Часть 13.2 (1/2)

***</p>

Можно ли влечение назвать любовью?

Может ли оно перейти в любовь?

Том Реддл вообще мало понимал что такое любовь. В его представлении это было глупым неконтролируемым буйством гормонов, которое, если его запустить, могло повлиять на ясность разума и мышления.

С Тайлером Дентом он только спускал пар. И не более того.

По крайней мере, Том так думал.

Конечно, этот парень привлекал его физически. Его тело не отвращало, не вызывало рвотный рефлекс после секса или до него. К тому же, Том нехотя признавал, что Тайлер мог быть равен ему. Он не был сильным магом, но был изобретательным и упорным, благодаря чему не раз выигрывал в Дуэльном клубе.

Но изначально он терпеть его не мог.

Его самодовольное, легкомысленное поведение, ребячливость и поверхностность.

Лишь из-за ряда причин Том начал видеть сквозь эту дымку первого впечатления.

Конечно, Дент мог казаться легкомысленным и распущенным, но вместе с этим в его поведении проглядывала странная зрелость и неторопливость жизни.

Они мало разговаривали во время их встреч, но даже в школе Реддл неосознанно подмечал мелкие детали в поведении Дента.

Некоторое ехидство при разговорах с Краучем, сосредоточенность и скука при выполнении домашнего задания и еле заметный интерес при чтении книг. Рассеянность при разговоре с однокурсниками и почти хищная серьезность при игре в квиддич, чередующуюся с почти безумным весельем.

Том признавал, что у него есть некоторый интерес к Денту. Но это точно была не любовь.

Возможно, амортенция — малоизученное зелье. И природа запаха может варьироваться от симпатии и физического влечения.

Пытаясь выявить закономерности появления запаха амортенции, он начал экспериментировать с зельем в Тайной комнате.

Прошло почти два месяца, прежде чем он добился изменения запаха для себя... На запах волос Дента.

Раздраженный от череды неудач, Том опрокинул котёл со свежесваренной амортенцией.

***</p>

В начале весны стало заметно теплее и многие студенты проводили много времени во дворе Хогвартса, играя в плюй камни или просто болтая друг с другом на воздухе.

Квиддичная команда Гриффиндора, явно только что закончившая тренировку, стояла у одной из арок здания и весело говорила о чём-то с командой Пуффендуя.

Несмотря на явную враждебность обеих команд, оттуда время от времени доносилось искры смеха.

Веселая компания гриффиндорцев с Дентом во главе что-то бурно обсуждала с группой хаффлпаффцев.

Внезапно и так стоящий в расстёгнутой форме Дент, совсем снял форменную мантию, оставаясь сверху в одной футболке и начал что-то яростно доказывать одному из хаффлпафцев.

Не удовлетворившись одной мантией, он отставил свою метлу в сторону и снял свою футболку, оставаясь полуголым.

— Вот, смотри! — громко возмущался Дент, указывая рукой на свой проступающий пресс. — Я охренительно привлекательный парень! Поэтому я главный красавчик Хогвартса! Слышишь? Красавчик!

Группы девушек тут и там смущённо рассматривали совершенно не стесняющегося парня.

Том раздражённо заскрипел зубами на эту выходку.

Стоящий рядом с ним Розье никак не отреагировал на его поведение. Все в школе знали, что Реддл недолюбливает Дента. И даже приторно вежливое поведение слизеринского принца в этом году не слишком изменило это мнение.

— Опять грифы дурачатся, — хмыкнул рядом Нотт. — Интересно, Дент в этом году будет участвовать в чемпионате по дуэлингу?

— У него ЖАБА в этом году, — фыркнул Розье.

— Его и СОВ на пятом курсе не слишком останавливало от участия, — пожал плечами Николас. — Он довольно легкомыслен в этот плане. Наверняка Крауч пригрел где-нибудь место для своего приятеля.

— Даже если он и рискнёт участвовать, Том на этот раз точно размажет по рингу. Правда, Том? — не сомневаясь в очевидном, спросил Адам. — В прошлом году этот грязнокровка схитрил с этой пуговицей. Но в этот раз никакие уловки не пройдут!

— Ой, заткнись, красавчик, — фыркнул в далеке капитан сборной Хаффлпафа. — Твои «прелести» никого не интересуют. На следующем матче мы размажем тебя как флоббер-червя!

Прозвище Дента, которое многими использовалось скорее в саркастическом тоне, всё-таки приелось в школе.

— Даже если я буду размажен, я буду размажен красиво!

Раздались смешки, а собеседник гриффиндорца явно не мог решить: злиться ему или всё же рассмеяться от этих слов.

Напускной идиотизм Дента как всегда цеплял, раздражая или вызывая смех у окружающих.

Реддл недовольно дёрнул щекой.

— Кстати, за что ты до сих пор не отменил наказание Мальсибера? — спросил Нотт. — Несколько месяцев уже прошло. И за что ты его вообще наказал? Я до сих пор понять не могу...

«Слизеринский принц» промолчал, то ли не желая отвечать на вопрос, то ли считая ответ очевидным.

— Не за то же, что он проклял Дента перед матчем? — недоверчиво спросил Николас. — Ты и Флинта наказал. А он просто заколдовал метлу этого грязнокровки.

— Их самовольные действия чуть не нарушили мои планы, — резко оборвал его парень, жёстко посмотрев на него.

Нотт тут же замолк и неловко отвёл взгляд, чувствуя себя не в своей тарелке.

— Не забывайте, что мы в школе, где за нами пристально наблюдают профессора. Особенно Дамблдор.

Реддл ещё раз посмотрел в сторону спорящих.

Желто-красная компания продолжала что-то доказывать друг другу, впрочем не переходя на откровенные оскорбления или драку.

Рука непроизвольно сжалась в кулак.

— Пошли отсюда, — раздражённо фыркнул Том, резким шагом направляясь к воротам школы.

***</p>

В апреле он понял, что материалы для оборотного зелья «Моргана Смита» у него заканчиваются.

Можно было бы, конечно, пополнить эти запасы, навестив нужного человека, но...

Том взял волосы с тела одного мёртвого магла.

Его модифицированное оборотное зелье позволяло использовать части умерших людей и держалось почти сутки. К тому же, он хотел исключить возможность встречи Дента с «приятелем», который и знать о нём не знает и тем самым исключить конфузные ситуации. Использовать материал мёртвого магла тогда казалось ему идеальным вариантом.

Только вот он не планировал так долго оставаться в личине «Моргана». Он заигрался с Дентом, перестав искать других партнёров для секса.

Сейчас искать замену ему уже не хотелось, но опора его лжи начала шататься.

Тогда он решил, что «Морган Смит» должен расстаться с Тайлером. Спровоцировать какую-нибудь крупную ссору и порвать отношения.

А через некоторое время познакомится с ним в новой личине. Снова изменить свои повадки, манеру речи и внешность. Это будет легко.

Том даже начал подбирать внешность новой личины на каникулах. Уже зная специфические вкусы Дента, он быстро подобрал нужную внешностью среди недавно умерших маглов.

Его выбор пал на мужчину-иностранца. Тридцатилетнего шатена с голубыми глазами и легким загаром.

Он планировал снова познакомиться с Тайлером на летних каникулах, когда тот будет искать работу в Министерстве Магии или где-то в другом месте в магическом мире.

Найти его будет не сложно.

Артефакт-кулон на шее Дента ко всем своим прочим функциям мог сообщать о своём местонахождении владельцу. А его владельцем был Том.

The end Pov.

***</p>

Возвращаясь вечером из библиотеки, я внезапно услышал женский плач.

Невольно остановился и огляделся.

В коридоре никого не было, словно никому не было дела до плачущей в туалете девушки.

Я неуверенно переступил с ноги на ногу, думая как поступить.

Плач доносился из женского туалета, а до отбоя оставалось всего полчаса.

Плакали горько и с каким-то надрывом.

Не моё это, конечно, дело. Но если я могу, почему бы не помочь ближнему своему. Мне это не в тягость.

Осторожно толкнув дверь в женский туалет, огляделся.

— Эй-эй, я вхожу, — осторожно предупредил я, перступая через порог.

Вскоре из кабинки вышла заплаканная девушка. На вид третий или четвертый курс.

— Что...хнык... Что ты делаешь в женском туалете? — сдерживая рыдания, возмущённо спросили меня.

Заметил гриффиндорский галстук на девушке. Хотя саму девушку я не знал, что неудивительно при таком количестве учащихся.

— А что ты делаешь в такое время в туалете? — ответил я вопросом на вопрос. — Скоро отбой.

— Мне... Всё равно... Ы-ы-ы...

— И почему же тебе всё равно? Кто-то тебя обидел?

— Один парень... Он... Гы-гыыыы... И девочки...

— Всё ясно, — вздохнул я. — Первая несчастная любовь.

Поискал платок в кармане и вручил девушке.

— Тоже пришёл надо мной посмеяться?

— Я похож на человека, которому не над чем больше смеяться? — приподнял я бровь.

— Ты не похож на того, кто будет сочувствовать.

— Ты плохо обо мне думаешь, — хмыкнул я, облокачиваясь на стену. — И раз уж я здесь, почему бы тебе не рассказать подробнее о своей проблеме? Мы с одного факультета, с одной школы, должны помогать друг другу.

— Я учусь на Гриффиндоре, но у меня нет друзей. До сих пор! Старосты и профессора не обращают внимания на проблемы учеников. Это ужасный факультет!

— У каждого факультета есть свои плюсы и минусы, — вздохнул я. — Гриффиндор это скорее место для постоянного веселья и шуток друг с другом и друг над другом. Тут народ толстокожий и непрошибаемый в большинстве своём. Самый дружелюбный факультет это Пуффендуй, хотя и там всё не так просто. А всегда поддерживают своих на Слизерине, но у них это по большей части только видимость. На Рейвенкло вообще все одиночки и в компании они собираются только для общих целей и проектов.

Я посмотрел на чуть переставшую плакать девушку.

— Как тебя зовут?

— Элизабет... Элизабет Уоррен. Но все зовут меня по первому имени, которое я ненавижу. Я почти с самого первого курса Плакса Миртл... У-у...

— Элизабет, — вздохнул я. — Ты просто неверно поняла специфику Хогвартса и всех магов в частности. Их общество сильно отличается от нашего, хотя внешне они и похожи.

Посмотрел как девушка вытирает дорожки слёз моим платком.

— У меня на Гриффиндоре тоже друзей нет, только приятели по шуткам и играм. Таков уж Гриффиндор, но он всегда нравился мне, несмотря на свои недостатки, — пожал я плечами.

— Потому что у тебя нет никаких проблем с общением. Даже если у тебя нет друзей, тебе это никак не мешает жить припеваючи!

— Если хочешь, можешь поделиться со мной своими переживаниями, а я поделюсь своими. Я могу тебя понять.

— Откуда тебе зна-ать? — снова перейдя в рыдания, почти воя сказала девушка. — Ты э-то вон какой красавчик!.. Тебе, наверное, каждый день любовные записки подкладывают. Ты даже не знаешь, что значит быть всеобщим посмешищем или любить без надежды на взаимность! — почти кричала она на меня.

— Ну вообще-то, я хоть и популярен, но тоже являюсь своеобразным посмешищем в школе, — пожал я плечами. — Да, мной восхищаются. Но надо мной же и смеются. Этакий шут факультета. Хоть и полезный.

— Но тебя ведь никто не дразнит и не обязывает тупицей! Не то что меня! Я и Прыщавая, и Очкастая, и Бегемотиха...

— И со мной никто близко не дружит, хоть я и считаюсь душой компании. Мне почти никто не пишет письма на каникулах и не знает когда у меня день рождения. Да и в любви у меня много препятствий.

Девушка замолкла, но всё равно была в подавленном состоянии.

— Хочешь расскажу тебе секрет? — преувеличенным шёпотом спросил.

Я дождался неуверенного кивка.

— Мне нравятся мужчины. Отдаю предпочтение горячим страстным итальянцам или испанцам, — торжественно объявил я.

Девушка изумлённо вытаращила глаза.

— Но сейчас встречаюсь с одним бледным англичанином, поскольку в Англии горячих иностранцев сейчас трудно найти, — хмыкнул я, вспоминая Моргана.

— Так ты?..

— Гей? Да, — просто пожал я плечами. — Не скрываю этого, но и не кричу об этом на каждом шагу.

— Так вы с Краучем?..— не договорила девушка, чьи шестерёнки в голове усиленно крутились.

— Что? — изумился я. — Нет конечно! Он не в моем вкусе. И Чарис мне голову бы оторвала, — фыркнул я.

— Тогда он твоя первая любовь, с которой ты не можешь быть вместе и поэтому нашёл ему замену?

— Конечно, нет, — насмешливо фыркнул на её умозаключения. — Мы ведь друзья. И только друзья.

— Разве могут геи дружить с парнями?

— Почему нет? — возмутился я. — А ты? По кому так сохнешь, что находишься в таком унылом состоянии?

— Он... Он всем девочкам нравится... И не только мне. Но он такой холодный. Внимания ни на кого не обращает.

Приподнял бровь.

Уж не о «слизеринском принце» ли она говорит?

Чарис вроде говорила, что он жутко популярный тип.

— Девочки сказали... Что такая уродина как я, даже взгляда его недостойна. Я такая неудачница... А-а-а...

— Пф! Слушай, не мне, конечно, об этом говорить, но не всегда первая любовь заканчивается хэппи-эндом, — закатил я глаза. — Бывает так, что любовь безответна или человек, которого ты любишь, та ещё падаль. Бывает так, что ты всё не решается ему признаться и в итоге упускаешь момент, упускаешь свою любовь. Если так подумать, именно первая любовь в некотором роде определяет наш...

— Не хочу прерывать вашу милую беседу, — раздался позади нас знакомый голос, — но как староста я обязан следить за порядком в школе.

Обернувшись, я увидел знакомого мне старосту со Слизерина.

— Реддл? — нахмурился я, не понимая почему ко мне придрались.

— Что ты делаешь в женском туалете? — холодно спросили меня и перевели взгляд на стоящую рядом девушку.

— А? — понял я щекотливость ситуации. — Мы просто...

— Минус десять баллов с Гриффидора за нахождение в неположенном месте, — не стали даже слушать меня.

— Черт, — устало вздохнул я, потирая висок.

— И минус пять за сквернословие.

— Вот же ж, — неприятно поморщился я. — Что за день сегодня...

— Точно не твой, Дент. Советую как можно скорей вернуться в факультетскую башню. Через пять минут отбой.

— Окей, — пожал я плечами. — Пошли Лизи.

— Я провожу мисс Уоррен в медпункт, — прервали меня. — Судя по виду, ей нужно успокоительное.

— Может, лучше тогда я провожу её? — предложил я. — Она же всё-таки с Гриффиндора...

— Повторюсь. Через пять минут отбой. А ты не староста, чтобы безнаказанно гулять по замку после отбоя.

— Ладно-ладно, мистер староста, — фыркнул я. — Уже иду.

Выйдя из туалета, я тут же побежал в башню. Всё-таки пяти минут мало для спокойной прогулки по замку. Могу и не успеть.

Проводив внимательным взглядом уходящего гриффиндорца, Том Реддл повернулся к Миртл.

— Легилименс.

***</p>

В начале мая у меня состоялся неприятный разговор с Морганом.

В последнее время наши встречи стали реже, но интенсивнее. Словно мужчина пытался что-то нагнать.

Мы должны были как обычно встретиться в снятом им номере и приятно провести время.

Но с самого начала встречи Морган был нервным и раздражительным.

Я спросил всё ли в порядке.

Мне грубо ответили, что это не моё дело.

Может это было и не моё дело, но меня задела грубость, с которой мне это сказали.

Поэтому я несколько возмутился и указал на этот факт.

Слово за слово и началась ссора. Но в процессе этой ссоры мы разругались в пух и прах и я рассерженно выскочил из номера, захлопнув за собой дверь.

Вернувшись в Хогвартс, захватил в комнате свой рюкзак и пошёл в библиотеку.

С силой кинув рюкзак на стол, достал учебник по трансфигурации и с хлопком раскрыл его.

— У тебя, кажется, плохое настроение, — заметил Каспер, читавший учебник по УЗМС.

— Поссорился с Морганом, — неприятно поморщился я. — И судя по всему раз и навсегда. Козёл!

— Кажется, разговор с ним вышел очень неприятным, — хмуро произнёс Крауч

— Пошёл он дракону в жопу! — нелестно отозвался я, листая учебник.

— Всё так плохо? — нахмурился Каспер. — Из-за чего вы вообще поссорились?