Часть 3 (1/2)
</p> Парень стоял напротив входной двери и глупо смотрел на нее. Скорее даже сквозь нее.
Эмоции, которые должны лезть через край, но казалось они будто затупились. Осталось только непонимание. Слепое непонимание всей ситуации.
А ведь, что непонятного. Как был дураком так и остался. Единственный человек, который искренне хотел помочь Пику с его пристрастием, ушёл навсегда.
Во рту начал чувствоваться металлический привкус. Снова прокусил щеку. Прошлые зазубрины можно было прочувствовать языком. Эти места иногда болели при прикосновении зубами. Ноющая боль пронзала полость, но всегда хотелось кусать ещё и ещё, пока не одумаешься. По рту потекла маленькая струйка теплой крови.
— Нужно что-нибудь выпить.
С этой мыслью парень пошел в комнату напротив. Звеня чистой посудой и коробками с сахаром, он быстро ходил по комнате, жаждя пока вскипит чайник.
Наконец громкий щелчок извещающий о конце работы.
Непослушные руки взяли чашку, дрожащую в длинных пальцах. Ладони предательски тряслись из-за чего Пик не мог точно направить горлышко чайника в посудину.
— Черт! — прорычал парень, когда на руки полился кипяток.
Обожжённое место чуть покраснело, но он не убирал руки с горячей лужи на тумбочке.
— Просто успокойся… сейчас ляжешь и все станет нормально…
Отставив идею выпить, парень направился в ванну. Холодный душ поможет успокоиться и обдумать все, что произошло сегодня.
Медленно идя по темному коридору Пик опирался об стены. Ноги стали ватными и непослушными. Дрожащие руки так норовили соскользнуть с гладких и промерзлых стен. Наконец показалась белая деревянная дверь, которая должна помочь. Пальцы, которые не могли зацепить медную рукоять, подались и послышался скрип дверных петель. В большом зеркале показались фиолетовые пряди и желтые, как солнце, глаза. Они ярко светились в темноте ночи, освещая все вокруг так, что даже холодные лампы на потолке не были нужны. Единственное, что могло отличить их яркой звезды, это красные как кровь зрачки. Они смотрели, прожигали его насквозь, заставляя отвернуться.
Из душа потекли прохладные струи воды. Не снимая с себя одежду, Пик встал под эти спасающие капли. На лицо нахлынула холодная стена воды, которая пробирала до дрожи. Но ему все это не казалось ледяным холодом, скорее было приятной прохладой.
Широкая чёрная футболка вмиг вымокла от струй воды. Потемневшая на несколько тонов, она перестала скрывать тело владельца. Из-за
оголившегося худощавого тела парень стал походить на бродячего кота, шкура которого скаталась и прилипла с коже.
Дикая тряска в пальцах уже отступила, но у Пика не было и мысли о том, чтобы вылезти из леденящей душу воды.
Пальцы на ногах перестали подавать признаки повиновения. Отморозил. Ничего страшного, сами отогреются. Да и впрочем не особенно важны они сейчас.
Пальцы цепляют винт крана и вода замедляется. Глаз цепляют остатки ручейков, утекающих в сливное отверстие. Последние капли цепляются за ступни, но все равно пропадают так же бесследно, как и все в мире. Садясь в ванну, Пик крепко цепляется пальцами за её края. Почувствовав под собой дно, он стремительно разжал пальцы.
На белом старом акриле хочется остаться на всю ночь, не более. Настолько сильно он притягивает к себе.
Притягивает лежать на себе долгие осенние часы. Но приходиться вставать, скоро утро, а там недалеко и до полудня.
А какая уже разница? Его уже некому ругать. Некому говорить поучительные речи про жизнь и заботы.