-27- (2/2)

— Да будет вам, шевалье Моро, — красивое лицо гостя осветила обаятельная улыбка. — Я не причиню князю вреда, — и он коснулся губ большим пальцем. Как ни странно, телохранителя этот знак Ночного братства успокоил, и он отступил, позволяя Королю душегубов приблизиться. А я, со своей стороны, перехватил инициативу в разговоре:

— Добрый вечер, Кловис, и перестаньте разыгрывать паяца. Вы не в том положении.

Похоже, только это гостю и было нужно, чтобы переключиться на серьёзный лад.

— Вы правы, князь, — он поклонился так низко, что волосы закрыли глаза и тонкий шрам от лба через нос и всю правую щёку. — Я не в том положении и уповаю лишь на ваши милосердие и доброту.

— Что весьма наивно с вашей стороны, — заметил я. Спокойно обошёл демонстрирующего раскаяние Короля душегубов и уселся в кресло, один подлокотник которого сразу же занял железный ворон, а у второго встал Рён. — Вам есть, что сказать мне, помимо упований?

— Обижаете, князь. — Кловис выпрямился и заговорил чёткими, по-армейски рублеными фразами: — Дюжина Жозе-Вепря. Пришла в город на Самайн, попросилась под длань Короля душегубов. Я их принял, однако позабыл упомянуть о вашем статусе. Виноват.

Я поморщился — какое мне сейчас дело до его вины?

— Они рассказали, кто заказчик?

Кловис отвёл взгляд, будто чувствовал неловкость за последующий ответ.

— Они не знают. Это был некто, скорее всего мужчина, одетый в маскировочный плащ Ремесленников. Платил новенькими золотыми — половину, по обычной схеме. За вами следили от вашего дворца, а когда поняли примерный маршрут возвращения, устроили засаду.

— И после неудачи этот некто не объявлялся?

— Нет, уговор о следующей встрече был на эту ночь. И если он объявится, — Король душегубов недобро усмехнулся, — его проводят пообщаться со мной лично.

— Сообщите мне немедленно, — я пощекотал птицу под горлом, и та, верно поняв намёк, перелетела к гостю. — И до тех пор, пока я не поговорю с ним сам — никаких жертв.

— Как скажете, князь, — Кловис снова поклонился, приложив ладонь к груди. — Но скажите, вы не держите зла на Братство?

— Не держу, — я не видел смысла разыгрывать непрощение. — Никто ведь не пострадал, кроме этой вашей дюжины. — И о том, как именно они пострадали, лучше не задумываться. — Тем не менее следите, чтобы это не повторялось впредь.

— Клянусь, — Король душегубов повторил знак нерушимого слова и, вмиг отбросив серьёзность, не без хитринки заметил: — Всё-таки не зря я рассчитывал на ваше благородство.

— Смотрите, чтобы я в нём не разочаровался, — предупредил я и попросил: — Шевалье, будьте любезны, проводите нашего гостя через чёрный ход.

— Как прикажете, монсеньор, — отозвался доселе исправно разыгрывавший статую Рён. — Прошу вас, господин Дюран.

Вот тут мы с Кловисом поразились оба. Впрочем, последний быстро взял себя в руки и, почтительно простившись, вышел из гостиной. А я позвонил в стоявший на чайном столике колокольчик и велел появившемуся вскоре лакею:

— Подавайте ужин. Прямо сюда и на двоих.

Вообще говоря, по этикету Рёну не полагалось садиться со мной за один стол, но в этот раз мы пренебрегли правилами.

— Откуда ты узнал фамилию Кловиса? — полюбопытствовал я, принимаясь за суп.

— Навёл справки, — туманно ответил Рён, однако под моим многозначительным взглядом внёс ясность: — У господина коннетабля, через второго железного ворона.

От такой новости я едва не поперхнулся.

— То есть Марк знает о нападении? — И до сих пор не прислал мне длинную нотацию о безопасности?

Рён посмотрел на меня с явным упрёком.

— Конечно, нет. Мне удалось обойти этот вопрос.

Я с удивлённым уважением качнул головой и спросил:

— И много тебе рассказал Д'Арно?

— Не особенно, — Рён взял с блюда круглый хлебец. — Назвал полное имя, сообщил, что Кловис Дюран — самый молодой из всех Королей душегубов, но титул носит заслуженно. И ещё, что вашему сотрудничеству уже около десяти лет. Правда, без подробностей.

— О подробностях несложно догадаться, — мне это вообще казалось очевидным. — Княжество помогает Кловису уникальными артефактами, несущими печать Искусства, а тот взамен предоставляет информацию. В конце концов, кто лучше разбирается в подводных течениях королевского двора, как не другой Король?

— Точно, — улыбнулся Рён. — Только мне всё же интересно, с чего всё началось.

— С моего пресловутого благородства и юношеской глупости, — фыркнул я. — В один из первых визитов в столицу я сбежал от наставников «посмотреть на жизнь обычных людей». И в одном из переулков Нижнего города наткнулся на типичную картину «один против пятерых». Разумеется, вступился за уже изрядно потрёпанного «одного» и, поскольку Кловис был и остаётся везунчиком, умудрился вынудить его противников бежать. А потом с редкой даже для юнца самоуверенностью взялся исцелить раны пострадавшего.

— И у тебя получилось, — закончил Рён.

Я повёл плечами.

— Говорю же, Кловис с удачей на короткой ноге. Однако шрам у него всё-таки остался.

— Долг жизни, — Рён вернул так и не тронутый хлеб на стол. — Понятно, отчего ты не ждал подвоха с его стороны.

— И совсем позабыл о случайностях, от которых никто не застрахован, — скривился я.

— Вот именно, никто, — парировал Рён наставительно и после коротко паузы спросил: — Как думаешь, заказчик обнаружит себя?

— Вряд ли, — как бы мне ни хотелось обратного, пессимизм в этой ситуации был более разумен. — Хотя навредить через Братство он уже не сумеет в любом случае. А через сутки любые его потуги станут бессмысленны.

Через сутки.

Мы с Рёном подняли глаза друг на друга. Завтра в это же время я буду сидеть за пиршественным столом рядом с молодой женой, слушать здравицы и поздравления, что-то отвечать на них. А Рён будет стоять позади, привычно изображая лишённое чувств каменное изваяние.

— Не надо, — вырвалось у меня. — Не ходи туда — на свадьбе будет король, а значит, добрая армия стражи.

Взгляд Рёна сделался совсем не по возрасту мудрым и сострадающим.

— Долг телохранителя — всегда быть рядом с патроном, — мягко напомнил он. И добавил: — Разве я могу оставить тебя там одного?

Я обязан был ответить, переубедить, настоять, но в моём горле встал плотный ком, который никак не получалось протолкнуть.

Конечно, Рён не мог оставить меня одного.

Конечно, я не мог ему отказать.

И потому завтра мы тоже будем вместе.