Задания королевы эльфов. (2/2)

Трёхэтажный приземистый особняк, обнесённый высоким и мощным забором, был построен толковым архитектором, судя по стилю, гномом. По своему внешнему виду, он напоминал одну из их наземных крепостей. Небольшие окна, больше похожие на бойницы, толстые стены, много гранита, всё как любят коротышки. Наверняка ещё и большой подвал. В таком особняке подготовленный и хорошо вооружённый отряд мог бы довольно долго держать оборону. Но Луаваль не собирался его штурмовать. На защите и охране хозяин особняка не экономил, но всё же это не полноценная гномья твердыня. Крыша этого особняка была плоской, с высокими бортиками по краям. С такой очень удобно отстреливаться в случае нападения. В данный момент по ней прохаживалась пара охранников. Приглядевшись, Луаваль разглядел на них легко узнаваемое плетение заклинаний «Ночного зрения» и «Тревожных амулетов». Ещё двое, вместе со сторожевым псом, дежурили у основных ворот. Неплохо, для местных вполне сойдёт, но не для него.

Скрываясь за широкой печной трубой на соседней крыши, тёмный эльф улучил момент, когда оба стража на крыше нужного ему особняка смотрели в другую сторону, после чего начал действовать. Быстрый разгон, стремительный прыжок с соседнего здания, активация амулета левитации, короткий полёт, и тёмный эльф бесшумно приземлился точно на краю крыши, не задев ни одной сигнальной нити или плиты. Пара охранников со здоровенным цепным волкодавом, что дежурила у главных ворот, ничего не заметила и не услышала, также как и их коллеги на крыше. Не теряя ни секунды, Луаваль спрыгнул вниз, благо что высота была относительно небольшая.

Приземлившись в узком дворике, окружавшем особняк, тёмный эльф скользнул вдоль стены к заднему входу, скрываясь в тени. Учитывая работавший амулет маскировки, заметить его было очень непросто, даже если вглядываться. Подобравшись к заднему входу, которым пользовались слуги и через который доставляли в особняк различные грузы и еду, он прислушался. Чисто. Само собой, в столь поздний час, дверь была закрыта. Причём как на весьма толковый замок, так и на магическую сигнальную сеть. Достав зачарованные отмычки, Луаваль принялся за дело, одновременно прислушиваясь к окружающей обстановке. За забором, в Верхнем Городе кипела ночная жизнь, но здесь всё было тихо. Управившись за минуту с замком, ещё за одну минуту тёмный эльф разобрался с сигнальным плетением. Как же приятно работать, когда у тебя есть доступ к лучшему снаряжению, каким располагает королевский двор.

Приоткрыв дверь, Луаваль убедился, что на небольшом складском помещении никого нет, и проскользнул внутрь, прикрыв дверь за собой. Протиснувшись мимо запечатанных магическими и обычными печатями нагромождений ящиков, бочек, огромных амфор и мешков, тёмный эльф достиг двери, ведущей во внутренние помещения особняка. Тут стояла примерно такая же защита, разве что замок был заметно попроще. Управившись за минуту, Луаваль проник в особняк. Изнутри он выглядел также как и снаружи, как типичное жилище богатого коротышки, разве что потолки были высоковаты, больше под людей. Украшенные рельефами и барельефами стены, вся мебель только из массива дерева, тяжёлая и мощная. Большинство обитателей уже крепко спало, разве что на кухне, в соседнем помещении, пара слуг всё ещё отмывала посуду, о чём-то тихо переговариваясь, но тёмного эльфа это не интересовало.

Бесшумно двигаясь по особняку, за несколько минут Луаваль добрался до массивной и широкой двери, ведущей в хозяйские покои. Здешний хозяин относился к защите личных покоев на порядок щепетильней, чем новая владелица ушастого горе-любовника. Сама массивная дверь, окованная бронзовыми полосами, и окружающие стены, были добротно зачарованы, так чтобы не пропускать наружу никаких звуков и затуманивать магическое зрение. Вдобавок, всё помещение окружала отдельная сигнальная сеть, и ещё одна опутывала саму дверь. Неплохо, очень неплохо.

Оглядевшись по сторонам, и убедившись, что поблизости никого нет, а все прочие обитатели особняка крепко спят, тёмный эльф приступил к работе. Здесь пришлось повозиться. С сигнальной паутиной на двери удалось справиться, «перехватив» при помощи специального амулета посланный сигнал тревоги. Очень удобный инструмент, но крайне дорогой и одноразовый. Замок на двери был хорош, настоящая гномья работа, но проблему доставляло ещё и то, что хозяин не поленился закрыть её на засов. Тоже достаточно добротный. Чтобы аккуратно отодвинуть его через дверь, пришлось воспользоваться дорогим зельем, которое сделало дверь ненадолго прозрачной со стороны Луаваля. А также ещё одним амулетом, который собственно засов и «цеплял» прямо сквозь доски. Разобравшись с замками, тёмный эльф приложил к двери очередной амулет и стал ждать. Через десять ударов сердца, очень дорогой и тоже одноразовый инструмент безупречно слился с сигнальной паутиной, вплетённой в стены и дверь.

Лишь после этого, Луаваль аккуратно приоткрыл её, не подняв тревоги, и осторожно прислушался к происходящему внутри спальни. Хозяин и его новая игрушка ещё не спали, а о чём-то тихо разговаривали. Ладно, не проблема. Проскользнув внутрь спальни, а точнее в небольшую прихожую, отделённую от остального помещения добротной и плотной ширмой, вышитой искусными ткачами, тёмный эльф замер на несколько мгновений. После чего, ещё раз коснулся своего обруча на голове. Ширма тут же стала полупрозрачной и Луаваль принялся оглядываться и прислушиваться. Спальня хозяина помещения была обставлена в лучших традициях гномьей воинской знати. Точнее, той её части, что переселилась на поверхность, покинув родное Подгорье. Мощная мебель из массива дерева, в основном дуба, покрытая резьбой, на стенах звериные шкуры, черепа и рога различных зверей, а также оружие. Довольно неплохая коллекция, как гномьего, так и людского холодного оружия. Мечи, кинжалы, несколько палиц, пара копий и алебард, но в основном излюбленные коротышками топоры. Много топоров. Практически целый арсенал.

В углу стоял на специальной стойке полный комплект знаменитых гномьих латных доспехов, покрытый чеканкой и гравировкой, а также щедро украшенный золотом. Очень дорого и, по мнению подземных коротышек, очень красиво. Вот только размер был не гномий, а скорее людской. Пусть и под не самого высокого человека. Впрочем, причина была ясна. На краю широкой, но не слишком высокой кровати, застеленной одеялами из дорогущих шкур, сидел мужчина. Человек, не очень высокий, но широкие плечи и весьма крепкое телосложение, которое несколько портил небольшой животик, в купе с роскошной и ухоженной бородой до середины груди, выдавали изрядную примесь гномьей крови. Так же как широкий подбородок, большой нос и низкий лоб. Вряд ли отец, но дед точно был родом из Подгорья.

На коленях у него сидела, обхватив его длинными и стройными ногами эльфийка, что была выше него на добрые полторы головы. На шее и запястьях у неё были надеты золотые украшения. Вернее, магический ошейник и кандалы, искусно стилизованные под знаменитые гномьи украшения. Стройная, с тренированным телом Лесной Стражницы, белоснежными волосами до лопаток, собранными в две косички по-гномьи, светлой коже и грудью четвёртого размера, с парой небольших розовых сосков. В которую зарылся лицом владелец особняка, одновременно наминая широкими ладонями упругую задницу своей игрушки. Она же, обняв его за широкие плечи, ласково перебирала тонкими изящными пальцам его густые тёмно-каштановые волосы, в которых уже мелькала первая седина.

Перед ними на ковре в виде шкуры огромного пещерного медведя были разбросаны вперемешку дорогие расшитые золотом мужские одежды, сшитые по последней моде Подгорья, и как бы не ещё более дорогие женские одежды из красного и белого шёлка. Очень откровенные женские одежды, в которые правители земель, лежащих к югу от Срединного Моря, облачали своих наложниц. Тут же, в углу спальни, на небольшом столе, укрытом амулетом, поддерживающим продукты свежими, стояли несколько серебряных блюд. Одно с различными фруктами, второе с нарезанным тонкими ломтями мясом, третье с несколькими сортами сыров, нарезанных ломтиками и кубиками, а также с горшочком мёда. Отдельно стоял серебряный кувшин вина, зачарованный судя по плетению, поддерживать жидкость холодной, и пара также зачарованных серебряных кубков.

По их внешнему виду было понятно, что парочка только что весело и интересно провела время. Но прямо сейчас, хозяин особняка был занят тем, что, зарывшись бородатым лицом в сиськи своей новой ушастой игрушки… жаловался ей на свою нелёгкую жизнь.

На доставшую хуже горькой редьки стерву-жену, на которой его оженил отец, ради более чем щедрого приданного и «пользы для гильдии». И которая растеряла после родов последние остатки и так небольшой миловидности, несмотря на возможность пользоваться косметической алхимией и услугами магов-целителей. Но при этом шипела не хуже гадюки на любую возможную любовницу мужа.

На непутёвого балбеса-сына, не желавшего никак приобщаться к работе отца и делам гильдии, а лишь проматывавшего отцовские и материнские деньги на выпивку, девок, гулянки и дорогие игрушки. И ладно бы на одних породистых скакунов, которых уже целая конюшня стоит, на них хоть можно заработать, одалживая желающим заиметь жеребёнка от хорошего самца. Так нет же, щегольских шмоток накупил чуть ли не больше, чем у матери. И ещё никак не хочет понять такую простую истину, что любить можно кого угодно, а жениться надо на той, на ком нужно. А он ему такие две партии подыскал, с такими приданными, что легко можно было бы закрыть глаза на не слишком привлекательную внешность и не самый приятный характер.

На капризных и истеричных дочерей, что не блистали ни умом, ни особой красотой, и которых никак не удавалось выдать выгодно замуж, в основном по их же собственной вине. Этот им не нравится, тот не симпатичен, а этот слишком стар. Дура, так наоборот надо брать, раз стар значит скоро помрёт и тебе наследство останется! Быть молодой вдовой и при деньгах, это же счастье! Особенно, если суметь выжать из чресел старика ребёнка, а после провести Подтверждение Крови у магов и жрецов, чтобы гарантировано иметь право на наследство. Нет, так мы не хотим, а мама нас поддерживает. Зато мы очень любим клянчить папочкины деньги на новые шмотки и украшения. Потому что у внучки главы гильдии оружейников платье лучше и дороже! Или потому, что у дочек герцога новые серёжки и ожерелья, настоящей эльфийской работы…

И снова на жену. А потом опять на сына и дочек. А ещё на родственников жены. Конкурентов по торговле. И снова на жену. Длилось это душеизлияние довольно долго. Всё это время, сидевшая на коленях владельца особняка эльфийка, тихо и сочувственно мурлыкала, перебирая ему волосы и прижимая к своим сиськам. Когда же её новый хозяин достаточно выговорился, она, не переставая мурлыкать, увлекла его с кровати к широкой и довольно низкой лавке, стоявшей вдоль стены, и застеленной свежей белой простынёй. Уложив «несчастного» на живот, она взяла стоявший рядом с лавкой пузырёк и вылила его содержимое себе на грудь. В спальне тут же распространился аромат очень дорого и душистого масла для тела.

Эльфийка же, размазав его по своим немаленьким сиськам, уселась верхом на своего хозяина и принялась активно ими натирать его спину, помогая в массаже руками и не переставая мурлыкать сочувственные слова. Её владелец с блаженным выражением на бородатом лице тихо стонал от удовольствия, наслаждаясь упругостью тела ушастой игрушки. Наблюдавший же за этой сценой из-за ширмы Луаваль едва сдержался, чтобы не разбить лицо ладонью. Этой молодой дуре нужно было идти не в Лесную, а в Тайную Стражу. Отличная получилась бы агентесса, лет через двести стала бы не хуже той же Тури, можно было бы смело засылать в качестве любовницы к практически любому правителю хумасов. Даже безо всякой специальной подготовки, она отлично просчитала своего нового владельца и выбрала правильную стратегию поведения. Судя по тому, что видит Луаваль, у неё есть все шансы очень скоро перейти сначала из разряда секс-рабыни в статус официальной наложницы или любовницы, а там и вовсе занять место жены. Особенно если родит ему сына и пару дочек.

Это, конечно, не совсем то, что он ожидал увидеть, но это отнюдь не плохо. Наоборот, так даже гораздо лучше. Хорошо, что Сивила заранее предусмотрела подобный вариант, пусть и считала его маловероятным. Купивший её толстосум, конечно, не герцог Аугуст, но всё же не последний человек в Морграфе, и вполне может быть полезен. Особенно его связи, как личные, так и торговые.

Пока тёмный эльф всё это обдумывал, похищенная «пленница» успела обтереть своими намасленными сиськами наслаждающегося мужика со всех сторон, вновь поставив его бойца по стойке «смирно». После чего он уселся на лавку, широко раздвинув ноги, а она опустилась перед ним на колени и, откинув за спину косички, игриво провела языком вдоль члена, заставив своего хозяина громко выдохнуть. Довольная результатом, она ещё несколько раз его облизала, после чего с игривой улыбкой обхватила губами сначала головку, и начала постепенно его обсасывать, заглатывая всё глубже и глубже. Смотревший на это тёмный эльф стиснул зубы от зависти. Проклятье, вот же повезло бородатому коротышке! Словно в подтверждение мыслей Луаваля, он издал громкий стон сквозь стиснутые зубы, и излился своей ушастой игрушке в рот. Та лишь с довольным выражением лица всё проглотила и ещё облизала его бойца, прямо как кошка, дорвавшаяся до сметаны. Мысленно Луаваль поставил «пленнице» высший бал за актёрскую игру и лицедейство. Он бы даже подумал, что её успели грамотно обработать, но магическим зрением не видел на ней никаких следов.

Проверить её, само собой, всё равно будет нужно, но скорее всего, она с самого начала дала своим поведением понять, что и так готова на всё и только рада услужить такому богатому и щедрому господину. А истосковавшийся по красивой и готовой на всё красавице мужик и клюнул, ограничившись одними лишь магическими кандалами и ошейником. Не слишком умно, но что поделать, при виде красоты перворождённых дев, прочие расы очень часто перестают думать головой, и начинают думать головкой.

Тем временем, получивший оральные ласки от своей игрушки бородач поднялся на ноги вместе с ней, крепко обнял её пониже спины и вновь уткнулся лицом в намасленные сиськи, обхватывая губами торчавшие соски. Эльфийка же лишь игриво захихикала, пискнув «ой, щекотно!» В ответ на что её хозяин довольно хохотнул и стал целенаправленно двигать головой, щекоча её своей роскошной бородой, чем вызвал ответный громкий и мелодичный смех. Ещё немного поигравшись, он собрался увлечь её в постель, но ушастая неожиданно не позволила это, заявив, что сначала нужно стереть с себя масло, чтобы не портить дорогие шкуры одеял. Чем, несомненно, заработала себе в глазах хозяина очередной плюсик. Хотя, по мнению Луаваля, тому было сейчас совершенно плевать на любые меховые одеяла. Но всё же он позволил ей себя вытереть специально подготовленными полотенцами, а после вытер её. Правда, он не столько вытирал, сколько лапал, из-за чего процесс затянулся.

Наконец, парочка оказалась в постели, и продолжила возню под одеялами, но Луаваль больше ждать был не намерен. Очередной флакончик с усыпляющим зельем был откупорен, его содержимое быстро испарилось, и через тридцать ударов сердца из кровати доносилось лишь мерное сопение спящих голубков. Вышедшей из-за ширмы тёмный эльф приблизился к кровати и сдёрнул с них меховое одеяло. Отодвинув в сторону бородача, Луаваль несколько секунд разглядывал спящую обнажённую эльфийку. Красивая, даже по меркам перворождённых. Протянув руку, он провёл ладонью от внутренней стороны бедра, до груди, наслаждаясь гладкой кожей и тренированными мышцами под ней. Сдавив левую грудь, он поиграл пальцем с торчащим соском. Можно было бы с ней поразвлечься пока она без сознания, но это будет крайне непрофессионально. Луаваль чётко следовал правилу, работа отдельно, развлечения отдельно. Опять же, тот факт, что она не узнает о произошедшем убивает половину удовольствия, по крайней мере, лично для него. Ограничившись простым облапыванием сисек и щелчком по розовым вишенкам сосков, тёмный эльф приступил к работе.

Связав запястья мирно сопящей пленницы, он привязал их к изголовью. После чего завязал ей рот кляпом и приступил к проверкам. Как и ожидалось, никаких следов коррекции сознания не обнаружилось, даже любовной алхимии не было. Повезло, ничего не скажешь. Лишь после этого поднёс ей к лицу флакончик с антидотом. Эльфийка сморщила тонкий носик, скривилась от неприятного запаха и захлопала голубыми глазками, просыпаясь. Удивлённо завертев головой, она увидела перед собой тёмного сородича и издала приглушённый кляпом писк. После чего начала в ужасе ёрзать по кровати.

- Тихо! Знаешь, что это?

Замерев, эльфийка уставилась на металлический диск в руке Луаваля. Явно опознав его, она испытала заметное облегчение и активно закивала ушастой головой.

- Отлично. Ну что же, давай поговорим…

***</p>

Разговор с девчонкой оказался ещё более продуктивным, чем с мальчишкой. Объяснив, что от неё требуется и в чём её выгода, и получив согласие по всем пунктам, Луаваль оставил её досыпать в компании своего «хозяина». А заодно оставил ей кое-какие спецсредства и небольшую шкатулку из зачарованного металла, где их можно было хранить. Шкатулка была очень удобная, могла крепиться к любым поверхностям и становиться невидимой, а также была очень трудно обнаруживаемая при помощи магии. Незаменимая вещь для любого агента.

Покинуть особняк счастливого обладателя идеальной по его мнению секс-рабыни, удалось без проблем. Оказавшись на улице, Луаваль направился к последней своей цели на сегодня. И находилась она в Среднем Городе. Попасть туда не составило для него особого труда, а там передвигаться было на порядок проще. Средний Город по ночам предпочитал спать, наглухо закрыв все двери и окна. Освещения тут почти нигде не было, также как и магической охраны. Дома стояли вплотную друг к другу, и двигаться по крышам было крайне удобно. Если не считать нескольких групп мутных личностей, также двигавшихся по ним куда-то под покровом ночи, никаких проблем не было. Луаваля, само собой, никто из них не заметил.

Добравшись до небольшого постоялого двора, занимавшего трёхэтажное жилое здание и примыкающую к нему конюшню у самой границы с Нижним Городом, тёмный эльф скривился. Лезть в этот клоповник было эстетически неприятно. По меркам Морграфа, занимавшие постоялый двор весёлые да удалые ребята, охрану организовали на вполне приличном уровне, не поскупившись даже на магическую защиту. Что вполне объяснимо, если учесть кто у них там сидит в гостях. Вот только проникнуть внутрь тёмному эльфу удалось вообще без каких-либо проблем. Сигнальная паутина на окне одной комнат третьего этажа была не активна. Вернее, она выглядела как работающая, но если приглядеться магическим зрением, то становилось понятно, что сигнальные нити ведут в никуда. И тревогу не поднимут. Нужно было лишь открыть плотные ставни, что не составило вообще никакого труда, так как они были закрыты лишь на обычный засов изнутри.

Амулет для погашения звуков, один удар сердца, и Луаваль проник внутрь достаточно большой комнаты, освещенной единственной свечкой, стоявшей на столике у кровати. Под потолком, на стенах и на полках были развешаны многочисленные пучки трав, плетённые амулеты и заготовки под них, в углу на полу был начерчен ритуальный круг, в другом углу на столе располагались принадлежности для зельеварения. Обитательница комнаты, высокая худая женщина с длинными тёмными волосами, с бледной кожей, одетая в одну лишь ночную рубашку до колен, появления Луаваля не заметила. Она сидела на кровати, обхватив руками колени и уткнувшись в них лицом. Лишь ощутив повеявшую ночную прохладу, она заметила открытое окно и, тихо выругавшись, встала с кровати и направилась к нему, шлёпая босыми ногами по полу. Но на полпути, её схватили со спины за грудь крепкие мужские руки, а над ухом раздался вкрадчивый голос:

- Здравствуй, милая. Полагаю, ты ждёшь меня?

Женщина, с которой не рисковал шутить и фривольничать никто из её знакомых, вздрогнула, дёрнулась, но тут же замерла на месте как вкопанная, открывая и закрывая рот. Луаваль же с довольной улыбкой продолжил лапать её за сиськи сквозь рубашку, крепко сжимая их и сдавливая пальцами соски. Правда, сиськи были так себе, всего лишь второй размер, да владелица их была даже по меркам людей не красавица. Гораздо больше удовольствия доставляло то, что эта не самая слабая ведьма, да ещё и находящаяся в своём жилище, дрожит как осиновый лист в его руках, и не смеет даже пискнуть. Тут уж ничего не поделаешь, власть над сильным или могущественными женщинами его очень заводила.

Причина же её покорности и страха крылась как раз в её сиськах. Точнее, под её левой сиськой. И заключалась она в маленькой змейке, что обвилась вокруг её сердца. Очень ядовитой змейке, которая начала то ослаблять, то усиливать свою хватку, в такт движениям Луаваля, что продолжал играться с грудью дрожащей женщины. Та, кое-как взяв себя в руки и облизав мгновенно пересохшие губы, испугано прошептала:

- Да! Да, я всё сделала как мне велели!

- Умница, - вкрадчиво прошептал ей на ухо Луаваль, не прекращая массировать её грудь с уже затвердевшими сосками.

- Люблю послушных женщин. Мне нужно поговорить с вашей гостьей. Устрой нам встречу. Сейчас. Так чтобы никто не узнал, само собой.

Облапанная ведьма вздрогнула, вновь отчётливо ощутив змею на своём сердце, и поспешно закивала головой:

- Я всё сделаю! Никто ничего не увидит, клянусь!

Улыбнувшись, Луаваль всё тем же вкрадчивым голосом произнёс ей на ушко.

- Хорошая девочка.

После чего напоследок ещё раз сжал сиськи мелко дрожащей от страха ведьмы и отвесил ей шлепок пониже спины.