Глава 1. Прощай, Нью-Йорк. (1/2)

Флоренс умела это делать уже очень давно. Сколько она себя помнит, ей снились красочные сны. Сколько она себя помнит, ей удавалось уходить в мир фантазий в особенно травмирующие моменты. Но мир фантазий ли?

Однажды Блэкфайер пришлось узнать, что эти иллюзии могут быть травмоопасны. Проснувшись от очередного сна, девушка находила на своём теле неизвестного происхождения повреждения. Синяки, ссадины — всё последствия того, с чем она сталкивалась в других мирах, как выяснилось потом. Но это совсем иная, неприятная история, о которой Флоренс вспоминать ненавидит. Со временем у неё почти получилось справляться с собственными способностями, иногда у неё выходило попадать ровно туда, куда она хочет, и когда. Но не в этот вечер.

Им с ее дядей принадлежал небольшой паб в ирландском районе Манхэттена. Джордж Блэкфайер не знал ничего о силах племянницы, полагал, что у той, и правда, проблемы с головой, но, тем не менее, он взял на себя ответственность за неё после гибели старшего брата и его жены. Флоренс ведь, и правда, провела много времени в психиатрических лечебницах, пока не смирилась с реальностью. Или, если быть точнее, с кучей разных реальностей.

Это часто срабатывало само собой, например, когда девушка пугалась или злилась. И сегодня ей предстоял именно такой вечер, к большому сожалению, ведь Фло только договорилась о свидании с парнем такой красоты, что дух захватывало. Даже заранее предупредила дядю, что ночевать сегодня домой не придёт. Ей оставалось только вынести остатки мусора из паба перед тем, как кончится ее смена.

Но Блэкфайер не заметила, что за ней следят. Какой-то чертов пьяница, которому приглянулась молодая блондиночка за барной стойкой. И тогда он пошёл за ней. Вечером пятницы в пабе было не протолкнуться, никто не мог заметить, что бухой в стельку мужик пошёл за девушкой к заднему выходу. Флоренс уже закинула большой чёрный мешок в мусорный бак, когда в следующую секунду ее повалили на мокрый асфальт. Ударившись щекой, стесав кожу, она тут же закричала, но, конечно, услышать ее было некому.

— Какая хорошенькая, — хрипел мерзкий мужик ей прямо на ухо.

— Отвали от меня, свинота, — неистово рычала Фло, и в какой-то момент ей все-таки удалось дотянуться до короткого железного прута, валяющегося под мусорным баком.

Схватив своё единственное оружие, девушка резко перевернулась на спину, втыкая прут, кажется, в плечо. Но жирный ублюдок дернулся, и острое ржавое железо с противным чавкающим звуком вошло прямо в шею нападавшего. Глаза его выпучились, изо рта потекла кровь. Он пытался что-то сказать, вместо этого издавая лишь жалкое бульканье. У Флоренс пропал дар речи, она резко оттолкнулась, отползая на карачках к грязной стене. И в эту самую секунду девушка услышала вой полицейской сирены.

Ну просто, блять, замечательно!

— Что там происходит?! — выкрик из темноты.

Коп двигался прямо к ней, но пока ее не замечая — Блэкфайер успела заползти за мусорный бак. Твою мать, твою мать, твою мать. Остаётся только одно. Может быть, объяснить все офицеру было бы проще, но Фло абсолютно не доверяла полиции Нью-Йорка.

Зато доверяла себе.

Иногда.

Крепко зажмурившись, она напряглась изо всех сил, и к тому моменту, когда молодой коп обнаружил тело пьяницы, за мусорным баком оказалось пусто.

Флоренс распахнула глаза, резко закашлявшись, и тут же приняла сидячее положение. Она в лесу. Вернее — на его окраине, ведь не так далеко слышались молодые голоса. Люди что-то оживленно обсуждали, периодически взрываясь хохотом. Расценив это за добрый знак, Флоренс поднялась на ноги и, стараясь игнорировать головокружение, двинулась в сторону человеческого шума. Ей не хватит энергии вернуться обратно в свою вселенную, нужно хотя бы попить воды и найти что-то от лихорадки. У них же здесь есть лекарства, да?..

В итоге Флоренс очутилась на поляне, заставленной палатками. Вокруг, и правда, сновало много людей, но одеты они были, мягко говоря, не шибко современно.

— Пиздец, — вырвалось у девушки, чем она тут же привлекла внимание какой-то компании.

Неужели она опять попала в какую-то ебаную Нарнию? А так хотелось оказаться в месте, где, наоборот, технологии были бы развиты лучше, чем в ее мире.

— Сударыня? — какой-то парень двинулся навстречу к Блэкфайер, заставив ее закатить глаза.

Конечно, он разглядывал ее одежду. Драные светлые джинсы, короткий чёрный кружевной топ, чёрные ботильоны на толстом каблуке.

— Нет, я не падшая женщина, — с раздражением поспешила заверить Флоренс, но уже в следующее мгновение кто-то сзади резким рывком схватил ее за запястья, выкручивая их до боли. — Эй! Вы тут все такие негостеприимные?

Она всего лишь хотела стакан воды.

Вместо этого ее держали со связанными руками в одной и палаток, судя по ощущениям, не меньше двух часов. Блэкфайер уже успела взывать, сетуя на собственную слабость, не позволяющую ей вернуться в Нью-Йорк сию секунду. Уж лучше объяснять своей родной полиции, что случайно убила насильника, чем сидеть в заложниках в каком-то отсталом мире.

Ну, ничего. Это ненадолго. Энергия скоро вновь накопится.

— Так, пошли, — в палатку зашёл грузный мужчина, одним рывком поднимая Флоренс за плечо.

— Мне вообще-то больно, — запротестовала девушка. Опять останутся синяки. — Вы всегда такой грубый, сэр?

Флоренс рассмеялась, когда ее вывели из палатки, и она увидела, сколько народу собралось. Они, что, инквизиция? Решили публично ее казнить за то, что иначе одета?

— Гриши видели вспышку света в лесу, — пояснил здоровяк, все ещё державший Фло за плечо. — А потом оттуда явилась она.

— «А потом оттуда явилась она», — гундосо передразнила Блэкфайр, кривляясь и всячески паясничая.

Ничего, очень скоро она свалит.

И лишь затем Флоренс подняла взгляд, чтобы посмотреть на того, кому отчитывался здоровяк. Прям перед ними стоял высокий, статный, одетый во все чёрное красавчик. Девушка аж присвистнула. Может, и не так плохо, что ее земное свидание накрылось?

— И это тебя эти дикари вызвали из-за меня? — заигрывающая усмешка. — Я польщена.

***</p>

Он получил послание днём и едва первые строки уложились в его сознании, генерал Кириган велел заложить экипаж. Все то, что ему было известно и что передали в письме могло оказаться всего лишь глупой ошибкой. Может быть его зря отвлекли сообщением о том, что в лагере Второй Армии появилась девушка-гриш, чьи способности были неясны. Вполне может быть, что эта девушка — шпионка. Скорее всего она шпионка, ибо неизвестная возникла неоткуда и вела себя совершенно странным образом. Неудавшаяся операция? Попытка саботажа? Вариантов было много, но Кириган не верил ни в один из них, ибо всегда существовал неучтённый вариант икс.

Лошади мчали чёрный экипаж генерала все ближе и ближе к лагерю, а он все глубже погружался в свои мысли. Речь шла о его престиже перед царем, перед престижем Второй Армии и всех гришей в конце концов. Эта девчонка уже даже своим появлением портила все, что он создавал в течении многих лет. Если она действительно гриш, то придётся тащить ее к царю, чтобы продемонстрировать, если нет — ещё хуже. Слухи уже начали ходить. Слухи о том, что в лагере гришей — в самом его центре, появилась непонятная персона.

Что же сделает генерал Кириган? Что же он предпримет? Почему до этого генерал ничего не предпринимал? Как допустил?

Вопросов было много, а ответов никаких. Кириган сжал зубы глядя в окно. Проклятья девка! Годы и откровенно говоря — века, приучили его к сюрпризам, но каждый раз генерал раздражался, если сюрприз был нехорош. Он любил, чтобы все было идеально, особенно сейчас, когда отношение к гришам изменилось в лучшую сторону. Он так долго к этому шёл! Он столько сделал и теперь какая-то девчонка смеет портить все то, чего он добился. Она была тем самым пёрышком, которое наделено было возможность сломить. Но Кириган не был сломлен — напротив, он собирался бороться во что бы то ни стало.

В лагере, когда Кириган прибыл, было неприятное оживление. Выйдя из кареты он почти сразу же подозвал к себе полковника Янковского, который начал сбивчиво докладывать Киригану об обстановке. Девушка появилась буквально из неоткуда после вспышки света. Одетая и говорящая так, что было ясно сразу — она чужестранка. Но так не говорили в Шухане, так не одевались в Кеттердаме или Новом Земе. Так кто же она?

— Покажите мне ее.

И вот генерал стоит перед блондинкой, одетой весьма легкомысленно. Она смотрит на него с откровенностью блудницы и шепчет что-то с очевидным акцентом. Просто прелестно.

— Отведите эту особу в мою палатку. Это дело не терпит лишних ушей.

Он не хочет, чтобы кто-то лез в государственные дела. Ему и так хватает сплетен. Правда, это не мешает Киригану для вида оставить у входа в палатку двух гришей. Он знал, что в лагере могут быть длинные уши и языки.

— Прям так уж и сра-а-азу? — игриво тянет Флоренс так, чтобы все ее прекрасно услышали.

Здоровяк заводит ее в самый большой из шатров в сопровождении этого высокого брюнета. Кажется, он тут главный? Отлично. На самом деле, Флоренс уже не раз имела связи с мужчинами из других миров — ну нравилось ей даже вести некий список.

— И так, — генерал присаживается прямиком на стол, — Кто ты такая и откуда? Ты гриш?