Special: Смута сердца и хаос мыслей (NC-17) (2/2)
Появление Панцзы в спальне Чжана стало закономерным итогом всего свалившегося на голову воина безумия. В руках подрывника уродливым напоминанием об искалеченной странной встречей психике потомственного расхитителя среди вороха скинутой впопыхах одежды У Се виднелся жуткого вида кляп. Взгляд подрывника выдавал ту же нервную обеспокоенность, которую Цилин чувствовал в груди.
- Сяогэ, я не стану лезть с нотациями, если ты скажешь, что вы просто решили разнообразить свою интимную жизнь, - заговорил Панцзы, разглядывая сверкающего голым торсом друга через кухонный стол.
- Нет.
- Тогда, надеюсь, все, что произошло между вами, было по взаимному согласию? – нахмурился душа и пузо Железного Треугольника.
- Нет.
- Сяогэ, что между вами произошло? Это, - подрывник швырнул на стол кляп, черную ленту и моток веревки, - не шутки. Понимаешь? У Тяньчжэня иногда бывают странные идеи, - дождавшись утвердительного кивка, продолжил Юэбань. – И это, - он подтолкнул кляп ближе к воину, - одна из них?
- Да.
- Сяогэ, ты же благоразумный человек! – нервно выдохнул Панцзы, обвинительно тыча пальцем в грудь друга. – Да что же произошло, в конце концов?! – не выдержав давящего на уши молчания, взвился подрывник.
- Я…, - попавшийся под руку злополучный кляп с громким треском развалился на части, помогая Чжану вернуть контроль над эмоциями. – У Се вел себя странно.
- Ага, - буркнул Юэбань, грузно оседая на жалобно скрипнувший стул. – Уже полторы недели Тяньчжэнь ведет себя странно.
- Те десять лет, - начал Цилин, ненадолго замолкая в попытках сформулировать верный вопрос. – У Се похищали?
- Тяньчжэнь пропадал несколько раз. Его не было довольно долго. После одного из таких исчезновений у него появился этот шрам на шее. Но он никогда не говорил о них. Даже со мной. А что? Как его прошлое связано с этим? – Панцзы указал на останки кляпа.
- У Се сказал, что встретил на рынке человека, который был с ним в один из плохих дней.
- Что?
- Он сказал, что хочет забыть.
- Сяогэ, ты же не…, - испуганно сглотнул Панцзы, подаваясь вперед.
- Нет. Мы поговорили.
- Ага. А стол в саду, чем вам двоим не угодил?
- Мне.
- Тяньчжэнь разозлил тебя?
- Нет.
- Сяогэ, признайся, ты просто не знал, как реагировать на странную идею Тяньчжэня?
- Не знал, - подтвердил Цилин.
- Должно быть, он предложил что-то кроме этой дряни? – подрывник смел со стола кусочки кляпа, отправляя их в мусорное ведро следом за веревкой и безжалостно измятой повязкой на глаза.
- Ммм…
- Сяогэ, ты не думал, что речь могла идти о…
- Меня не насиловали, - хриплый голос привлек внимание обоих мужчин к с трудом стоявшему на своих двоих У Се. – У Ванов просто не хватило на это времени. Или фантазии. На самом деле, я не представляю, что они собирались делать со мной дальше.
- Тяньчжэнь, ты был в плену у Ванов? – недоверчиво переспросил Юэбань, помогая другу устроиться на диване.
- Недолго. Я успел забыть, насколько гостеприимными они были тогда.
- И что за человек напомнил тебе об этом? – осторожно поинтересовался пузо и душа Железного Треугольника.
- Этот человек просто оказался не в то время не в том месте, - устало заваливаясь на подушку, пожал плечами У Се. – Он узнал меня и в случайном разговоре припомнил несколько интересных эпизодов из нашего общего пребывания в руках парочки больных на голову садистов из лаборатории Ванов.
- Тяньчжэнь, он живет в деревне?
- Думаю, да.
- Тяньчжэнь, скажи мне, своему лучшему другу, чего ты добивался, когда пришел со своей идеей к Сяогэ? – опустившись на корточки перед диваном, обратился к рассеяно смотрящему прямо перед собой У Се подрывник.
- Я хотел забыть. Мне казалось, что так будет проще. В будущем. Не знаю. Я запутался.
- Ты мог просто рассказать нам, не доходя до… такого, - мягко попенял потомственному расхитителю Панцзы. – Хорошо, что Сяогэ умеет держать себя в руках и отличается благоразумием. И хорошо, что ты, Тяньчжэнь, выбрал именно его, а не пошел со своей идеей к кому-нибудь еще. Не знаю, о чем конкретно шла речь, кроме очевидных улик, разумеется, но, Тяньчжэнь, ты хоть на секунду задумывался, что стало бы с тобой, если бы нашелся сумасшедший, которого бы тебе удалось уговорить сделать нечто… подобное? Думаешь, такое может принести облегчение?
- Я запутался. Я просто хотел перестать бояться, когда кто-то находится у меня за спиной. Я в состоянии отличить от других Сяогэ и тебя, знаю, когда нет смысла переживать об этом, но…
- Но ты просто очень хороший актер, Тяньчжэнь, - понимающе кивнул подрывник.
- Вы не причиняли мне боль. Ни ты, ни Сяогэ. Моя идея была глупой и самонадеянной.
- У Се.
- Прости, Сяогэ, - слабо улыбнулся У Се, сдвигая ноги к спинке дивана, чтобы воин мог удобно устроиться на нем, а не ютиться на полу рядом с Панцзы. – Я обещаю, что больше не потревожу тебя.
- У Се.
- Тяньчжэнь, не неси чепухи, - проворчал Юэбань. – Договорите уже, и разберитесь во всем, - поднимаясь на ноги, приказным тоном посоветовал пузо и душа Железного Треугольника, - чтобы я больше не слышал и не видел ничего подобного!
- У Се, что произошло с тобой тогда? – проводив нечитаемым взглядом завернувшего за угол подрывника, Цилин сосредоточил все свое внимание на самом дорогом и любимом человеке, ожидая чего угодно, но только не последовавших за вопросом пропитанных горечью слов.
- Я настолько противен тебе, Сяогэ?
- Нет, - недрогнувшим голосом возразил Чжан. Отголоски отступившей истерики вновь настигли расхитителя, порождая в его мыслях настоящий хаос. И Цилин находился в самом эпицентре этого хаоса, не предпринимая даже малейших усилий, чтобы выбраться из него. У Се нуждался в нем, хотя говорил совершенно обратное. Еще лет пятнадцать назад он и не заметил бы ничего из того, что очень хорошо различал сейчас. Вероятно, просто оставил бы жалкие попытки узнать и понять, и просто сбежал, как делал всегда, стремясь уберечь самого себя от разрушительной силы эмоций и чувств, лишь недавно осознав, насколько более сильным и мудрым он стал, приняв свою человеческую сущность.
- Ты решил пощадить мои чувства, а, Сяогэ? Не нужно. Я и так ненавижу себя, так что…
- У Се, я никуда не уйду. Я не могу забрать или стереть твои воспоминания о плохих днях, но я могу выслушать тебя, если тебе больно или плохо из-за них. Разве не об этом ты постоянно говоришь мне? Что не нужно прятаться и убегать от самого себя.
- Я эгоист. Я гребаный двуличный эгоист, Сяогэ.
- Это не так.
- Так, - непреклонно мотнул головой У Се, смотря на невозмутимого воина из-под упавшей на глаза челки. – Я пытался воспользоваться тобой, чтобы обмануть самого себя. Разве это не эгоизм?
- Нет.
- Скажи, Сяогэ, тебе хотя бы раз было хорошо со мной? – нарушив затянувшееся молчание, севшим голосом поинтересовался потомственный расхититель. Отделаться от чувства собственной никчемности никак не получалось: угасшая было истерика вновь набирала обороты, и заглушить ее удавалось только отдавшись во власть заземляющего своей обыденностью самобичевания.
- Всегда.
- Разве? – с сомнением переспросил наследник семьи У. – Ты же знаешь, что секс должен приносить удовольствие обоим партнерам?
- Знаю.
- Хочешь сказать, что ты получаешь удовольствие от того, что не можешь полноценно расслабиться рядом со мной?
- Это не так.
- Видишь?!
- Мне не нужно контролировать себя рядом с тобой, - пояснил Цилин, склоняясь над оторопевшим расхитителем. – Это не так.
- Но ты никогда не пересекаешь черту, - вынудив воина наклониться еще ниже, прошептал У Се, практически касаясь его губ своими.
- Это работает не так, - хмыкнул в ответ Чжан, оставляя невесомый поцелуй на кончике носа своего сокровища.
- Сяогэ, если забыть обо всем, что было до сегодняшнего раз, тебе понравилось?
- Нет.
- А?
- Мне нравится видеть выражение твоего лица, У Се.
- Я не чувствовал себя комфортно.
- Знаю.
- Но я знал, что это был ты, и мне, правда, становилось спокойнее от этого.
- Хорошо.
- Больше никогда. С завязанными глазами. Нет.
- Нет, - согласно кивнул Цилин, задевая носом щеку любимого расхитителя.
- И никаких секс-игрушек и другой херни. Это слишком.
- Да, - беспрекословно подтвердил Чжан.
- Но я хотел бы снова попробовать… вот так. Если не просто знать, что это ты, а иметь возможность видеть тебя. Когда-нибудь.
- Хорошо.
Короткий поцелуй, оставленный Сяогэ на искусанных, припухших губах, принес в душу и мысли У Се долгожданное спокойствие. Словно в одночасье все эмоции и чувства разом угасли, оставляя после себя штиль и гудящую от нервного перенапряжения голову.
Собственнически обхватив замершего Цилина всеми конечностями, потомственный расхититель потянул несопротивляющегося воина на себя. Тяжесть чужого тела сдавила грудную клетку, затрудняя дыхание. Стойко проигнорировав дискомфорт, У Се облегченно уткнулся лицом в плечо Чжана, удовлетворенно выдыхая.
- У Се? – горячее дыхание опалило висок, вызывая сонмы мурашек по всему телу.
- Полежи так немного, Сяогэ, - сильнее зарываясь носом в надключичную ямку, пробормотал наследник семьи У.
- У Се.
- Мне хорошо с тобой, даже если я самая большая ошибка в твоей жизни. Я люблю тебя, Сяогэ.
Прохладные пальцы прошлись по чувствительному местечку за ухом потомственного расхитителя, оставляя на нежной коже послание, выражающее все то, что Цилин не умел и не желал передать обычными словами: «Ты и есть моя жизнь».
_____________________________________________________________
Комментарий к 63 главе:
В жизни каждого человека однажды наступает переломный момент, когда все привычное кажется неправильным, когда какое-то событие может перевернуть все с ног на голову и заставить сомневаться буквально во всем, когда любая странная идея целиком захватывает сознание и мешает мыслить здраво, когда оказывается, что предстоит еще многое обсудить со своими родными, близкими и дорогими сердцу людьми, когда скрывать нечто важное больше не получается, а рассказать об этом слишком стыдно или страшно.
Мы отдаем себе отчет, что глава вышла, скорее, на любителя, и в ней не так много смыла и романтики, как хотелось бы. Но мысль написать нечто подобное давно преследовала авторов. Изначально, эта глава была не для публикации – просто возможность для нас самих перезагрузиться и настроиться на нужный лад, избавившись от давящего груза излишней идеализации и романтизации всего написанного. Да, мы все люди взрослые, и ничто человеческое нам не чуждо. Однако, обсудив между собой возможность вынести «сор из избы», а в нашем случае выставить текст на обозрение уважаемых читателей, авторы приняли окончательное решение не скрывать собственный творческий порыв, немного подправив (дописав несколько строк) для связи с общим сюжетом.
Надеемся, что и эта специальная глава найдет отклик в сердцах читателей: не важно, позитивный или негативный, но мы будем рады, если Вы, прочитав, поделитесь с нами своими мыслями.
Примечания:
1. Я буду хранить твои тайны в своем сердце.
Даже если со мной поступят несправедливо, ради тебя я готов,
Ведь я тебе обещал.
Я не могу позволить тебе пострадать снова.
Я, я обещаю тебе. Я, я клянусь тебе.
То прекрасное между нами,
Я буду защищать, и там никогда не появится трещин.
Я обещаю тебе
Всегда быть рядом, и никогда не позволю тебе плакать.
Я, я обещаю тебе. Я, я клянусь тебе.
(перевод строк из песни в исполнении Хуан Цзытао – Обещание)
----------
С уважением к читателям, Pushok Mandarin и Mandarinoviy Pushistic
----------
С уважением к читателям, Сюньлу
----------
С уважением к читателям, Хико Сэйдзюро и Изабелль