глава 1 (1/2)

— Какого ебанного хера ты делаешь у меня в комнате, пидорас? — именно так началось моё очередное субботнее утро. Нет, не с моих слов, хотя так бы было намного приятнее. Моё утро началось с того, что я в очередной раз сквозь толщу сонного моря услышала, как мой брат достал мою гитару и стал рвать струны, никак не ограничивая силу своих толстых личинок, что были у него вместо пальцев.

— Иди гуляй, — выдал он свой постоянный и, очевидно, самый лучший ответ на все мои реплики. Раздражение нахлынуло с новой силой, а потому я, даже не вспоминая про сильно болящие икры ног, побежала за ним, ругаясь изо всех сил, пока он, смеясь, не захлопнул дверь в свою комнату. Через секунду оттуда послышался громкий противный смех троих человек, а точнее: моего брата и его дружков-говноедов.

Возможно, кто-нибудь мог бы подумать, что я самая худшая сестра во всём мире. И я бы была не права, если бы стала отпираться от доли своей вины во всём этом дерьме, только вот мне, если честно, максимально похуй на эти мнения, так же как и на то, что говорит мне мой батя в запале очередной ссоры. А говорит он довольно много обидных вещей, которые я кое-как научилась игнорировать за те года, что жила рядом с ним.

— Заебал, блять, — тихо проворчала я, с размаху садясь на видавший жизнь стул. Если провести по моей комнате взглядом, то можно понять, что: во-первых, у меня есть проблемы с психикой; во-вторых, я ужасная дочь, не ценящая своих родителей; в третьих, последняя свинья. Мне всегда казалось, что первые два пункта со мной, ну, никак не могут быть связаны, но моя мать твердит мне об этом постоянно. Правда, в разные периоды своих эмоций.

Подавив детское желание несколько раз вдарить по южной стенке, которая была, как раз, нашей общей стенкой с братом, я извернулась в довольно странную позу, только чтобы достать свой телефон, который, по факту, должен был лежать около меня на кровати, но, в итоге, как-то оказался на полу около моего стола, в двух метрах от кровати.

«Это магия, Маш» — сказала я сама себе, после чего закатила глаза, в очередной раз поняв, почему меня все знакомые избегают. Моя тупость — это просто нечто. А в сочетании с неконтролируемыми эмоциями, м-м-м-м, просто делишес. В баке на соседней улице для бомжей.

Включив какую-то очередную мусорную помойку с хорошей рисовкой парней, я уже готовилась начать морально разлагаться во время своих долгожданных выходных, которые достались мне путём длительной мигрени и оров с одноклассниками, которые лезут не в своё дело. Только вот мне помешал очередной шум из комнаты, который звучал так, будто бы там устраивали, по меньшей мере, бои ММА, если не больше.

— Тише можно?! — заорала я, уже грозясь звонком матери для того, чтобы начинать угрожать мелким червям птицей. И нет, я не шантажист, я — игрок в карты. Просто очень необычные.

Никто, как всегда, меня не послушал, а потому я… Ничего не сделала. Ну, не монстр же я, чтобы настолько гнобить своего же брата. В отличии от него. Включив наушники на максимальную громкость, я вставила их в уши, после чего по ним ударила громкая волна классики, которая позже сменилась рэпом.

Некоторое время просидев в интернете, я включила компьютер и стала просматривать часовые видео блоггеров, без которых я бы и не смотрела никогда некоторые телешоу. Достав полупустую пачку чипсов, я готовилась продолжать ржать, как лошадь, с тупых шуток, однако заметила время.

— Чё-ё-ё?.. — протянула я, понимая, что сейчас либо я ложусь спокойно спать, либо мать придёт и удушит меня, после чего положит в постель. Ибо на часах было уже одиннадцать ночи, хотя мне и казалось, что, максимум, будет восемь вечера.

Цыкнув, я поставила видео на паузу и, затянув шторы посильнее, чтобы потом, как всегда, не проснуться от луча солнца, бьющего в глаз, легла на кровать, взяв с собой телефон, чтобы тот развлекал меня до того момента, как я отрублюсь.

***</p>

Почувствовав как на меня ушатом льётся вода, я заорала, спрыгивая со своей кровати и уже готовясь ругать умника, который придумал будить таким образом людей, что прилегли спать в конце дня, из-за огромной усталости, которая появилась в следствии долгого просмотра разных телешоу в субботу.

Только вот не было рядом со мной никого. Если сказать буквально, то я, кажется, с ума сошла, раз у меня уже глюки пошли. При том, что они были вполне осязаемые. Кстати, была ещё одна проблема, которая меня всколыхнула намного больше, чем остальные факторы.

Например то, что я, вроде бы, и не в своей комнате очнулась. Почему мне так показалось? Ну, всё очень просто. Просто я, блять, не привыкла не видеть вместо своих фиолетовых обоев и принта эйфелевой башни на стекле — деревянные стены и отсутствие любой мебели, кроме кровати! А также то, что я, по какой-то сучьей воли, вдруг оказалась в настолько пустой комнате, что здесь будто бы и не жил никто, с момента её постройки.

О, и ещё то, что я теперь даже не могу, по факту, больше называться Машей. Да и вообще девушкой, раз у меня подозрительный стручок в штанах есть. А это не есть хорошо, в моей привычной повседневности.

— Бля-я-ять… — стенала я, оперевшись на угол кровати, который был максимально твёрдым для моей нынешней детской спины. И, если бы я была у себя дома, в своей кровати, и представляла всё это, то было бы, возможно, весело, только вот это реальность. Также как и заноза, что впилась со всей силы в мою пятку.

Устав лежать, после получасового нытья, я встала и аккуратно, на коленях, поползла в другую комнату, краем сознания надеясь, что так я становлюсь невидимой. Уж прости, но нервы после неожиданного перемещения довольно сильно шалят, ясно?

Поругавшись со своим личным злым Иисусом, я выползла, наконец, из комнаты и стала пробираться мимо кучи комнат, двери которых были максимально запылены, а потому я едва ли не чихала, ощущая в носу раздражение. Добравшись до, вроде бы, входной двери и оглянувшись на секунду, я выдохнула и открыла дверь.

Зачем? Не знаю, мне просто хотелось убедится в том, что это всё не сон и я на самом деле стала мальчиком, который живёт в странном, охуеть каком огромном, доме, нет, даже коттедже. В этом были свои плюсы, но минусы… На них я пыталась не обращать внимания, пусть и была пессимистом по жизни.