабив мою бдительность, он вполне мог начать задавать неудобные вопросы о чем угодно, начиная с истинной причины моего дурного настроения, заканчивая планами на будущее. Неудобно получится, если я не смогу ответить или придется соврать. Не хотелось бы портить созданное волшебство ложью и изворотливостью.
Но я снова оказалась неправа. Римус опустился передо мной на одно колено и вытащил из кармана маленькую бархатную коробочку. Мое сердце забилось быстрее.
- Я хотел сделать это позже, боялся твоей реакции, но сейчас понимаю, что зря тянул время, - Римус смотрел на меня снизу вверх, и в его взгляде читались страх, решительность и благоговение. Он открыл коробочку. В ней лежало красивое золотое кольцо с причудливым узором. - София л'Амори, ты выйдешь за меня замуж?
- Ох... - выдохнула я.
Нет... Нет-нет-нет... Не сейчас... Великий Мерлин, как мне поступить?
Предложение Римуса вызвало во мне бурю противоречивых эмоций. С одной стороны, хотелось радостно принять предложение, обрести полноценный официальный статус, чтобы мужчина больше не смел заикаться о своих страхах, но... Но меня ждало дело, миссия, если хотите, которое было важнее всего на свете. Мне предстояло снова примерить на себя роль убийцы и прикончить Гарольда и Волдеморта. Это было опасно, а Римус не обладал достаточным хладнокровием, чтобы держать невозмутимую мину в предстоящей игре.
Если Гарольда можно было одолеть в прямом столкновении, то к Волдеморту так просто не подберешься. Я - не Елизавета л'Амори, у меня нет сил, чтобы выстоять против самого могущественного волшебника современности. Оставался только вариант с подковерными играми. Втереться в доверие, расположить к себе, чтобы, когда наступит удачный момент, поразить Темного Лорда в спину. Таков был мой план, и в нем не было место слабости.
В нем не было места Римусу Люпину.
- Я снова давлю на тебя, - мужчина грустно усмехнулся и захлопнул коробочку. - Прости. Глупо было делать тебе предложение сейчас.
Внутри все рухнуло. Разве любовь - не самая мощная сила, что существует на Земле? Разве она не поможет мне побороть все страхи, сделать все иначе? Выбрать путь не во Тьму, а в Свет, что излучает мой прекрасный жених?
- Нет, постой, - я успела перехватить руку Римуса до того, как он спрятал коробочку обратно в карман, и опустилась на колени рядом. - Я согласна. Черт... Да я была согласна задолго до этого момента!
- Тогда... - Римус открыл коробочку, вытащил из нее кольцо и взял меня за руку. Его пальцы дрожали, когда надевали на меня кольцо. Я не могла поверить в то, что согласилась, мысленно проклиная себя за эту слабость. - Теперь ты - официально моя будущая жена, София л'Амори. А я - твой будущий муж. И это лучшее, что со мной когда-либо случалось.
Римус заключил меня в объятия и нежно поцеловал. От него исходила такая мощная волна счастья, что я невольно подцепила его настроение. Сердце радостно забилось, душа ликовала. Тьма отступила, я вообще перестала ее чувствовать. Стало так светло и легко, что, казалось, еще немного, и смогу летать. Дух молчал. И это было прекрасно.
***</p>
Мы провели волшебную ночь. Нет, завершение ритуала мы договорились перенести на окончание учебного года, но никто не мешал нам заниматься всем остальным. Мое тело пылало от страсти, а щеки - от смущения. Римус был со мной откровенен и своими действиями заставлял меня кричать от удовольствия.
Мы были вместе до рассвета без единого намека на сон, а потом, отчаянно зевая, я наскоро помылась и трансгрессировала в Хогвартс. Потому что уроки никто не отменял, а оценки все еще были для меня важны. И со Снейпом сегодня дополнительные занятия. Не хотелось бы обижать Северуса своим отсутствием после того, как он лично хлопотал над моим отгулом.
Уроки пролетели незаметно. А вот на тренировке с Грюмом мне никак не удавалось сосредоточиться. Заклинания выходили косо, а результат вел себя непредсказуемо. Все валилось из рук. Не дожидаясь официального конца занятий Грозный Глаз подхромал ко мне и заботливо (на сколько мог) спросил:
- Л'Амори, ты в порядке? Тебя будто подменили. Что за слабачка явилась ко мне на тренировку? С такими способностями аврорат тебе не видать, как собственных ушей!
- Простите, профессор Грюм, - я опустила голову. - Не спала ночь, вот и выходит все кособоко. Но я исправлюсь, честно!
- Нет, если бы дело было в недосыпе, то авроры были бы самыми слабыми существами в битвах против Пожирателей смерти, - Грюм хохотнул и сощурил здоровый глаз, с подозрением на меня уставившись. - В тебе самой что-то поменялось. Даю тебе неделю на исправление, если все останется на этом же уровне, то тренировки я отменю. Слабым волшебникам опасно использовать сильные заклинания. Я не готов объяснять Дамблдору, почему студентка развалилась на части на моих занятиях.
Расстроенная, я поплелась к Снейпу. Мы договорились на новые занятия по заклинаниям. На этот раз зельевар пообещал действительно научить меня своим авторским методам расправы с врагами, и я очень ждала этой тренировки. Хотя после общения с Грюмом в моей душе зародилось сомнение.
Странно получалось. Я не смогла повторить довольно простые заклинания, которые не требовали особых навыков и усилий. Такое случилось со мной впервые. Даже в день, когда я впала в кому, у меня получилось расколдовать дверь покоев Снейпа и заколдовать их обратно. Это было сложно, но и заклинания зельевар использовал далеко не простые, и по уровню они были выше, чем некоторые из тех, что не получились сегодня.
Неужели я теряю силу? От этой мысли по спине прошелся неприятный холод. Если так, то у меня не получится победить Гарольда, не говоря уже о Волдеморте. Соответственно, Римус будет находиться в опасности даже после свадьбы, а мне останется только прятаться за его спиной и молиться всем известным богам, чтобы он выжил.
В привычную подсобку я зашла в отвратительном настроении. Снейп сидел за письменным столом. Стоило мне появиться на пороге, он поднял глаза и внимательно на меня посмотрел. Мужчина был встревожен.
- Что случилось? - спросил он.
- Меня отругал Грюм, - недовольно ответила я, усаживаясь на стул напротив Снейпа. - Сегодня все из рук валится! Даже простые заклинания не получаются. Кошмар какой-то...
Взгляд Северуса стал пристальнее. Он встал из-за стола и подошел ко мне. Потрогал мой лоб, изучил состояние кожи, заставил открыть рот. Потом вздохнул и начал было отворачиваться, но тут его взгляд упал на кольцо.
- Что это? - спросил мужчина, схватив меня за руку и чуть ли не тыкая кольцом в лицо. Я чуть отстранилась.
- Римус сделал мне предложение, - выпалила я и затаила дыхание, ожидая реакции Северуса. Да, я ничего ему не обещала, но все же... Все же Снейп был и всегда будет одним из самых близких и дорогих мне людей. Пусть сердце уже не бьется так быстро, когда он рядом, но теплые чувства к нему в моей груди навсегда.
Реакция зельевара удивила меня. Северус отбежал к столу, схватил с него какую-то тряпку и осторожно стянул с меня кольцо, стараясь не задевать его голой кожей. Я не сопротивлялась - любопытство оказалось сильнее негодования. Только голова заболела немного, но это мелочи.
- Северус, что ты делаешь? - спросила я. - С одной стороны, мне понятны твои чувства, но, блин... Это уже перебор.
- Не все в этом мире крутится вокруг эмоций, мисс л'Амори, - холодно заявил Снейп. - Это кольцо заколдовано. Сдерживающие чары, насколько я могу судить, - мужчина поднял на меня взгляд, полный жалости. Неожиданно. - Люпин специально подарил тебе его. Он хочет ограничить твою магическую силу. Вопрос - зачем?