Четырнадцатое — устами младенца. (1/1)

Джемма, собрав необходимые анализы, занялась их проверкой, увлекая за собой и Фитца, отчего малышке Кобик совсем стало нечего делать. И Леопольда не посмешишь, и Баки рядом не было, потому, собрав детскую решимость в маленькие кулачки, она уверенно засеменила к Стиву. Сначала они просто друг на друга смотрели?— она суровым взглядом рассматривала его, а он пытался разобраться, что же ей от него нужно.—?Как тебя зовут? —?спросил мужчина, не выдерживая тяжелого воздействия ребенка.—?Я не могу с тобой говорить. Потому что ты для Баки никто,?— не мигая, медленно проговорила девочка. Она стояла перед ним, сжав кулаки, будто пыталась удержать в них свою уверенность,?— А еще он просил ничего про него тебе не рассказывать.Роджерс дернулся. Он не мог поверить своим ушам, хотя понимал, что ждать радушного приема не стоит?— он все же бросил всех своих друзей. И пару часов назад сделал это снова, ведь он ушел, не сказав Пегги ни единого слова. Сэм наверняка отреагирует как Баки, пошлет его куда подальше, и будет абсолютно прав. По широкой спине мужчины прошел табун мурашек, а сам он потупил взгляд, выдыхая и поджимая губы.—?И он сделал все правильно, а вот я облажался,?— тихо пробормотал он, глядя на собственные пальцы.—?Ты его серьезно обидел? —?спросила она, бесцеремонно хватая его лицо руками, не позволяя уйти от ответа.—?Да, серьезнее некуда,?— он бы с радостью почесал затылок, вот только угрожающий вид маленького ребенка ему не позволил. Нельзя было сказать, что он ее боялся, хотя стоило бы, он просто не хотел играть с огнем детской восприимчивости.—?Так извинись перед ним. Вы, взрослые, такие недогадливые. Ты даже глупее меня, потому что я бы сразу извинилась,?— похвалилась девочка, задирая нос кверху.—?Я пытался… —?вспоминая, как его поваляли в грязи, буркнул блондин.—?Если он все еще не простил тебя, значит не пытался. Или пытался недостаточно усердно. Купи ему что-нибудь, или нарисуй. У меня есть краски и кисточки, а еще мелки и карандаши, могу принести,?— не дожидаясь ответа, девочка с голубовато-белыми волосами выбежала из лаборатории.—?Она не сильно отвлекает? Кобик бывает очень надоедливой,?— с выражением сожаления отозвалась Джемма, отвлекаясь от своей работы.—?Нет, все хорошо. Она довольно смышленая,?— улыбнулся он, глядя на девушку.—?Не волнуйся, скоро уже вернешься домой. Тест займет около двух часов, к сожалению, но после этого ты будешь свободен,?— заверила его Симмонс, возвращаясь к Фитцу. Парень же, стараясь и вовсе не обращать внимания на Капитана, ни разу не заговорил с ним, чувствуя некую привязанность ко мнению Барнса.—?Это будут самые долгие два часа в моей жизни,?— шепотом сказал он, пока Кобик отвлекала Роджерса.—?Фитц,?— охнула девушка,?— Это некрасиво.—?Некрасиво друзей бросать,?— тихо фыркнул он, говоря как можно нечетче, стоя спиной к мужчине.—?Джемма не разрешит тебе рисовать на ее столе, так что ты должен спросить разрешение пойти в мою комнату,?— продиктовала девочка, пришедшая без красок, дожидаясь действий Стивена,?— Я уже все там подготовила.—?Агент Симмонс, я могу пойти с ней? —?он посмотрел на девушку, та?— на него. Она сдавленно выдохнула, оттянув немного времени, чтобы продумать стратегию ответа. Сказать да?— подставить Баки, нет?— огорчить Кобик. Ребенок ведь опаснее, правда?—?Да, но Стив,?— она поманила его к себе, чтобы переговорить с глазу на глаз, принимая серьезный вид,?— Я не против, но вот Джеймс вряд ли был бы этому рад.Роджерс понимающе кивнул, задумав уже бросить эту идею, чтобы не рассердить друга сильнее, но девочка настояла на своем:—?Мы же ему и будем готовить подарок, он не ребенок, должен будет понять!—?Делайте, как считаете нужным,?— словно не обращая внимания на нее, посоветовала Джемма, возвращаясь к пробиркам. Тяжелый взгляд и твердый голос девушки рождали сомнения, но Стивен решил, что лучше возможности поговорить может уже и не случиться. Если Баки застанет его за созданием извинительной открытки, это будет гораздо более приятным поводом обсудить поступок Роджерса, нежели тот снова протрет Капитаном полы.Блондин проследовал за ребенком до одной из комнат жилого крыла, после чего та остановилась прямо перед входом, спинкой прислоняясь к двери.—?Ты ничего не должен трогать из вещей Баки, понятно? Пока заходи, а я принесу молоко и печенье, он их любит,?— пропустив гостя внутрь, она ушла в сторону, кажется, кухни.—?Знаю,?— Стив попал в помещение со светлыми стенами и в целом уютной обстановкой. Большая двуспальная кровать, на которой между подушками сидел небольшой медведь в глупом голубом комбинезоне с красными сапожками, перчатками и воротничком. А на коричневой мохнатой мордочке?— черная маска. Чудной медвежонок грозно глядел на всех, кто проходил мимо, но уж точно не на Кобик. На стуле со стороны Барнс, стоял стул, на котором аккуратно были сложены его вещи?— одежды у него и было-то всего ничего, только форма агента,еще один запасной комплект экипировки и пара-тройка футболок в шкафу. Куртка с одним рукавом висела на спинке стула, больше всего принимая внимание мужчины. За дверью шагов пока не было слышно, потому он быстро подошел к ней, разглядывая внимательнее. Левый рукав был оторван, после чего ткань обметали. Баки всегда неплохо шил, не особо хвалясь этим, считая занятие слишком уж девчачьим. Сейчас он бы точно так не сказал. Шагов он по-прежнему не услышал, бережно снимая предмет наблюдения и прижимая к груди. Ему вдруг стало стыдно за свою слабость и навязчивость, а в горле с болью перебивался нагрянувший внезапно ком. Запаха Барнса он не чувствовал, только легкий душок порошка. В нагрудном кармане что-то звякнуло, отчего Стиву пришлось отпрянуть, загораясь желанием посмотреть, что же это.Старые военные жетоны, вернее, их искусственно состаренная копия, эскиз которых он по памяти изобразил на бумаге, заказав изделие специально для Баки. Глаза обожгли слезы?— даже после обиды, которую нанес ему Роджерс, Джеймс не избавился от подарка. Он также нащупал какую-то бумагу, пожелтевшую и ужасно мятую, такую хрупкую, что и смотреть было мучительно. Оказалось, это была обратная сторона фотографии, слегка вытершейся по краям, но в целом вполне опрятной для своих лет. Совместное фото с войны, примерно два дня после освобождения Барнса и около четырехсот солдат армии США из плена ГИДРЫ. Оба в форме, как полагается, только Роджерс без фуражки?— она закрывала все его лицо, что не нравилось фотографам. Тот факт, что Баки отказался без нее фотографироваться, им тоже не нравился, но попробуй поспорить с солдатом вроде него. Что не так, он вообще фотографироваться откажется.—?Не знал, что ты теперь еще и по чужим вещам роешься,?— сердце Капитана со свистом рухнуло в пятки. Уловив первые нотки звучного голоса друга, он молился, чтобы ему показалось, пусть это будет Кобик, но только не Джеймс.—?Баки,?— только и сорвалось с его губ, прежде чем тот спокойно подошел и забрал свои вещи обратно.—?Я же просила ничего не трогать! —?вскрикнула девочка, чуть ли не роняя поднос с тремя стаканами молока и кучей печенья,?— Баки-Бакару, я его просила!—?Он редко кого слушает, малышка, не волнуйся,?— укладывая жетоны и фотографию обратно, проговорил он,?— И не таскай так много в следующий раз, а то уронишь по дороге.—?Он должен был нарисовать открытку, чтобы извиниться! —?не унималась она, протягивая Баки поднос.—?Ему это не поможет, поверь.—?Но почему? Он же должен заслужить прощение. Пусть он надоедливый, противный, никого не слушает и у него страшные брови,?— тут она сделала коротенькую паузу, бросив недовольный взгляд на мужчину,?— Но мне же ты дал шанс, когда все говорили, что я опасна, когда хотели убить меня за то, кто я есть. Почему же ты не можешь простить его?—?Потому что он дал понять, что ему это не нужно. Потому что решил для себя начать жизнь с чистого листа. Жизнь, в которой не нашлось места его друзьям, его команде, остаткам его семьи. Потому что он ушел, когда его друзьям?— Ванде и Сэму?— нужна была помощь. Не каждый день люди на пять лет из жизни выпадают.Он не сказал про себя, потому что для него не столько это являлось потрясением. Боль свербила в подкорке отнюдь не из-за потерянных пяти годах, хотя и это могло бы стать весомой причиной негодования. Баки вовсе не хотел заострять внимания на себе, в этом не было необходимости, ведь перед ним стояли люди, и без его пояснений обращающие внимание только на них. А еще ему хотелось доказать, что свет сошелся не только на нем, другие тоже переживали уход старого друга. И Сэм, отдавший щит на опыты, и Ванда, переселившаяся в Камар-Тадж. Погано жить без друзей, но еще хуже жить с ними и в один день понять, что ты им и вовсе не нужен.—?Я понимаю, что совершил ошибку,?— неуверенно начал тот, глотая слезы,?— И не прошу тебя меня простить, просто дай мне шанс хотя бы заслужить твое прощение.Барнс вспомнил все. Он вспомнил свое принятие с горькими слезами, тяжестью на сердце и тишайшей истерикой. Он вспомнил гнев Сэма, вспомнил их торг, когда Баки отрезал волосы. Сейчас он придавал более прозаичное значение этому жесту?— они помнили нормального Стива, в то время, как Баки заставили о нем забыть. Вспомнил ту часть торга, когда он жаждал собственной крови, вспомнил депрессию, когда резал руки, чтобы просто отвлечься. Джеймс вспомнил, кто на самом деле был его семьей. Малышка Кобик, Мелинда, Фитц и Симмонс, Дейзи, Елена… Стиву среди них места не нашлось, как когда-то не нашлось место и ему самому в жизни Роджерса.—?Судьба сыграла с тобой злую шутку. Шансов больше не осталось,?— отпивая свое молоко, отрезал он, вызывающе вскинув брови,?— Думаю, в прошлом тебя уже заждались.—?Она бросила меня,?— на выдохе сказал Стивен, чувствуя, как его сила покидает тело. Он постарался посмотреть на Баки, заглянуть ему в глаза, но в ответ получил лишь холодную отчужденность.—?Не выдержала? —?это явно стало последней каплей, потому что по щекам мужчины тут же потекли слезы. Его стеклянные глаза выглядели так жалобно, пытаясь найти в Барнсе утешения, находя лишь каменный отказ.—?Да, моего характера,?— скрестив руки на груди, ответил он, собираясь с мыслями. Он поджимал губы, кусал их, стараясь хоть как-то отыграться на плоти, спасая душу. Не выходило.—?Здесь его тоже терпеть некому. Симмонс сказала, что у тебя два часа, так вот проведи их за поиском жилья,?— он отставил стакан, надевая куртку. Пришлось обойти его, чтобы добраться до телефона,?— Кобик, ложись спать, можешь отправить его обратно в лабораторию.—?Как ты мог сказать такое, Баки? —?со слезами разочарования на глазах спросила она,?— У тебя разве не болит душа от такой злобы?—?У меня ее уже с год нет,?— бросил он, покидая комнату.