Глава 38...они нас просто смели и втоптали нас в грязь... (2/2)
Андромеда сжала челюсти.
— Всё настолько плохо, Гарри? — спросила она его.
— Нора уничтожена. Вокруг трупы, я даже наступил на чью-то руку.
В этот момент Гермиона не выдержала, слова вступили в ассоциативную связь с характерным запахом и представили сознанию столь детальную и неприглядную картинку, что она, зажимая ладошкой рот, метнулась в уборную.
— Дом Лавгудов разграблен. На домах и улицах Хогсмида висят листовки, что мы с Гермионой «Нежелательные лица номер 1 и 2». За нас предлагают награду в десять и пять тысяч галеонов. А ещё амнистию любому, кто сдаст нас двоих новым властям.
— А Невилл? Ты его видел? — спросила вернувшаяся Гермиона.
— Да, — кивнул Гарри, — он с Луной и Джинни где-то под Фиделиусом прячутся. Договорились связаться завтра, поговорим более подробно. А то мы сегодня так, по быстрому: за меня переживают, за него волнуются.
Дэн слушал всё это, и ему казалось, будто он в каком-то королевстве кривых зеркал, где всё шиворот-навыворот! Вот, ей-богу, не проведи он столько времени среди магов, как хороших, так и плохих, он бы сейчас оббивал пороги Темз-Хауса, стараясь попасть к кому-нибудь из МИ5, но после долгих размышлений он понял, что и дочь не минует участь спецслужб, а уж как они безжалостны, он был наслышан.
***</p>
Уже давно стемнело, и ночь бескрайним пологом легла на город, который никогда не спит. Послышался еле слышный скрип ступеней, и на кухню спустился Гарри, усевшись за массивный деревянный стол.
— Мастер не может спать, — своим скрипучим голосом утвердительно произнёс Кричер, похожий на торопящуюся домой кухарку, которая смахивает последние крошки.
— После сегодняшнего похода мне совсем не до сна, — согласился с ним Гарри, потирая глаза руками.
Кричер внимательно смотрел, как волшебник отнял руки от глаз, судорожно вздохнул и снова закрыл ими лицо.
— Мастер снова увидел то, что видел сегодня.
Поттер и правда как наяву смотрел себе под ноги, которыми наступал в воду, заставляя колыхаться лежавшие то тут, то там трупы. Кровь и грязь уже успели осесть на дно, открывая мёртвые тела во всей их неприглядной наготе. Одно дело павшие в бою враги, которые сопротивлялись, и совсем другое — вот так убитые на свадьбе мирные люди. К такому привыкнуть невозможно.
Волшебник с трудом сфокусировал взгляд на неожиданно проницательном домовике.
— А ты откуда об этом знаешь?
— Кричер давно служит благороднейшему дому Блэк… — покрутил он когтистой рукой в воздухе и вздёрнул левое ухо. — Весь остальной дом спит, никто, мастер, вас не побеспокоит, — добавил домовик и ушёл, оставив на столе большую бутылку Огденского, стаканчик и несколько тарелок с закусками.
Утром в кухню зашла Гермиона с Дэном и протянула:
— Такого я ещё не видела…
Положив голову на руки и распространяя невыносимое амбре, за столом спал Гарри, причём по всему было заметно, что заснул он недавно. Блюда с закуской были в полном беспорядке, а огромная, на взгляд Гермионы, бутылка Огденского лежала на боку, оставив рядом с собой лишь крошечное пятнышко пролившейся жидкости.
— Чем дольше будет продолжаться эта ваша война, тем чаще ты будешь это видеть. И поверь, тебе повезёт, если он продолжит так неравнодушно реагировать, — мрачно отозвался Дэн. — Лучше поручи домовикам приготовить зелья и засунь своего благоверного в ванну.
За месяцы плена и лечения мистер Грейнджер принял реальность, в которой существовали и зелья, способные без следа вылечить похмелье, и заклинания, способные так же без следа убить.
***</p>
Гарри проснулся в постели, укрытый одеялом и согреваемый прижимавшейся к нему тёплой и приятной на ощупь Гермионой. Во всём теле была противная слабость, а руки мелко дрожали. Похоже, с Огденским он вчера? позавчера? короче говоря, недавно, сильно переборщил, но зато его отпустило: увиденное в Норе потеряло львиную долю своего разрушительного эмоционального окраса и воспринималось теперь достаточно спокойно.
— Проснулся? — прошептала Гермиона, поворачиваясь к нему лицом. — Как ты?
Гарри молча вытянул дрожащую руку, заставив Гермиону покачать головой. Она присела на кровать и взяла с тумбочки флакон с зельем:
— Вот, выпей. Ты сильно перебрал, а вставать давно пора. Это из-за того, что ты видел? — тихонько спросила она.
— Да, — кивнул Гарри и поморщился. — Жутко… Там, знаешь… Была девочка… Пять лет. Кроха… — он уставился в стену. — Её… разрубили… живую, пополам… Я потом прыгнул на кладбище. Похоронил её и её мать.
Девушка молчала, давая возможность парню выговорится.
— Но не только это, Миона… Не только… Ещё, — Гарри тяжело вздохнул. — Я не знаю, что делать. За что хвататься.
— Но мы же планировали, — начала Гермиона, но парень её перебил.
— Нет. Главное сейчас для меня — метка у тебя на руке… Мы роем библиотеку… Ты вообще там уже почти живёшь… Но… Мы так можем полжизни искать. А это значит быть запертыми здесь, — Гарри тяжело вздохнул. — И что делать в целом непонятно. Мы совершенно такого не ожидали, Гермиона. Ну, в самом крайнем случае, мы предполагали, что будет немного хуже, чем как тогда, в конце семидесятых. А не… — он уставился в окно. — Я не знаю, что делать. Отвечать террором на террор — это глупо… Смерти рядовых упиванцев они и не заметят. Но зато могут с лёгкостью убить тех, кто нам дорог. Просто придя к ним домой. А… — он скривился, но всё же выдавил из себя: — Я не готов убивать их семьи…
Гарри уткнулся в плечо девушки, и она прижала его к себе, успокаивая лёгким поглаживанием по спине…
***</p>
Гарри не интересовался прессой, особенно со времен четвёртого курса, когда мордредова муха лила навоз, в котором, по всей видимости, обожала проживать, на их с Гермионой дружбу. И тем более с пятого, когда вся Британская магическая пресса, за исключением «Придиры», издевалась над теми, кто предупреждал о возрождении Тёмного Лорда, то есть над ним и директором. По здравому рассуждению, действия прессы немало помогли приспешникам Волдеморта подготовиться к почти триумфальному выходу в свет, и Гарри то и дело приходила в голову мысль: на кого на самом деле работают магические средства массовой информации? Впрочем, сейчас, после официальной смены власти в стране, сомнений в этом уже не оставалось. Так что Гарри вообще перестал читать газеты, опасаясь со злости повредить окружающую обстановку магическим выбросом.
Неудивительно, что завтрак в этот день для него проходил абсолютно мирно. Он тщательно пережёвывал пищу и спокойно вёл беседу со всеми присутствующими за столом, ухитрившись обменяться даже парой фраз с Драко Блэком, что для обоих было сродни подвигу. Впрочем, не со всеми, на тостах с джемом до Гарри внезапно дошло, что его собственная девушка не говорит ни слова, не ест ни кусочка, чашка кофе перед ней начала остывать, а в волосах — единственном, что видно из-за развёрнутого «Ежедневного пророка», пробегают маленькие искорки.
— Э-э, Гермиона, с тобой всё в порядке? — с беспокойством спросил он, но в ответ было лишь молчание. — Гермиона! — чуть громче зазвучал его голос, тем не менее, не вызвавший ни малейшей реакции.
За столом наступила напряжённая тишина, все взгляды скрестились на скрывающейся за газетой Грейнджер. Наконец она, по всей видимости, почувствовала это или просто дочитала до конца и швырнула газету на стол, прямо на тарелку с хлопьями. Увидев исказившееся в гримасе боли и ненависти лицо любимой девушки, Гарри вскочил с места, обогнув стол, подошёл и обнял её.
— Тссс, любимая, что случилось? Что ты вычитала? Всё в порядке? — обеспокоенно спросил он.
— Нет! Не в порядке, — вдруг злым и раздражённым тоном ответила девушка. — Эти… Эти мрази, подонки… Они… — Гермиона с трудом сглотнула и, опять схватив газету, тоскливо уставилась на неё.
В комнате как будто похолодало, а поёжившийся Гарри со вполне понятным опасением спросил:
— Кто-то погиб? Мы их знаем?
— К счастью, нет, мы их не знаем, — ответила Гермиона зло. — Но тут список, — она потрясла газетой, — в нём пять имён, и ни одно из них мне ничего не говорит, да и по возрасту они все закончили Хогвартс до того, как мы в него поступили. Но это только начало. Это не случайные жертвы, их выследили, поймали, приговорили и казнили. Вот, смотри, — она ткнула пальцем в напечатанную на странице карту. — Похоже, в первые дни они бросали арестованных в Азкабан, но сейчас им понадобилось резко увеличить число арестов.
— И, полагаю, у многих из них с Азкабаном связаны не слишком хорошие воспоминания, — спокойно добавила Андромеда. — Что же они придумали?
— Концлагерь! — кулачки Грейнджер грохнули по столу, и мгновенно появившемуся Добби пришлось убирать разлившийся кофе. — Не прошло и ста лет, как британская же выдумка вернулась на нашу землю! Вот, смотрите, они лицемерно назвали его «Лагерь для переселения грязнокровок». Сто лет назад англичане уморили в концлагерях каждого четвёртого бура, в том числе половину их детей, а что будет сейчас? Ни одной «грязнокровки» не останется?
— Да и остальным тоже… может не поздоровиться, — мрачно согласился с ней Гарри. — И где это место?
— Где-то в Уэльсе, конкретнее место не указано, — просветила его Гермиона. — Но, Гарри…
— Да, я всё понимаю… Понимаю я… — Гарри тоскливо посмотрел в потолок. — Даром что ли я больше года всякие книжки про герильи читал, да Лорд Ликорис про тактику и стратегию рассказывал. Не потянем, — он опустил глаза, осмотрел сидящих за столом и покачал головой. — Да и бессмысленно. Пока мы освободим этих, наловят других.
Гермиона, бездумно оглядывая собравшихся, вдруг встрепенулась.
— Мистер Тонкс, а вы тоже есть в газете.
— Ордер на арест? — поинтересовался Тед.
— Хуже. Постановление о розыске с последующей ликвидацией как неисправимого и злостно уклоняющегося от повесток на заседание комиссии.
— Подожди, милая, — вмешался Гарри. — Какой ещё комиссии? Разве этим занимаются не егеря Тома?
— Ловят, может, и они, — задумчиво сказала Гермиона. — Причём не удивлюсь, если с участием сотрудников ДМП и Аврората, перешедших на их сторону. Опыта в розыске у профессионалов явно больше, чем бандитов с Лютного. Но приговоры выносит «Комиссия по регистрации магглорождённых».
— Интересное название придумали, — ответил Гарри. — Чтобы никто не догадался? То есть егеря ловят, а комиссия сажает в концлагерь…
— …а сопротивляющихся арестам и потенциально опасных казнят на месте, — закончила Гермиона.
— А кто входит в её состав известно? — с кривой улыбкой человека, почуявшего запах крови, которая вот-вот прольётся, поинтересовался Поттер.
Гермиона бросила на него осторожный взгляд, но всё же ответила, зачитав с газеты:
— Председатель — Долорес Амбридж. Вместе с ней работает новый глава ДМП Корбан Яксли.
Гарри криво ухмыльнулся.
— Ты что задумал? — заволновалась девушка, подозрительно смотря на него.
— Ну-у-у, — потянул парень. — Бесцельный террор — бессмыслен, это правда. Нас слишком мало, и… В общем, это не вариант. Но, — он вдруг улыбнулся, — вот точечная, адресная акция… Вот это уже имеет смысл, — Гарри окинул взглядом сидящих за столом, с непониманием смотрящих на него, и добавил: — Конкретная цель, а может, и сразу две… Это имеет смысл, — повторил он. — Хоть и для этого нам, пожалуй, понадобится помощь. Хорошо только одно: мы знаем, где можно её получить, — Гарри вдруг улыбнулся, почти так же весело, как улыбался когда-то давно. Когда он ещё радовался таким простым и обыденным вещам, как игра в карты с друзьями, победа в квиддиче, сданный экзамен…