Часть 5 (1/2)

Очередной концерт уже через час, а Чимин до сих пор не на месте. Юнги сидел в гримёрке, нетерпеливо барабаня пальцами по подлокотникам кресла.

— Я уже звонил, он рядом. Пару минут подожди.

Юнги смерил Хосока взглядом, но промолчал. Спустя буквально минуту послышались шум и ругань, дверь резко распахнулась, и в комнатку ввалился запыхавшийся Чимин.

— Я визажист, бестолочи, хватит за мной бежать, я уже больше месяца с вами работаю, вы запомнить не можете? Отцепитесь от меня! Хосок, скажи им! — кричал Чимин, на ходу сбрасывая куртку и падая на стул. — Простите, ребята, задержался с заказом, ещё и пропуск забыл, пришлось с боем прорываться.

— За что мне всё это! — взвыл Хосок, оттеснил охрану в коридор и хлопнул дверью, оставляя Юнги и Чимина наедине.

— Ты опоздал, — произнёс Юнги строгим голосом, хотя вовсе не был зол. Вся ситуация его даже забавляла.

— Прости, Сладкий, я красил такую вредную бабищу, она мне весь мозг выела. Я так быстро собирался, что просто сбросил всё в чемодан, теперь тут лютый беспорядок, — нахмурившись, он поставил кейс с косметикой перед зеркалом, открыл и стал интенсивно там копаться, выставляя нужные ему вещи рядком на столик на колёсиках. — Ты бы её видел, очень красивая, милая, нежная на вид, но характер… Искренне сочувствую её будущему мужу. Или уже текущему? Вроде как церемония уже должна была начаться.

Болтовня Чимина разряжала обстановку. Юнги сам не заметил, как перестал держать серьёзное лицо, расплываясь в лёгкой, спокойной улыбке. «Такой забавный…»

— Короче, я смог её удовлетворить в конце концов, и она щедро отсыпала чаевых, — Чимин закончил потрошить чемоданчик и с трудом поднялся со стула, чуть поморщившись. Налил тонер на ватный диск и начал протирать им лицо Юнги. — В дверях меня поймал жених и хотел дать ещё денег, но я отказался, и так получил почти в два раза больше, чем договаривались. Думаю, он всё же в курсе её ужасного характера. Любовь таки зла. Короче, извини, больше не повторится…

Юнги обратил внимание на то, как Чимин кривился и чуть ли не шипел от боли, когда наклонялся. Не выдержав, он немного сместился, отказываясь между ног Чимина, схватил его за талию и уронил себе на колени. Чимин при этом взвизгнул от неожиданности и схватился за плечи Юнги, ватные диски полетели на пол.

— Ты что творишь! — попытался встать, но Юнги не отпустил, сильнее впиваясь пальцами в бока Чимина.

— Я вижу, тебе больно. Посиди. Ты же сможешь так всё сделать?

— Да, но…

— Продолжай.

— Юнги, не думаю, что ты хочешь новых слухов о себе.

— Никто нас здесь не увидит, успокойся. Я не позволю тебе страдать тут передо мной. У тебя опять таблетки кончились?

— Да пил я таблетки, не подействовали ещё.

— Врёшь ты всё.

— Айщщщ, лучше молчи! Чёрт с тобой, ладно, блин…

Щёки Чимина порозовели. «Очаровательно. Мне наконец-то удалось его смутить».

Он чуть поёрзал на коленях Юнги, устраиваясь поудобнее, подтянул столик с косметикой поближе и начал наносить тон.

— Я мало тебе плачу? — спустя время, когда макияж был почти закончен, спросил Юнги.

— Что?

— Зачем ты берёшь дополнительные заказы? Хосок задерживает оплату или…

— Нормально мне Хосок платит, прекрати. Это личное.

— Тебе нужны деньги? Зачем?

Чимин устало вздохнул.

— Сладкий, ты не знаешь значение слова «личное»? Тебе пояснить?

— Ты сегодня уже называл меня по имени, не хочешь продолжить в том же духе?

— Не хочу. Прикрой глаза.

Юнги послушно закрыл глаза и почувствовал лёгкие прикосновения кистью по векам. Дыхание Чимина было так близко, его тело в руках ощущалось так правильно. «Безумие. Просто безумие».

Хлопнула дверь. Чимин дёрнулся, но Юнги успел удержать его.

— Ребят, вы совсем охренели? Вы чем тут занимаетесь? А если кто-то сфоткает это? Юнги, твою мать! — Хосок разозлился не на шутку.

— А я ему то же самое сказал.

— Бля, Хоба, не заводись, у Чимина болит нога, вот я его и посадил, ну не мучать же его было, в конце концов. Будь другом, отправь кого-нибудь в аптеку за таблетками, Чимин скажет тебе, какие нужны.

Хосок звучно хлопнул себя по лбу, сложил ладони вместе и обратился к потолку.

— Господи, за что? Что я сделал в прошлой жизни, а?

— Не драматизируй.

— Отпусти, мне надо заняться волосами.

Чимин попытался встать, но Юнги снова удержал, прижимая ближе и сцепляя пальцы за его спиной, заглянул в глаза.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— И не отвечу. Давай, у нас мало времени.

Юнги в этот момент заметил напряжение и нервозность Чимина, тот будто окаменел, закрываясь. Юнги хотелось врезать себе, да посильнее. «Тэхён говорил о проблеме с доверием. Нельзя давить. Нельзя применять силу. Неужели он боится меня?» Юнги тут же разжал руки, и Чимин как можно быстрее встал, отвлекаясь на поправление причёски и последние штрихи.

— Давай, Сладкий, порви их всех.

Обычный весёлый настрой, к которому так привык Юнги, сегодня в Чимине вдруг пропал, и это очень настораживало. «Может, он просто устал, а я себя зря накручиваю?»

***

Во время концерта Юнги не видел Чимина за кулисами и от этого даже немного заволновался. В небольшом перерыве спросил Хосока, и тот сказал, что Чимин принял обезболивающее и уснул в гримёрке.

Поэтому он очень аккуратно открыл дверь, чтобы не разбудить. Чимин всё ещё спал, укрытый пледом. «Похоже, Хосок постарался». Юнги не удержался от соблазна поразглядывать его поближе, поэтому сел прямо на пол рядом с диваном.

Чёлка волной спадала на его лоб. Длинные ресницы чуть трепетали. Под глазами залегли тёмные тени. «Сколько же ты работаешь и сколько спишь, Пак Чимин?» Кожа выглядела невероятно нежной, и кончики пальцев кололо, так хотелось прикоснуться. Взгляд опустился на губы, пухлые, мягкие на вид, с небольшими трещинками. Юнги подмечал, как Чимин часто кусал губы от нервов или когда напряжённо о чём-то думал. Снова Юнги охватило это желание. Прижаться, потрогать, почувствовать. Обнять. Такое новое, такое непривычное. Но такое приятное…

Чимин сонно заворчал и приоткрыл один глаз.

— Выступление закончилось?