Часть 6 (1/2)

В один день Эрен покинул разведчиков. Энн не находила себе места, беспокоясь за ребенка, который так и норовил вляпаться в очередную опасность. На нервах были все, что неудивительно, ведь Йегер был очень важен. Но вместо того, чтобы осторожничать, он разгуливал среди врагов. Вскоре начали приходить письма, что немного, но успокаивало. Хотя бы с ним всё в порядке.

Месяц для Уолкер пролетел незаметно. Её постоянно одолевала усталость и она частенько оставалась в поместье, засыпая, пока разведчики собирали всякую информацию. Когда её стало тошнить от одного только запаха еды, то вначале Энн перестала ходить на обеды.

- Нет аппетита, простите, - сказала раз, когда разведчики взволнованно поглядывали на уходившую из столовой девушку, которая прикрывала нос, бледнея на глазах.

- Вот же, - Аккерман поднялся с места, взяв две тарелки и последовав в её комнату. - Она так с голоду помрет.

С недовольством и зеленым лицом Энн не оставалось ничего, как под грозным взглядом съесть хоть немного.

- Не хочу я это есть, - девушка ковырялась в еде.

- Не вредничай, - Леви уже успел доесть свою порцию. - Тебе нужно заботиться о себе и ребенке.

- Знаю я, - разведчица тяжко вздохнула. - Сейчас бы мороженного...

- Никакого мороженного.

- Ну Левиии...

- Нет.

Уже через пару секунд Аккерман раздраженно наблюдал за Энн, которая шмыгала носом, пытаясь удержать слёзы. И ему придется наблюдать за таким... всю беременность? А можно вернуть тот момент, когда он сказал, что будет рядом, и согласиться не брать ответственность на себя, уйдя в закат? Нет? Очень жаль.

- Ладно, - вздохнул Леви, беря себя в руки. - Если съешь хотя бы половину, то мы сходим за мороженным. Но ты не будешь его кусать.

- Ты жесток, - не понятно, какое из условий её больше раздосадовало, но она с решительностью принялась за еду, но ненадолго, убежав в туалет. Аккерман поджал губы от недовольства.

Когда Энн вернулась, то ей повелели собраться на прогулку за мороженным. Леви недовольно косился то на почти нетронутую порцию девушки, то на неё саму, бледную, но светящуюся от радости.

- Я не помню его, - морской ветер слегка потрепал волосы говорившей. - Кажется, будто эту часть моей жизни частично стерли. Я не помню ни имени, ни внешности. Лишь смутный образ, он очень много говорил, - грустная улыбка коснулась её губ. - Я из-за этого пряталась в кабинете за бумагами. Не думала, что у меня будет столько смелости, чтобы предложить помощь с этим, - она коротко засмеялась. - Он был лучиком в разведке, мог найти общий язык с кем-угодно... Как я могла его забыть? Человека, который спас мою жизнь...

На побережье сильно и резко завоняло рыбой. Энн, позеленев, попыталась побороть тошноту, но не вышло.

- Черт, - рядом стоявший мужчина скривился, немного отойдя от девушки. - Тебя никуда нельзя отпускать.

- Но я хотела мороженное, - пыталась оправдаться Уолкер.

- В следующий раз я сам тебе принесу, - и его решение нельзя было изменить.

За месяц, когда Эрен ушел, от него приходили письма с дальнейшими планами. Недовольство в отряде Леви от поступка Йегера лишь росло, но они всё равно следовали указаниям.

Состояние Энн беспокоило ребят, что неудивительно. Уолкер чувствовала себя постоянно уставшей и в любое свободное время дремала, а на совместные обеды и вовсе не выходила, а если такие моменты и были, то девушка быстро уходила. Возможно, рассказав правду, они бы и успокоились, но такую радостную новость не хотелось объявлять. Хотелось до последнего умолчать... К счастью, Оньянкопон заверил товарищей, что это, может быть, обычная акклиматизация, но добавил, что что-то долго организм привыкает...

И вот настал момент нападения на врагов. Энн не собиралась стоять в сторонке, из-за чего и ругалась с Аккерманом. За их ”разговором” из-за угла наблюдали, но всё их внимание было захвачено друг на друге. Разведчики начали счёт вещей, которые их удивили.

- Леви, я не собираюсь сидеть здесь, дожидаясь тебя с остальными.

Один. Энн никогда не называла капитана просто по имени, она добавляла хотя бы его звание при обращении.

Два. Уолкер всегда обращалась к Аккерману на ”вы”.

- Энн, ты будешь сидеть здесь и это не обговаривается.

Три. Хоть Леви и не проявлял на лице эмоции, но и без этого было видно насколько сильно в нем бушевала настоящая ярость. Нет, злого Леви они видели, но не настолько.

- Я член вашего отряда. И при этом я никогда не выполняла задания отряда. Сколько можно?!

Четыре. Разведчики переглянулись, отметив про себя, что они совсем позабыли, что Энн их соотрядовец.

- Уолкер, - а это уже было привычнее, - ты о ребенке хоть думаешь?

Пя...

- РЕБЕНКЕ?! - солдаты выдали своё местоположение.

И Леви, и Энн замерли, глядя друг другу в глаза. ”Мы попали,” - читалось во взглядах пары. У них получалось месяц кое-как отводить подозрения, но всего одно неверное слово смогло пустить все старания в пустую.

- Вот надо же было тебе его упомянуть, - светло-серые глаза недобро сверкнули. - Вот теперь сам и выкручивайся.

Девушка быстро сбежала, оставив Аккермана самому разбираться с разведчиками. Его стальной взгляд точно дал понять, что обсуждать это он не намерен, потому никто не осмеливался начать. Все, кроме одной:

- У нас будет Ленни или Эви! - и этой одной была Ханджи.

- Заткнись, очкастая!

Энн всё же взяли на задание. Исследовательница пылко заверила Леви, что с ”твоей драгоценной ничего не случится” и та ”не отойдет ни на шаг от неё”. Уолкер нервно сглотнула, осознавая, что на дирижабле её ждёт настоящий допрос. И оказалась права.

- Ну а каков был ваш первый раз, м?

- Ханджи...

- О, он, наверное, настоящий зверь в постели!

- Х-Ханджи...

- А ролевые игры у вас были? Ну, например, ты титан, а он решил тебя обезвредить...

- Ханджи, это совсем абсурдно! Не было такого!

- О, я вспомнила, что ты иногда ходила с шарфом. Скрывала последствия бурной ночи, хихи?

- Ханджи!

- Ты его уже оседлала?

- Ханджи, хватит! Не жалко меня - пожалей Оньянкопона!

Парень, управляющий дирижаблем и вправду выглядел довольно плохо, покрываясь потом. На его коже еле виднелся румянец. Уж свидетелем таких разговоров он не планировал быть.

- Ох, прости-прости, Оньянкопон! - Зое крепко обняла его, чуть не задушив. - Просто я так рада, что Энн смогла подмять под себя Леви! Я ждала этого лет... семь? Восемь? Как долго я этого ждала!

- Никто никого не подминал! - Уолкер была уже до невозможности красной. - Хватит уже! Другие могут услышать, мы же договаривались!

Смущенные крики Энн и восторженные восклицания Ханджи, казалось, оглушали кабину пилота. Насколько же крепким было терпение Оньянкопона, чтобы слушать их всю дорогу.

- Пойду встречать ребят, - нашла предлог Уолкер, чтобы сбежать от исследовательницы.

Разведчики шумели, радовались, что смогли уничтожить как можно больше врагов... не важно, что часть ”врагов” были мирными жителями... Не одну Энн посетила такая мысль, завидев отряд Леви, который не разделял восторг остальных.

- Вы в порядке? - подошла Уолкер к ним.

- Э-Энн! - Саша подпрыгнула от неожиданности. - Нельзя подкрадываться к людям.

- Ты просто невнимательная, Саш, - улыбнувшись, проговорил Конни.

- Да ладно тебе, - обратился к нему Жан. - Сам-то не заметил Энн.

- А вот и заметил, - Спрингер отвел взгляд, и на пару секунд замолчал, а после посмотрел на Кирштейна, буркнув: - Ты-то тоже.

Парень на это тоже отвел взгляд, смутившись. Уолкер на это засмеялась. Хоть они её частенько не замечали, но внутри не появлялось ощущение одиночества, как это было ранее во времена, когда была в разведке, до того, как перевелась в гарнизон.

- Мне кажется или был какой-то шум? - спросила Саша, настороженно взглянув на товарищей.