Глава 21 (2/2)

- Блин...- высказался я. Мне было хорошо понятно, что это слишком много, потому я повернулся к скитарию,- Дима, отправь сообщение в Секретариат лорд-комиссара Харьянди. Сообщи, что я задержусь, по какой причине и насколько. Подпись можешь мою поставить.

- Принято,- сразу же ответил мне скитарий,- Выполнено.

- Спасибо,- сказал я, после чего повернулся обратно,- Продолжаем.

- Так вот, касательно тех подростков,- как ни в чем не бывало продолжил рыжик, в то время, как поезд уже сбавил где-то половину своей скорости,- Они напились и начали кидать бутылки о наружную часть стены жилблока храма имени Святого Гжидына Светлоликого. Их задержали протексы по обвинению в хулиганстве, но затем обвинения были переквалифицированы в богохульство и суд приговорил всех пятерых подростков к смертной казни через расстрел.

- И это вызвало возмущение в народе?- вместе с удивлением в голосе Филгеирта звучал и сарказм.

- Проблема заключалась в том, что все пятеро подростков потеряли отцов, которые погибли за день до этого на сталелитейном мануфакторуме ”Хирдунгузе”, и в честь их поминок они напились, и при этом они были единственными старшими детьми в своих семьях. Плюс ко всему, они не знали о том, что бьют бутылки о стену храмового жилблока и раскаивались в содеянном.

- Это не оправдание для того богохульства, что они учинили.- с некоторой злостью произнес бывший арбитр.

- Согласен. Однако граждане считали иначе и после казни их возмущения переросли в погромы.

- Значит, они поддерживали это богохульство и получили по заслугам.- все таким же серьезным голосом произнес Филгеирт.

С его позицией мне уже давно все было понятно - для него Эклезиархия была непререкаемым авторитетом и любое действие против нее было грехом.

Хотя, при этом он все же оставался вполне рациональным солдатом и мое решение не атаковать храм Святой Хинары, как этого хотел архиепископ еще на первом военном совете, он воспринял вполне нормально, сказав, что раз уж его захватили и осквернили, то уже можно не торопиться и заняться более важными вещами.

- Полностью с вами согласен, уважаемый Филгеирт,- произнес Маринур, кивнув, пока поезд снизил скорость еще сильнее.

- Если честно, лучше бы их оставили в живых.- возразил Аскирт. Филгеирт посмотрел на него с недовольством.

- Это с чего бы?- произнес бывший арбитр с тихим возмущением в голосе.

- Если их отцы погибли, значит в семье теперь они главные кормильцы. Без них их семьям стало бы совсем хреново.

- Это не оправдание их богохульству.- сразу же высказался Филгеирт.

- Не спорю, только они ведь не хотели богохульствовать. Они не знали, что та стена - это часть храма. Да, они сделали хуйню, ну так и побейте их плетьми за это. Пару десятков ударов вполне хватило бы в качестве наказания.

- Если уж говорить про плети, то за подобное нужно не пару десятков, а пару сотен ударов.

- Так ты ж не забывай, это подростки были,- сразу сказал мой друг, посмотрев на Маринура,- Это ж ведь младше пятнадцати тут, да?

- Да, подростковый возраст у мальчиков начинается с двенадцати лет и заканчивается совершеннолетием в пятнадцать.- лекторским тоном произнес рыжик.

- Вот. Пару сотен ударов плетью их просто убьют.

- На все воля Бога-Императора,- Филгеирт сложил руки аквиллой.

- Ну, как по мне для подростков пары десятков раз хватило бы с лихвой...

Вмиг по праву сторону от нас за окнами возник яркий свет - это была станция метро. Сейчас вся платформа была занята огромной толпой бритых налысо людей.

У самого края платформы, примерно в двух метрах от толпы, шеренгой стояли протексы, державшие в руках стабберные автоматы с примкнутыми штыками.

Сами люди в толпе смотрели на разные части поезда. Иногда казалось, что некоторые смотрят прямо на меня, но я точно знал, что они нас не видят - окна были полностью тонированы и с той стороны люди видели лишь свои отражения.

- Это чего тут происходит такое?- непонимающе спросил Аскирт,- Волнения какие?

- Нет, это стандартная мера охраны правительственного транспорта при проезде через гражданские объекты,- будничным тоном разъяснил нам Маринур, чему я неслабо удивился.

Как по мне, это было перебором.

- Вариант. У нас члены Домов целыми конвоями разъезжали, по пять машин минимум,- начал Аскирт,- И причем их всегда пропускать нужно было, а светофор прямо под них подстраивался, всегда зеленый светил. А если кто оказывался на пути, так даже тормозить не пытались, давили сразу. У одного моего друга так брата задавили. Решил по пьяни дорогу перебежать, а тут какой-то хмырь из Рактона ехал и его прямо первая машина и переехала на сто в час. Помер мгновенно.

- И почему меня это даже не удивляет...- с едким сарказмом спросил Рингер, пока я вновь посмотрел в окно.

Толпа народа продолжала стоять, сохраняя дистанцию. Было видно, что люди смотрят на нас и шепчутся.

И в этот момент из толпы поднялась чья-то рука, бросившая в нашу сторону бутылку. Протекс, что стоял рядом, отскочил влево и та попала в окно, разбившись в дребезги и расплескав какую-то жидкость.

Почти сразу же все люди резко, как один, упали на пол платформы станции, положив руки за голову, пока протексы уже бежали к тому, кто кинул бутылку.

- Ох ты ж блять!- послышался голос Аскирта, пока я вскочил со своего стула и приблизился к окну.

Бросивший бутылку попытался сбежать, наступая на спины других гражданских и в этот момент один из протексов направил на него автомат.

Промелькнула короткая вспышка. Беглец резко упал, словно ему оборвали ниточки и начал биться в конвульсиях, а уже через несколько секунд двое протексов, также подбежав по спинам людей, вязали его, пока остальные держали на прицеле всю остальную толпу лежавших людей.

Для нас все это происходило в полной тишине - вагон был звуконепроницаем, из-за чего мы ничего не слышали, что сейчас происходило на станции.

- Ебануться...- проговорил я, смотря на все то, что происходило сейчас по ту сторону стенки вагона.

- Мда, отличный денек,- проговорил Аскирт позади меня.

Поезд вздрогнул и станция метро начала медленно уходить вправо, постепенно ускоряясь.

”- Пиздец...”- подумал я про себя, возвращаясь на свое место. Здесь я уже ничего не мог сделать, а потому оставалось только ехать дальше.

- Это квалифицируется, как нападение на представителя Официо Префектус,- начал говорить Маринур совершенно обычным тоном,- Протексы пришлют вам все материалы расследования или же могут сразу отослать дело Адептус Арбитрес, по вашему усмотрению.

- Пусть разберутся по быстрому и все пришлют мне.- отдал я приказ. Нечего было напрягать этим Ротингун, она и так меня недолюбливала.

- Будет исполнено, комиссар.- ответил мне рыжик и уже начал набирать что-то на своем ”смартфоне”.

Я же решил пересесть на удобное, мягкое кресло. День для меня только начинался.

Позже. Праэториум Официо Префектус.</p>- Господин лорд-комиссар Харьянди, полковой комиссар Семнадцатого Верлонского Пехотного Полка Астра Милитарум, Августин Мерцелиус, по вашему приказанию прибыл.- отчитался я, встав по стойке смирно перед столом Харьянди, как того требовал устав в тех случаях, когда нельзя было сложить аквиллу.

- Присаживайтесь, комиссар.- ответил мне лорд-комиссар своим обычным, сухим, слегка угрюмым голосом, при этом не отрывая от меня взгляда своих темно-серых глаз.

- Благодарю, господин лорд-комиссар.- я быстро сел, правой рукой примостив левую так, чтобы на локоть не оказывалось лишнего давления. Сейчас это было противопоказано.

- Вы продолжаете удивлять меня, комиссар.- начал Харьянди, открывая уже более толстую, чем раньше, красную папку с моим личным делом,- И опять-таки - не очень приятно. Для начала, инцидент с гвардейцем вашего полка, который прилюдно усомнился в компетентности Адептус Администратума. Все, что вы ему назначили - это десять нарядов вне очереди. Мне хочется узнать - почему вы не приговорили его к расстрелу?

”- Ну ты, блять, вспомнил, дед...”- подумал я про себя, пытаясь сохранить каменное выражение лица.

- Я посчитал это наказание чрезмерным. Этот солдат лишь позволил себе сказать лишнего, мною была проведена разъяснительная беседа и назначено наказание. К тому же, надо понимать, что гвардейцы на данный момент - это ценные кадры, имеющие большой боевой опыт и подготовленные намного лучше местных СПО. Расстреливать солдат за подобное - это нецелесообразно.

- Могу понять подобную логику,- ответил мне мой начальник,- Однако почему всего лишь десять нарядов вне очереди? И почему только наряды? За те слова, которые он сказал, он вполне заслуживал плетей.

- Это я также посчитал излишним, господин лорд-комиссар. Все же он гвардеец и все свои прегрешения смоет в бою.

- Пусть и так, однако дело не только в личном грехе этого гвардейца, комиссар. Дело в примере, который вы подали. Клевета на один из Святых Адептусов, которая не была наказана должным образом - более чем серьезный прецедент, который может оказаться заразительным.

- Уверяю вас, господин лорд-комиссар, моих действий было более чем достаточно - как раз для этого я все делал публично, в присутствии других гвардейцев. К тому же, рота, где произошел инцидент, понесла недавно серьезные потери. Этот инцидент уже, скорее всего, полностью забыт, а если его вспомнят, он не будет иметь каких-либо серьезных последствий,

Харьянди пронзительно посмотрел прямо мне в глаза. Не сказать, что этот взгляд меня как-то пугал или еще что-то. Мне просто было не сильно приятно, когда на меня вот так смотрели.

- Хорошо, комиссар. Я приму ваши слова к сведенью, однако в будущем эффективнее всего будет назначить более суровое наказание с целью поддержания дисциплины. Вам ясно?

”- В будущем наказывайте сильнее.”- перевел я его слова.

- Да, господин лорд-комиссар.- ответил я вслух.

- Теперь следующее,- продолжил Харьянди, перевернув сразу же десять страниц в папке,- Случай с тремя гвардейцами, арестованными комиссаром СПО Маргундусом. Позвольте спросить, почему вы сразу же отпустили их, проведя короткий допрос первой категории?

- Я выслушал их и получил подтверждение о том, что они не виновны по части тех обвинений, которые им были выдвинуты комиссаром СПО Маргундусом,- сразу же объяснил я.

- Все трое гвардейцев продолжительное время находились рядом с позициями бунтовщиков, вне поля зрения Комиссариатов как вашего полка, так и СПО, а затем вернулись. Учитывая, что мы воюем с людьми, эти гвардейцы были подозреваемыми в сговоре с противником и потенциальными завербованными агентами. Почему вы даже не стали пытаться проводить дальнейшее расследование?

- Господин лорд-комиссар, я считаю, что вероятность подобного ничтожна мала, причем настолько, что на подобное даже не стоит тратить время.- ответил я, как только продумал все слова,- Эти три гвардейца потеряли во время боя своего командира и еще шестерых сослуживцев из своего отделения. Более того, эти гвардейцы прошли войну на Акитос Прайм и доказали, что являются верными слугами Его Божественного Величества. Предложи им что-то бунтовщики, гвардейцы не стали бы даже вступать с ними в какие-либо переговоры.

- Поверьте мне, комиссар, то, что эти гвардейцы имеют некоторый боевой опыт, еще не значит, что они не могут быть подвержены вражеской агитации. Мы воюем с людьми. Более того, мы воюем с людьми, которые являются выходцами из примерно той же социальной группы, из которой вышли ваши гвардейцы, как верлонцы, так и акитоссцы. Да, те трое гвардейцев доказали свою верность Золотому Трону - они все погибли во время операции возле штрафного мануфакторума ”Дасанфур”. Однако другие гвардейцы могут оказаться менее... надежными.

”- Покойтесь с миром, парни...”- печально подумал я. У меня получилось их спасти от расстрела только для того, чтобы затем они все погибли в следующем же бою.

Я понимал, что это была война. Но осознавать, что вот те три парня, которые еще недавно радовались моему приходу и тому, что я им помог, теперь мертвы, было неприятно.

- Я это понимаю, господин лорд-комиссар,- проговорил я, продолжая сохранять невозмутимое лицо,- И признаю, что в будущем у нас могут возникнуть проблемы на этой почве. Однако для какой-либо успешной агитации со стороны врага нужно время, причем немало. Гвардейцы пробыли на Вильяр Уникусе слишком мало времени, чтобы какая-либо агитация на них подействовала.

- Хорошо, комиссар. Я вас понял, однако впредь будьте более внимательны к подобному. Все гвардейцы, которые остались без надзора и вернулись, должны быть отправлены на проверку, вне зависимости от звания.

- Да, господин лорд-комиссар,- проговорил я, мысленно понимая, что этот момент я точно возьму под личный контроль.

А то мало ли, чего еще учудят мои подчиненные.

- Следующий инцидент,- Харьянди перевернул несколько страниц,- Волнения в частях СПО в жилблоке рядом со станцией ”Гримульгон”. Почему вы не стали назначать какое-либо наказание за содеянное?

- Потому что не посчитал, что за произошедшее следует назначать какое-либо наказание. Да, были некоторые волнения, однако они проходили там, где противник не был способен воспользоваться ситуацией, а вызваны они были не желанием нарушить дисциплину, а суевериями, из-за которых солдаты думали, что силовые щиты - это колдовство. На подобное ни один верный слуга Его Божественного Величества не способен реагировать спокойно.

Харьянди промолчал, его взгляд слегка опустился, словно теперь смотрел куда-то в никуда, но затем он перевернул несколько страниц и вновь посмотрел на меня.

- В том инциденте еще несколько солдат вас перебили и на это вы также не обратили внимание,- продолжил лорд-комиссар,- Можно узнать, почему?

- Это все произошло в следствии действия сильных эмоциональных переживаний у солдат на почве религиозного рвения. Я решил не обращать на подобное внимание, учитывая, что, как и в случае с гвардейцами, эти солдаты также смогут смыть свои прегрешения в бою с врагами Бога-Императора.

- И еще, почему вы не наказали командиров подразделений, которые допустили эти волнения?

- Дальнейшие действия я оставил на комиссара СПО Тердокту,- сразу же оправдался я,- Там не было ничего, с чем бы он не справился сам.

- Ясно.- сухо ответил Харьянди,- Что ж, с этим все понятно. Честно сказать, в подобных случаях следует проводить децимацию подразделения, однако ваши доводы... приемлемы. И теперь последний инцидент.

”- Что еще?”- слегка удивился я мысленно, так как больше не помнил ничего, что могло бы привлечь внимание лорд-комиссара.

- После боевых действий возле мануфакторума ”Дасанфур” полковник Шеркин вывел из боя роту капитана Шульдурта, ссылаясь на потери, а исполняющий обязанности комиссара Финтур этот приказ подтвердил. Почему вы до сих пор не отменили этот приказ, вернувшись в строй?

”- Да ты, блять, издеваешься надо мной...”

- Господин лорд-комиссар, я не считаю, что после понесенных потерь роту капитана Шульдурта был смысл оставлять на фронте.

- Рота потеряла лишь чуть больше семидесяти трех процентов личного состава - этого явно недостаточно, чтобы считать подразделения небоеспособным. Тем более, когда мы говорим о Гвардии.

- Дело не только в потерях, господин лорд-комиссар. Дело еще и в физическом истощении. Солдатам нужен был отдых и полковник это понимал.

- Дать солдатам отдых можно и не выводя их. Что еще хуже, бунтовщики наверняка уже знают об этом и тот факт, что они нанесли Гвардии достаточно серьезные потери, чтобы их подразделение было выведено в тыл, наверняка будет использован ими в пропагандистских целях, как среди своих солдат, так и среди солдат СПО и гражданского населения улья.

- Сомнительно, что из этого у них что-то получится,- произнес я, не скрывая своего скептицизма,- Может среди своих солдат бунтовщики смогут сделать из этого какую-то новость, но среди гражданского населения подобная агитация все равно останется на уровне слухов - никаких прямых доказательств у них не будет, особенно учитывая, что бунтовщики все равно не смогли как-то воспользоваться выводом роты капитана Шульдурта.

- Тот факт, что роту пришлось вывести - это наглядное демонстрация слабости Гвардии перед лицом бунтовщиков. Особенно ярко эта демонстрация выглядит на фоне того, что Гвардия считается более сильной, нежели СПО.

- Сила или слабость определяется итоговым результатом на поле боя,- возразил я Харьянди,- Результат у нас есть - мануфакторум ”Дасанфур” окружен и находится в осаде.

- И население, и солдаты чаще всего не очень сильно разбираются в подобном. Они видят яркие события и думают в первую очередь о них, не особо утруждая себя размышлениями о том, что в итоге получилось,- лорд-комиссар явно не хотел уступать.

- Это уже находится в компетенции комиссариата СПО и гражданской службы массовой информации.

Харьянди вновь призадумался, а затем взялся за левую половину папки и закрыл ее, откинувшись на свое троноподобное кресло.

- Что ж, с этим я могу согласиться,- произнес лорд-комиссар,- Однако, если резюмировать все мною увиденное, меня сильно беспокоят ваши методы, комиссар. Вы действуете слишком мягко. Подобное может привести к серьезным последствиям, начиная от утраты вами авторитета среди солдат и заканчивая открытым бунтом.

- Господин лорд-комиссар, я не сторонник суровых методов работы. К тому же, в данной войне они скорее вызовут серьезные проблемы, нежели положительный результат. Сейчас для солдат бунтовщики - это враги. Однако если проводить жестокие наказания, бунтовщики могут стать для солдат меньшим из зол и они встанут на их сторону.

- Я это понимаю, комиссар. Однако если вы станете проводить слишком мягкую политику, это приведет к развалу дисциплины, что станет благодатной почвой для вражеской агитации. И это касается как солдат СПО, так и ваших гвардейцев.

- Тут вы правы, господин лорд-комиссар. И я очень постараюсь сохранить баланс в этом деле,- заверил я своего начальника, надеясь на то, что этого ему будет достаточно. Спорить с ним тут все равно было бесполезно.

- Хорошо, комиссар,- коротко ответил он, слегка кивнув головой,- Теперь, что касается других вопросов. Схол-абат Авангинде просил передать вам просьбу, чтобы вы выступили с речью перед новобранцами, прибывшими с Акитос Прайм, и комиссар-кадетами, которые вскоре будут отправлены на фронт.

- С превеликим удовольствием, господин лорд-комиссар.- сразу же ответил я, понимая, что повода отказаться от подобного у меня точно нет.

- Хорошо. Подробности вам пришлют. Также Секретариат Комиссариата СПО закончил оформления списка комиссар-кадетов, которых можно будет отправить к вам в полк. Однако, учитывая ситуацию с самими СПО, часть комиссар-кадетов будет отправлена к вам из самой Схолы, в обход полевого обучения. Вам необходимо выбрать нужных и принять их присягу.

- Я понял, господин лорд-комиссар.- ответил я.

На Акитос Прайме комиссариат потерял огромное количество комиссар-кадетов - из ста в живых остались лишь тридцать пять, и лишь семь из них не получили аугментацию в следствии ранения.

Из-за этого нам нужно было как можно скорее принять новых кадетов, чтобы они успели прибыть в части до того, как будет начата операция по деблокированию частей СПО.

- Еще Схола Прогениум подготовила список сционов темпестус, которые уже готовы к выпуску и могут быть отправлены в ваш полк. Вам необходимо будет проверить всех кандидатов и также принять их присягу.

- Я понял, господин лорд-комиссар.

”- Сционы - это хорошо. Сционам мы всегда рады.”- подумал я про себя, мысленно улыбаясь.

В самом полку со сционами вообще все было довольно не очень. Вначале в полку их было что-то около тридцати человек - все, что осталось от Ретроганского полка полковника после поражения на Мерконе.

Затем к нам присоединились те сционы, что служили в Доме Шатриви, когда я их спас от расстрела той долбанутой на голову дамочки, а еще чуть позже - сционы губернатора Ориси, которые его нам сдали в обмен на возможность избежать трибунала.

Однако, на войне сционы понесли достаточно серьезные потери, как на Соктоморе, так и на других островах, где их использовали в качестве диверсантов, чтобы подрывать снабжение орков.

Как итог, сейчас у нас было всего лишь сто шестнадцать сционов. Потому пополнение нам было необходимо.

- Хорошо. На этом все, комиссар. Вы свободны,- произнес, к моему облегчению, Харьянди.

”- Наконец-то...”

- Слушаюсь, господин лорд-комиссар.- ответил я ему, встав с кресла и выпрямившись по стойке смирно.

После этого я развернулся и быстрым шагом направился к выходу.

Очередная мозготрепка от начальства закончилась и теперь самое время было немного отдохнуть.