Часть 37. Апелляция (2/2)

— И что же тебе мешает хорошо учиться здесь? — удивился мужчина.

— Там больше знаний, — сказала Анечка. — Папенька, я вас очень прошу, отдайте меня туда учиться!

— Анечка, так ты же ни латинский, ни греческий не знаешь, — ответил Илья Николаевич.

— Если позаниматься с приглашенным учителем, то буду знать и легко выдержу экзамены, — произнесла Анечка. — Папенька, я понимаю: дорого, учителю платить надо. Но мне можно не шить новые платья к осени, я в старых похожу.

— Да не в платьях тут дело… — отмахнулся мужчина.

Разговор с супругой проходил примерно так, как и предполагал Илья Николаевич.

— Анюта хочет учиться в другой гимназии и получить больше знаний, — начал он. — Что думаешь об этом?

— Блажь, — сразу же ответила женщина. — Хочет получить больше знаний — я ее в воскресную школу отдам.

— На правах главы семьи могу и не спрашивать твоего согласия, просто отдать учиться, — сказал Илья Николаевич — жена придерживалась излишне патриархальных взглядов, которые мужчина поддерживал только там, где было выгодно ему.

— Тогда зачем спрашивал? — Нина Евгеньевна совершенно не удивилась такому ответу.

— Хотел и твое мнение послушать, — произнес мужчина.

Все лето Анечка усердно занималась изучением древних языков и догоняла программу по математике. Однако до начала осени это сделать не удалось, поэтому занятия пришлось продлить на пару месяцев. Когда дочь, по мнению учителя, все блестяще освоила, Илья Николаевич пошел в гимназию Зои.

Кроме желания сделать приятное дочери мужчиной двигало еще и желание узнать, что творит в своих стенах некая Зоя Михайловна, вдова цареубийцы, и, при необходимости, донести, если в гимназии будет проводиться прямая агитация.

Реакция начальницы на столь неожиданное известие была достаточно банальной — не очень хорошо скрываемый испуг и согласие взять мадемуазель на учебу после успешной сдачи вступительного экзамена.

— Но, как вы понимаете, так как программа мужская, другая, оценивание будет объективным, без поблажек, — произнесла Зоя.

— Уверен, Анна подготовилась на должном уровне, — совершенно не удивившись такому ответу, ответил Илья Николаевич.

Анна вошла в кабинет к комиссии. Раздался один вопрос, другой, третий, пятый… Девочка блестяще на все отвечала и не допустила даже небольшой ошибки.

«Зойка, ее даже на математике учитель завалить не может, а ты про французский», — написала Ася и пододвинула лист бумаги подруге.

«Математик не валит, а нам с тобой повалить надо», — написала в ответ Зоя.

Однако познания в французском и географии тоже были близки к идеальным. Прекрасно понимая, что даже если Асе удастся довалить Анну до четверки, это будет великое достижение, молодая женщина смирилась с необходимостью видеть в этих стенах еще одну подсадную утку и, когда пришло время объявлять результат, с тщательно замаскированной горечью сказала:

— Поздравляю вас, мадемуазель, вы имеете полное право учиться по мужской программе.

— Благодарю вас, мадам, — ответила Анечка и, обрадовавшись, помчалась на улицу.