Chapter II. (2/2)

В ответ молодой человек не получил ничего. Парень лишь приподнял худощавую руку, на которой кожаная куртка смотрелась уж слишком смехотворно, и махнул ладонью, дабы от него отстали.

Бруно нахмурился, явно недовольный подобным приёмом. Взгляд его на секунду метнулся в сторону Аббаккио, будто бы невольно стыдясь за такое поведение его собственного знакомого. Буччеллати тяжело вздохнул и потянулся рукой к пейджеру с видео-игрой. Рука, перегнувшись через всю барную стойку, ухватилась за верх экрана, одним рывком выхватывая игру из рук юноши.

— Отдай! — выкрикнул Наранча, явно не ожидая подобного. Он дёрнулся с места, чуть не сваливаясь на пол вместе со стулом, и с горящими глазами повернулся в сторону двоих клиентов. Юноша пустил зло прищуренный взгляд в сторону Бруно, покручивающего в своей руке пейджер, а затем перевёл его на Аббаккио. В этот момент Леоне показалось, что Наранча сначала удивился, увидев незнакомого ему человека рядом с Буччеллати, а затем понял, что в его глазах сверкнул точно такой же блеск, как и у всех местных, что замечали его в деревне. Недовольство, смешанное с неким презрением. Вот что он видел в сияющих глазах парня.

— Отдам, когда займёшься своим непосредственным делом, — хмыкнул Бруно, пряча видео-игру в карман штанов. — К тебе пришли клиенты.

— Что за засранца ты сюда привёл? — недовольно шмыгнув носом, спросил Наранча, скосив взгляд в сторону бывшего полицейского.

— Я, вообще-то, здесь, прямо перед тобой, — почти прорычал Аббаккио. Подобной наглости он точно не ожидал. По крайней мере, не от такого парня, который был на несколько лет его младше.

— Наранча, это не очень красиво говорить так о людях, когда они прямо перед тобой и всё слышат, — чуть смутившись, отчитал юношу Буччеллати. Он перевёл взгляд на Леоне, будто бы безмолвно прося прощения за подобное, однако тот уже отвернулся, не желая смотреть в их сторону.

— Мелкий паршивец… — проворчал себе под нос бывший полицейский.

— Мы пришли сюда тихо-мирно поговорить, — пояснил Бруно, мягко улыбаясь. — И перекусить тоже не откажемся. Принесёшь нам чего-нибудь?

— Хорошо-о, — протянул Наранча таким тоном, словно бы всё равно был недоволен. Он, прищурившись, взглянул на карман штанов Буччеллати, где секунду назад исчезла его игра, и, тяжело вздохнув, взял в руки изгрызенный карандаш и старенький блокнотик, что достал из-под барной стойки. — Чего желаете?

— Давай что-нибудь самое простое из утреннего меню и чай, — произнёс Бруно, задумавшись лишь на секунду или того меньше.

— Чай у нас закончился, — фыркнул парень, удосужившись сделать лишь одну пометку неровным почерком.

— Тогда, давай просто воду, — слегка удивившись, ответил Буччеллати. — А что вы будете, синьор полицейский?

Аббаккио только успел открыть рот, чтобы вновь одёрнуть молодого человека так его называть, как заметил его хитро поблёскивающие глаза. Леоне тут же закрыл рот, плотно сжав губы, прекрасно понимая: Бруно сказал так, лишь чтобы припугнуть мелкого пацана. От обоих не ускользнуло, как слегка побледнел Наранча, услышав подобное обращение. Он на секунду впился взглядом в Аббаккио, тут же утыкаясь почти всем лицо в блокнот.

— Выбери какой-нибудь салат на свой вкус.

— Мы не подаём сал… — не успел Наранча договорить, как Буччеллати одарил его испепеляющим взглядом. Его приподнятые вверх брови явно говорили о том, что отговорки никак не принимаются. — Хорошо, — тихо буркнул парень, спеша удалиться из общего зала в помещение для персонала.

Бруно вновь улыбнулся, и выложил на браную стойку пейджер с давно потухшим экраном. Молодой человек махнул рукой, подзывая за собой Аббаккио, и направился к столику, что находился ближе к барной стойке, но достаточно далеко от переговаривающейся пьяной парочки.

— И так, о чём пойдёт разговор? — поудобнее усевшись за маленьким столиком, спросил Бруно. Из-за размера этих самых столов Аббаккио чувствовал себя явно вне зоны собственного комфорта, понимая, что лицо парня находилось всего в метре от него, если не меньше. От подобной близости становилось не слишком приятно. Бывший полицейский был вынужден смотреть прямиком в голубые глаза, сидящие напротив.

— Ты видел здесь несколькими днями ранее полицейского, по какой-то причине приехавшего в вашу деревню? — начиная сразу с самого главного вопроса, спросил Леоне. — Раз он не местный, значит выделялся.

— Да-а, — протянул Буччеллати. — Я припоминаю, что к нам приезжал какой-то странный синьор. Правда, не уверен, что он был полицейским.

— А Периколо сразу говорил о нём, как о полицейском, — прищурив взгляд, произнёс Леоне.

— Старик Периколо сказал так? — будто бы слегка удивившись, переспросил парень. Он натянуто улыбнулся, получив утвердительный кивок. — Быть может, так и было. Я знаю только то, что с его слов, в деревню он приехал как турист.

— Но? — ожидая продолжения приподнял бровь молодой человек.

— Но, туристом от него и не пахло, — хмыкнул Бруно. — Я имею в виду, что к туристам у нас относятся приемлемо. По ним всё сразу понятно, их видно сразу. А вот, когда приезжает кто-то, решающий заняться какими-то своими секретными, никому неизвестными делами…

Аббаккио ощутил, как от слов рыбака в воздух потекло некое напряжение. Он неотрывно смотрел в его глаза, ощущая, будто бы тонет в их необъятной глубине. Глаза Буччеллати казались бездонным морем, таким же, в каком ему приходилось работать. Леоне тяжело сглотнул, опасаясь даже пальцем шевелить, пока молодой человек говорит.

— Ваш заказ, — нарушил складывающуюся атмосферу Наранча, гулко стукнувший парой тарелок по столу. Бывший полицейский перевёл на него взгляд, заметив, что юноша даже не удосужился сменить одежду, чтобы обслужить клиентов. О содержании заказа он вообще решил ничего не говорить, хоть то и выглядело более мене приемлемо. От того, о чём говорили клиенты, не сильно отличалось.

— Не хотелось бы перескакивать с темы на тему, — вздохнул Аббаккио, — но, сколько ему лет?

— Семнадцать, — проводив взглядом юношу, ответил Бруно.

— И он работает здесь? — не скрывая удивления, выдал Леоне.

— Скорее подменяет отца, — протянул в ответ Буччеллати. — Правда, тот почти не работает здесь, так что, считай, вся ответственность на самом Наранче.

Аббаккио теперь тоже взглянул вслед удаляющемуся парню, который вновь скрылся за барной стойкой, включая блёклый экран пейджера. От всего его вида и рода занятий, казалось, оставался неприятный осадок, откладывающийся на душе.

— Давай вернёмся к тому полицейскому, — вяло бросил молодой человек, качая головой.

— Ах да, — звякнув столовыми приборами, улыбнулся Бруно. — В общем, тот синьор поначалу хотел отправиться со мной на экскурсию — я занимаюсь подобным вместо отца — а затем, поменял решение и пропал куда-то.

— О своих намерениях и цели приезда он особо не распространялся? — уже и так прекрасно зная ответ, поинтересовался Аббаккио. Ответом был утвердительный кивок.

— У тебя имеется хотя бы его имя? — натянуто спросил Леоне, не желая признавать, что даже этой информацией он не владеет.

— Конечно, — кивнул Буччеллати, — я всё равно записал его в отцовский журнал клиентов.

— Мы можем посмотреть его?

— Да-а, — протянул парень, вновь смотря на бывшего полицейского с каким-то прищуром. — Он в моём доме. Можем пойти туда после того, как поедим.

Аббаккио лишь согласно кивнул. Выбора у него особо не было.

— А вы… ты не будешь против, если я тоже задам один вопрос? — неуверенно произнёс Бруно, ковыряясь в своём блюде и негромко скрипя вилкой по тарелке.

— Смотря, о чём он будет, — съязвил Леоне, посматривая на рыбака.

— Почему ты расследуешь это дело? Этого полицейского… его ведь нашли мёртвым, верно?

Молодой человек замер, услышав вопрос. Он опустил взгляд на своё нетронутое блюдо, осознавая, что есть ему вообще не хочется. От одного заданного ему вопроса тошнило. Аббаккио не хотелось задумываться над ним. Зачем он поехал в эту деревню? Чего хочет сам? К чёрту всё подобное дерьмо. Пожалуй, он и сам не знал (или попросту не находил) ответа на этот вопрос.

— Это уже явно не твоё дело, — оскалился Леоне, смотря прямиком в голубые глаза.