Тайны дождя: Шепот угасающего завтра (1/2)
«Забудь свои заботы,</p>
Падения и взлёты,</p>
Не хнычь, когда судьба себя</p>
Ведёт не как сестра.</p>
…</p>
Ах, сколько будет разных</p>
Сомнений и соблазнов,</p>
Не забывай, что это жизнь,</p>
Не детская игра»</p>
(Т. Рузавина, С.Таюшев – Дорогою добра; </p>
из к/ф «Маленький мук»)</p>
Ли Цу понуро брел по проселочной дороге, прикрываясь зонтом от бушующей стихии. Ливень, порывы ветра, выворачивающие хрупкое укрытие наизнанку, чавкающая под ногами грязь – не так он представлял себе поездку в Юйцунь, где после приключений на северном побережье Хайнань обосновался Железный Треугольник, снова открыв на пару месяцев свой небольшой ресторанчик.
Покрутив головой в поисках указателей, начинающий расхититель нахмурился. Решив все сделать по-своему, он даже не потрудился предупредить нерушимое трио о своем приезде, и теперь жалел о собственной самонадеянности.
Звук мотора заставил Ли Цу двигаться, буквально скатываясь со склизкого склона прямиком под колеса старенькому потрепанному жизнью пикапу.
- Эй, малец, тебе жить надоело? – выбравшийся из кабины грузный мужчина вздернул парня за шкирку вверх, встряхивая, словно нашкодившего котенка.
Подавив в себе желание огрызнуться и послать гневно сверкающего глазами водителя куда подальше, Ли Цу выдохнул сквозь сжатые зубы, беря себя в руки.
- Я заблудился, - неохотно признал начинающий расхититель.
- Ха? И куда же ты направлялся в такую погоду? – недоверчиво осведомился неожиданный собеседник, снова встряхивая парня, как тряпичную куклу.
- Я шел в Юйцунь, - скрипнув зубами, буркнул в ответ Ли Цу.
- Ты не местный. Чего тебе нужно?
- Ищу Железный Треугольник.
- Кого? – насмешливо переспросил мужчина. – Малец, ты случаем не ударился головой, пока летел вниз?
- Гуань Гэня? Босса У? У Се! – воскликнул начинающий расхититель. – Он с друзьями владеет небольшим ресторанчиком в Юйцунь.
- Это тот архитектор на пенсии? – с гораздо большим энтузиазмом хмыкнул водитель.
- Да? – осторожно протянул Ли Цу, ища в глазах собеседника правильный ответ на вопрос. – Да. Да! У Се мой… отец.
- Отец, говоришь? – задумчиво пожевал губу мужчина. – А что, похож! Ладно, малец, садись в машину! – он одобрительно хлопнул парня по плечу. – Я Цао Тецзян, кузнец.
- Настоящий? – забравшись в долгожданное тепло, поинтересовался Ли Цу.
- Такой же, как твой отец – архитектор.
- А?
- Дом, который эти трое построили собственными руками – местная достопримечательность, - заговорщическим шепотом пояснил Цао Тецзян. – Правда, за несколько лет дом немного обветшал, но они сумели его восстановить всего за пару дней. Жаль, что через месяц-два твой отец с друзьями собирается снова возвращаться в город. Говорят, у него в Ханчжоу тоже имеется свой бизнес?
- Да. Он… антиквар.
- Еще и антиквар? – расхохотался кузнец.
- Владеет антикварным магазином и… гостиницей.
- Твой отец занимательный человек. Поговаривают, что он еще и археолог. Черный копатель.
- Н-нет. Он п-профессор. Я был с ним в одной экспедиции. От ассоциации Цзюмэнь.
- Я же говорю – занимательный человек. Вон его дом, - Цао Тецзян указал на двухэтажное строение в окружении деревьев и пестрящего красками сада.
- Ого! Большой.
- Ни разу не был здесь? – сворачивая на подъездную отсыпанную гравием дорожку, усмехнулся кузнец.
- Нет. Я учился. И учусь. Да.
- Выходи. Сдам тебя с рук на руки твоему отцу.
- Я сам, - попытался возразить Ли Цу, но был довольно грубо выдернут обратно под дождь.
- Эй, У Се! – громкий хриплый бас Цао Тецзяна разнесся по заполненному людьми уютному ресторанчику.
Начинающий расхититель сжался под множеством направленных на него взглядов, молясь, чтобы У Се не оказалось дома, а вместо него в зал вышел Чжан Цилин. Или, на худой конец, Панцзы.
- Ли Цу?
Сдавленно выдохнув – Небеса услышали его мольбы – Ли Цу приветственно кивнул идущему навстречу человеку. Чжан Цилин не выглядел недовольным или чрезмерно удивленным появлением на пороге Силаймянь начинающего расхитителя.
- Ты что, действительно, сын У Се? – изумленно выпучил глаза Цао Тецзян, наблюдая за обычно молчаливым молодым человеком, вполголоса перебросившимся с подобранным на дороге подозрительным мальчишкой несколькими фразами.
- Чжан Цилин, где У Се? – смущенно выдавил Ли Цу, безропотно позволяя накинуть на свои плечи неизвестно откуда появившееся в руках воина огромное махровое полотенце.
- Скоро вернется.
- Он ушел в такую погоду?!
- Скоро вернется, - ровным тоном повторил Сяогэ, смерив нечитаемым пристальным взглядом поспешно разжавшего пальцы на предплечье парня смутно знакомого визитера. – Идем.
- Ты работаешь здесь, да? – шмыгнув носом, все же решил задать мучавший его вопрос Ли Цу, стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды местных жителей. Проходя мимо компании вычурно разодетых людей, начинающий расхититель, нервно ускорив шаг, подобрался ближе к невозмутимо лавирующему между столиков Чжан Цилину.
- Ммм…
- А как же заслуженный отдых? Разве вы мечтали об этом? – слабо махнул в сторону оставшегося за спиной просто обставленного помещения мальчишка.
- У Се и Панцзы счастливы.
- А ты? – поднимаясь по довольно крутой лестнице следом за бесшумно идущим впереди Чжаном, осторожно уточнил юный расхититель.
- Ммм…
- Чжан Цилин, ты бы хотел заниматься чем-то другим?
- Я занимаюсь. Сядь, - Сяогэ указал на табурет, исчезая за поворотом небольшой персональной кухни нерушимого трио.
Ли Цу осмотрелся, впитывая в себя особую атмосферу, витавшую в доме, собственноручно возведенном Железным Треугольником. Все вокруг было простым и аккуратным. В каждой детали интерьера чувствовалось нечто особенное, что всегда окружало троих таких непохожих друг на друга расхитителей. Из общей картины выбивался разве что массивный мягкий диван и занимающий большую часть противоположной стены телевизор.
Неприметная дверь, отчасти скрытая за тяжелой шторой, вела на уютную террасу, откуда открывался впечатляющий вид на расположившуюся чуть ниже по дороге деревню, по которой в сторону Силаймянь неспешно ехал потрепанный жизнью белый фургон железной троицы.
Обернувшись на звук грузных шагов, сотрясающих второй этаж фермерского дома-ресторана, Ли Цу расплылся в совершенно дурацкой улыбке, встречая ею хмурого подрывника.
- Чжан Цилин знает, что я здесь, - опережая готовую вот-вот сорваться с языка Панцзы обличительную тираду, быстро проговорил начинающий расхититель, для верности состроив виноватую рожицу.
- Благодаря Цао Тецзяню о твоем приезде скоро будет знать вся деревня, - добродушно отмахнулся душа и пузо Железного Треугольника. – Айя, Сяогэ! Ты встретил на пороге нашего дома Улая и даже не сказал об этом мне? – с деланной обидой выговорил другу Панцзы, удовлетворенно закатив глаза на выразительное фырканье вернувшегося с комплектом чистой одежды Цилина.
На самом деле, Ли Цу предполагал, что выразительное фырканье, насмешливое хмыканье и другие однообразные звуки, издаваемые Чжаном, заменяли бесстрастному воину смех или что-то вроде того. Но У Се на подобное замечание однажды заявил, что у Сяогэ красивый смех, и теперь начинающему расхитителю хотелось выяснить, так ли это на самом деле, или в силу своих чувств наставник просто преувеличивает способности Цилина к выражению эмоций.
- О?
- Что не так, Улай? – заметив замешательство парня, усмехнулся подрывник. – С миру по нитке. Сам знаешь.
- У меня есть с собой одежда!
- О, даже не сомневаюсь, - продолжал веселиться Панцзы. – И ее можно отжимать, как и всего тебя. Ты только посмотри, - он сокрушенно покачал головой, тыча пальцем в пол, по которому всюду виднелись грязные отпечатки обуви и небольшие лужицы воды в тех местах, где нежданный гость останавливался, чтобы лучше рассмотреть небольшую кухню самым причудливым образом совмещенную с гостиной.
Пристыжено опустив голову, Ли Цу кивнул, стискивая стопку чистой одежды в тщетных попытках не изгваздать хотя бы ее. Все вещи пахли стиральным порошком и свежестью, но каждая из них хранила особенный, характерный только для ее обладателя, аромат: горьковатый запах ментоловых сигарет смешивался с чем-то терпким, мускусным и одновременно легким, почти неощутимым в сочетании с цитрусовыми нотками и хвойным оттенком хорошо знакомого Ли Цу любимого лосьона подрывника.
- Отлично выглядишь, - одобрительно покивал головой Панцзы, поднимая вверх оттопыренные большие пальцы.
Довольно мешковатый, но уютный образ довершал безразмерный халат пуза и души Железного Треугольника. Мягкий, пушистый и, что примечательно, розовый.
На углу стола Ли Цу поджидала пузатая дымящаяся кружка с ароматным травяным чаем. Бесшумно передвигающийся Цилин успел исчезнуть из поля зрения мальчишки, но отчего-то сомнений в том, кто проявил о нем невиданную заботу, сомнений не возникало.
- Ну, привет.
Вздрогнув и едва не пролив на себя остатки приятно согревающей жидкости, начинающий расхититель с затаенным недоверием и надеждой посмотрел туда, откуда доносился голос наставника. За спиной изрядно вымокшего У Се в тени лестницы маячил расплывчатый силуэт Чжана.
- Айя, Тяньчжэнь, и ты туда же, - сокрушенно цыкнул Панцзы, подхватывая с кухонного уголка клетчатое полотенце и бесцеремонно бросая его в друга.
- Не кипятись, - подмигнув опешившему парню, шикнул на подрывника босс У. – Я привез все, что ты просил.
- Тогда пойду развлекать наших гостей, - вмиг утратив напускную сердитость, довольно пробасил пузо и душа Железного Треугольника. – Тяньчжэнь, сегодня ты официально освобожден от работы, - торжественно провозгласил он, увлекая за собой на первый этаж тихо хмыкнувшего Цилина.
- Я не думал, что здесь так сыро.
- Ну, Юйцунь известна своими проливными дождями, - пожал плечами У Се. – Ты мог позвонить, и мы бы приехали за тобой на станцию.
- Ты злишься?
- М? Нет.
Свободный табурет с шумом проехался по полу: теперь У Се сидел прямо напротив уткнувшегося в чашку начинающего расхитителя, наблюдая за мальчишкой.
- Тогда…, - Ли Цу нервно закусил губу, собираясь с силами, чтобы сказать то, о чем не смог сообщить по телефону. О чем просто боялся говорить, ожидая осуждения со стороны наставника, всего Железного Треугольника и семьи У. – Тогда насколько сильно ты разозлишься, если узнаешь, что я подвел тебя?
- Что-то случилось?
Нахмуренное лицо босса У вселяло в душу Ли Цу неясную тревогу, но в проницательных глазах не было и намека на раздражение, только обеспокоенность.
- Помнишь, я сказал по телефону, что собираюсь кое-что изменить в своей жизни?
- Помню.
- Я принял решение, и сделал так, как считал правильным и важным. Для меня. Понимаешь?
- Понимаю.
- У Се, знаешь, хорошо, что я не являюсь частью семьи У. Я бы не хотел, чтобы из-за меня твои отношения с ними окончательно испортились. Особенно с госпожой У.
- Ли Цу, ты выбрал приключения с друзьями, а не учебу?
- Тебе позвонили из университета? – поджал губы начинающий расхититель.
- Нет. Это твоя жизнь, Ли Цу. И не мне учить тебя жить. Бабуля У не разочаруется в тебе только из-за того, что ты предпочел свободу выбора сомнительным семейным традициям.
- А ты? И Чжан Цилин?
- Ни я, ни Сяогэ, ни Панцзы не считаем принятое тобой решение чем-то неправильным. Мы трое не лучшие примеры для подражания, но, в конце концов, я во многом виноват перед тобой, поэтому не имею никакого морального права на нравоучения. Никто из нас не имеет, на самом деле.
- Су Вань и Ян Хао собираются доучиваться, - почувствовав себя немного увереннее, поделился с наставником Ли Цу. – Им немного осталось. Вряд ли мы втроем будем когда-нибудь путешествовать, как Железный Треугольник. Но Лю Сан и Ли Цзялэ предложили мне отправиться в предгорье Тибета вместе с ними.
- Когда?
- На следующей неделе.
- Поэтому ты приехал в Юйцунь? – нечитаемый взгляд У Се мазнул по лицу подобравшегося мальчишки, останавливаясь на залитом крупными каплями дождя окне.
- Я хотел поговорить с тобой, прежде чем уехать на несколько месяцев.
- Поговорил, - чуть помедлив, кивнул босс У. – Предупреди меня или Панцзы, когда соберешься возвращаться. Мы отвезем тебя на станцию.
- Я буду звонить, обещаю!
- Да, конечно, - вернув горящему энтузиазмом парню натянутую улыбку, У Се поднялся из-за стола, стремясь поскорее оказаться среди шумных и совершенно невыносимых посетителей Силаймянь, чтобы иметь возможность осмыслить все сказанное Ли Цу. Говорить окрыленному парню о том, что в предгорье Тибета едва ли найдется хотя бы одна вышка сотовой связи, по его мнению, не стоило. В конце концов, босс У за всю свою жизнь исчезал гораздо чаще и далеко не на два-три месяца, да и предупреждал об этом далеко не всегда. Поэтому Ли Цу имел право заниматься тем, чем ему, действительно, хотелось, и с теми, с кем ему было интересно и важно разделить свои впечатления, удачи и поражения.
- Куда ты? – подорвался следом за стремительно вскочившим со своего места наставником начинающий расхититель.
- Помогу Панцзы с нашими посетителями, - ровным тоном бросил У Се.
- Но ведь он сказал…
- Отдохни. Можешь занять любую свободную комнату. Здесь их много. Я попрошу Сяогэ составить тебе компанию.
- Но я хотел поговорить с тобой, - откровенно недоумевая из-за резкой смены настроения светлого ума Железного Треугольника, возразил Ли Цу.
- Да, конечно. Сегодня будет сложно добраться до станции. Так что…
- Я не собирался уезжать сегодня, - пробормотал начинающий расхититель.
- Тогда у нас еще будет время для разговора. Дождь закончится не раньше завтрашнего вечера.
- Тебе, действительно, нужно идти? – упорно отводя глаза, начинающий расхититель спрятал подрагивающие руки в огромные карманы, сжимая кулаки. Весь вид наставника говорил о том, что спорить с ним бесполезно, как и просить остаться. Еще несколько минут назад расслабленно ведущий беседу У Се выглядел напряженным и собранным. Именно таким он запомнился Ли Цу на побережье Линьгао, когда его накрыло волной подступающей паники, выплеснувшейся в самую настоящую истерику.
- Сяогэ подменил меня сегодня, пока я ездил за заказом Панцзы. И заставлять его и дальше находиться среди людей – плохая идея.
- Разве Чжан Цилин не работает вместе с вами?
- Да, конечно, - в который раз за последние несколько минут согласно кивнул босс У, быстрым шагом пересекая остаток пути до лестницы. У Се отдавал себе отчет в том, что малодушно сбежал, неуверенный в собственных силах скрыть разочарование от несбывшихся надежд.
Ожидать от парня глубокой привязанности, конечно, не стоило, и У Се это прекрасно понимал. Не стоило надеется и на то, что Ли Цу приедет просто так, потому что соскучился или захотел повидаться. Но где-то в глубине души босс У все же верил в не безосновательность своего желания стать для мальчишки кем-то большим, чем просто человеком, внезапно оказавшимся его биологическим отцом (слышать, как тот называет его отцом во сне, созданном ванляном, оказалось приятно). Хотя и признавал – даже из Сяогэ вышел намного лучший отец, чем он сам. По крайней мере, именно Цилин был тем, кто добровольно взялся успокоить парня после – пускай и непродолжительного – нахождения в руках подосланных Ся Вэем бандитов, в то время как сам У Се просто оттолкнул, принявшись за разоблачение очередного замысла Ци Юя. По крайней мере, искренний интерес Ли Цу к Цилину способствовал относительному балансу взаимоотношений начинающего расхитителя и его блудного, никудышного отца.