Глава 6. Часть 2 (2/2)

— Не создавай мне лишних проблем, уходи, — устало пояснила она, отворачиваясь в сторону, но он по-прежнему шёл следом, как дикая собака.

— Ты его любишь? — неожиданно спросил Артур, и Эшлин хотелось засмеяться в голос. Влюбиться в Джеймса? Девушка и не думала об этом.

— Не тебе это спрашивать, — не сдержав надменную улыбку, она повернулась к Артуру, который стоял поодаль на несколько шагов, чтобы не спугнуть. Девушка смотрела на знакомую фигуру и не могла понять, почему же в сердце больше ничего не ёкает при виде любовника. В душе осталась лишь пустота.

— Я тебя люблю, — по телу Эшлин пробежали мурашки. Он никогда не говорил, что любит её, так ведь?

Обнаружив забытую сумочку, Джеймс вслед за Эшлин, спустился вниз, чтобы вернуть вещь до того, как разъярённая девушка обнаружит пропажу.

— Где она? — рявкнул Джеймс, проходя мимо брата.

— Ушла на парковку, — указал Том, поворачиваясь к стеклянным дверям, через которые можно было разглядеть всё, что творилось снаружи. — Ты просто посмотри, это Артур? Что ему нужно от Эшлин?

Выругавшись, Джеймс быстрым шагом вышел из офиса и направился к машине Эшлин.

— А ты меня любишь? — с надеждой прошептал Артур.

— Нет, — она услышала свой голос, будто со стороны. Он казался жалким и неправдоподобным. Но это была чистая правда. Эшлин могла делать с Артуром всё, что угодно, но она никогда не любила его. Даже самый прекрасный секс не мог заставить её мозг привязаться к человеку, будто этой функции и вовсе не было в организме Эшлин.

— Лгунья, — рассмеялся Артур, подходя ближе, и она не отошла.

— Не люблю, — прошептала она почти ему в губы.

— Я тебя люблю, — парень склонился над её ухом, обдавая жаром своего возбужденного дыхания. — Я тебя люблю, — уже по слогам повторил он, поднимая руку, чтобы дотронуться до вожделенного лица.

— Уходи, — испуганно одними губами произнесла Эшлин. Сердце сжималось от осознания собственных слов. Эшлин поймала себя на мысли, что ей страшно находиться рядом с Артуром. Он будто в один момент стал самым отвратительным человеком на земле.

— Артур! — злобный голос Джеймса вывел девушку из размышлений о собственной беспомощности. — Позволь узнать, что ты здесь делаешь? — мужчина так сильно сжимал ремешок сумочки, что запросто мог сломать его.

— Ничего, — Артур облизнулся и отошёл от девушки на безопасное расстояние. — Мы просто болтали. Хочешь сказать, и это нам нельзя делать?

Эшлин в страхе поглядывала на разъяренное выражение лица Джеймса. Руки её тряслись в ожидании чего-то страшного и непоправимого.

— Что же, — протянул Кейн, подходя к Эшлин и закрывая хрупкую фигуру девушки своим телом. — Поговори со мной, братишка.

— Я уже ухожу, — бросив взгляд на испуганную девушку, Артур улыбнулся и прошёл мимо, направляясь к своему автомобилю. — Приятно было встретиться.

— Стой! — Джеймс схватил кузена за воротник и прижал к ближе стоящему авто, немного поцарапав переднюю дверь. — Не думай, что ты здесь самый умный. Не создавай себе проблем, отстань от Эшлин.

Артур лишь усмехнулся. Парень был не из тех, кто бежит с поля боя в страхе, поджимая хвост. Артур был из тех, кто первым лезет в драку, пытаясь доказать свою правоту. А когда ты полностью уверен в себе, бояться нечего.

— Вы с папочкой шантажируете Эшлин, не так ли? — сощурил он глаза. — Что вы предложили за то, чтобы она выполняла ваши прихоти?

— Она здесь, со мной, лишь по собственному желанию, — прошипел Джеймс, пока Эшлин наблюдала со стороны, оцепенев. Она даже не могла пошевелить пальцами от страха. Девушка понимала, что Артур запросто может сделать что угодно, лишь бы очернить Кейна. — Я прощу эти твои выходки, но только на этот раз, — мужчина отпустил кузена. — Позже, я не буду так лоялен в этом вопросе.

— Выходки? — усмехнулся Дауман, поправляя одежду. — Знал бы ты, что творит Эшлин с моим членом, — сладко протянул Артур, и Джеймс сорвался, ударив в металл машины рядом с его головой. Эшлин запищала и, закрыв уши руками, упала коленями на асфальт. — Ты напугал её, — не дрогнув, Артур взглянул на скорчившуюся фигуру Салливан.

— Не надо, Джеймс! — стонала девушка, давясь слезами. — Артур, прошу, уходи!

Резко отстранившись, Джеймс ждал, пока Артур покинет парковку.

— Из моей головы ты не выйдешь никогда, — склонившись над девушкой, Артур огладил короткие волосы. — Я хочу тебя, и отступать я не собираюсь. Ты моя! — воскликнул он, и голос эхом разнося по парковке. — Пока не знаю как, но ты вернёшься ко мне.

Артур ухмыльнулся и, сев в машину, медленно выехал из парковки, пока Эшлин пыталась унять дрожь в теле. Ей было страшно, ужасно страшно, что он может вернуться.

— Мне не нравится, как он на тебя смотрит, — глаза Джеймса бегали из стороны в сторону, он отчаянно пытался ухватиться за какой-то объект, но внимание тут же переключалось ещё куда-то. — Не встречайся с ним больше.

Эшлин прикрыла глаза, сдерживая свой гнев. Он рвался изнутри с неведомой силой.

— Какого чёрта ты творишь? — прокричала она, так и не найдя сил встать с колен. — Что с тобой происходит, Джеймс? — брови дугами скривились. — Я тебя не узнаю.

Джеймс сам себя не узнавал. С появлением Эшлин всё мигом изменилось в худшую сторону. Джеймс больше не мог думать ни о чём, кроме работы, погружаясь в неё всё глубже, пытаясь отодвинуть истинные мысли подальше.

— Ты никогда и не знала меня, — бросил он и, оставив сумку на капоте машины, направился в сторону офиса, оставив девушку в одиночестве.

***</p>

Следующий день выдался куда спокойнее. Эшлин больше не думала о Джеймсе, хотя это было невозможно, учитывая скорую свадьбу. Отовсюду только и слышались их имена и сыпались поздравления.

Девушка решила бросить все свои силы на воплощение плана по сближению сестёр. Эшлин не нравилось то, что Эриел и Ясмин не могут, как раньше, болтать обо всём на свете и прогуливаться по городу. Больше ничего этого не было.

— Добро пожаловать, — поприветствовала Эриел женщина у входа в свадебный салон. Как только девушка зашла внутрь, на двери тут же появилась табличка: «На специальном обслуживании». — Проходите!

Приподнятое настроение Олдридж тут же испарилось, когда за поворотом она заметила Ясмин, крепко державшую огромный беременный живот. Эриел заметно побледнела от неожиданности.

— Что ты здесь делаешь? — недовольно поинтересовалась Эриел, подходя ближе. Она старалась не показывать своих истинных эмоций, хотя хотелось порадоваться за сестру, но давняя обида не давала покоя.

— Очевидно, то же, что и ты, — как можно сдержаннее ответила девушка, отпуская руки с живота. — Эшлин хочет, чтобы мы помогли ей выбрать свадебное платье, поэтому, давай без ссор, хотя бы на сегодня. — Эриел недовольно цокнула, но проследовала внутрь.

— Как тебе? — воскликнула Эшлин, когда отодвинули шторку примерочной. Заметив подруг рядом, она спустилась с пьедестала, на котором стояла и обняла их двоих. — Как же я скучала, — прошептала Салливан. — Спасибо, что пришли.

Сестры переглянулись и смущенно опустили взгляд вниз. Всем было не по себе.

— Поздравляю, — отчеканила Эриел, указывая на живот. — Он счастлив? — Ясмин кивнула. Эриел стало странно осознавать, как время быстро пролетело, как сменилось видение многих из них. Девушка отчетливо помнила тот момент, где Том клялся ей в том, что никогда не заведёт ребенка ни от кого, кроме неё. Она улыбнулась собственной мысли и закатила глаза. Вот же лгун. Но Олдридж это нисколько не задело, она бы никогда не пошла на это ради Харви.

— Вы хотите поговорить? — спросила Эшлин, почти не мигая. Девушка затаила дыхание, ожидая, что разногласия, разделившие любящих людей, растворятся.

— Нет, — отчеканила Эриел, не сводя глаз с образа сестры. Она и не помнила, как та выглядела без всей этой одежды и платка, скрывавшего волосы. Как такой ценитель женской красоты, как Томас Харви вообще мог полюбить такую закрытую женщину, как Ясмин? — Я ухожу отсюда.

— Нет! — твердо отбросила Эшлин, стоя поодаль. — Ты никуда не пойдёшь. Мне надоело бегать за вами всеми, будто я какая-то цирковая собачка. Хватит! — Эриел замерла, оглядываясь. — Если вы сейчас же не решите свои конфликты, уходите обе, но знайте, что я буду мертва для вас, — Ясмин схватила руку подруги, но та одернула её. — Рискнёшь уйти? — челюсть Эриел напряглась и она, сделав шаг, направилась к выходу. — Трусиха! — прокричала Эшлин, падая на мягкий пуф. — Предательница.

— Эшлин, — Ясмин положила свою руку на плечи подруги. — Зря ты всё это затеяла.

— Я просто хочу вернуть то время, когда мы были все вместе, — безнадежность сочилась из губ Салливан, она не находила себе места. — Просто помиритесь, прошу.

— Она до сих пор злится на меня, разве не видишь? Если Эриел пойдет на разговор, я с радостью приму её, но до тех пор, мы не сможем быть подругами, как раньше.

Входная дверь резко открылась, и Эриел вошла внутрь, держа в руках бутылку шампанского. Девушка легко улыбнулась.

— Здесь можно выпить шампанского? — проговорила она, держа в руках бутылочку игристого. — У нас будет долгий разговор.

Эшлин подскочила и обняла подругу, повиснув на ней обезьянкой.

— Я так испугалась, — прошептала она на ухо Эриел. — Не делай так больше, идиотка.

— Прости, — произнесла она, смотря на Ясмин, которой эти слова и предназначались. Они обе знали это.

Ясмин кивнула и дотронулась до ладони Олдридж, которой та обнимала младшую. Эриел скривила лицо и, уткнувшись в плечо Эшлин, заплакала. Такой, казалось бы, простой жест поддержки, но для них двоих это имело более глубокий смысл. Дотронуться до руки — дать обещание молиться за человека даже в самые темные времена, простить все его ошибки и начать жить заново. Они прощали друг друга за всё.

*четыре года назад*

Томас уже который день бесцельно бродил по безлюдным улицам, напивался до беспамятства и ругал весь мир за расставание с Эриел. Она бросила его слишком жестоко, слишком больно для него. Эриел не собиралась жалеть чувства бывшего возлюбленного, это было бы слишком милосердно.

Я ходила на свидания за деньги, пока мы встречались. Тебе ведь нравятся мои деньги, да? Так я их зарабатывала. Деньги на твои сигареты, твой алкоголь, твои подарки и твои презервативы. Всё это… Так я зарабатывала. Тебе всё ещё нравятся мои деньги? Я тебе всё ещё нравлюсь?

Мне жаль, что Алекс оказался лучше тебя. Мне жаль, что ты такое ничтожество, Харви. Мне жаль, что я тебя не люблю. Мне жаль, что я вынуждена была продавать своё тело, чтобы жить так, как мне хочется. Мне искренне жаль, Томас, что я потратила на тебя столько времени.

— Эшлин, как такое могло случиться? — вторил Томас, выпивая стопку за стопкой.

— Перестань пить, от этого тебе не станет легче, — Эшлин каждый день видела пьяную фигуру друга и каждый из этих дней выбрасывала бутылки алкоголя, чтобы прекратить мучения.

— Никогда этого не прощу, ни одному из них, — шипел парень, ударяя кулаком о стол. — Мы были вместе со средней школы, как она могла изменить мне?

— Прости, Том, я должна была заметить, что они проводят время вместе, — каялась девушка, прижимаясь к Тому ближе в надежде, что тот остынет. От парня веяло спиртным, и Эшлин каждый раз задерживала дыхание, чтобы не ощущать тошноту.

— Кто мог знать, что всё так выйдет, — уже спокойнее отвечал он. Тепло тела Эшлин успокаивало. — Ты совершенно не виновата, — Том решил переключиться на другую тему разговора, лишь бы не заставлять девушку чувствовать себя причастной к ситуации. — Ты, кажется, сдала вступительные экзамены в университет. Когда уезжаешь?

— На днях, — печально пояснила она, не отпуская друга из объятий. — Родители не в восторге, особенно, мама.

— Не обращай внимания на неё, — отмахнулся парень. — Главное, что ты добилась своего. А я как-нибудь переживу, не беспокойся за своего друга. Если из-за меня ты перестанешь учиться, лично прибью тебя к рабочему столу, чтобы и минуты свободной не было.

Девушка рассмеялась. Эти угрозы были так пусты, что казались абсурдными.

— Шутишь, значит, в порядке, — Эшлин заглянула в лицо друга, пытаясь прочесть его. Она переживала, что всё произошло так быстро и прямо перед отъездом. — Точно всё хорошо?

— Это жизнь, Эшлин.

Томас был в порядке, но его раздражал тот факт, что бывшие друзья теперь встречаются, да ещё и не стесняются показывать свои отношения ему лично. Каждый раз, при виде их вместе, Харви изо всех сил сжимал кулаки, сдерживая ярость.

— Алекс, прекрати, — пищала Эриел, когда Алекс проходился губами по её шее, расцеловывая ту.

— Ни за что, — вторил он, продолжая своё действо.

Прошло несколько недель с их расставания, но боль в груди по-прежнему не давала покоя. Том хотел сделать Эриел больно так же, как и она ему. Хотел уничтожить их двоих и заставить страдать. Как только Эшлин улетела в университет, Томас поджидал Ясмин со школы, вновь встречаясь с влюбленной парочкой.

— Ясмин, можно с тобой поговорить? — остановил он её, подзывая в сторону.

— Что такое, Том? — он отчётливо слышал детский смех бывшей девушки, что придавало ему сил сделать это. — Если ты хочешь что-то спросить о Эриел, то я ничего не знаю. Она в последнее время не ночует дома и от меня отдалилась.

— Нет, я хотел поговорить кое о чем другом, — парень сглотнул, надеясь, что цель оправдывает средства, для её достижения. — Правда, что я нравлюсь тебе?

— Что за глупости? — встрепенулась Ясмин, чуть не уронив учебники из рук. — Кто тебе такое сказал?

— Так, это правда? Сейчас, когда мы Эриел уже не вместе, ты можешь ответить искренне. Если это ложь, то, прости, не хотел обидеть, — Томас повернулся к ней спиной и уже собирался уходить, как девушка подала голос.

— Это правда, — воскликнула она. — Ты, действительно, мне нравишься.

— И ты мне, — шепнул он и резко обернулся, встречаясь с глазами Ясмин. — Как жаль, что я так поздно понял это. Кто знает, что было бы, если бы на месте сестры оказалась ты, — девушка вздрогнула от его слов. — Ты добрая, умная, симпатичная. Почему так долго пряталась от меня? — он дотронулся до её щеки. Кожа под его пальцами тут же опалилась огнём.

— Том! — отстранилась она, пряча взгляд. — Хватит шутить надо мной.

— Давай встречаться, — бросил он, отчего голова Ясмин перестала здраво мыслить. — Ты мне очень нравишься, Ясмин Каррингтон, и я хочу быть твоим парнем. Не могу даже мысли допустить, что ты можешь быть с кем-то другим.

Том произнёс это так уверенно, что и сам бы мог поверить в эту наглую ложь. Эриел так сильно дорожит своей ненаглядной сестрой, что лишив младшую невинности, он нанесёт семье девушек позор. Это будет самым сильным ударом для Эриел. Томас мог бы проделать то же самое и с Эшлин, чтобы проучить Алекса, но искренняя любовь и привязанность к девушке не позволили бы это сделать.

— Нет, это неправда, — выдавила из себя Ясмин.

— Давай руку, расскажем всё ребятам, — он хотел видеть лицо Эриел в момент, когда она узнает об этом.

— Я, правда, нравлюсь тебе? — Ясмин не могла в это поверить, всё казалось сном, и она не желала просыпаться.

— Очень, — Том наклонился и чмокнул девушку в щёку. — Пошли, — он прихватил её маленькую ладошку, и они пошли в сторону знакомых лиц, которые никак не могли оторваться друг от друга.

Заметив Тома, держащего Ясмин за руку, Эриел занервничала и отстранилась от Алекса.

— И как это понимать? — поинтересовалась девушка, ожидая, что Ясмин отойдёт от Тома, но он крепко держал её ладонь в своей.

— Мы с Ясмин начали встречаться, только что, — отчеканил Харви, бросая Эриел вызов.

— Ладно этот придурок, но ты, — Эриел обратилась к сестре. — Как ты купилась на его сказки, Ясмин? — девушка повысила голос. — Будь умнее, не ведись на это.

— Говори, что хочешь, но я люблю твою сестру, — спокойно произнёс Том, и Ясмин стало спокойнее рядом с ним. — Как жаль, что за твоим притворством пряталось нечто живое, — он крепче прижал девушку к себе.

— Так, значит, ты решил, — хмыкнула Олдридж, подходя вплотную. — Запомни, если хоть волос с её головы упадёт, я зарублю тебя топором, ублюдок. Ты сдохнешь в муках и будешь давиться своим членом, пока не начнёшь блевать.

Ясмин вздрогнула, прячась от строгого взгляда сестры. Ясмин понимала, что поступает неправильно, но этот шанс, что преподнесла ей судьба, нельзя было упустить. Каррингтон всей душой любила парня своей сестры ещё с самого начала их отношений и не могла отделаться от этих запретных чувств.

— Я вернусь домой, сегодня же, и буду присматривать за тобой, — резанула Эриел, хватая руку сестры. — В последнее время на улицах много маньяков, скрывающихся за маской хороших парней, — намекнула она, сдерживая своё отвращение к Харви.

— Эриел! — встрял Алекс. — Пусть делают, что хотят. Тебе какое дело?

— Заткнись, Алекс! — прервала девушка, не сводя с бывшего взгляда. — Я предупредила тебя, Харви.

Томас был доволен своей выходкой. Он улыбнулся и просто ушёл, оставляя всех в немом недоумении.

— Ясмин, какого чёрта ты творишь? — бросала Эриел обвинениями, не выпуская сестру из рук.

— Он мне нравится, Эриел, — всхлипывала она, в страхе, не обращая внимания на окружающих. — Я не делаю ничего дурного, ты же знаешь. Я люблю его, сестра!

— Это не любовь, — перебила Олдридж. — Если таков его план, поздравлю, он сработал.

— Ты так узко мыслишь, что даже не можешь поверить, что это может быть правдой, — оправдывал Алекс, скрестив руки на груди. Ему было совершенно плевать на Харви и всё то, что он делал.

— Никогда не поверю в это, ни за что, ты поняла меня? — орала Эриел, пугая сестру своими криками. Ясмин было жутко страшно, но она знала, что теперь может стерпеть всё, что угодно, ведь рядом отныне будет он — Томас Харви.

***</p>

На часах было уже половина первого, а Джеймс до сих пор находился в офисе, погруженный в работу. После ситуации с Эшлин он не появлялся дома, находя время на сон лишь за рабочим столом и то, на несколько часов. Джеймс старался придерживаться своего режима, но он давал сбой снова и снова.

— Мистер Кейн, — послышалось на том конце мобильного телефона, — простите за такой поздний звонок, но вы просили сообщать обо всём, — обеспокоенный голос миссис Хоуп встревожил мужчину.

— Что случилось?

— Илайн стало плохо, — бросила она, и Джеймс мигом бросился вниз, на парковку. — Девочка горит, ничего не помогает. Я уже вызвала врачей, они будут с минуты на минуту.

— Хорошо, миссис Хоуп, я скоро буду.

Джеймс не понял, как добрался до дома. Он гнал машину так быстро, что запросто мог попасть в аварию. Доктора уже собирались уходить, когда он ворвался в комнату дочери.

— Как она? — обеспокоенно бросил он, и мигом успокоился, когда заметил легкую улыбку дочки во сне.

— Девочка сильная, здоровая, — пояснил доктор. — Простая простуда, не переживайте. Я оставил список лекарств, принимайте в течение пяти дней, — повторил он, чтобы отец мог запомнить. — Давайте ей теплое питьё и больше отдыхать, проветривайте комнату, но не создавайте сквозняки. Ребенок будет потеть от лихорадки и лишний стресс организму ни к чему.

— Хорошо, доктор, — кивнул Джеймс. — Правда, ничего страшного? Температура очень высокая.

— Она поспит и всё пройдёт, — успокоил врач мужчину. — Организм растущий, в этом возрасте болезненность нормальна. Если это всё, я пойду. Выздоравливайте.

— Спасибо доктор, — поблагодарила его женщина, провожая до двери. — Мистер Кейн, простите, — извинялась она, чувствуя свою вину в болезни воспитанницы.

— Всё в порядке, — одёрнул Джеймс. — Доктор же сказал, что ничего страшного не случилось. Илайн станет лучше после лекарства, — мужчина закрыл дверь комнаты. — Сегодня я останусь здесь. Приготовьте, пожалуйста, мою комнату и можете быть свободны.

— Да, конечно.

Джеймс не мог уснуть, поэтому переоделся в спортивную одежду и вышел на улицу. Свежий воздух обдал его разгорячённое лицо. Пробежав несколько километров, он не мог отделаться от навязчивых мыслей, роящихся, будто пчёлы. Голову переполняли мысли. Больше всего Джеймс думал о том, что Аллин бы точно не допустила, чтобы их дочь сейчас мучилась в лихорадке.