Часть 4. (1/2)

Юнги за Чимином в раздевалку проходит, выдыхая от облегчения, что в ней никого нет. Нелегко ото всех постоянно скрываться, но ничего тут не попишешь, иного выхода нет и Мин даже несколько рад, что Пак в его посвящен тайну и если что прикрыть его сможет. Без него много бы вопросов неудобных от команды посыпалось, а здесь ничего криминального – ждет друга, и что вы ему сделаете за это? Правда на играх будет сложнее, особенно непосредственно перед их началом, где то ли раньше приходить, то ли запаздывать, чтобы без лишних глаз переодеться спокойно. Как же Юнги устал уже от всего этого. Почему он действительно не родился бетой?

— Нам повезло сегодня, — доносится из-за соседнего ряда шкафчиков от Чимина. – Тэхен с Чонгуком часто до последнего в душевой зависают. Два извращенца блин. Я может дома скорей оказаться хочу, итак постоянно задерживаюсь, а эти…

— Так они встречаются все-таки? – спрашивает Юнги, краснея невольно от понимания того, чем эти двое занимаются в душе.

— Не совсем. Дружеский, так сказать, перепихон, — усмехается Пак иронично. – Сильвер не признает Тейлза как пару, на что тот, и без слов лишних понятно, обижен. Не признается и непринужденно старается себя вести, но меня-то в таком деле не обманешь, сам почему догадаешься.

— М-да, не команда, а любовная заварушка какая-то одна сплошная, — многозначительно выдает омега и, чуть помедлив, нерешительно добавляет. – Это… Мне капитан невзначай на тренировке обмолвился, что… ну… ты…

— Сам виноват? – обрывает его невесело, появляясь в проходе перед другом в одном полотенце на бедрах повязанном. – Виноват – да, но это не отменяет того, что и Тэмин виноват не меньше.

— Не поделишься? – взгляд опускает, чтобы по телу обнаженному не блуждать гаммы. Они хоть и друзья, но не до такого же. Чимин, как-никак, частично, но альфа.

— Отчего ж нет, а то надумаешь чего себе непонятно, — пощелкивает языком, на скамейку, ноги вальяжно раскинув, усаживаясь. – Я тем не горжусь, но… Сделанного уже не исправишь, так что… — начинает рассказывать. – Я, как только в команду пришел, сразу понял, что Тэмин мой истинный, чему обрадовался, конечно. Удача, блядь же какая, пару свою встретить в начале пути жизненного, а не в конце или вообще не повстречать ее никогда. Мне, как ты понимаешь, за то, что я гамма, всегда достается сполна и Инфинит в этом уравнении оказался не исключением, но я не сдавался. Прилип буквально к нему, не давал прохода, надеялся, что он присмотрится ко мне и поборет свои стереотипы, — кулаки до побеления в костяшках сжимает. – Мне ведь он не только из-за запаха понравился, а просто так. Сильный, красивый, уверенный, да что говорить, если я от одного его вида как сука последняя теку, — сам с себя горько смеется, волосы рыжие ероша нервно. — А у него… Омега уже на тот момент была, три года встречались, а тут такой неправильный я… и он… он, тоже невольно, тянулся ко мне, но все равно избегать старался. Ту омегу – Кансо Тэмин любил, а я… я не против был. Ну, любит и любит, я же не монстр какой, чтобы разрушать чужое счастье, но при этом и о своем собственном не забывал. «Почему бы не создать триаду?» — думалось мне. Кансо неплохим мне казался, да и он мне симпатией отвечал, чему я на тот момент не придал особого значения. Как-то раз Кансо пригласил меня к себе домой, сказал, что обсудим все в спокойной обстановке, что и Тэмин будет там, а я дурак... – всхлипывает. — Повелся. А у него течка и я с ним один на один…

— Вы переспали? – шокировано выдыхает Юнги, дальнейшее представлять опасаясь.

— Не совсем. Я хотел уйти… почти уже… а там и Тэмин подоспел, ну и логично какие выводы сделал. Типа я так отомстить ему захотел за то, что он мне вниманием не отвечает. Еще и Кансо ему на уши присел, все как ему выгодно было, обставил. В итоге оба с корытом разбитым остались, а я еще и с разбитым лицом, но что мне оно, когда… — за грудь свою судорожно хватается, — Когда тут все разбито, когда не живу давно, а существую, в ожидании чего непонятно, – очередной тихий всхлип, рвущий на куски мягкое сердце омеги.

— Не надо, не терзай себя. Ты ни в чем не виноват, — опускается рядом с ним парень, за дрожащие его плечи приобнимая. – Чувства, они ведь такая дрянь, не спрашивая приходят, как и истинность. Человека ломают, не находя отклика, но на то мы и живем, чтобы бороться – мне так все время деда говорит, — поглаживает ласково по спине друга. — Встретишь еще свое настоящее счастье и о Тэмине как о страшном сне позабудешь.

— Не хочу другое, — шмыгает капризно Чимин носом.

— Блин, енотик, ты, оказывается, такая омежка, — невесело усмехается Юнги. – Тогда сделаем по-другому. Не ты за счастьем должен бегать, а оно за тобой… — загадочно произносит.

— Ты о чем, хён? – непонимающий взгляд поднимает на друга.

— Тэмин не равнодушен к тебе – это уж точно, а иначе он бы так на тебя не кидался постоянно.

— Ну, так истинный все-таки. Гормоны.

— Ага и поэтому он Чонгука сегодня на тренировке заткнул, когда он на тебя наезжать начал? – уголки аккуратных губ изгибает омега в иронии.

— Именно! – отвечает запальчиво. Только глаза его шоколадные о другом говорят – в них надежда заискрилась. Слабая пока, но легко читаемая, свет зеленый давая Юнги на все дальнейшее им сказанное.

— Значит так, — в волосы зарывает гаммы. – Будешь моим парнем.

— Чегооо? — подскакивает на ноги резко Пак. – Ты, конечно, классный и милашка, но...

— Да тихо ты, — смеется Юнги. – Не по настоящему, а фиктивно, чтобы приревновал кое-кто. Вон уже Сильвер и без того нас с тобой свел, так почему бы не подыграть, а?

— Хён, тебе на тренировке мяч случаем в голову не прилетал? – подхихикивает Чимин истерично. – Никогда бы не подумал, что ты такой тихоня, интриганом окажешься. Жить надоело? Тэмин же нас обоих под кимчи разделает. Не нас, так хотя бы команду пожалел бы – без либеро и пасующего останутся накануне соревнований.

— Не останутся, — отмахивается омега. – Или ты испугался? – поигрывая бровями.

— Пиздец, с кем я связался? – резюмирует гамма. – Но, блядь, если я в этом не поучаствую, то я не я буду! – ударяет, в скрепляющем сделку жесте, по подставленной ладошке друга-безумца. – По рукам, моя омежка.

— Не омежка, а бета, — хмыкает Юнги, и сам не зная, как на это все подписался. Но что для друга не сделаешь, верно? Больно ему от его истории, больно и за него самого. Не должны такие солнечные и добрые люди ни за что ни про что страдать. Чимин самого лучшего достоин и счастлив быть просто обязан, а иначе и Юнги не Юнги. Он на участливость искреннюю троекратно отвечает, он впервые настоящего друга обретший, его терять не собирается.

— Ну что, вместе идем в душ? – язык шутливо за щеку Пак толкает.

— Да пошел ты!

— Докатились, мне мой же парень и не дает.

— Твой тебе обязательно даст, а от меня ты только по своей шикарной заднице получишь, — шутливо шлепает его поверх полотенца.

— Ауч! Не хорошо завидовать, хён и на твою тощую кто-нибудь найдется, — бросает и в душевую, во избежание немедленной кары, срывается.

— Допрыгаешься ты у меня, енотик и, эй, нормальная у меня задница, хамло мелкое.

***</p>

Распрощавшись у ворот института с перевозбужденным от предложения друга, Чимином, Юнги решает немного прогуляться. Не успел еще досконально район изучить, а усталый организм требует не мягкой кроватки далеко, а любимого кофеина. Не справляется он никак без него, как и без сигарет мятных. Привычка пагубная, но такая с его нервами расшатанными, необходимая. Закуривает и неспешно по улочке узкой движется, подмечая краем глаза полезные для себя магазины. Стилус для планшета ему нужен новый, старый подлагивает и нервозности дополнительной только приносит, а заказы на рисунки и арты, его единственный заработок, как-то еще делать надо. Омеге больше всего импонирует волейбол, но и учебу, с полезным для кошелька увлечением, не отменял никто. Спортивное поприще, что не говори, а ненадежное: травма тут, травма там, а после сорока и бессмысленное. Выбранное в университете направление Юнги нравится, успокаивает и отвлекает от мыслей о прошлом тягостных и неплохим довеском на пути отхода является. Мечтает о карьере связующего, что не отменяет реальности. На жизнь трезво надо смотреть и почву под ногами иметь твердую. Дедушка и без того его на себе тащил столько лет, время внука пришло о нем позаботиться, да и заглушающие запах духи стоят немало, а без них омеге в мире жестоком не выжить. Плавал-наглотался-хватило.

Юнги, тем временем, сигарету докуривает и взглядом упирается в небольшую кофейню. «Надежда» над ней гласит вывеска, заставляя паренька про себя усмехнуться. Иронично и как удачно. Юнги глотком напитка чудодейственного с утра самого грезит и зайти в заведение не отказывается. Помещение внутри оказывается уютное, выполненное в, приятных глазу, зеленых оттенках. Столики из темного дерева с диванчиками мягкими, у стены барная стойка и малое количество посетителей, что не может не радовать любящего уединение Мина. Аквариум в углу журчанием умиротворяет и разноцветными рыбками, и омега невольно на нем, точно котенок, подвисает, планируя место с ним рядом занять, что в итоге и делает собственно, с удовольствием плюхаясь на бархатные сидения у окна панорамного. Изучает, запрятанное под стекло для удобства, меню, выбирая для себя неизменный американо и уже подумывает о какой-нибудь выпечке, как перед ним возникает…

— Капитан? – растерянно на, одетого в униформу, Хосока смотрит. Образ с ему привычным кардинально разнится, здесь альфа приземленный какой-то и улыбчивый, но зато все такой же, судя по искрящемся весельем глазам, самоуверенный.