Глава 52 (2/2)

- Обстрел из гранатометов центрального входа,- холодным голосом ответил мне лейтенант,- Началась перестрелка. Сигналы тревоги на шести точках в коммуникационных туннелях. Мы разберемся.

- Понял,- ответил я, после чего отключил тревогу на экране.

Было понятно, чего добиваются бунтовщики. Они не могли быть настолько глупыми, чтобы пытаться ликвидировать меня и весь Объединенный Штаб, но они могли создать угрозу, чтобы заставить его эвакуироваться куда-будь. Без единого руководства вся оборона у нас покатится в варп.

Нет уж, я не стану бежать. Пока я не услышу от Глегара, что нужно валить, то будут оставаться здесь, даже если в коридорах будут стрелять.

- Продолжайте, арбитр-марицалум,- сказал я Тальрагу, который все это время продолжал оставаться на связи.

- Как я и говорил, сохраняется риск новых нападений на другие десятинные мануфакторумы и, что еще более серьезно, на Люститус Кастриумы.

- Я уже все сказал, арбитр-марицалум. Или вы находите подкрепления и присылаете нам, или мы вынуждены оставить мануфакторум ”Джугда”.

Наступила тишина. Тальраг явно задумался над моими словами.

Конечно, я мог приказать ему просто взять и прислать мне войска - он не посмеет мне перечить. Однако подобное было бы глупо. Я не знал истинного положения дел в тылу с гражданскими беспорядками, а разбираться сейчас с этим времени никакого не было. Потому решать тут должен был арбитр-марицалум. Если он найдет силы - хорошо, нет - некритично. Этот десятинный мануфакторум не был чем-то серьезным в стратегическом плане.

- Мы сможем предоставить пяты тысяч человек. Но первая тысяча сможет прибыть лишь через пять часов, а оставшиеся - в течении суток.

Число меня вполне устраивало - арбитры были хорошими солдатами, когда дело касалось боев в замкнутых помещениях. Но вот время мне не устраивало от слова ”Совсем”.

- Понял. Действуйте

Канал связи был отключен.

Я закрыл глаза. Сделал глубокий вдох. Потом выдох. Нагнулся, упершись обеими руками о голопроектор. Опустил голову и потрусил ею из стороны в сторону, пытаясь привести мысли в порядок.

От всей этой мешанины разговоров и событий думать становилось все сложнее. Да еще и сонливость давала о себе знать. Рекаф уже был выпит, но действие быстро ослабевало - сколько не пей, а организму все равно нужен отдых.

Но не сейчас. Нельзя. Мало того, что на фронте полный пиздец, так еще на сам штаб напали. Я доверял Глегару и знал, что он не подведет, но маленький риск того, что придется эвакуироваться, все же был. Риск был всегда - это я за всю свою службу успел уяснить очень много раз, заплатив большую цену, причем несколько раз.

Слишком большую, я бы сказал.

Потому, открыв глаза, я достал из поставленной Константином баночки с таблетками и проглотил одну.

Битва продолжалась и для того, чтобы в ней не проиграть, мне нужны были силы.

В это же время. Комиссар Августин Мерцелиус.</p>Выйдя на Кольцо и идя по нему, я сразу же увидел, что тут буквально кипела жизнь. Огромное количество рабочих в ярко-синих касках и спецовках, на которых были светоотражающие полосы, активно разбирали баррикады - вручную или с помощью мелких кранов на гусеницах, которые были размером с маленький двухместный электрокар из моей прошлой жизни. Другие же собирали все это в грузовики, которые поочередно уезжали по дороге в наши тыл по проемам, сделанным между поломанными автомобилями.

И работали тут по всей ширине кольца и во всех направлениях, от все темно-серое помещение, освещенное желтыми лампами, пестрило сотнями мелких голубых точек и ярко-белыми светящимися пятнами, которые постоянно шевелились и метались туда-обратно, напоминая муравейник.

Процесс был отлажен просто превосходно, было видно, что тут работали люди с опытом.

Меня больше удивляло другое - сам факт нахождения здесь этих рабочих. Я знал, что по плану Администратум должен будет начать расчищать все Кольцо для восстановления на нем движения, но я как-то не ожидал, что они начнут это делать вот прямо сейчас. Мы были тут все несколько часов назад, лишь недавно начали штурм мануфакторумов. Бои шли меньше, чем в километре отсюда, а тут уже были тысячи гражданских рабочих с техникой, которые разбирали завалы.

По всей видимости, Наранеску очень сильно нужна была эта дорога. Настолько, что она была готова заставить расчищать ее и готовить к использованию еще до того, как мы окончательно завершим операцию.

Лезть в это я не собирался. В успехе нашего наступления здесь у меня сомнений не было. Куда больше волнения у меня было касательно наступления бунтовщиков наверху. Если уже полковник начал волноваться, значит, все было совсем плохо. Оставалось только выяснить, насколько плохо.

Только перед этим я хотел бы вначале починить себе руку, которая все еще продолжала бесцельно висеть, сжимая лазган. Это было несильно удобно. Мне хотелось хотя бы в туалет сходить, а сделать это было куда удобнее двумя руками.

Нужного техножреца я смог найти только когда добрался до нашей первой позиции. Он вместе со множеством других техножрецов активно занимался ремонтом сервиторов, которые оказались повреждены в бою. Их вели сюда со всего Кольца, потому их тут успело накопиться достаточно много.

Стоило мне навести взгляд на техножреца, возле него сразу же возникла иконка с его именем ”Гигур-Бетта-Пять-Ноль-Один”.

- Техножрец.- обратился я, подойдя к нему поближе. Все шесть его манипуляторов, которые сейчас работали одновременно с двумя сервиторами, остановились и он развернулся ко мне.

Лицо у него было то еще. Нижняя часть лица была скрыта респиратором с двумя большими фильтрами, от которых под манитю уходило множество шлангов и проводов, а на глазах была увесистая бандура, больше всего напоминавшая ПНВ, где на каждом глазе располагалось множество различных линз большого и маленького диаметра.

Оба глаза повернулись, сменив линзы на те, что были похожи на мои линзы с первой аугментики.

- Повреждение руки. Необходим ремонт,- произнес я, смотря на техножреца.

- Отказано.- прозвучал холодный голос техножреца из небольшой круглой сеточки между фильтрами.

Ответ меня неслабо удивил. Хотелось сразу спросить ”Какого хуя?”, но я все же сдержался.

- Причина.

- Слушанье по инциденту Восемь-Четыре-Два-Три-Девять-Семь-Дробь-Три-Ноль-Один между объектом ”Комиссар Августин Мерцелиус” и техножрецом третьего ранга ”Ситиомом-Дельта-Пять”.

- Это что, причина отказывать мне в техническом обслуживании?- удивленно и при этом не скрывая своего раздражения спросил я.

- Подтверждаю,- все также без всяких эмоций ответил мне техножрец.

- И почему это?

- Директива Пять-Три-Три-Ноль-Семь-Восемь-Четыре-Два-Девять-Дробь-Четыре-Пять-Девять-Дробь-Один-Четыре - в случае инцидента между представителем Адептус Механикус и объектом сторонних структур, техническое обслуживание объекта останавливается до распоряжения уполномоченного главы Адептус Механикус.

- Ну просто прекрасно...- уже злобно сказал я,- А ничего, что мы на фронте и я лишился руки?

- Угроза функционированию объекту ”Комиссар Мерцелиус” отсутствует. Аргумент не принят.

”- Директивщики, блять...”

- Ладно, я понял,- согласился я. Спорить с техножрецами было бесполезно - даже у меня не хватит полномочий, чтобы ему приказывать, учитывая, что у меня действительно был сейчас конфликт с Адептус Механикус, так что формально, у них были причины мне отказать. Правда, довольно быстро возникла другая идея, как можно хоть немного помочь себе,- Только можете хотя бы лазган достать? Если я его буду вот так носить, не используя, это будет оскорблением для духа машины.

Техножрец не ответил, но его глаза с моего лица опустились на сам лазган. Он явно задумался над моими словами.

- Аргумент принят. Запрос принят,- произнес он, после чего двое механодендтритов сдвинулись к моей руке и начали что-то крутить в пальцах. Послышался шипящий звук и спустя несколько секунд пальцы разжались и третий манипулятор забрал лазган, поднеся его ко мне.

- Спасибо.- произнес я, забирая его себе.

- Отбой.- ответил Гигур мне, развернулся и начал вновь работать над сервиторами.

Подобные манеры общения техножрецов мне никогда особо не нравились. Исключением был Дима, однако его манера общения была куда более приятной. Или может я просто к у нему успел привыкнуть, кто его знает.

Разобравшись хотя бы с этим вопросом, я направился дальше. В планах у меня было посетить вначале Лата Байхора - дезертира, который прибежал к нам со стороны бунтовщиков и клятвенно заверял, что ему пришлось пойти в армию, чтобы сбежать, что он бунт не поддерживает и тому подобное. Стоило с ним поговорить и решить его дальнейшую судьбу.

Правда, добраться до участка протексов, куда его отправили, оказалось не так просто, как вначале рассчитывал.

Вначале, от самого Кольца, пришлось идти по широкой пешеходной магистралей, по центру которой стоял, оделенный решетчатым забором, горизонтальный эскалатор, похожий на конвейер. Рядом с подобным меня однажды так ранили, что я лишился почки и кучка памяти.

Давно это было... Столько все успело произойти, по сути, а на самом деле прошло всего пару месяцев.

По трассе пришлось идти целый километр, проходя через частично разобранные баррикады, после чего свернуть уже на менее широкую пешеходную дорогу. С нее, дугообразной дороге подняться на другую дорогу, которая, как я понимал, проходила над Кольцом. По ее центру проходили трамвайные пути, вмонтированные в пол, по обеим сторонам - автомобильные дороги по две полосы в каждую сторону, у стен - пешеходные дорожки, также с горизонтальными эскалаторами, а на потолке - сразу четыре линии подвесного монорельса. На Кольце были точно такие, по всей ширине.

Судя по знакам, эта дорога вела к мануфакторумам ”Друдор”, ”Хальсин”, ”Биргериз” и ”Крейханшафт”. Правда, я не имел понятия, что на них производили - местные карты я так подробно не изучал, но я не удивлюсь, если они также продолжали работать.

С этой дороги я свернул на длинную, высокую лестницу метров на пятьдесят, которую освещали только аварийные красные лампы.

- Блять... Охуенная застройка...- прошипел я, осознавая, что придется идти наверх. Другого пути не было.

Взбираться было сложно, даже с аугментическими ногами - сильно уставали бедра. Да и вообще я уже чувствовал сильную усталость. С момента начала штурма Кольца я все еще не спал, хоть и хотелось сильно. Теперь же я вообще нагружал организм по полной программе, шагая наверх.

Лишь спустя минут пять все же удалось подняться наверх.

- Ебаные лестницы...- прошептал я, однако никто не мне ответил. Вокруг никого не было.

Пришел я на небольшую площадку. Впереди была еще одна лестница, такой же высоты, а по обе стороны - темные коридоры, в которых не было никакого света. Лишь в самых краях были яркие пятна освещенного пространства.

С левой стороны коридор вел, судя по знакам, что весели на стенках и потолке, были ясли, детсад, школа, больница жилблоки, коммерсантский уровень, мастерские по ремонту обуви и еще мануфакторум ”Мжешкар”. С правой же стороны - еще жилблоки, мастерские по пошиву на заказ, общественные телефонные станции, отделения восемнадцати различных банков, двенадцати букмекерских контор, одиннадцати инвестиционных фондов и двадцати семи страховых компаний, а также станция метро, вокзал, две станции трамвая, соединенные переходом и то, что я, собственно, и искал - отделение протексов.

Гребаный лабиринт. Я не уставал себе повторять это, но Вильяриум был для меня гребаным лабиринтом.

Не став долго ждать, я направился вперед, прямо по коридору.

Ощущения, правда, были довольно странными. Тишина тут была практически полная. Лишь от наших с Гихьяном сабатонов исходил звук, что отзывался эхом вокруг. Здесь было спокойно. Очень спокойно. Словно и не было никакой войны. Словно совсем недалеко отсюда наши парни не погибали один за другим, пытаясь выбить бунтовщиков.

Отсюда хотелось уйти. Я любил спокойствие, но здесь было слишком спокойно. Неуютно.

- Эй, солдатики.

Я резко остановился. Левая рука схватилась за лазпистолет. Мысленная команда активировала режим ПНВ в глазах, о котором я забыл, когда вошел сюда.

У стены, всего в метре от меня, находились две женщины.

Одна из них стояла, упершись одной ногой в стену. Вторая сидела на корточках рядом, опустив голову на сложенные руки. Обе были полностью лысыми, одетые в пайты с капюшоном, брюки и кроссовки. На вид первой было лет тридцать, а второй - не больше двадцати.

- Хотите отдохнуть?- задала вопрос та, что стояла и смотрел на меня. Правда, судя по рассеянному взгляду, она лишь примерно представляла, где я сейчас стою, но конкретно меня не видела.

- Какого хера?- возмущенно произнес я,- Вы что тут делаете?

- Помогаем солдатикам расслабиться,- игривым тоном произнесла женщина, улыбнувшись,- А то без девушек совсем грустно на войне.

Я был готов взорваться от того, что слышал. Это были проститутки. Но что куда более серьезно - им тут вообще не полагалось быть.

- Это прифронтовая зона, закрытая для гражданских,- строго произнес я,- Как вы здесь оказались?

- А то будто это проблема,- со смешком произнесла женщина,- Ваши только и рады, что мы тут. Многим нравится и цены хорошие. В рот - пятьдесят, в щелку - сто. Если внутрь - то шестьдесят и сто двадцать. Нет денег - тогда пайком или...

- Так, стоп, блять.- резко оборвал я женщину, от чего ее лицо сразу же поменялось. Ее слабая улыбка сразу же пропала. - Вам тут быть не положено.

- Слыш, не хочешь - так проваливай,- уже куда более грубым голосом произнесла женщина, оторвавшись от стены и встав на обе ноги,- А мне ты не указывай, нас Тезагиж прикрывает.

Палец снял лазпистолет с предохранителя, от чего сразу же прозвучал небольшой писк. Женщина испуганно посмотрела на меня и отступила к самой стене, а та, что сидела внизу, подняла голову и посмотрела на меня.

- Обе. Встали передо мной и пошли. Живо, второй раз повторять не буду.- как можно более строгим голосом произнес я, хотя он больше получался уставшим и злобным.

- Блять, нарвались...- произнесла девушка совсем еще молодым голосом, после чего поднялась и встала передо мной. Вторая, скосив злобную гримасу, сделала также. Звук активации оружия, похоже, им был хорошо известен.

Мы все направились вперед, по направлению к освещенному помещению.

Я не собирался терпеть подобное. Мало того, что гражданским тут было запрещено находится, так эти две буквально занимались проституцией у самого фронта. Это нельзя было игнорировать. Если сюда так просто пробрались они, значит вполне могут пробраться и другие, в том числе и бунтовщики.

За минуту мы смогли добраться до турникетов, который сейчас были частично разобраны, а затем оказались на освещенной станции трамвая.

На ней оказалось множество спальных мест и несколько десятков солдат СПО в обычной одежде, без броников и оружия. По всей видимости, тут была полевая казарма.

Я начал идти вперед, приближаясь к ближайшей группе из восьми солдат, что сидели вокруг электронной печки, на которой грелась большая кастрюля.

Одновременно с этим я смог лучше разглядеть женщин. Как оказалось, у них обоих на поясе были большие кухонные ножи, спрятанные в самодельные ножны из смятых кульков. Тоже вариант.

Вдруг один из солдат, что сидел рядом с печкой, глянул на меня и его глаза раскрылись с такой силой, словно были готовы вот прям сейчас выпрыгнуть.

- Ох ты ж бля...- сказал он удивленно. Другие солдаты также начали оборачиваться на меня.

- Ебать...- прошипел другой солдат, который моментально вскочил на ноги,- СМИРНО!!!

Громкий зычный голос накаченного мужика прозвучал по всей станции, от чего вся толпа солдат подскочила со своих мест, вытягиваясь по, словно фонарные столбы, прикладывая кулаки к сердцу.

Я сразу же подошел к первой группе солдат.

- Здесь есть кто-то по имени или фамилии Тезагиж?- задал я вопрос. Проститутка говорила, что этот Тезагиж прикрывал их. Следовало с этим разобраться.

- Э-это наш п-полковник, Сагор Тезагиж, г-г-господин комиссар,- испуганным голосом произнес солдат, что прокричал команду ”Смирно”.

- Веди его сюда. Быстро.

- Слушаюсь,- солдат развернулся и очень быстро побежал по перрону станции, после чего скрылся где-то за поворотом.

Остальные солдаты смотрели на меня взволнованными испуганными взглядами, явно не ожидая, что к ним сюда придет комиссар.

- Бля, хули тут комис забыл?

- Пизда нам сейч буд...

- Этим двум точно конец...

Все эти фразы солдаты говорили шепотом, вдалеке от меня, явно думая, что их не услышу. Однако аугментика тут помогала очень хорошо.

Спустя всего минуту солдат появилась на перроне. Рядом с ним бежал, запыхавшись, немного тучноватый мужчина с волосами, стрижеными под ежик. Одет тот был в офицерский китель с погонами полковника и несколькими наградами. В местной медальерике я все еще не разбирался, так что я не имел понятия, за что их ему дали. Да и не сильно меня это интересовало.

- Г-господин комиссар...- уставшим голосом произнес мужчина, встав передо мной и приложив ладонь к сердцу,- П-полковник Сагор Тизегиж... по вашему приказу прибыл.

- Я поймал этих двух проституток в коридоре,- сразу сказал я. Полковник посмотрел на обеих женщин и его глаза на один миг сделались удивленными. Он их явно узнал,- И одна из них сказала, что вы прикрывали их деятельность.

- А-а... Ч-что...

- Скажи ему, чтобы отъебался, Сагор,- раздраженно произнесла женщина, от чего лицо полковника исказилось от страха.

- Я-Я... Я их... не знаю.- с трудом промямлил полковник, смотря то на них, то на меня испуганными глазами.

- Слышь!- возмущенно произнесла женщина,- Ты жопой вперед не шагай! Кто нам обещал, что трогать нас не будет никто, если поделимся!?

Полковник ничего не ответил. Для меня же все уже было ясно.

Рука подняла лазган вперед. Голова полковника очутилась в коллиматорном прицеле.

- Нет!!!- прокричал Тизегиж.

Палец нажал на спуск.

Лазерный луч вмиг возник, прожигая голову ублюдку. Его пухлое тело упало на пол.

На станции наступила полная, мертвая тишина.

- Ой бля-я-я...- протяжно произнесла женщина,- Пиздец...

- Ты,- сказал я, обращаясь к солдату, что привел сюда полковника,- Тащи сюда его заместителя.

- Слушаюсь.- прохрипел тот и сразу же убежал, еще быстрее, чем раньше.

Ждать на этот раз пришлось дольше. За это время на серых брюках полковника, в районе паха, начало образовываться темное мокрое пятно. Жидкость из трупа уже начала выходить.

Солдаты же молчали, не смея и пискнуть. Похоже, все поняли, насколько все серьезно.

Девушки тоже молчали и немного дрожали, явно волнуясь.

Лишь спустя минут пять на станцию все же прибежали солдат и средних лет мужчина в кителе майора.

- Господин комиссар,- произнес солдат, не скрывая своего волнения,- Заместитель полковника Тизегижа, майор Бургарт Гасиалил, сбежал, узнав о произошедшем.

- Второй заместитель полковника, майор Юрис Сульдар,- произнес мужчина.

- Полковник Тизегиж казнен за невыполнение своих обязанностей и прикрытие проституции в прифронтовой зоне. Вы теперь главный. Из прифронтовой зоны выгнать всех гражданских. Майора Гасиалила найти и казнить на месте за дезертирство. Этих двоих в медпункт на проверку, затем выгнать. Всех, кто был с ними, также проверить.

- Слушаюсь, господин комиссар!- громко произнес майор.

Это сейчас было в приоритете. Презервативов на планете не было из-за запретов на контрацептивы, потому с венерическими болезнями на фронте медленно, но верно возникали проблемы. Ладно еще бордели, там за этим строго следят, под угрозой лишиться лицензии. Но иногда все же очаги возникали. Что еще более серьезно, некоторые местные болячки имели большой инкубационный период, а потому из-за них возникали целые эпидемии. Стоило удостовериться, что тут такого не будет.

Майор начал раздавать приказы, девушек увели, труп быстро подобрали и утащили, а я направился дальше, в отделение протексов.

Именно сейчас я все же решил поговорить с Гихьяном.

- Ты видел тех двух женщин перед тем, одна из них нас позвала?

- Да,- коротко произнес сервитор. Иногда он все же говорил, не упоминая свое имя.

- Почему не сказал мне?

- Гихьян не видел смысла.

- Они могли напасть. У них были ножи.

- Гихьян нацелил на них лазган. Гихьян не видел угрозы.

- Понятно,- сказал я, понимая, что разговор дальше вести бессмысленно.

Прелестно.

Оказывается, он все же видел их, но ему было абсолютно плевать на это. Если бы они меня не окликнули бы, я бы и вовсе их не заметил – слишком темно было. А он бы и вовсе не обратил на них никакого внимания.

В очередной раз я поражался, как мало было у него мозгов. Но что уж тут поделаешь, уж лучше так, чем вообще никак.

Мы продолжили идти в тишине. Дойти до самого дальнего выхода со станции, выйти на пешеходную дорогу, подняться по лестнице вверх на три этажа, поворот налево, прямо, направо, еще прямо и наконец-то - поворот налево, прямиком туда, куда мне нужно было.

В отделении меня сразу же провели в допросную, куда уже успели привести Лата. Паренек выглядел уставшим и взволнованным.

- Итак, Лат,- начал я,- Как я понял, ты против бунта.

- Д-да, против! Всегда был против! К-когда все началось, ну, бунт этот, и когда уже власть сменилась, многие радовались. Говорили, что и достог… ну то есть, достопочтенного губернатора сменим, и у Экклезиархии все отнимем, и долги всем простят… А я против был.

- Почему?- спросил я.

- Это… Это неправильно. Против дост… достопочтенного губернатора идти. И против Экклезиархии. Грех ведь. Да и бунтовщики эти… Ничего не принесли. У меня была нормальная работа. На мануфакторуме «Ригалир», двигатели собирал для грузовиков, на экспорт уходили. И все было хорошо. Пять лет так уже работал, думал уже жену себе начать искать, детей завести. В банке уже даже денег накопил, чтобы страховой взнос за ипотеку сделать. А тут вдруг … эти приперлись. И все. Еды мало, вся по карточкам. Света почти нет. Воды тоже, только чтобы попить, помыться раз в неделю и простирнуть трусы. При достопочтенном губернаторе порядок был, жить можно было нормально. Да, не богато мы жили… Но куда лучше, чем при этих… уродах.

Слова Лата меня в какой-то степени радовали. Он явно говорил правду. Не был он похож на человека, который способен разыгрывать вот такие сцены.

- И сколько там таких, как ты?- задал я еще один важным вопрос.

- Уже… Уже больше,- начал парень,- Вначале было много тех, кто поддерживал все это… Новостям радовались, на фронт или производства записывались. А вот сейчас уже мало, кто верит, что бунтовщики победят. Ну, из тех, кого я знаю. Когда асми… ну, в смысле вы… Как там…

- Астра Милитарум,- поправил я парня.

- Во, да! Точно!- воскликнул тот в ответ,- Астра Милитарум.

Вот когда о них новости пришли… Ну, что они остановили все наступление, очень многие решили, что бунтовщики не победят… никак.

- А почему ты раньше не пытался бежать?

- Сестра… беременная. Двойню ждет. Парня ее убили… Он пытался батарейки продать, а ему заточкой в печен. Вот и пытался о ней позаботиться. Дождаться, пока нас освободят. А потом, когда уже закон новый приняли… Мол, или на мануфакторум, или на фронт… Она сказала, что сама справится, а мне бежать надо… Не за бунтовщиков ведь идти… Что туда, что туда – все грешно ведь. Бог-Император не простит такое. Вначале пытались через вентиляцию. У дяди был знакомый, карту нарисовал… Но меня с другом заметили… Точнее, его. Он… Впереди полз… По нем через решетку выстрелили, убили… А меня не увидели… Успел убежать. Тогда уже дядя предложил добровольцем на фронт записаться, чтобы потом перебежать. Я… Я присягу им дал… Но клянусь! Я в мыслях говорил себе, что это только ради побега… Я потом каялся… Каждую ночь каялся Богу-Императору!

- Я верю. Это правильно,- проговорил я,- А что твой дядя?

- Он инвалид. Служил в СМО, воевал против бунтовщиков. Лишился ноги в бою, врачи смогли выходить… Потому трогать не стали, только еды дают.

- Родители другие есть?

- Д-да… Мама здесь… Ну, на этой стороне. Уборщицей в борделе работает. Далеко отсюда. Отец… Отец добровольцем ушел… к бунтовщикам. Что с ним – не знаю.

- Ясно,- произнес я, уже сделав для себя выводы,- Сделаем так. Езжай к маме. Помогу тебе, чем смогу. За тобой будут приглядывать, так что если что-то учудишь… Пеняй на себя.

- Д-д-да!- словно трещотка заговорил Лат,- К-конечно! Я никогда ничего такого… На аквилле поклянусь!

- Поклянешься, завтра пойдем в храм.

- Х-хорошо! Спасибо! Спасибо вам огромное!- лицо парня прямо светилось от радости, а на глазах уже выступали слезы,- Я-я все буду делать, что скажут! Ни разу закон не нарушу!

- Ладно, только перед этим,- я открыл ящик в столе и достал оттуда небольшую пачку листов и ручку, после чего протянул их ему,- Напиши все, что видел в тылу у бунтовщиков. Особенно в армии. Склады, казармы, транспорт, офицеры. Все, что представляет ценность.

- Д-да, конечно! Я много помню! Так… Сейчас вспомню…- Лат взял ручку, открыл колпачок и сразу же, судя по виду, начал активно думать, а уже через несколько секунд начал писать.

- Позовешь, когда закончишь.

- Хорошо!

На это я вышел из допросной, отдал нужные распоряжения и направился в жилблок, где жили протексы и их семьи.

Усталость уже давала о себе знать, я держался буквально из последних сил. С Рингером и Аскиртом прямо сейчас я вряд ли смогу поговорить, потому вначале спать, а потом уже к ним.

Но в душе я все же радовался тому, что поговорил с Латом. Он был хорошим парнем и ему можно было помочь. Все же, он рисковал жизнью, чтобы остаться верным Империуму и не стать нашим врагом. Для меня лично этого было достаточно.

Правда, засыпая, у меня в голове возник неприятный вопрос – сколько еще таких людей, как Лат, оставалось в тылу у бунтовщиков?